Ангелина - женщина медовая

- Располагайся, будь как дома!

Но Ангелина осталась сидеть на стуле. Она сняла туфли и вытянула ноги. Потом осмотрелась.

Коридор был маленьким, но уютным. Ей понравились обои, имитирующие красный кирпич, шкаф из темного некрашеного дерева, толстая коричневая дорожка, напоминающая домотканый деревенский половик и кованый фонарь, расположенный над зеркалом. Он выглядел совсем как уличный. Висящая над ним, вьющаяся ветка зелени казалась от его тусклого, желтоватого освещения натуральной, хотя Ангелина понимала, что она искусственная.

Она, перестав изучать фонарь, встала, аккуратно повесила куртку на вешалку, подошла к зеркалу и пригладила растрепавшиеся волосы. Потом робко заглянула в комнату. По виду это была гостиная. В ней ей тоже показалось очень уютно. Сосновая некрашеная мебель, бежевый ковер, застилающий практически весь пол, цветастые накидки на креслах и покрывало на диване, словно расшитые вручную, множество маленьких подушечек, горшки с живой зеленью, стоящие на окне и на деревянной подставке, похожей на лесенку, вызывали умиротворение светлыми спокойными красками и гармоничными переходами тонов. Ангелина вздохнула с облегчением и подумала, что ей хотелось бы пожить в такой обстановке. Она словно почувствовала себя дома.

- Ну, ты чего стоишь на пороге? – раздался голос Лизы. - Входи! В этой комнате и будешь проживать. Нравится?

И она подошла сзади. Ангелина резко обернулась и улыбнулась немного беспомощно.

- Диван раскладывается вперед, ну как аккордеон. На нем и будешь спать. Комнат у нас с маманькой всего две. Моя поменьше и не с такой отсталой обстановкой!

- Зачем ты так говоришь? – сказала Ангелина. – Мне очень нравится, тут так уютно, так спокойно.

- Ну вот и славно, что нравится! Значит, я побежала, а ты оставайся! Вот тебе ключи. Не волнуйся, у меня еще комплект есть. Но я после занятий сразу к Ромочке двину. Хотя могу и сюда заскочить. Или ты к нам приходи! Дорогу помнишь?

Ангелина растерянно кивнула.

- В холодильнике полно еды, - продолжила Лиза. – Ешь, не стесняйся! А то, я вижу, робкая ты очень! Еще вздумаешь тут голодом сидеть! Но там одни полуфабрикаты. У тебя телефон есть? – спросила она.

- Нет, - покачала головой Ангелина. – Старый сломался, а новый я так и не купила.

- Ужас, как это неудобно! Ну ничего, я тебе свой номер оставлю. Если что, ты с домашнего звони. Он у нас имеется. Все! Я убежала!

Лиза записала номер на листочке и вылетела из квартиры.

Ангелина все еще не пришла в себя. К тому же ей казалось, что они с Лизой живут словно в разных измерениях, и в ее мире время идет намного медленнее. Она так и осталась стоять в коридоре и не знала, что ей делать. Все произошло слишком быстро, и ее психика не успевала реагировать. Но тут взгляд упал на мокрые грязные туфли, и Ангелина торопливо подняла их и понесла в ванную. Вымыв и тщательно промокнув туалетной бумагой, она поставила туфли к стене и снова задумалась. Настроение опять упало.

Она присела на край ванны, мысли метались, слезы подступали. Она просто не понимала, что ей делать и как жить дальше. Ситуация казалось тупиковой. Только что она была законной женой, полноправной хозяйкой в своем дому, и вдруг, как по мановению волшебной палочки злого чародея, оказалась в чужом городе и в чужой квартире. И еще вчера незнакомая ей девушка принимает участие в ее жизни.

«Надо бы Ирочке позвонить, - спохватилась она. – Но как я ей скажу правду? Да и чем она может мне помочь, находясь в далеком Пакистане? Сюда приехать все равно не сможет! А позору не оберешься! Лучше молчать. Надеюсь, этот гад додумается не беспокоить дочку!»

Ангелина вышла из ванной и отправилась на кухню. Обилие светлого дерева и яркой «хохломы» сразу привлекло ее внимание. Здесь оказалось также уютно, как и во всей квартире. Она заварила чай, заглянула в холодильник. Отрезав тоненький кусочек вареной колбасы, соорудила бутерброд. Но съела его с трудом, потому что не могла избавиться от чувства стыда, что хозяйничает в чужой квартире. Выглянув в окно, увидела, что дождь прекратился.

