Протокол: Чужая личность

— Были случаи, когда они… смешивались.

Он произнёс это слово медленно, словно сам до конца не принимал его точность.

— Не одна личность и не другая. А нечто третье. Нестабильное. Такие экземпляры… не поддаются контролю.

Он посмотрел на неё внимательнее.

— Но ты, — сказал он, и в его голосе впервые прозвучал настоящий интерес,

— Не вписываешься ни в одну из этих категорий.

Тишина между ними стала плотнее.

— Матрица не закрепляется в тебе, — продолжил он.

— Она разрушается. Он чуть наклонился вперёд.

— Сразу. На этапе внедрения.

— Это не сбой, — добавил он тихо.

— Это закономерность.

— И я хочу понять… что же в тебе такого.

Он усмехнулся, но в этой усмешке не было насмешки — только признание того, что перед ним стоит нечто, что не подчиняется его системе.

Эмма смотрела на него, чувствуя, как внутри, несмотря на слабость, поднимается что-то твёрдое, не дающее ей раствориться в его словах.

— А Итан? — спросила она тихо, но прямо.

Фелипе едва заметно изменился.

— Что именно? — уточнил он, и голос его стал чуть жёстче.

— Он ведь… закрепился, — сказала она, не отводя взгляда.

— Значит, для вас он идеальный результат?

Короткая пауза.

— Или просто удобный?

Это слово прозвучало точнее, чем она ожидала.

И попало. Фелипе сжал челюсть.

— Мануэль жив, - сказал он холоднее.

— Это уже больше, чем могло быть.

— Ценой чужой жизни, — ответила Эмма, и в её голосе появилась та самая тихая злость, которая не требует силы, чтобы быть услышанной.

Тишина стала резкой.

— Он не просил этого, — добавила она.

Этого оказалось достаточно для того, чтобы разрушить ту хрупкую видимость контроля, за которой он до этого так уверенно прятался.

Фелипе резко поднялся. Не вспыльчиво, не хаотично — но с той утратой выверенной точности, которая выдавала его сильнее любых слов.

Казалось, что разговор, который ещё секунду назад находился в пределах допустимого для него сценария, внезапно вышел за границы, где он мог оставаться наблюдателем, и превратился в нечто, от чего он предпочёл отстраниться.

— Ты быстро делаешь выводы, — произнёс он, уже отворачиваясь.

Он направился к двери, и в каждом его шаге чувствовалось не желание уйти, а необходимость прекратить этот разговор до того, как он станет для него чем-то большим, чем просто очередной диалог в рамках эксперимента. У самого выхода он замер лишь на долю секунды.

— Это не эмоции решают, — добавил он тише, и в этих словах уже не было объяснения, только утверждение, за которое он держался, — а результат.

После этого он вышел. Эмма осталась одна и вместе с ней ожидание и знание.

Это было знание, после которого пути назад уже не существовало.

Глава 22.

Лили находилась в соседнем помещении от Эммы.

И это «соседнее» звучало почти жестоко

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Полное название: NeuroCore Cognitive Institute (нейронауки, контроль сознания).