Ветер перемен

Прошло еще три дня, прежде чем Андрей смог вернуться домой. Посвежевший и отдохнувший, он с радостью принялся за уборку холостяцкого жилища. А комната и впрямь казалась заброшенной. Грязные стекла в окнах, слой пыли абсолютно на всем, разбросанные как попало вещи могли привести в изумление случайно зашедшего сюда человека.

Андрей прекрасно понимал, что ровным счетом ничего вокруг не изменилось. Зато изменился он сам. Выметая и выскребая из углов грязь, он как бы очищал себя самого, считая, что с ним произошло невероятное чудо.

Валентина стала для Андрея ближайшим другом и собеседником на долгие осенние вечера. Утром они вместе шли на работу, вечер проводили в его или ее комнате, смотрели телевизор, разговаривали, читали друг другу книги. Это был их маленький рай. Андрей и Валентина понимали, что влюблены друг в друга, но пока не предпринимали никаких серьезных шагов, не связывали друг друга никакими обязательствами. Они наслаждались этой чистой, невинной близостью. Так проходили дни и недели. Приближалась зима.

Однажды, ранним ноябрьским утром, Андрей проснулся и по привычке прошлепал к окну, раздвинул занавесь. В глаза бросился яркий, до боли, свет. Немного привыкнув, он разглядел, что весь двор и голые ветви деревьев покрыты пушистым снежком. Этим открытием Андрей поспешил поделиться со своей подругой. Валя сказала:

– Первый снег всегда напоминает мне детство. Когда я была маленькой, это событие неизменно приводило меня в восторг. Я тогда целый день не уходила со двора. Порой его наваливало так много, что мы с мамой с трудом прокладывали дорогу к колодцу. Я лепила маленьких снеговиков, а соседские мальчишки обстреливали их снежками. Помню, что я всегда плакала.

– Но, все же, ты была счастлива? – вставил Андрей.

– Конечно, для меня это был праздник.

Рабочий день прошел как обычно. В обеденный перерыв Андрей подумал: «А почему бы нам…», и вечером пригласил Валю в ресторан. Домой они вернулись поздно. Оба были навеселе. Мир, окутанный тьмой, будто стал другим. Почти вся коммуналка погрузилась в сон и сейчас не казалась такой страшной. Простившись, они разошлись по своим комнатам. Время близилось к полуночи. За окном опять пошел снег, поднялся порывистый ветер. Он швырял в окно слипшиеся хлопья снега, шумел в костлявых кронах деревьев.

Прильнув к стеклу, Андрей наблюдал разбушевавшуюся стихию. Нечто подобное сейчас происходило в его душе. Их платоническая любовь была прекрасна и Андрей дорожил этим чувством. Валя казалась невинным ребенком несмотря на то, что уже была замужем. Но также он прекрасно понимал, что так не может длиться вечно, ведь отношения мужчины и женщины держатся на других вещах. Это он осознал, а точнее почувствовал, сейчас, когда они с Валей были максимально близки, когда возбужденный мозг кипел после романтического вечера, а чувства подогревались изнутри алкоголем. Но как ему быть? Как разрешить себе прикоснуться ней? К этому ангелу без крыльев, который так внезапно ворвался в его жизнь.

Его беспокойные мысли прервал еле слышный, короткий стук в дверь. Андрей машинально подошел и отворил. На пороге стояла Валя. Она была в ночной сорочке и с зажженной свечой в руке.

От неожиданности у Андрея перепутались все мысли. Он ничего не мог понять. Сердце в груди билось как птенец.

Приложив к губам палец и, воровато оглянувшись, Валя прошептала:

– Андрей, ты хочешь меня?

Глава 2

Это была последняя капля. Андрей почувствовал, как где-то в середине живота возникла дрожь, раскатилась по всему телу упругой волной, горячей кровью ударила в лицо.

– Я... уже давно тебя хочу, – ответил он внезапно осипшим голосом и привлек ее к себе. В следующий момент его губы страстно впились в ее рот, а ладонь, пройдясь по спине, скользнула между ягодиц. Задыхаясь от страсти, Валентина обхватила ладонями голову Андрея и, едва прервав поцелуй, выговорила:

– Люби меня нежно, ладно?

