Соль и Порох

Мишель опустился перед решёткой и занялся винтами. Первый поддался сразу. Второй упрямился, как грешник на исповеди. Третий сорвался. Пришлось взять стальную пластинку Лорана и работать ею, сдирая кожу с пальцев.

За дверью снова послышались шаги. На этот раз ближе.

— Быстрее, — Лоран встал между дверью и столом.

— Хочешь помочь — молчи.

Последний винт выпал на ладонь. Мишель поймал его, чтобы не звякнул. Решётка отошла от стены. За ней оказался узкий технический лаз для наладки труб. Не ход даже, а издевательство над человеческими размерами. В глубине тускло белела соседняя кладовая.

— Первый ты.

— Ваше доверие растёт.

— У тебя кости тоньше.

Лоран скользнул в лаз почти бесшумно. Мишель полез следом и сразу задел плечом трубу. Металл дрогнул. Он замер, стиснул зубы и двинулся дальше, стараясь не думать о бумагах под жилетом. Листы упирались в рёбра. Журнал, который он успел схватить со стола, мешал согнуть руку.

За дверью кабинета снова дёрнули ручку.

— Заперто, — сказал молодой.

— Доктор всегда запирает, когда уходит?

— Не знаю.

Очень плохо.

Мишель прополз ещё полметра, упёрся локтем в выступ, тихо выругался и всё-таки протиснулся дальше. Снизу донёсся новый крик. На этот раз длинный. Потом ударил железный засов.

Не думать.

Не сейчас.

Он вывалился в кладовую вслед за Лораном и едва удержался на ногах. В кладовой стояли полки с чистыми простынями, катушки бинтов, медные грелки, переносные аккумуляторные лампы и две коробки с заводными шприцевыми насосами. На двери висел журнал выдачи крови. Мишель сорвал его с крючка, раскрыл на первой попавшейся странице и увидел знакомые номера.

I. II. III. IV.

Он сунул журнал под мышку.

— Жадность вас погубит, — Лоран приоткрыл дверь.

— Меня погубит твоё общество.

— Поверьте, я далеко не худшее, что может с вами приключиться.

Коридор на первый взгляд был пуст.

В дальнем конце, у лестницы, качнулась тень. Может быть, человек успел свернуть вниз. Может быть, остановился и смотрел на них через стеклянную перегородку.

Мишель поднял пистолет.

Тень исчезла.

— Видел? — он едва шевельнул губами.

— Да.

— Кто?

— Не знаю.

Вот это было совсем плохо. Если де Вир не знал, значит, человек стоял слишком далеко. С другой стороны, возможно, их он не заметил.

Пошли вдоль стены, высматривая пожарную дверь. Крючок снялся без звука. Петли скрипнули совсем чуть-чуть. Снаружи уже серело. Портовые фонари гасли один за другим; газовые реле щёлкали под стеклянными колпаками.

Лоран остановился на пороге.

Свет ещё не жёг, но уже трогал кожу. Мишель увидел, как вампир едва заметно напрягся.

— Пройдёшь?

— Если перестанете загораживать дверь.

— Вежливость так и прёт.

Они спустились по внешней лестнице во двор за дезинфекционной будкой. Лоран держался ближе к стене. Мишель шёл чуть впереди, с пистолетом в руке и журналом под мышкой. В боковом корпусе за их спинами открылась дверь.

— Эй! — крикнул кто-то сверху.

Мишель не обернулся.

Оборачиваться — значит признать, что кричат им.

Они свернули за угольный навес. Сверху продолжали кричать. Потом зазвенел ручной звонок. Не общая тревога. Скорее вопрос. Недоумение. Первая трещина перед тем, как всё посыплется.

Лоран ускорился, стоило поспешить следом за ним.

Во дворе у ворот стоял грузовой паровой экипаж с открытой топкой. Кочегар спал на козлах, уронив подбородок на грудь. За экипажем тянулась узкая щель между стеной склада и старой санитарной будкой.

Лоран схватил Мишеля за рукав.

— Налево.

— Руки, — вампир в ответ закатил глаза:

— Негодовать вы будете позже, идём.

Через мгновение мимо них пробежали двое рабочих. Один держал фонарь, второй — железный прут. Они не заглянули в щель. Промчались к воротам, где уже кто-то спорил с возницей.

Мишель ждал, прижавшись спиной к кирпичу. Бумаги под жилетом кололи рёбра. Журнал мешал дышать. Царапина снова открылась, кровь потекла по шее от челюсти вниз, впитываясь в ткань рубахи.

— Нас видели, — прошептал он. Де Вир бросил на него взгляд и пожал плечами. Пришлось переждать прежде чем выбраться из щели. Прошли вдоль стены, перебрались через низкую ограду к служебным путям и бегом ушли в сторону депо. Бегом в случае Мишеля, разумеется — вампир сохранял лёгкий шаг, и всё равно бывший Дознаватель едва за ним поспевал.

За их спинами просыпалась карантинная зона. Звенел ручной колокол, хлопали двери, кто-то звал доктора Белланти. В пневматической трубе над воротами одна за другой щёлкали капсулы.

Сообщения уходили в город.

Мишель сунул руку за пазуху и проверил документы.

На месте.

Леметр. Белланти. Летти. Гендель. Слишком много имён для одной ночи и слишком мало времени до рассвета.

На углу депо он всё же обернулся. В окне второго этажа старого склада стоял человек. Далеко, за мутным стеклом, толком не разобрать. Только тёмный силуэт, неподвижный и тонкий.

Потом в окне погас свет.

— Мсье Ренар, — Лоран уже уходил в тень между сараями. — Если вы собираетесь стоять под утренним небом, делайте это без меня.

Мишель сжал зубы и пошёл следом.

Очень хотелось вернуться.

Очень хотелось выстрелить в то окно.