Путь некроманта: Выбор

Теперь оставлял ему тысячи живых.

Странная штука жизнь.

— Если беженцев станет больше, чем можем разместить, не закрывай дорогу сразу. Расселяй дальше по деревням. Те, кто способен работать, пусть помогают строить. Ремесленников отдельно учитывать. Кузнецов, плотников, лекарей, мельников.

— Уже приказал.

— Зерно, которое люди привезут с собой, не отбирать.

Фредерик раздражённо посмотрел на него.

— Кай.

— Что?

— Я бандит. Не идиот.

— Иногда граница тонкая.

— Езжай уже на свою войну.

Кай протянул ему руку.

Фредерик посмотрел на неё, потом пожал.

— Возвращайся.

— Постараюсь.

На этом они закончили.

Армия выступила после полудня.

На сбор почти восьми тысяч мертвецов ушло меньше времени, чем потребовалось бы живому войску в десять раз меньшего размера.

Мёртвым не нужно было искать сапоги, спорить из-за места в обозе, прощаться с родственниками или возвращаться в казарму за забытым ножом.

Им нужен был приказ.

Первыми из владения вышли скелеты.

Две длинные колонны костяной пехоты потянулись по дороге. Оружие лежало на плечах, шаги почти сливались в один сухой, мерный стук. Между передовыми отрядами двигались гончие смерти, время от времени уходя в стороны от дороги.

За ними шли зомби.

Дальше — трупоголемы.

Пять огромных существ двигались медленно, тяжело, и каждый их шаг отдавался в земле.

На спине одного за утро успели соорудить деревянный помост.

Идею предложил Фредерик ещё за завтраком, когда посмотрел на хромающего Орвина и заявил, что тащить пироманта три дня в телеге по разбитой дороге — верный способ довезти к Морвейну две его ноги, но отдельно от хозяина.

Плотники взялись за работу с неожиданным энтузиазмом.

Получилось сооружение, которое Кай затруднялся назвать.

На широкой спине трупоголема закрепили тяжёлую деревянную площадку с невысокими стенками, лавками и лёгким полотняным навесом. Сбоку свисала верёвочная лестница. Несколько ремней и деревянных распорок удерживали конструкцию при ходьбе.

Со стороны всё это напоминало большой домик на дереве.

Только дерево было мёртвым, ходило на двух ногах и состояло из человеческих тел.

Фредерик остался чрезвычайно доволен.

Арвен назвал конструкцию оскорблением инженерного искусства, после чего первым на неё поднялся.

Теперь лич стоял у переднего края помоста, возвышаясь над деревянной стенкой, и смотрел на дорогу.

Орвин расположился на одной из лавок, вытянув больную ногу. Талион сидел напротив с картой на коленях.

Кай стоял между ними.

С высоты спины трупоголема было видно почти всю колонну.

Впереди уходили по дороге ряды скелетов.

По бокам двигались гончие.

Позади тянулись зомби и оставшаяся костяная пехота, замыкавшая войско. Броди ехал верхом ближе к голове колонны, время от времени возвращаясь к Каю, чтобы свериться с дорогой.

Дэймос и Фобос двигались рядом с трупоголемами.

Сангвин исчез где-то впереди ещё до выхода основной армии. Он заявил, что предпочитает узнать о засаде раньше, чем в неё войдёт несколько тысяч мертвецов.

У ворот стояли Фредерик, Даен и Салира.

Кай нашёл её взгляд сразу.

Салира ничего не кричала.

Только подняла руку.

Кай ответил тем же.

Трупоголем сделал следующий тяжёлый шаг.

Замок медленно поплыл назад.

За ним — стены, новые бараки, лес, который мёртвые рубили ещё утром, и дорога, по которой уже шли первые беженцы.

Кай смотрел, пока Вальден не начал скрываться за деревьями.

Арвен стоял рядом.

— Передумать ещё можешь.

Кай посмотрел на него.

— Это ты сейчас меня отговариваешь?

— Проверяю.

Кай повернулся к дороге.

— К Бранвику.

Трупоголем продолжал идти.

За ним шла армия.

Первые беженцы встретились им почти сразу же.