«Раз уж я тут осталась, то негоже объедать хозяев, - решила она. – Пойду-ка куплю что-нибудь из продуктов».

Ангелина, поморщившись, натянула мокрые туфли, накинула все еще не просохшую ветровку и вышла из квартиры. Когда оказалась во дворе, то в растерянности остановилась. Ей было трудно сориентироваться в незнакомом месте.

«Не буду далеко отходить от дома», - решила она и медленно направилась по улице.

Впереди виднелся парк Мичуринцев, но Ангелина свернула в переулок. И тут же увидела вывеску парикмахерской. Она вздернула подбородок и решительно направилась к ней.

«Лиза все меня укоряла, что я не слежу за собой, - думала она, - и на голове у меня не прическа, а черт знает что! Может, стоит послушать молодежь? И начать изменения в себе? А что? Я сейчас женщина одинокая, свободная. И никакие козлы мне больше не указ!»

Эти мысли вызвали улыбку, настроение мгновенно улучшилось.

Ангелина подошла к двери парикмахерской, на мгновение задумалась, взявшись за ручку двери, причем мысли были о содержимом ее тощего кошелька и о предполагаемых ценах в этом заведении. Но она вновь вздернула подбородок и вошла внутрь. Цены оказались вполне приемлемыми даже для нее, потому что она попала в парикмахерскую эконом-класса. Ангелина уселась на длинную скамью, которая стояла почему-то в зале, и стала дожидаться своей очереди. Она с интересом наблюдала за работой мастеров и прикидывала, как ей лучше подстричься. Возле нее сидела пожилая женщина. Ангелина заняла очередь за ней. В зале работало три мастера: мужчина, девушка и женщина средних лет.

- Вы к молодой лучше не ходите, - услышала Ангелина шепот и повернула голову.

Ее соседка смотрела на нее, как ей показалось, довольно ехидно.

- Это почему? – тихо поинтересовалась она.

- Очень плохо стрижет, неопытная еще, - ответила женщина. – А у вас, я вижу, волосы сложные, - добавила она авторитетным тоном. – Да и лицо тоже! Неудачная прическа может так изуродовать, что в зеркале себя не узнаете.

Ангелина подняла взгляд на ее торчащие в разные стороны редкие пряди с остатками тускло – рыжей краски на концах и не смогла сдержать улыбки.

«Чья бы корова мычала…», - подумала она, но от комментариев воздержалась.

Девушка в этот момент освободилась и равнодушно спросила, кто следующий.

- Я не пойду! – тут же отказалась женщина.

И Ангелина встала и направилась к креслу.

Побрызгав на ее волосы холодной водой из пульверизатора, мастер поинтересовалась, чего бы она хотела. Ангелина растерянно пожала плечами и сказала, что понятия не имеет. Ее настроение вновь упало, потому что в большом, хорошо освещенном зеркале она выглядела уж очень плачевно. Влажные волосы казались серыми, лицо было бледным и отекшим, глаза - тусклыми и грустными. Хотелось отвернуться и никогда больше не видеть этого старого унылого лица.

- А вы почему так расстраиваетесь? – вдруг ласково спросила мастер. – Не нужно! Вы улыбнитесь, и сразу на душе полегчает!

- Меня муж бросил, - неожиданно для себя сообщила Ангелина. – Ушел вот к такой же молоденькой и хорошенькой, как вы!

- Бывает, - спокойно ответила мастер. – Тем более нельзя отчаиваться! И вы правильно сделали, что пришли к нам. Нужно меняться внешне. Как ни странно, это очень помогает меняться внутренне.

Она взяла ножницы, подняла прядь на затылке и решительно отрезала, как показалось Ангелине непозволительно длинный конец.

- Ой! – испугалась она. – Это слишком! Я никогда не носила так коротко!

- Знаете, у вас концы секутся, - сообщила мастер, - к тому же вы, видимо, когда-то химию делали, и волосы мертвые. Нужно убрать все это. И вообще, я вам порекомендую с вашим типом лица короткую мальчишескую стрижку. Это вас омолодит лет на десять.

- Да? – удивилась Ангелина, со страхом наблюдая, как падают пряди ее волос.

- И красить нужно обязательно! – продолжила мастер. – А то у вас они, что называется, соль с перцем.