– Я буду нежен, – улыбнувшись, ответил Андрей, закрыл дверь и стал стаскивать с нее одежду.

Потухшая свеча выпала из рук Валентины. Но она уже не понадобилась. Свет от уличных фонарей, проникавший сквозь стекла, позволял им видеть друг друга, срывать остатки одежды, ласкать молодые обнаженные тела. Исполненные страсти, влюбленные касались тех мест, о которых не смели подумать еще минуту назад, страстно впивались в губы партнера. Сердце Вали бешено колотилось, когда Андрей, подхватив ее за бедра, отнес на кровать.

– Давай! – страстно прошептала Валя Андрею на ухо, когда тот оказался сверху.

В следующее мгновение тела влюбленных соединились и Андрей с упоением погрузился в горячее женское чудо. Он наслаждался юным телом своей подруги, ласкал ее бедра, ягодицы, грудь. Тьма скрывала первобытный стыд и позволяла делать то, чего нельзя делать на свету.

Андрей не заметил, как по лицу Вали скатилась слезинка. Внутри она одновременно плакала и смеялась – так давно у нее не было секса.

Эта ночь сделала их еще ближе. Теперь они не расставались никогда. Население коммуналки это понимало и всячески поддерживало молодых.

«Ты мой ангел, – говорил Андрей подруге, – ты вернула меня к жизни».

И это было действительно так. Все эти дни Андрей жил как во сне. Но ему суждено было проснуться. В середине декабря из Германии пришло извещение. В нем говорилось о скоропостижной смерти отца. После прочтения Андрей в отчаянии швырнул извещение в стену. Согнувшись пополам, он упал на диван. Первый раз в жизни ему стало жалко отца.

Валя искренне сочувствовала. Ведь она потеряла своего отца еще в раннем детстве.

Вытерев влажные ресницы, Андрей посмотрел в окно. Там снова шел снег. Валя сидела рядом, положив ладонь ему на плечо.

– Господи, как же я был жесток! – всхлипывая, выдавил из себя Андрей. – Я даже не успел сказать ему доброго слова, Валь, знаешь, я всегда был таким эгоистом…

– Ну что ты, Андрюша!

– Да, я был эгоистичной дрянью, никогда не жалел отца, не понимал его чувств.

– Не надо, – тихо сказала Валя и тоже посмотрела в окно, потом на часы – было половина двенадцатого. – Постарайся уснуть, ладно?

Утро пришло тихо и сумрачно. Снега не было. Все небо затянуло серой пеленой. Упругий ветер толкался в окно, позванивая стеклами. Было еще очень рано.

Андрей открыл глаза, ощущая на щеке приятное тепло. Валя спала рядом, склонив голову ему на грудь. В полутьме очертания предметов были размытыми. Как будто весь мир перекрасили в серые тона, отняли былую яркость. Беззвучно Андрей вылез из-под одеяла, не спеша оделся, сунул в карман сигареты и вышел из дома.

Коммуналка еще спала и, казалось, весь город спит беспробудным сном. Даже слепой дождик, моросящий мелкой пыльцой, был под стать настроению Андрея. Он медленно двигался вдоль улиц, отвернув воротник плаща, закрываясь от непогоды и прохожих, которых старался обходить стороной. Андрею хотелось побыть одному. Чтобы никто не видел его слез, не пытался заговорить с ним. Как-то само собой получилось, что ноги привели его на кладбище, где была похоронена мать. Слишком хорошо запомнил Андрей эту дорогу, когда приходил сюда вечерами, полный тяжелых дум о собственной жизни.

Неподалеку, за калиткой, с намокшего креста метнулась ворона, хлопая тяжелыми крыльями, скрылась в тумане.

Андрей быстро отыскал полузасыпанную могилу матери, смахнул со скамеечки снег и, присев на краю, закурил. Он долго сидел молча, глядя на выцветшую фотографию. Казалось, мама была жива. Нежным взглядом она смотрела на Андрея – такая родная и близкая, она будто находилась рядом, всегда готовая выслушать и утешить свое чадо.

