Доверенные лица императорского двора. Книга 2. Имперский золотой жетон «За верность правде»

В ответ — тишина. И только стук копыт, гулкий, зловещий, как удары молота по камню.

Соня поняла. Всё поняла — тот холодный, липкий страх, который вдруг сковал ее внутренности, был не просто испугом. Это было знание. Она в ловушке. Этот извозчик — не извозчик. И везут ее не домой.

Она рванула дверцу — заперта. Дернула вторую — тоже. Ручки были сняты, а задвижки забиты снаружи. Экипаж превратился в клетку, катящуюся по ночному городу в неизвестном направлении.

— Помогите! — закричала она, но крик ее утонул в шуме колес и в далеком, равнодушном грохоте большого города. — Кто-нибудь! Помогите!

Никто не отозвался.

Второй раз Гаршин услышал выстрелы в десятом часу. Первый был далеко, со стороны Лиговки — он тогда не придал ему значения, мало ли в Петербурге стреляют по ночам. Но второй — второй был близко, очень близко, у самого дома, и после него раздался крик, пронзительный, женский, полный ужаса и боли.