- Вот уж не знаю, - со вздохом проговорила Ангелина и закрыла глаза. – Мужа новыми прическами все равно не удержишь и не вернешь. Естественность лучше всего!

- Ага, лучше, - сказала мастер, продолжая работать, - только в молодом возрасте. А в вашем необходимо прикладывать немало усилий, чтобы выглядеть достойно. И делать это нужно не ради кого-то, а ради себя! Вы как это поймете, так сразу жизнь изменится.

- Наверное, - прошептала Ангелина свое любимое словечко.

- У меня тут ходит одна клиентка, так ей уже за шестьдесят, - продолжила мастер. - И пенсия у нее маленькая. Так она всегда говорит, что раньше гонялась за молодостью. Делала какие-то немыслимые прически, непозволительно яркий макияж, носила подростковые вещи. А потом в один прекрасный момент поняла, что давно уже выглядит молодящейся старухой. И сразу поменяла стиль. И сейчас всегда элегантна. Она так и говорит, что главное, когда достигаешь серебряного возраста, понять это и вести себя достойно и в соответствии с годами.

- Серебряного? – переспросила Ангелина. – Первый раз слышу такое определение!

- И оно в тему! – ответила мастер. – Недаром говорится: золотая пора юности. А вот вы в серебряном возрасте зрелости. Просто сами не понимаете всей прелести этой поры!

- Да какая уж тут прелесть! – вздохнула Ангелина и открыла глаза.

Но увидев, что с правого бока у нее почти нет волос, тут же испугалась и зажмурилась.

- А вы подумайте! – продолжила мастер. – Главное, вы уже свое отработали. Вы ведь на пенсии, как я понимаю? Свободны и можете распоряжаться своим временем так, как вам заблагорассудится. Да и дети уже наверняка выросли и живут отдельно. Да вы только вдумайтесь! Можете делать все, что вам захочется. И даже то, что муж бросил, вам только на пользу.

- Это почему еще? – удивилась она.

- Так вы, получается, полностью свободны от всего и всех! И можете начать все заново, что называется, с чистого листа. И даже личную жизнь!

Ангелина тихо вздохнула. Ей, действительно, стало легче. С таких позиций она свое нынешнее положение не рассматривала. Хотя Лиза вчера тоже твердила ей о свободе.

Услышав шум фена, она открыла глаза и быстро проговорила:

- Ой! Укладывать не надо!

- А я и не укладываю, - улыбнулась мастер. – Просто волосы высушу. Не волнуйтесь, это входит в стоимость стрижки.

Ангелина с изумлением смотрела на свое отражение. Стрижка была, что называется, спортивной. Волосы были короткими, чуть прикрывали уши и шею, челочка падала на лоб. Никогда Ангелина так коротко не стриглась. Но она не могла не признать, что лицо стало выглядеть не таким полным и круглым, визуально оно явно уменьшилось.

- Надо же! – не смогла удержаться она от замечания. – А я как будто худее и моложе!

- Я про то и говорю! – довольно проговорила мастер и широкой кисточкой смахнула остатки волос с ее шеи. – Еще бы покрасить в какой-нибудь живой цвет. Было бы вообще классно!

- Не все сразу, - улыбнулась Ангелина. – И я вам очень благодарна!

- Не за что! – расцвела мастер. Потом, понизив голос, сказала: - Вы купите себе джинсы. А то эти бесформенные спортивные брюки вас уродуют. Тут за углом есть магазин распродаж, там большие размеры очень дешево. Под такую стрижку нужна другая одежда.

- Спасибо! – растерянно ответила Ангелина.

Она расплатилась и вышла на улицу. Улыбка не сходила с ее лица. Ангелина посмотрела на свои брюки, на их темно-синий немного вылинявший цвет, на вытянутые колени и решительно направилась за угол дома. Действительно, там оказался небольшой магазин распродаж.

«Товары с таможни! Ограниченные партии. Наши цены вас обрадуют!», - гласила вывеска на двери, и Ангелина зашла внутрь.

Вдоль стен плотно висели на кронштейнах какие-то цветастые блузочки и свитерки. А джинсы были навалены в большие металлические баки. Ангелина подошла и начала копаться в них. Рядом с ней рылись в баке еще две женщины примерно ее лет.

- Вам помочь? – раздался рядом тонкий голосок.

Ангелина выпрямилась. Продавец смотрела на нее густо накрашенными голубыми глазами.

- У вас какой размер? – продолжила она.

- Не знаю, - сказала Ангелина.