– Знаешь мама, – вымолвил Андрей негромко, – папа умер. Я теперь совсем один остался. Правда, у меня есть Валя… Я тебе о ней рассказывал. Она очень хорошая. Она любит меня бескорыстно, как ты любила.

Андрей немного помолчал.

– Мам, ты на отца не сердись. Он был не таким уж плохим, просто, мы очень мало с ним говорили. Мы, мужики, такие глупые, – не понимаем, что любим, пока не потеряем. Если ты его встретишь там, на небе, ты передай ему мои слова…

Было уже около десяти утра, когда Андрей вернулся домой. Валя его встретила у порога:

– Где ты был, Андрюша? Я тебя везде ищу.

– Прости, я хотел побыть один, – ответил Андрей.

– Ты есть будешь?

– Нет, что-то не хочется.

– Может, хоть чаю попьешь?

Андрей присел на табурет. Немного погодя ответил:

– Чаю – можно.

Валя достала из шкафа посуду. Наливая чай, сказала между прочим:

– Телеграмму принесли. Я за тебя расписалась.

– Да? – Андрей привстал. – И что в ней?

– Не знаю, не читала. Это ведь тебе… Вон там, на столе.

Андрей прошлепал к столу, развернул телеграмму и стал разбирать написанное.

– Что там такое? – поинтересовалась Валя.

– Тут говорится, что отец перед смертью перевел часть своих сбережений мне на счет. И подпись – Анна Миллер

– Прикольно! А кто такая Анна Миллер? – отозвалась Валентина.

– Вторая жена моего отца. Гражданская. Ну что ж, – ответил Андрей, глядя на телеграмму. – Отец и после смерти заботится обо мне. Похоже, я теперь с деньгами?!

– Похоже на то.

– Так я пойду узнаю! Где моя сберкнижка? – заторопился Андрей.

– Да успеешь еще. Сядь хоть чаю попей, Рокфеллер!

Деньги, оставшиеся от отца, пришлись как нельзя кстати. Андрей подсчитал, что если продать комнату в коммуналке, вместе с наследством хватит на квартиру и даже еще останется. Так что, недолго думая, он дал объявление о продаже своего обиталища.

Узнав об этом, Валя спросила:

– Значит, уезжаешь?

– Ну да. Не век же тут пропадать.

Но, заметив помрачневшее лицо подруги, добавил:

– А ты чего такая грустная?

– Да ничего… – отвернулась Валя. – Просто я думала, что мы… что у нас…

– Ну что ты, Валь, неужели ты думаешь, я тебя брошу?

Валентина не отвечала. Скрестив руки на груди, она глядела в окно. Андрей вдруг замялся, стал расхаживать по комнате, почесывая затылок. Видно было, что он решается на что-то важное. Потом вдруг выдал:

– Ладно, хотел в более подходящей обстановке… но, видно, придется сейчас.

– Что? – не поняла Валентина.

– Знаешь что, Валь, выходи за меня замуж! – выговорил Андрей и слегка покраснел при этом.

– Что ты сказал? – еще больше удивилась Валентина?

– Я говорю... выходи за меня.

– Замуж? – улыбнулась Валя. – Так это что, предложение?

– Ну да, – с облегчением выговорил Андрей и тоже улыбнулся. – Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Я об этом много думал…

– И что же ты надумал?

– Я думаю, у нас все будет хорошо.

– Я в этом не сомневаюсь, – ответила Валя и крепко обняла Андрея.

– Значит, ты согласна? – обрадовался Андрей.

– Ну конечно, с радостью!

Свадьбу назначили на конец марта. А пока влюбленные решили засучить рукава и заняться делом. Уже через неделю на комнату в коммуналке нашелся покупатель и Валя с Андреем перебрались в более просторное жилье: трехкомнатную квартиру в центре Саратова. Андрей часто потом с благодарностью вспоминал отца, его молчаливую заботу.

