13 комната

— Камеры в «GENESIS» повсюду, Арис. Но не в твоих личных апартаментах, — спокойно ответил он. — Однако я всегда знаю, что с тобой происходит. Я считываю твой пульс, температуру и другие показатели через твой биометрический браслет на запястье. Мой терминал сразу выдаёт предупреждение, если у тебя паника или шок. Как сегодня.

Девушка чуть опустила глаза, разглядывая тёмные чаинки на дне, а затем тихо спросила:

— А разговоры? Ты слышишь, о чём я говорю?

— Иногда я могу включить прослушку, — признался Мэт, и на его лице не дрогнул ни один мускул. — Но только там, где нет глушилок Леона. В его кабинете или в приватных зонах для VIP-гостей связь часто блокируется. Поэтому сегодня я среагировал только тогда, когда твой пульс подскочил до критической отметки.

Арис кивнула, принимая этот факт. В мире «GENESIS» тотальный контроль был нормой, но то, что на другом конце этого контроля сидел именно Мэт, почему-то больше не пугало. Она обвела взглядом его суровую, брутальную комнату.

— А почему ты сам живёшь здесь? Не в городе, а прямо в клубе?

Телохранитель на мгновение замолчал. Его взгляд стал тяжёлым, устремлённым куда-то сквозь неё, в прошлое

— Я в этом клубе с тринадцати лет, — глухо ответил он, и в его голосе послышалась старая, застарелая усталость. — Леон забрал меня под своё крыло. Я жил здесь, учился всему по мере взросления. «GENESIS» — это всё, что я знаю. Моя работа, моя база и моя тюрьма одновременно.

— С тринадцати? — Арис удивлённо приподняла брови, всматриваясь в его резкие черты лица. — А как же твоя семья? Твои родители?

Лицо Мэта мгновенно изменилось. Он резко нахмурился, челюсть упрямо выкатилась вперёд, а в глазах на секунду вспыхнула холодная, глухая стена, которой он обычно отгораживался от всего мира.

— Их у меня нет, — отрезал он, и по его тону стало понятно, что эта тема закрыта наглухо и возвращаться к ней он не намерен.

Арис заметила, как мгновенно подобрался мужчина, как ожесточилось его лицо при упоминании семьи. Ей стала невыносима эта внезапная, ледяная стена, выросшая между ними. Поддавшись порыву, она медленно протянула свою тонкую ладонь через стол и мягко коснулась его руки. Её пальцы, всё ещё сохранившие тепло чайной чашки, робко легли на его напряжённую, покрытую шрамами кисть.

Мэт вздрогнул от этого прикосновения, но руку не убрал. Он опустил взгляд на её ладонь, и девушка почувствовала, как под её пальцами постепенно расслабляются его жёсткие мускулы. Хмурая складка между бровей едва заметно разгладилась.

Пытаясь увести его от болезненных воспоминаний и одновременно озвучить то, что эхом отдавалось в её собственной голове с самой седьмой комнаты, Арис тихо перевела тему.

— Леон... Что теперь будет? — в её голосе снова прорезались нотки паники. — Я так боюсь. Меня ведь уволят из «GENESIS» за это, да? Или, что ещё хуже... Леон накажет тебя за то, что ты ворвался и сорвал визит такого важного гостя?

Мэт вздохнул, переворачивая ладонь вверх и слегка сжимая пальцы девушки в ответ — спокойно, заземляюще.

— Успокойся, Принцесса, — его голос звучал абсолютно ровно, возвращая ей чувство контроля. — Никто тебя не уволит. И меня Леон не тронет. В клубе есть чёткие правила, и сегодня вся вина лежит исключительно на клиенте. Он перешёл черту, применил силу, а это запрещено внутренним кодексом клуба, какой бы статус у него ни был.

Мужчина криво ухмыльнулся, хотя в глазах всё ещё мелькала тень злости на самого себя.

— Единственное, за что мне по-настоящему влетит от Леона — это за то, что я среагировал слишком поздно. За то, что допустил, чтобы он тебя ударил. Личный телохранитель не должен пропускать такие вспышки. Так что за это я получу свой выговор. Но не за то, что вышвырнул его оттуда.

Арис уловила, как после этих слов его взгляд изменился. Он больше не был холодным взглядом охранника или просто сочувствующим. Мэт смотрел на неё неотрывно, тяжело и обжигающе откровенно, медленно скользя глазами по её влажным волосам, открытым ключицам и шёлку платья, который всё ещё облегал тело.