- Не меньше, чем пятьдесят четыре, - определила продавец, - а то и больше!

- Покупаю какие-то вещи и пятьдесят второго и влезаю, - тихо ответила она.

- Да уж, - вдруг засмеялась стоящая рядом женщина, на вид даже полнее чем Ангелина, - на такие дирижабли джинсы вряд ли шьют!

- У нас в ассортименте до шестидесятого, - радостно сообщила продавец.

Но Ангелине почему-то расхотелось покупать джинсы. Она молча вышла из магазина и побрела по улице. Настроение вновь упало.

Дождь полностью прекратился, выглянуло солнце, но даже это не радовало. Дойдя до парка, она уселась на просохшую скамью и так глубоко задумалась, что когда рядом упал желтый кленовый лист, невольно вздрогнула. Взяв его, поднесла к лицу и вдохнула влажный терпкий аромат.

- Вот и ты свое отжил и постарел, - грустно сказала она, глядя на его блестящую, пока еще гладкую поверхность, - и стал ненужным дереву. И оно тебя сбросило! Эх, жизнь!

Шедшая мимо женщина остановилась и внимательно на нее посмотрела.

- Вы что-то спросили? – уточнила она.

- Нет, так мысли вслух, - ответила Ангелина и беспомощной ей улыбнулась.

- У вас такое расстроенное лицо, - продолжила незнакомка и подошла к скамье.

- И что? – раздраженно проговорила Ангелина. – Вам-то что за дело?

Но женщина не обиделась и даже присела рядом.

- Все, что посылает нам господь, на пользу душе, - спокойно сказала она. – Вас как зовут?

- Ангелина Ивановна.

- А меня Наталья Алексеевна, - охотно представилась. – И можно просто Наталья или даже Наташа. Вы тут живете неподалеку?

Ангелина искоса глянула на ее лицо, отметила про себя румяные щеки, ясные голубые глаза и приятную улыбку. Наталья выглядела свежо, хотя была явно ровесницей Ангелины, если не старше. Весь ее вид говорил, что она много времени проводит на воздухе. К тому же от нее исходило какое-то внутреннее спокойствие. Ангелина немного расслабилась и ответила, что она приезжая.

- И что вас привело в Новосибирск? – живо заинтересовалась Наталья и даже придвинулась к ней.

- Семейные неурядицы, - усмехнулась Ангелина. – Но это, в принципе, вас не касается. К тому же долго рассказывать.

- А я не тороплюсь, - не обиделась Наталья. – Я уже год на пенсии, и очень этим довольна! Вы тоже пенсионерка?

- Да, - кивнула Ангелина и встала.

Такое неуместное любопытство начало ее напрягать, и она решила уйти. Но Наталья и не думала отставать и тоже встала.

- Хотите пройтись? – непринужденно спросила она.

Ангелина не ответила и направилась к выходу из парка. Но Наталья пошла рядом.

- А вам сейчас куда? – спросила она.

- На улицу Есенина, - нехотя ответила Ангелина.

- А я тоже там живу! – обрадовалась Наталья. – И какой дом?

Ангелина после паузы назвала номер. Наталья остановилась и рассмеялась.

- Да мы в одном с вами доме! Вот странно! И у кого вы гостите?

- У одной девушки, зовут Лиза.

- Мою дочь зовут Лиза, - радуясь все больше, сообщила Наталья.

Когда выяснилось, что они имеют в виду одну Лизу, Ангелина жутко смутилась. Она достала ключи и протянула их новой знакомой.

- Вы извините, - робко проговорила она, - что я без вашего спроса поселилась у вас в доме. Но так уж получилось! И Лиза очень настаивала.

- Да, она у меня такая! – с гордостью заявила Наталья. – Никогда не оставит человека в беде! А ведь у вас что-то случилось неприятное, я же вижу! К тому же она не знала, что я сегодня вернусь в город. Я же практически безвылазно живу в деревне.

- Да, Лиза упоминала об этом, - сказала Ангелина, чувствуя себя все более неловко. – Вы не волнуйтесь, я сегодня же уеду домой.

- А я и не волнуюсь! – засмеялась Наталья. – И вижу в этом знак, - добавила она странную фразу.

Но Ангелина уточнять не стала.

- Я сумку заберу и уеду, - сказала она, заходя вслед за Натальей в подъезд.

- Разберемся, - ответила та и начала подниматься по лестнице.