На свадьбу были приглашены друзья детства Андрея. Позвали также королеву коммуналки Александру Тихоновну, Мотю и еще нескольких старых знакомых. Приехала из села мама Валентины – Дарья Никитична. Андрей раньше на встречался с мамой Валентины, т.к. она ездила в родительский дом одна. При первом взгляде Андрей заметил сильное сходство матери с дочерью: такие же серо-голубые глаза, удивленные дуги бровей и улыбка, легкая, немного рассеянная, со смешным прищуром глаз.

В самый разгар веселья, когда Валя общалась в стороне с подружками, Дарья Никитична подсела к Андрею.

– Хочу с тобой выпить, милый зять, – молвила она. – Бери бокал!

– С превеликим удовольствием, – улыбнулся Андрей.

Выпили.

– А знаешь, Андрюша, – сказала Дарья Никитична. – Валя ведь без отца росла.

Мама Валентины уже порядком захмелела.

– Некому было за нее заступиться.

– Знаю, мама, знаю. Валя рассказывала.

– И все сама, везде сама. Пробивалась… Ей никто не помогал.

– Да, мама, Валя такая, – Андрей иронично улыбался, глядя на захмелевшую тещу.

– А теперь ты у нее есть, – продолжала Дарья Никитична. – Так ты ж смотри… береги ее.

Андрей ничего не ответил. Выпив остатки вина из бокала, рассеянным взглядом смотрел на веселящуюся толпу. На лице его застыла легкая улыбка. О чем он сейчас думал? Может думал о Вале, а может вспоминал об отце? Теща тоже замолчала, вытерла салфеткой уголки губ.

– Одна она у меня, – выговорила он наконец.

И долго сидела за столом, глядя в пустоту, будто что-то вспоминая. Потом сказала:

– Айда танцевать! Небось не скоро еще придется так повеселиться.

И потащила Андрея за рукав в толпу гостей.

Валя глянула на танцующего мужа – расхохоталась. Повеселел и Андрей.

Кто-то стал подначивать:

– А ну, Андрюша, давай вприсядку! Покажи молодецкую удаль!

Андрей сроду не танцевал, застенчив был на это дело. Но теперь разошелся, закрутился и – давай подпрыгивать. Гости хлопали в ладоши. У Андрея в глазах только мелькали огоньки. Все куда-то поплыло и смешалось, превратившись в одну сверкающую массу. Остаток вечера Андрей запомнил плохо…

Наутро, как полагается, болела голова и подташнивало. Валя крепко спала. Андрей не стал ее будить. Оделся и пошел прогуляться по улицам. Опохмелившись в полупустом баре, побрел дальше, довольно улыбаясь себе и солнцу в утреннем небе. Андрей не заметил как подошел к дверям бывшей своей мастерской. Дверь была заколочена и давно уже ржавел на петлях огромный навесной замок. Андрей остановился. Невольно в голове стали всплывать воспоминания. Он хорошо знал владельца подвального помещения. И, похоже было, что с момента закрытия производства оно больше никому не сдавалось, хотя прошло уже порядочно времени. На стене рядом висело старое, выцветшее объявление «Сдается помещение». Андрей сорвал его и сунул в карман.

Вернувшись домой, застал жену за завтраком.

– Привет, – улыбнулась Валя. – Ты где был? Просыпаюсь, а тебя нету. Ну, думаю, сбежал жених.

Андрей тоже улыбнулся.

– Вышел подышать… Башка трещит после вчерашнего.

– Сядь поешь, – предложила Валя. – После застолья куча еды осталась.

Андрей не стал отказываться, так как успел проголодаться. Сел за стол и, вспомнив про объявление, достал из кармана скомканную бумажку.

– Это что? – спросила Валентина.

– Объявление, – отозвался Андрей, набрасываясь на завтрак. – Помнишь, я тебе рассказывал, что у меня была подпольная мастерская?

– Ну да…

– Так вот, как раз в этом помещении.

Валя вертела в руках смятый клочок бумаги с выцветшими буквами.

– И что ты думаешь?

– Думаю, не начать ли все заново, – ответил Андрей.

– Что, опять? – всплеснула руками Валя.

