Ничего неприличного

— Мистер Финч, боюсь, без паспорта души такой документ не представляется возможным оформить.

Финч надул губы, наклонил голову и затеребил ноготь. Элайджа изучающе смотрел на него.

— Тогда… можно заверить, что я энергичен, амбициозен и нахожусь в поиске спутницы жизни до 28 лет включительно, с возможностью продления до 30 лет в индивидуальном порядке.

Джерроу приподнял бровь.

— Это звучит как брачное объявление, а не как юридический документ.

— Отлично, давайте оформим как брачное объявление! С печатью!

— Нотариус не заверяет брачные объявления.

— Почему? А вдруг она потребует доказательств, что я энергичен?

— Что ж, таким доказательством может стать Ваш Порше… Мистер Финч, допустим, я заверю все эти документы. Вы покажете их девушке. Она спросит: почему Вам нужно заверять свою молодость у нотариуса? Ведь по-настоящему молодые люди не заверяют свою молодость — они просто живут.

Тревор замолчал. Он почти минуту думал над словами нотариуса.

— Значит, мне нужно заверить, что я не заверяю свою молодость?

— Значит заверение не требуется. Живите молодым.

Финч широко улыбнулся, встал с кресла, пожал руку Джерроу.

— Потрясающе. Но бумажку с тестом и фотографии я заберу. Покажу на следующем свидании. А потом прокачу её на Порше.

— Великолепно.

Мистер Финч с тяжелым топотом ног покинул нотариальную контору.

Бриггс подозрительно поглядел ему вслед.

Запись в журнале: «Молодость души. Возраст тела: 40. Возраст души: 25. Возраст, в котором он повзрослеет: не установлен. Порше оранжевый. Вода в стакане закипела от отвращения».

Глава 4

После необычайно сильной жары в Бромли-на-Вереске наступило небольшое похолодание. И хотя солнце всё ещё радовало жителей своим теплом, духоты более не стояло. Бриггс был очень рад данному обстоятельству — ему совсем не нравилось потеть на рабочем месте.

Элайджа, напротив, прикрыл окна и решил разобрать архивы, которые скопились у него за последние пару месяцев. Их было немного, но отсутствие административных помощников очень сказывалось — в положительную сторону для хаоса, конечно же. И хаос в бумагах был не единственным в этот день.

Звонок на двери в очередной раз подал свой голос. Бриггс слегка встрепенулся. Сегодня он не выспался, старался держать глаза открытыми. Стакан с водой стоял необычно мало наполненным.

В контору зашла женщина лет пятидесяти. Усталость, недосып, напряжение — именно это почувствовал Бриггс, когда увидел её, и его взгляд сменился на понимающий. Одета она была добротно, если бы не одна деталь: туфли на низком ходу. И хотя Бриггсу это ни о чем не говорило, но Джерроу впоследствии сделает вывод, что это помогает иногда убегать от мужа. В руках у женщины — потрёпанная папка с документами и большая сумка.

— Миссис, нужно проверить сумку, — пробормотал сонно Бриггс. Обычно он не проверял вещи, которые приносили клиенты. Но сумка была настолько большой, особенно по сравнению с самой женщиной, что ради безопасности стоило заглянуть.

— Конечно, только побыстрее, — нервно отозвалась женщина, раскрывая содержимое сумки.

Бриггс заглядывал, не ожидая ничего от этой проверки. И его удивление, хотя и не отразилось на лице, но сильно ухнуло у него в ушах. Там лежали упаковки от нескольких успокоительных средств, просроченные купоны на скидку из магазинов, влажные и сухие салфетки. И сигара.

— Проходите, — буркнул ирландец, выпивая всю оставшуюся воду в стакане.

Маргарет быстро, но твёрдо и громко прошагала в кабинет нотариуса. Её непоколебимый взгляд словно был готов рушить бетонные стены.