Кай заметил телеги с высоты трупоголема задолго до того, как люди увидели его самого. Дорога здесь огибала невысокий холм, и навстречу армии тянулась небольшая колонна: с десяток повозок, несколько коров, овцы, мужчины и женщины вперемешку с детьми.

Потом из-за поворота показались первые скелеты.

Колонна остановилась почти мгновенно.

Одна из лошадей шарахнулась к обочине. Мужчина на передней телеге вскочил, схватил копьё. Кто-то закричал детям, чтобы прятались под повозками. Женщина прижала к себе девочку и попятилась в поле.

Скелеты продолжали идти.

Ровным строем, по своей стороне дороги.

Ни один не повернул головы.

Следом появились гончие смерти. Тогда несколько человек всё-таки бросились прочь, но гончие даже не посмотрели в их сторону. Они пробежали мимо, сохраняя расстояние между колоннами.

Потом земля начала вздрагивать под шагами трупоголемов.

Тут испугались уже все.

Кай видел снизу поднятые лица, перекошенные страхом. Один старик даже встал перед своей семьёй с топором, хотя прекрасно должен был понимать, насколько это бесполезно.

Кай не стал ничего кричать.

Не было смысла.

Армия просто прошла мимо.

Когда последний ряд скелетов миновал телеги, люди ещё долго стояли на месте. Потом первая повозка осторожно двинулась дальше — в сторону Вальдена.

На следующий день таких колонн было уже несколько.

На третий — они попадались почти каждый час.

И каждый раз происходило примерно одно и то же. Сначала страх. Оружие в руках. Попытка убрать детей с дороги. Потом недоумение, когда несколько тысяч мертвецов проходили мимо, не причинив никому вреда.

Бранвик они увидели к вечеру третьего дня.

Город стоял на невысоком каменном возвышении, окружённый старой стеной, которая в другое время могла показаться серьёзным укреплением. Теперь вокруг неё раскинулся лагерь размером почти с ещё один город.

Палатки, обозы, лошади, костры, раненые, кузницы под открытым небом.

Остатки Пограничья.

Макриман успел добраться раньше них.

Поэтому долгих объяснений не понадобилось.

Альрик Морвейн встретил Кая в большом шатре возле южной стены. Кай помнил его по совету Далмора — старый барон, который говорил меньше всех остальных и большую часть времени просто слушал.

Он почти не изменился.

Только теперь на нём была кольчуга, а вместо нескольких тысяч собственных людей за стенами стояли остатки войск сразу нескольких владений.

Морвейн выслушал Кая, выслушал Броди, несколько раз уточнил числа, потом долго смотрел на карту.

Ни одного вопроса про Арвена.

Ни одного про рыцарей смерти.

Ни одного про трупоголемов.

Только:

— Сколько ваших мёртвых способно выступить завтра?

— Все.

Морвейн кивнул, будто именно этого и ожидал.

Разговор занял меньше часа.

Кай не собирался забирать у барона командование Пограничьем, а Морвейн не собирался отдавать его. Зато оба быстро сошлись в одном: сидеть у Бранвика и ждать, пока Империя соберёт силы, было бессмысленно.

Разведка Морвейна уже нашла первую цель.

Три легиона двигались по старой северной дороге примерно в одном дне пути. По последним сведениям — чуть больше десяти тысяч человек вместе с обозами и приданными частями.

От основной имперской армии они оторвались достаточно далеко.

Морвейн выделил Каю пять тысяч бойцов.

Командование ими получил Макриман.

— Остальных оставить мне, — сказал барон. — Если я сниму ещё людей, Бранвик просто некому будет держать.

Кай не спорил.

К месту они подошли ещё до рассвета следующего дня.

Дорога проходила между двумя длинными холмами, поросшими кустарником и редким лесом. С юга тянулась низина, дальше начиналось заболоченное поле. На севере склон был круче и выходил к старому каменному тракту.

Для большой армии место было неудобное.

Поэтому Арвену понравилось сразу.

Нежить заняла позиции ночью.

Три тысячи скелетов с луками расположили выше по склонам, скрыв среди деревьев и кустарника. Остальную костяную пехоту отвели глубже, так чтобы с дороги её нельзя было увидеть. Зомби легли прямо на землю за гребнем и замерли. Мёртвым не нужно было ворочаться, кашлять, разводить огонь или ругаться от холода.

Гончие ушли далеко в обход.