От этого внимания её кожа покрылась мурашками, а сердце снова пустилось вскачь. Не выдержав этого безмолвного давления, девушка тихо, едва дыша, спросила.

— Мэт, почему ты так на меня смотришь?

Тот в свою очередь, не отвёл глаз. Напротив, он подался чуть вперёд, и его голос прозвучал низко, с лёгкой, бархатистой хрипотой.

— Ты очень красивая, Арис. Я это сразу заметил. Ещё в твой самый первый день здесь.

После его признания воздух в комнате словно сгустился, став осязаемым и горячим. Напряжение между ними достигло своего пика, расстояние казалось ничтожным, а затянувшийся зрительный контакт кричал о том, что профессиональная дистанция окончательно рухнула. Мэт медленно перевёл взгляд на её губы, и девушка замерла, готовая к тому, что сейчас произойдёт что-то непоправимое и долгожданное

Но в этот самый момент тишину комнаты безжалостно разорвал резкий, громкий звонок мобильного телефона мужчины.

Звук подействовал на обоих как ледяной душ. Очарование мгновенно рассеялось. Мэт резко отпрянул, шумно выдохнув сквозь зубы, и достал вибрирующий аппарат из кармана. Взглянув на экран, он заметно изменился в лице — снова вернулась привычная суровая маска.

— Прости, — глухо бросил он, поднимаясь из-за стола. — Мне нужно ответить.

Не дожидаясь реакции Арис, он быстрыми шагами пересёк комнату и скрылся за дверью спальни, плотно закрыв её за собой, оставив девушку наедине с её бешено колотящимся сердцем и ароматом мятного чая.

Она осталась сидеть в тишине кухни, вслушиваясь в приглушённый мужской голос, доносившийся из-за закрытой двери. Пытаясь унять внутреннюю дрожь и уложить в голове те эмоции, которые сейчас трепещут внутри, она грациозно положила ногу на ногу и сделала ещё один глоток уже немного остывшего мятного чая.

Вдруг её коленка с глухим стуком наткнулась на какой-то твёрдый, холодный предмет, скрытый под массивной деревянной столешницей.

Нахмурившись, Арис наклонилась и заглянула под стол. Сердце мгновенно ухнуло куда-то вниз, а дыхание перехватило. Там, в специальном скрытом креплении, привинченном к нижней части стола, покоился тяжёлый, матово-чёрный пистолет. Он был расположен так, чтобы хозяин комнаты мог выхватить его в любую секунду, едва заподозрив опасность.

Липкий страх и первобытный ужас новой волной окатили девушку. Оружие. Настоящее, смертоносное оружие находилось всего в нескольких сантиметрах от неё, там, где они только что пили чай и делились сокровенным. На мгновение комната Мэта снова показалась ей опасным, чужим местом.

Она зажмурилась и сделала глубокий вдох, заставляя себя успокоиться. Судорожно сжала чашку пальцами. «Это Мэт, — мысленно повторила она себе, пытаясь унять панику. — Это его работа. Он мой телохранитель. Он живёт в мире, где оружие — единственный способ выжить и защитить других. Защитить меня...»

Логические доводы помогли, но противный, липкий холодок страха всё равно пробрал её до самых костей, напоминая о том, кем на самом деле был мужчина, в чьей постели она едва не оказалась взглядом. Мэт не был обычным парнем. Он был опасным хищником. Она ничего о нем не знала.

Услышав, что шаги в спальне приблизились к двери, Арис резко выпрямилась. С колоссальным трудом удерживая маску абсолютного спокойствия, она расправила плечи, поправила влажный шёлк платья и сделала вид, что ничего не обнаружила, хотя её пальцы едва заметно подрагивали.

***

Пока его подопечная в гостиной пила мятный чай, мужчина, плотно прикрыв за собой дверь спальни, тут же прижал вибрирующий телефон к уху.

— Слушаю, босс, — сухо произнёс Мэт, стараясь, чтобы его голос звучал максимально ровно.

Но на том конце провода не было привычного вальяжного тона. Леон был в ярости. Он буквально содрогался от гнева, пробивая даже динамик телефона.

— Какого чёрта произошло?! Почему ты не уследил?!

Мужчина сжал свободную руку в кулак, подыскивая оправдания.

— Я среагировал сразу, просто ситуация вышла из-под контроля...

Леон резко перебил его, и в его вопросе проскользнула странная, пугающая одержимость.