— Мистер Джерроу, — приветственно произнесла она, кивая и присаживаясь в кресло для клиентов. Элайджа кивнул и сложил руки на столе.

— Что ж, Маргарет… Вы пришли раньше на пару минут. Чем могу помочь? — доброжелательно спросил нотариус.

Женщина глубоко вздохнула, словно стараясь запастись большим количеством воздуха для долгой истории. Или снимая напряжение с психики, кто знает.

Она положила на стол папку.

— Мистер Джерроу, — начала она ровным голосом, — мой муж — замечательный человек. Он добрый, умный, у него прекрасное чувство юмора. Но раз в несколько месяцев он становится... — она сделала паузу, подбирая слово, —...социально-креативным.

Джерроу приподнял бровь. Социально-креативный — новый термин. Он ему почти нравится.

— И что же он делает, когда становится... креативным?

Маргарет открыла папку.

— Вот список последних эпизодов за полгода.

Джерроу взял из рук женщины бумагу и посмотрел на список. Читает. На первой странице — письмо фермеру с просьбой купить трактор для дальнейшего рытья туннеля до Австралии. Молча переворачивает страницу. Видит очень плохо написанное стихотворение с посвящением мэру. Читает дальше. На третьей странице — устав «Фонда спасения ежей», подписанный Цезарем в качестве главного бухгалтера. Кто такой Цезарь — ещё предстоит выяснить. На четвёртой — жалоба в совет графства на захват участка с пометкой ручкой «от врагов».

Джерроу опустил бровь.

— Миссис Крофт, я изучаю право двадцать три года. Но я никогда не видел такого подробного необычного списка и собранных доказательств. Это... — он сделал паузу снова, —...впечатляет.

— Спасибо. Я не знаю, гордиться или плакать. Поэтому пришла к Вам. С Цезарем и фондом мы уже почти справились, а вот с захватом участка ещё предстоит разбираться.

— Прошу прощения, Маргарет, но мне необходимы детали для включения в контекст.

— Конечно, конечно. В общем, по порядку — старый фермер Джо, спасибо ему, не продал моему мужу трактор, хотя план докопаться до Австралии у него был почти выгравирован в голове. Хорошо, что позабыл. Стихотворение я приложила как пример, он рассылает их почти всем, кому не лень, наш почтальон уже сбился с ног относить столько писем. Но я уже всех знакомых предупредила, они не открывают письма от нас. Цезарь — это осёл, которого мой муж почти выкупил у Джо, но я вовремя вмешалась. Единственное, я не доглядела, когда он составлял устав для этого фонда. Пока не доехал никуда, чтобы его официально оформить, но я держу вопрос на контроле. А вот неделю назад он проснулся и решил, что он Наполеон, и что ему срочно нужно сдвинуть забор, который метит территорию границы с Испанией. Он перенес забор на несколько метров вглубь чужого участка, думая, что так оккупирует Испанию. Соседи подали жалобу. Я совсем сбилась с ног. У меня закончились оправдания для людей.

Элайджа слушал, как Маргарет почти тараторит и доказательно тычет пальцем в бумаги из папки. Кажется, от её рассказа где-то вдалеке завопил Адмирал.

— Миссис Крофт, так что же я могу для Вас сделать? — мягко перебил её Джерроу.

Женщина хлопнула пару раз глазами.

— Что ж… может быть, можно, чтобы он заключил какой-то договор с самим собой на запрет действий в креативные фазы настроения?

Элайджу веселит её подбор фраз.

— Миссис Крофт, я не могу заверить договор, где обе стороны — одно лицо. Это как если бы я заверил сделку между человеком и его отражением в зеркале. Даже если отражение подпишет — суд не примет.

Маргарет кивнула. Она ожидала этого.

— Тогда можно я просто заверю список? Людей и организаций, которым он не должен ничего дарить? Я хочу повесить его на холодильник. И в банк отнести. И в полицию. И, возможно, фермеру — чтобы он не продал ему больше ни одного осла без моего согласия.