Глава вторая

Когда они вошли в квартиру, то Наталья сразу отправилась на кухню, говоря, что необходимо приготовить что-нибудь на обед. Ангелина окончательно смутилась и не знала, как ей быть. Она чувствовала усталость, так как не выспалась этой ночью. К тому же странная апатия навалилась на нее. И она была не в состоянии сейчас принимать хоть какие-то решения.

- Может, перестанем выкать? – предложила Наталья, выглядывая из кухни и радостно ей улыбаясь. – А почему ты все еще в коридоре стоишь? Никуда я тебя не отпущу! Раз Лиза тебя пригласила, то так тому и быть!

- Даже не знаю, - неуверенно ответила Ангелина. – Мне все кажется странным. Никак в себя не приду.

Она скинула туфли, повесила куртку на вешалку и привычным жестом пригладила волосы. Но ощутив, что они коротко подстрижены, заулыбалась и подошла к зеркалу. Отражение ей понравилось. И она уже начала привыкать к новому облику. К тому же поняла, насколько ей так удобнее. Достав гребешок, Ангелина тщательно расчесала короткие пряди и снова улыбнулась. Потом отправилась на кухню. Наталья резала капусту и складывала ее в глубокую сковородку.

- Знаешь, я вегетарианка, - сообщила она. – Но вот Лизка моя нет. Она мясо лопает не хуже любого мужика, так что в холодильнике оно всегда имеется.

- Я ем все, - сообщила Ангелина и присела к столу, – какой-то определенной диеты не придерживаюсь.

- Тогда отварю тебе сосиски к капусте, - предложила Наталья, открывая холодильник.

- Мне очень неудобно, - тихо проговорила Ангелина и подперла подбородок рукой.

Она не сводила глаз с Натальи. Та ловко накрывала на стол.

- У вас в Новосибирске все такие гостеприимные? – спросила она после длительной паузы. – Я тут была всего несколько раз. Но в основном общалась со своей давней подругой и ее семьей.

- Ну, за других отвечать не берусь, - сказала Наталья, - но мы с дочкой всегда стараемся быть со всеми приветливыми. Люди ведь сами по себе очень добрые, безобидные создания, просто пчелки божьи, - добавила она и, помешав капусту, села напротив Ангелины.

- Не знаю, - ответила та и пожала плечами, - я об этом никогда не задумывалась.

- Значит, тебе по жизни везло с людьми, что ты не озлобилась, - уверенно проговорила Наталья. – А то сейчас только и слышишь, что все стали злыми, равнодушными, а миром правит золотой телец.

- Наверное, - произнесла Ангелина и встала.

- Ты куда? – удивилась Наталья. – Сейчас все готово будет, пообедаем.

- Можно, я позвоню домой? – спросила Ангелина. – Деньги сразу отдам за разговор. А то меня муж бросил, - торопливо сообщила она, - а дочка с зятем в другой стране, вот и хочу попросить его, чтобы ничего ей не говорил о нашем разрыве. Ни к чему это ей знать!

- Господи, Геля! Конечно, звони! – участливо сказала Наталья. – А сам-то он не догадается, что не нужно дочурку беспокоить?

- Так он сейчас словно пьяный, - усмехнулась она, - с молоденькой в нашем доме расположился, а меня за дверь, как собаку выгнал. Не соображает ничего!

Ангелина с трудом удержала слезы. Ее губы задрожали.

- Хорошая ты моя! – жалостливо поговорила Наталья. – Да за все ему воздастся! Не сомневайся! Я сама через это же прошла, да вот добрые люди помогли пережить, рассказали, что к чему. И я сейчас покойна, боль ушла, обиды нет. Простила ему все. Ты иди, позвони, сними с души тяжесть. А потом поговорим. А я пока на стол накрою.

Ангелина молча кивнула и вышла из кухни. Она плотно закрыла за собой дверь гостиной и села на диван, возле которого стоял столик с телефоном. Она решила позвонить Анатолию на работу, так как боялась, что если позвонит вечером домой, то может взять трубку Мила. Ей ответила секретарша, и когда Ангелина представилась, она сообщила, что шеф сегодня на работу не вышел из-за семейных обстоятельств. Ангелина прикусила язык, потом торопливо сказала, что только приехала из деревни, не застала мужа дома, вот и позвонила.

- Да, я понимаю, - вежливо ответила секретарша.