— Её лицо сильно пострадало?

Мэт на мгновение замялся, вспоминая разбитую губу Арис и припухшую щеку, к которой он только что нежно прикладывал лёд. Он попытался смягчить углы, чтобы защитить девушку от лишнего внимания хозяина клуба.

— Незначительно. Я уже принял меры.

— Я в курсе, — вкрадчиво, с явным отвращением и неприемлемостью процедил Леон. А затем его тон забрезжил по-настоящему гневными, опасными нотками. — Почему она все еще у тебя?!

Мужчина внутренне выругался. «Чёрт. Он знает даже это. Знает, где сейчас Арис».И попытался быстро выкрутиться, хотя внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия.

— Я как раз собирался...

Но босс не дал ему договорить. В трубке раздался такой оглушительный, яростный крик, что Мэту показалось, будто стены спальни содрогнулись от этого ультразвука. Хозяин «GENESIS» буквально брызгал презрением и яростью.

— Чёрта с два! Не нужно мне врать, Я ЭТОГО НЕ ЛЮБЛЮ!!!

— Я сейчас её отвезу, — быстро ответил телохранитель, понимая, что ситуация становится критической.

Но Леона уже было не остановить. Его голос превратился в чистый яд, он буквально вбивал каждое слово в сознание подчиненного, напоминая ему его место.

— Ты охранник. Понял меня?! Даже смотреть на неё не смей! Или, может, ты соскучился по «Мясорубке»?!

При упоминании «Мясорубки» мужчина замер. Его лицо исказилось от глухой, бессильной злости. Воспоминания на мгновение сдавили горло. Мэт промолчал, с трудом сдерживая рвущийся наружу рык.

Хозяин клуба, наслаждаясь его замешательством и своим полным триумфом, добил его презрительным, давящим вопросом.

— Я доходчиво объяснил тебе? Ты меня понял???!

Мэт зажмурился, его челюсти сжались с такой силой, что в ушах зазвенело. Он ненавидел этот момент, ненавидел свою зависимость, но ради безопасности — и своей, и Арис — он вынужден был подчиниться. Его глаза потемнели от ярости, когда он выдавил сквозь зубы.

— Да, босс.

В трубке раздались короткие гудки. мужчина медленно опустил телефон. Его тяжело штормило от гнева и адреналина.

Когда Мэт вышел из спальни, от его недавней заботливости и того обжигающего, откровенного взгляда не осталось и следа. Лицо превратилось в абсолютно безэмоциональную, глухую маску. Глаза стали холодными, как застывший лед, а фигура — неестественно прямой, словно он снова надел свой невидимый бронежилет.

Арис, всё ещё державшая в руках чашку с мятным чаем и помнящая о пистолете под столом, замерла. Её очень удивила и даже ранила эта внезапная, пугающая холодность. Минуту назад этот мужчина признавался ей в симпатии, а теперь смотрел сквозь неё, будто она была чужой.

— Я должен отвезти тебя домой, — коротко бросил Мэт. Его голос прозвучал сухо, механически, без единой живой интонации.

Арис послушно поднялась, чувствуя, как внутри нарастает обида и непонимание. Они молча вышли из его комнаты и направились по длинному коридору к лифту. Телохранитель шёл чуть впереди, чеканя шаги и, за всё время пути, ни разу не обернулся.

Когда матовые двери лифта сомкнулись, отрезав их от коридора, девушка не выдержала. Эта звенящая тишина давила на неё неимоверно сильно. Она сделала шаг к нему, заглядывая в его каменное лицо.

— Мэт, что случилось? — девушка отчаянно пыталась выяснить правду, вглядываясь в его глаза. — Кто звонил? Это из-за меня? Тебе влетело от Леона? Мэт, не молчи!

Но тот никак не реагировал. Он смотрел прямо перед собой, на зеркальную стену лифта, словно её не существовало. Это безразличие окончательно вывело Арис из себя. Обида, пережитый за ночь ужас и внезапная стена со стороны единственного человека, которому она доверилась, смешались в один безумный коктейль.

Потеряв контроль над эмоциями, девушка резко развернулась к панели управления и со всей силы ударила ладонью по большой красной кнопке «СТОП».

Лифт резко дернулся, раздался неприятный скрежет металла, и кабина намертво зависла между этажами. Вспыхнул аварийный свет, окрасив пространство в приглушённые тона.