Трупоголемов спрятали за северным холмом.

Кай посмотрел вниз.

На дороге уже появлялись первые имперские знамёна.

— Если они не пойдут следом? — спросил он.

Броди стоял рядом.

— Пойдут.

— Уверен?

— После последней победы? Пять тысяч пограничников перед тремя легионами? Если Дуглас всё сделает правильно, они решат, что им подарили ещё одну победу.

Арвен посмотрел на него.

— А если не решат?

Броди пожал плечами.

— Тогда придётся придумать что-нибудь умнее.

Арвен одобрительно кивнул.

— Наконец-то разумный человек.

Макриман начал бой около полудня.

Пять тысяч пограничников ударили по авангарду имперцев неожиданно и достаточно яростно, чтобы заставить противника развернуть первые когорты.

Но не настолько, чтобы действительно ввязаться.

Полчаса они дрались.

Потом начали пятиться.

Сначала медленно.

Потом быстрее.

Имперская линия двинулась за ними.

С высоты Кай видел, как красные щиты растягиваются вдоль дороги.

Первая линия.

Вторая.

Знамёна.

Конница по краям.

Обоз пока далеко позади.

— Ещё рано, — сказал Арвен.

Кай ничего не ответил.

Макриман продолжал отступать.

Пограничники делали это убедительно. Один отряд не успел перестроиться и действительно побежал. Другой слишком быстро оголил фланг. Имперцы увидели слабость и ускорились.

Кай уже различал магов.

Их оказалось больше, чем ожидал.

Восемь.

Два в красных плащах поверх защитных доспехов.

Двое в серо-белом.

Двое в зелёно-буром.

Ещё двое в синих одеждах.

Рядом с каждой группой держалась охрана.

— Огневики, воздушники, земляники и водники, — сказал Талион. — По двое.

Орвин, сидевший на помосте трупоголема с вытянутой больной ногой, прищурился.

— Огневиков беру себе.

— Ты пока никуда не идёшь, — сказал Кай.

— Тогда хотя бы смотреть не запрещай.

Имперцы вошли между холмами.

Макриман ускорил отход.

Теперь это действительно выглядело как бегство.

Легионеры пошли за ним плотнее.

Один из легатов, видимо, приказал коннице обойти пограничников справа. Несколько сотен всадников ушли к низине.

Там их уже ждали гончие.

Кай увидел движение в траве.

— Сейчас? — спросил он.

Арвен покачал головой.

— Ещё.

Передовые когорты уже почти догнали людей Макримана.

Пограничники начали терять строй.

Тогда с юга раздались крики.

Имперская конница наткнулась на гончих.

Почти одновременно Макриман дал сигнал.

Пограничники, только что бежавшие, развернулись.

— Теперь, — сказал Арвен.

Кай поднял руку.

Три тысячи костяных лучников встали одновременно.

Первый залп накрыл дорогу.

Стрел было так много, что на мгновение воздух потемнел.

Имперцы успели поднять щиты.

Большая часть стрел ударила в дерево и металл.

Но далеко не все.

Второй залп пришёл почти сразу.

Имперская линия остановилась.

И тогда с северного склона пошла костяная пехота.

С противоположного — зомби.

Позади легионов на дорогу вышли ещё несколько сотен скелетов, перекрывая отход к обозам.

Ловушка закрылась.

Первые минуты всё шло почти идеально.

А потом заработали маги.

Земля перед скелетами вздыбилась.

Один из земляников поднял прямо из склона длинную гряду камня и земли. Костяной строй врезался в неё, первые ряды посыпались вниз. Второй удар пришёл снизу: земля разошлась трещинами, ломая ноги и рассыпая скелетов.

Воздушники подняли ветер.

Третий залп стрел буквально разметало над легионерами.

Орвин присвистнул.

— Неплохо.

Один из водников вытянул влагу из низины. По дороге хлынула вода, смешалась с грязью, под ногами зомби образовалась вязкая жижа.

А потом огневики показали, почему Арвен последние дни так много говорил о слабости скелетов.

Первый огненный шар упал в плотный строй.

Кай увидел вспышку.

Через мгновение несколько десятков скелетов просто перестали существовать как бойцы.

Кости раскалывались от жара, вылетали из пламени, падали на землю.