Когда Ангелина положила трубку, то так разнервничалась, что встала и начала ходить по комнате. Она не знала, что делать. Но желание поговорить с мужем было настолько сильным, что она вновь взяла телефон. Все-таки в глубине души теплилась надежда, что он уже одумался, отправил Милу восвояси и полон раскаяния и желания вернуть жену домой. Но в ее деревенском доме телефона не было. Обычно она сама звонила ему с местной почты.

«Как он может найти меня, даже если хочет поговорить? – спрашивала она саму себя. – Все-таки телефон необходим! Надо было купить, а не экономить на такой нужной вещи. Но почему он сегодня не на работе? И что это за срочные семейные дела?»

Изнывая от волнения, Ангелина набрала свой домашний номер и так плотно прижала трубку к уху, что почувствовала боль.

- Вас слушают, - раздался голос мужа.

И тут же женский приглушенный смех, какая-то возня.

- Прекрати, киска, - тихо проговорил Анатолий, - дай мне поговорить. Вдруг это с работы и что-нибудь важное?

- А вдруг это какая-нибудь девушка? – ответили ему.

Это был голос Милы, и Ангелина почувствовал приступ ярости.

- У меня только одна девушка, самая моя любимая, глупышка! – едва различимо ответил Анатолий.

Раздался звук приглушенного поцелуя, тихий смех.

- Алло! – рявкнула Ангелина. – Может, хватит лизаться, и ты ответишь по-человечески?

- Кто это? – настороженно спросил Анатолий.

- Жена твоя законная! Не узнал?

- Здравствуй, Геля, - невозмутимо произнес он. – Как твои дела? Что дома? Все здоровы?

- Я сейчас не в деревне, - сообщила она. – А звоню затем, чтобы узнать, говорил ли ты с Ирочкой?

- Нет, - после паузы ответил Анатолий. – Она пока не звонила.

- У меня к тебе просьба, - продолжила она, - ничего не сообщай ей о нас. Незачем ребенка тревожить.

Анатолий не ответил.

«Совсем голову потерял! – подумала Ангелина. – Такое ощущение, что он и о дочери забыл. Наслаждается там с этой тварью! И на что я надеюсь? Все кончено!»

- Ладно, - наконец-то сказал он.

- Что ладно? – сухо спросила она.

- Я ничего не скажу Ирочке, обещаю, раз ты об этом просишь, - медленно проговорил он. – Хотя твоя позиция мне непонятна. Ведь все равно она рано или поздно узнает.

- Лучше поздно, - твердо произнесла Ангелина. – Они вернутся только через два года. И неизвестно, будет ли отпуск за это время. Мало ли что может произойти!

- А что может произойти, мать? – довольно ехидно спросил он. – Ты, видимо, не до конца поняла, что я люблю Милочку, и к тебе никогда, понимаешь, никогда не вернусь. Это окончательно решено! И я уже действительно подал документы на развод. Тебе потом нужно будет лишь поставить подпись и все! Чем тебе плохо в деревне? Живи там! Ты ведь не работаешь! А свои вещи можешь забрать в любое время. По поводу машины я распоряжусь. Сам отвезти не смогу, извини, времени совсем нет.

- Да, заработался, бедненький! – зло сказала Ангелина. – Даже сегодня с какого-то перепугу отгул взял! Смотри орган свой не перетруди, а то тогда кому ты, импотент, нужен будешь?!

- Прекрати! – оборвал он ее. – Давай все-таки будем себя вести, как интеллигентные люди!

- Да пошел ты! – бросила она, положила трубку и расплакалась.

В голове не укладывалась, что все это происходит с ней.

В комнату заглянула Наталья. Увидев, что Ангелина плачет, бросилась к ней, села рядом и обняла за плечи.

- Ну-ну, хорошая моя, - тихо заговорила она, - все обойдется. Это испытание твое, и ты его выдержишь. Поговорила с мужем?

- Да-а, - всхлипнула Ангелина и уткнулась лицом в ее плечо. – Он сказал, что любит эту тварь, что между нами все кончено! Столько лет вместе! Как я буду жить без него?

- Ты его так сильно любишь? – после паузы мягко спросила Наталья.

- Наверное, - ответила та и судорожно вздохнула.

Потом выпрямилась и уставилась неподвижным взглядом в одну точку. Наталья стала поглаживать ее плечо и приговаривать, что все образуется, все к лучшему, а испытания даются нам для чего-то. Ангелина слушала ее неторопливую речь и постепенно успокаивалась.