— Пока ты мне не ответишь, мы никуда не двинемся! — тяжело дыша, выкрикнула Арис, разворачиваясь к нему лицом и преграждая путь к панели. — Я имею право знать! Посмотри на меня!

Это стало последней каплей. Внутренняя буря Мэта, которую он с таким трудом сдерживал после звонка Леона, прорвалась наружу. Его самообладание дало трещину. Мужчина резко шагнул к ней, вжимая в стену, и схватил её за плечи. Его глаза бешено блеснули в полумраке, а голос сорвался на опасный, хриплый полурык.

— У нас рабочие отношения. И не более того!

Телохранитель тяжело дышал, глядя на её испуганное, но упрямое лицо, на разбитую губу, которую сам же недавно мазал кремом, и этот вид заставил его причинить боль самому себе, чтобы спасти её.

— Я немного перегнул с нежностью, — уже тише, но с убийственной, финальной холодностью добавил он, отводя взгляд. — Этого больше не повторится.

Эти слова ударили наотмашь, выбивая весь воздух из лёгких. Арис застыла в полном шоке, у неё просто не нашлось слов. Вся та нежность, чуткость и забота, которую он проявлял в своей комнате, только что была безжалостно растоптана этой дежурной, сухой фразой про «рабочие отношения». В груди разлилась горькая, удушающая обида.

Мэт, глядя на её онемение, медленно разжал пальцы и сделал шаг назад, окончательно разрывая дистанцию. Его лицо снова превратилось в каменную маску, не выражающую абсолютно ничего.

— Теперь можем ехать? — холодно спросил он, даже не глядя на неё, а смотря куда-то поверх её головы.

Девушка ничего не ответила. Гордость и подступившие к горлу слёзы не позволили ей издать ни звука. Она лишь крепко сжала губы, резко развернулась к панели и молча нажала на кнопку отмены блокировки.

Кабина лифта вздрогнула, аварийный свет погас, и под мерный гул механизмов они наконец продолжили спуск. Но Арис казалось, что от его ответа стало только хуже. Замкнутое пространство лифта теперь давило на неё с утроенной силой, а звенящая тишина казалась ядовитой.

Всю оставшуюся дорогу до её дома они не проронили ни единого слова. Атмосфера в салоне автомобиля была наэлектризована до предела. Они даже не смотрели друг на друга: Арис демонстративно отвернулась к окну, разглядывая проплывающие мимо ночные огни города сквозь пелену стоящих в глазах слёз.

Мэт мёртвой хваткой вцепился в руль, упрямо уставившись на дорогу. Внутри него бушевал настоящий ад, а в голове ураганом проносились яростные мысли.

«Она расстроена, но я не могу иначе, и так позволил себе лишнего», — мрачно думал он, чувствуя, как вина и злость на самого себя завязываются в тугой узел. Его взгляд на секунду потемнел от бессилия. «Чёртов контракт! Чёртова работа!»

Мужчина больше не мог сдерживать это бешеное давление. С дикой злостью он наотмашь ударил кулаком по рулю.

Тяжёлый, глухой удар с грохотом разнёсся по салону машины, а сам автомобиль на мгновение качнуло.

Арис от неожиданности сильно вздрогнула и резко повернула голову, удивлённо и испуганно уставившись на него. Она никак не ожидала от всегда собранного Мэта такой яростной вспышки эмоций. Девушка снова отвернулась к окну, пряча лицо, а её собственные мысли зазвучали в голове горьким, полным самобичевания эхом. «Он злится на меня, зачем я полезла со своими расспросами?»— думала она, чувствуя, как к горлу подступает тяжёлый ком. «Кто меня просил? Теперь все то, что ощущалось между нами, кануло в прах».

Телохранитель больше не подавал знаков агрессии. Он ещё сильнее сжал челюсти, упрямо глядя на лобовое стекло, пока колёса глухо шуршали по асфальту. Каждому из них этот путь казался бесконечным.

Когда автомобиль наконец затормозил у её подъезда, Арис не стала ждать. Она рванула ручку двери, молча вышла из машины и быстрым шагом направилась к дому, ни разу не обернувшись.

Едва за ней захлопнулась тяжёлая входная дверь, Мэт резко нажал на газ. С сухим рёвом сорвался с места и молча уехал, растворяясь в темноте ночных улиц.