Второй огненный шар ударил рядом.

Ещё хуже.

Орвин выпрямился.

— Вот этот хорош.

Арвен посмотрел на него.

— Рад, что ты оценил.

— Я бы сделал больше.

Воздушник поднял руку.

На несколько секунд над полем вспыхнула белая линия.

Молния ударила в костяной строй.

Прошла через несколько рядов.

Кай увидел, как скелеты один за другим падают, будто кто-то дёрнул невидимую нить.

Бой продолжался ещё почти два часа.

Имперцы не сломались сразу.

Три легиона оказались слишком хорошо обучены, чтобы рассыпаться только потому, что попали в окружение.

Растянувшийся походный строй быстро сжимался. Когорты перестраивались, щиты смыкались, офицеры восстанавливали управление. Там, где нежить почти прорывалась к дороге, появлялись резервы.

Но хуже всего были маги.

Восемь боевых магов за первый час стоили Каю сотен скелетов. Земляники ломали склон под ногами мертвецов и поднимали перед ними каменные гряды. Воздушники срывали залпы костяных лучников, били молниями по плотным построениям. Водники превратили низину в вязкую жижу, где зомби двигались едва ли не вдвое медленнее.

Огневики просто выжигали целые участки строя.

Очередной огненный шар разорвался почти у самого подножия холма. Когда пламя опало, несколько десятков скелетов уже лежали почерневшей грудой.

Кай смотрел сверху и впервые видел собственными глазами то, о чём Арвен говорил на совете.

Семь тысяч скелетов казались огромной силой ровно до тех пор, пока кто-то не начал уничтожать их десятками за одно заклинание.

— Если так продолжится, они перемелют пехоту раньше, чем мы доберёмся до них.

— Значит, не позволяй им продолжать, — сказал Арвен.

Он даже не стал спускаться с помоста.

Первого земляника лич выбрал среди тех, кто удерживал северный склон. Маг стоял за двумя рядами легионеров, окружённый охраной, и как раз поднимал очередную каменную стену.

Арвен вытянул руку.

Защита вокруг земляника вспыхнула тусклым светом.

На несколько мгновений выдержала.

Затем по куполу разбежались чёрные трещины. Маг резко оборвал заклинание и попытался усилить щит, но было поздно. Защита лопнула, сам земляник пошатнулся и рухнул на землю.

Поднятая им стена начала осыпаться почти сразу.

Второго Арвен убил ещё быстрее.

Воздушник готовил молнию, когда внезапно выронил посох, схватился за грудь и опустился на колени. Собранный заряд сорвался и ударил в землю рядом с собственным строем.

Кай покосился на лича.

— Ты мог сделать это раньше.

— Мог.

— И смотрел, как они уничтожают моих скелетов?

— Ты должен был увидеть, почему их уничтожают.

Кай стиснул зубы, но спорить было поздно.

Внизу уже двигались Дэймос и Фобос.

Они вошли в бой с разных сторон, целясь не в строй, а в магов.

Дэймос прорвался к одному из огневиков. Двое телохранителей попытались его задержать: первого рыцарь смерти сбил вместе со щитом, клинок второго отвёл в сторону, почти не замедлившись.

Маг успел выбросить перед собой стену пламени.

Дэймос прошёл сквозь неё.

Огонь охватил край плаща, чёрный металл доспехов раскалился, но рыцарь продолжал идти. Остаток магического щита выдержал один удар.

Второго не выдержал.

На другом участке Фобос добрался до воздушника.

Тот ударил раньше.

Порыв ветра смёл зомби вокруг рыцаря, а следом почти в упор ударила молния. На мгновение чёрные доспехи вспыхнули белым светом.

Фобос остановился.

Воздушник решил, что этого хватило.

И ошибся.

Рыцарь сделал ещё шаг.

Маг развернулся и побежал, но расстояние между ними исчезло слишком быстро.

Из восьми осталось четыре.

Один из водников в этот момент заметил Кая.

Влага собралась перед магом в плотный вращающийся жгут, вытянулась в длинное копьё.

Кай даже не стал ждать.

Тьма уже стекалась к ладони.

— Нутар.

Чёрная стрела сорвалась с пальцев.

Маг выставил щит. Голубая плёнка вспыхнула перед ним, задержала удар на долю секунды — и прогнулась.