Джерроу берет список из папки. Там написано:

«Запрещённые одаряемые:

1. Цыганский ансамбль «Дети солнца» (грозился подарить им сарай).

2. Шаман Баир (диплом не подтверждён, задаток не возвращён).

3. Секта «Свидетели Космической Гармонии» (обещали бессмертие, продают амулеты).

4. Фермер Тэтчер (потенциальный источник ослов).

5. Любой человек, утверждающий, что говорит от имени Цезаря».

Джерроу перечитал пятый пункт дважды и поджал губы.

— Миссис Крофт... Это список лиц, которые, по Вашему мнению, могут воспользоваться состоянием Вашего мужа. Я могу заверить, что Вы передали мне этот список. Но я не могу заверить, что этим людям нельзя ничего дарить. Это не в моей компетенции.

— А что в Вашей компетенции? — спрашивает она с мягкой улыбкой. — Кроме тумана и эха?

Джерроу замер. Уголок его губы дрогнул.

— Вы разговаривали с мисс Дрейн.

— Да.

Джерроу вздохнул. Городок тесен.

— Хорошо. Вот что я могу: если Ваш муж придёт сюда в стабильном состоянии, я могу заверить его подпись на заявлении, в котором он назначает Вас доверенным лицом на случай... гм... социальной креативности. Доверенность, ограниченная определёнными обстоятельствами — скажем, подтверждением врача. Это не идеальное решение, но хоть что-то.

— Что-то — это больше, чем ничего, — заключила одобрительно Маргарет. — А ничего у меня и так уже есть. Вон, фонд ежей почти учрежден, — она затихла на секунду. — Но… что же делать с забором? Я не помню, где он стоял конкретно. И мой муж не помнит, и он против возврата его обратно, иначе Испания ударит первой.

— Что ж, я могу засвидетельствовать, что Ваш муж подписал заявление о том, что он не помнит, где стоял забор до того, как его переставил. Это не доказательство мании. Это доказательство амнезии. А амнезию — хоть от удара головой, хоть от переутомления, хоть от успокоительного для лошадей — страховые компании любят. Потому что амнезия — это классика. Это как потерять багаж в аэропорту. Все понимают, никто не проверяет.

Маргарет непонимающе посмотрела на нотариуса.

— Но он же не ударялся головой...

Джерроу слегка улыбнулся.

— А кто это проверит? Доктор Паддингтон? Он же лечит коров. Хотя его подписи на документе с амнезией будет вполне достаточно. Я не призываю Вас ко лжи. Я призываю Вас к... творческому подходу к документации. Как делает Ваш муж.

Маргарет задумалась.

— То есть, Вы предлагаете мне заверить, что Джеффри ударился головой о забор, который сам же переставил?

Джерроу едва заметно ухмыльнулся уголком губ.

— Я предлагаю Вам заверить, что Ваш муж не помнит, где стоял забор. Причины его амнезии — это уже вопрос к врачам. Я их не указываю. Нотариус не ставит диагнозов. Нотариус ставит печати.

Маргарет завороженно кивнула.

— Конечно, это выглядит как хороший план. Я приведу его сюда, — она встала и начала собирать папку. Казалось, женщина резко ушла в свои внутренние рассуждения и уже не обращала внимания на Джерроу.

— Я приведу… приведу, — приговаривала она, пока покидала нотариальную контору.

Бриггс высунул голову из-за двери, глядя на Элайджу.

— Сэр. Наполеон?

Джерроу улыбнулся.

— Кевин, запиши миссис Крофт на следующий вторник в то же время, пожалуйста.

Бриггс открыл журнал и пометил:

«Семья Крофт. Муж — Наполеон. Забор. Граница с Испанией. Почти купил осла. Рекомендация: амнезию заверить, доверенность оформить, манию — к викарию».

Немного подумав, Бриггс дописал: «Сигара. Марка не установлена. Мотивы неясны. Возможен обмен табачными изделиями».