Глава 5. Секс на пляже и лавандовый раф

Утро встретило Арис тишиной и мягким рассеянным светом, пробивавшимся сквозь шторы. Она проснулась сама, без резкого звонка будильника, чувствуя приятную лёгкость во всём теле. Наконец-то она выспалась. Тяжёлые мысли и ночная буря эмоций словно немного отступили, уступив место утреннему покою.

Накинув любимый свободный кардиган и приведя себя в порядок (розоватый след на щеке почти сошёл, а разбитая губа уже не так сильно болела), девушка решила выбраться на улицу. Ещё при переезде она заприметила небольшую уютную кофейню прямо за углом её дома, но из-за нехватки времени, всё никак не могла туда заглянуть.

Стоило ей только толкнуть стеклянную дверь, как её окутал густой, умопомрачительный аромат свежеобжаренного кофе, выпечки и едва уловимой нотки корицы. Здесь царил настоящий, мягкий уют: приглушённый тёплый свет от небольших ламп, обилие живых зелёных растений в глиняных горшках на подоконниках и тихая, едва слышная инди-музыка, доносившаяся из колонок. Небольшие деревянные столики и мягкие кресла так и манили остаться здесь подольше.

За стойкой Арис встретила миниатюрная, очень милая бариста с забавным пучком на голове. Заметив гостью, девушка искренне и тепло улыбнулась, словно ждала именно её.

— Доброе утро! — приветливо поздоровалась она. — Что для вас приготовить?

От этой простой, ни к чему не обязывающей доброжелательности на душе у Арис стало чуточку теплее. Напряжение, державшее её с самой ночи, окончательно отпустило.

— Доброе утро, — улыбнулась девушка в ответ, разглядывая меню. — Мне, пожалуйста, большой лавандовый раф.

— Отличный выбор, сделаю в лучшем виде с нежной пенкой, — кивнула бариста и принялась за работу.

Арис не отходила от стойки, с интересом наблюдая за каждым её движением. Девушка работала с той завораживающей грацией, которая выдаёт мастера своего дела.

Сначала она взяла изящный питчер и налила в него сливки, добавив туда порцию ароматного лавандового сиропа — по воздуху тут же разнёсся тонкий, успокаивающий цветочный запах. Затем она установила холдер в кофемашину, и та отозвалась глубоким, утробным рокотом, наполняя чашку насыщенным, бархатистым эспрессо.

Девушка следила, как бариста аккуратно соединила кофе со сливочно-лавандовой основой, а потом взяла в руки паровой кран. Раздалось характерное шипение, и тонкая струйка пара превратила смесь в густую, однородную пенку. Она действовала уверенно и быстро: ловким движением она перелила готовый напиток в бумажный стаканчик, на ходу посыпав сверху парой сушеных бутонов лаванды, которые на тёмной поверхности выглядели как крошечные украшения.

— Ваш лавандовый раф, — с той же светлой улыбкой произнесла бариста, подавая Арис стаканчик.

Та приняла его, чувствуя приятное тепло через бумажные стенки, и на мгновение прикрыла глаза, наслаждаясь этим коротким, но таким гармоничным утренним ритуалом. Затем поблагодарила, расплатилась и толкнула тяжёлую стеклянную дверь, ведущую на улицу. Утренний воздух был свежим и чуть влажным, солнце было высоко, слух радовало щебетание птиц. Девушка сделала всего пару шагов по тротуару, как внезапно чьё-то мощное, стремительное движение сбило её с пути.

Столкновение было резким и совершенно неожиданным. девушка не успела даже охнуть — стаканчик выскользнул из пальцев, полетел вниз и с глухим шлепком ударился об асфальт. Крышка соскочила, и ароматный, густой напиток беспомощной лужей растекся по серой плитке, оставляя на её любимом кардигане несколько предательских пятен.

— Чёрт возьми, смотрите, куда... — начала было Арис, чувствуя, как внутри закипает праведный гнев. Она резко подняла голову, уже готовясь высказать всё, что думает об этом нелепом прохожем, но слова застряли у неё в горле.

Взгляд, полный раздражения, мгновенно сменился недоверием, а затем — настоящим шоком. Перед ней, слегка запыхавшись, стоял Рик. Его присутствие здесь в это тихое утро было очень неожиданным. Хотя она уже начала понемногу привыкать к тому, что ни одно утро не обходилось без этого неугомонного соседа.

Он выглядел также, как в первый день их знакомства, на этот раз был одет, что несказанно обрадовало Арис. Потому что воспоминание о его горячем торсе, блестящем капельками пота, было настолько свежо, что сейчас щеки девушки как по щелчку вспыхнули предательским румянцем. Весь её недавний утренний дзен, который она так старательно выстраивала, рассыпался так же быстро, как содержимое стаканчика под их ногами.