Кай добавил маны.

Стрела пробила защиту и вошла воднику в грудь.

Собранное им копьё рассыпалось обычной водой.

Пять.

Оставшиеся трое всё поняли.

Они больше не пытались бегать вдоль всей линии и спасать каждый опасный участок. Отступили к центру, окружили себя телохранителями и начали тратить большую часть сил уже не на уничтожение нежити, а на собственную защиту.

Этого оказалось достаточно.

Без постоянных ударов магов потери скелетов сразу уменьшились.

Но клирики продолжали мешать.

Их было почти три десятка. Они держались внутри легионных построений, лечили раненых, поддерживали людей и поднимали световые заслоны там, где нежить прорывалась слишком глубоко.

Один такой заслон перекрыл почти всю дорогу.

Белая полоса света отделяла зомби от имперского строя. Мертвецы шли вперёд, но возле самой границы начинали замедляться. На коже появлялись ожоги, несколько зомби уже валялись на земле.

За заслоном стояли больше двадцати клириков.

Талион смотрел на них дольше остальных.

Потом молча спустился с помоста.

Кай заметил это не сразу.

— Ты куда?

— Ближе.

— Там легион.

— Вижу.

Талион не стал объяснять дальше.

Кай послал с ним несколько гончих и десяток скелетов, хотя прекрасно понимал, что если имперская линия прорвётся, этого будет мало.

Маг крови дошёл почти до строя Макримана.

Остановился.

Закрыл глаза.

Первые несколько мгновений ничего не происходило.

Затем один из клириков возле заслона схватился за горло.

Рядом с ним упал второй.

Третий пошатнулся и вцепился руками в грудь.

Свет над дорогой дрогнул.

Талион медленно сжал пальцы.

Теперь люди падали один за другим.

Кто-то пытался молиться. Кто-то хватался за соседей. Один из клириков заметил Талиона и успел указать в его сторону, прежде чем согнулся пополам.

Сразу трое рядом с ним рухнули следом.

Заслон мигнул.

Погас.

Зомби двинулись дальше.

Талион не остановился.

Когда вокруг места, где ещё недавно стояли клирики, осталось лежать около двадцати человек, маг крови наконец опустил руки.

Лицо его стало почти серым.

Из носа текла кровь.

Он сделал шаг назад и едва не упал.

Пограничник успел подхватить его под плечо.

Но свою работу Талион уже сделал.

Оставшиеся клирики увидели, что произошло.

И больше не спешили выходить вперёд.

Они прятались глубже в построениях, окружали себя солдатами и берегли собственную жизнь вместо того, чтобы постоянно поддерживать строй.

Арвен наблюдал за этим сверху.

— Вот теперь можно.

Кай понял его без объяснений.

Четыре трупоголема, до этого скрывавшиеся за северным холмом, пошли вперёд.

Пятый оставался под Каем — тяжёлой ходячей башней, с которой они управляли боем.

Земля задрожала.

Первый легионный квадрат встретил трупоголемов копьями.

Передние ряды опустили древки, упёрли их в землю. За ними встали вторые, третьи. Офицеры кричали, заставляя людей держаться.

Первый трупоголем врезался в лес копий.

Несколько наконечников глубоко вошли в мёртвую плоть.

Он даже не заметил.

Толкнул дальше.

Древки начали ломаться.

Первые легионеры попятились, но сзади давили собственные ряды.

Один из уцелевших земляников всё-таки решился выйти вперёд.

Камень вздыбился перед големом, складываясь в толстую гряду почти ему по грудь.

Трупоголем ударил плечом.

Остановился.

От силы столкновения по камню пошли трещины.

Земляник поднял обе руки, пытаясь удержать преграду.

Голем ударил снова.

Несколько глыб вылетели наружу.

Третий удар развалил стену.

Тогда маг вышел вперёд сам.

Он успел поднять ещё одну стену.

Не успел отойти.

Кай отвёл взгляд.

Трупоголем прошёл через неё.

А следом в образовавшуюся брешь ударили зомби.

Второй голем уже ломал строй левее.

Третий и четвёртый шли с другой стороны, заставляя легионеров растягивать последние резервы сразу между несколькими прорывами.

И тогда стало окончательно понятно, что произошло.

Пока маги и клирики работали свободно, три легиона ещё могли удерживать окружение.

Но за короткое время они потеряли двух магов от Арвена, двух — от рыцарей смерти, одного — от Кая и около двадцати клириков от Талиона.

Оставшиеся маги прятались.

Оставшиеся клирики берегли себя.

И обычным солдатам пришлось самим удерживать то, для чего ещё несколько минут назад у них была магия.

К вечеру организованное сопротивление закончилось.

Часть легионеров сложила оружие.

Часть прорвалась на восток небольшими группами.

Несколько тысяч остались на поле.

И среди них лежала почти вся костяная пехота Кая.

Когда бой окончательно стих, Кай спустился с трупоголема и долго шёл среди обломанных костей.

До сражения у них было около шести тысяч семисот скелетов.

Теперь осталось меньше двух с половиной.

Почти две тысячи костяных лучников уцелели: они большую часть боя находились на высоте и не вступали в рукопашную.

А вот скелетная пехота фактически перестала существовать как серьёзная сила.

Зомби потеряли меньше двух сотен.

Гончих — несколько десятков.

У Макримана погибло больше четырёх сотен человек, ещё почти вдвое больше были ранены.

Имперцы потеряли гораздо больше.

На поле осталось около шести с половиной тысяч тел.

Арвен подошёл к Каю.

— Ну?

Кай посмотрел на рассыпанные вокруг кости.

— Скелетную пехоту больше не восстанавливаем.

В глазницах лича вспыхнул зелёный огонь.

— Продолжай.

— Лучников оставим. Для стрелков скелеты подходят.

— А остальное?

Кай посмотрел на погибших легионеров.

— Зомби.

Арвен кивнул.

— Вот теперь начинаешь учиться.

Пригодными для поднятия оказались чуть больше пяти тысяч тел.

Не все погибли целыми. Кого-то разорвало магией. Кто-то сгорел. Часть пришлось оставить.

Кай начал первым.

Он использовал накопители.

Один.

Второй.

Третий.

Мана уходила так быстро, что уже через несколько минут пальцы начали дрожать.

Первые несколько сотен дались легко.

Потом стало тяжелее.

Тысяча.

Ещё.

Кай продолжал.

Когда поднялся примерно тысячный зомби, ему уже приходилось сознательно удерживать дыхание ровным.

После полутора тысяч Арвен сказал:

— Хватит.

— Могу ещё.

— Именно поэтому хватит.

Кай хотел возразить, но ноги неожиданно подвели. Он опёрся на ближайшее копьё.

Арвен прошёл дальше.

То, что Кай делал почти час, лич закончил значительно быстрее.

Один участок поля за другим начинал двигаться.

Мёртвые легионеры поднимались.

Неуклюже.

Медленно.

В тех же доспехах, в которых ещё утром шли под красными знамёнами.

Когда всё закончилось, перед Каем стояло больше пяти тысяч новых зомби.

Около полутора тысяч поднял сам Кай.

Остальных — Арвен.

Макриман подошёл, остановился рядом и некоторое время молча смотрел на строй.

Дуглас потёр бороду.

— Теперь понимаю, почему старый костлявый был так доволен.

Арвен, стоявший неподалёку, повернул голову.

— Я слышу.

— На это и рассчитывал.

Кай посмотрел на новые ряды.

Зомби теперь было уже больше шести тысяч.

Скелетов осталось около двух с половиной тысяч. Пока этого было достаточно.

А гончих, наоборот, требовалось больше.

То, что четыре сотни сделали с конницей, заставило Кая пересмотреть их ценность. Если удастся найти достаточно материала и удерживать связь, он хотел довести их число хотя бы до полутора тысяч.

Арвен не возражал.

Значит, идея была не совсем глупой.

Одного из легатов взяли живым.

Он оказался ранен в плечо, но оставался достаточно в сознании, чтобы понимать своё положение.

Вместе с ним захватили штабные бумаги, карту и двух писцов.

Именно бумаги дали больше, чем сам легат.

Талион и Макриман разбирались с ними почти всю ночь.

К утру перед Каем лежала уже совсем другая карта войны.

Империя действительно рассредоточилась.

На дорогах, в городах и возле переправ стояли отдельные легионы и небольшие группы по два-три соединения.