— Рик? — прошептала она, не в силах поверить своим глазам. — Ты... что ты здесь делаешь?

Мужчина, вместо того чтобы извиниться, расплылся в широкой улыбке, слегка склонив голову набок, и с интересом смотрел на девушку.

— Привет, Арис! — усмехнулся он, легко отряхивая руки. — Знал бы, что встречу тебя здесь, захватил бы с собой перфоратор!

Его соседка невольно рассмеялась, не в состоянии сдержаться. — Перфоратор? Серьёзно? Ты просто мастер по созданию хаоса на пустом месте, сосед! — парировала она, чувствуя, как вся тяжесть последних дней на мгновение испаряется.

Они обменялись еще парой колких шуток о ранних утренних подъёмах и соседской жизни. Смех, который девушка была не в силах держать, звучал так легко и естественно. Эта простая, теплая непринужденность была именно тем, чего ей так не хватало.

Рик, наконец, перевел взгляд на лужицу лавандового рафа и со вздохом, в котором смешались досада и теплота, покачал головой: — Жаль, кофе был отличный. Но мы обязательно исправим эту несправедливость и выпьем его вместе — как и договаривались раньше.

Сосед виновато улыбнулся, глянув на часы. — Прости, Арис, мне нужно бежать, — быстро добавил он, а затем тепло попрощался, легко коснувшись её плеча. Через мгновение Рик уже был на другом конце улицы, быстро скрываясь из виду. Девушка осталась стоять у кофейни, глядя ему вслед и чувствуя странную, непривычную лёгкость после этой короткой встречи.

23:40. GENESIS.

Наступил вечер. Мэт забрал Арис молча, и всю дорогу до клуба в машине царила звенящая, холодная тишина. Они не обмолвились ни словом, не встретились случайными взглядами — только работа, только дистанция.

Оказавшись в своей комнате, девушка сразу направилась в гардеробную. Ей нужно было подобрать подходящий наряд, который скрасил бы предстоящий вечер. Выбор пал на эффектное красное платье с замысловатой шнуровкой на спине — оно выглядело одновременно вызывающе и элегантно. Девушка тщательно поправила макияж, надела украшения и полностью погрузилась в процесс подготовки, не заметив того, как в комнату тихо, почти бесшумно, кто-то вошёл

Браслет на запястье завибрировал: пришло короткое сообщение: «VIP-комната 10». Арис вышла из гардеробной, чуть откидывая длинные волосы назад, и замерла посередине спальни.

На её постели, на самом видном месте, лежала роза с огромным, тяжелым бутоном алого цвета, и девушка была абсолютно уверена, что когда приехала и вошла в спальню, её не было.

«Кто мог оставить цветок, так незаметно проникнув в моё личное пространство?»

Арис осторожно приблизилась и поднесла его к лицу, касаясь бархатных лепестком кончиком носа. Аромат был терпким, сладким и глубоким. «Это точно не стиль Маэстро — здесь не было карточки, да и масштабы не те»

«Мэт?»Эта мысль показалась ей нелепой. Он сегодня вёл себя так, словно её не существовало — не удостоил ни словом, ни взглядом.

Сердце забилось быстрее, а вопросы множились один за другим. Витая в собственных мыслях и чувствуя странную тревогу, смешанную с любопытством, девушка вышла в коридор.

Прикрыв за собой дверь, девушка развернулась и буквально врезалась в Мэта. От неожиданности воздух в легких перехватило. Мужчина выглядел совершенно не так, как во время их молчаливой поездки: его обычная холодность сменилась явным волнением, а в глазах читалась неприкрытая тревога. — Арис, нам нужно поговорить! — выпалил он, преграждая ей путь.

Она попыталась обойти его, стараясь сохранять профессиональное спокойствие. — У меня работа, Мэт... — сухо бросила девушка, глядя прямо перед собой.

Но он не отступал, словно специально перекрывая ей дорогу раз за разом. Его голос звучал почти умоляюще, когда он добавил: — Я прошу тебя! Я не хочу, чтобы ты туда ходила!

Арис резко остановилась, уставившись на него. Она видела, как он обеспокоен, но внутри неё эта забота вызвала лишь вспышку ярости. — Ты издеваешься?! — воскликнула она, не в силах больше сдерживаться.