– Ну да, только в этот раз легально.

Супруга усмехнулась:

– Ты забыл в какой стране живешь...

– Да да, я знаю, – перебил Андрей и начал загибать пальцы, – налоговая, пожарники, санэпидем, аренда, зарплата, рэкет, миллион справок и все же…

– Что?

– Все же, это мое. Я по жизни предприниматель. Мне нельзя без дела.

Андрей жевал бутерброд, глядя в окно. В глазах его загорелся огонек.

– Что ты об этом думаешь, Валь?

– Ну… если ты находишь в себе силы, то я обеими руками «за», – ответила Валентина.

– Тогда решено, – отрезал Андрей. – Сегодня же позвоню Левону.

– Кому? – не поняла Валя.

– Левончику Аванесяну, владельцу помещения, – уточнил Андрей.

И сделал как обещал. Помещение вновь было арендовано и приведено в надлежащий вид. Техническая сторона дела Андрею была хорошо знакома, поэтому он взялся за работу с азартом опытного игрока. Были наняты рабочие, найдены новые поставщики материалов и покупатели. В то же время Андрей придумал собственную марку, «Евлаковская обувь». Клеймо фирмы гордо красовалось на каждом изготовленном ботинке. В придачу к обуви рабочие шили жилеты, фуражки, перчатки, а лучшие мастера выполняли работу на заказ. Дело шло в гору. Деньги, подаренные на свадьбу, успели окупиться несколько раз.

Однажды Андрей заявил жене:

– Бросай свою работу. Я уже не справляюсь один. Помощник мне нужен.

Валя согласилась:

– И то правда, зачем людей нанимать, если и сами с усами.

И стала заниматься делами производства. Обзванивала оптовиков, сама выбирала материал, следила за качеством продукции. Опыт работы на швейной фабрике оказался как нельзя кстати.

Летом Валя решила навестить маму и поехала в село на пару недель. Андрей обещал, что через несколько дней тоже приедет, как только разберется с делами производства. Так он и собирался сделать, но…

Однажды вечером, когда Андрей, сидя дома, проводил производственные расчеты, в дверь неожиданно позвонили. Андрей удивился, поскольку никого сегодня не ждал. «Неужели Валя вернулась?» – подумал он и прошлепал к двери. А когда открыл, увидел на пороге мужчину. На вид ему было лет сорок, высокий, бородатый. На Андрея он сразу произвел сильное впечатление. Черные глаза словно горели под кустистыми бровями. Человек выглядел несколько сурово, но было в нем какое-то своеобразное, притягательное обаяние. От одежды мужчины исходил приятный сладковатый запах. Андрею этот запах показался знакомым, но он не сразу понял, что это такое.

– Здравствуйте, молодой человек! Меня зовут Дмитрий. Разрешите узнать ваше имя? – начал бородатый мягким, но уверенным голосом.

От неожиданности Андрей слегка растерялся.

– Андрей, – машинально ответил он. – Чем обязан?

– Очень приятно, Андрей, – улыбнулся Дмитрий и продолжал, – разрешите узнать, как вы относитесь к Священному Писанию?

– Что? – не понял Андрей?

– Библия. Вы когда-нибудь читали Библию?

– А–а, Библию… – начал соображать Андрей, – Библию я читал … давно…

А про себя подумал: «сектант». Андрей всегда с брезгливостью относился ко всякого рода «просветленным» личностям. Но этот странный посетитель вызвал у него интерес. К тому же, Андрею было скучно одному в пустом доме и он решил развлечь себя разговором с этим странным человеком. Недолго думая, совершенно не в тему, он бесцеремонно ткнул в миссионера пальцем и спросил:

– Может чайку?

– Не откажусь, - расплылся в улыбке мужчина.

Недолго думая, Андрей пригласил позднего посетителя пройти в дом и усадил его в кресло. Затем моментально соорудил столик с чаем. Пришелец добродушно глядел на хозяина, помешивая чай в фарфоровой чашке. За окном внезапно пошел дождь. Ветер шумел листвой тополей. Уютная обстановка способствовала приятному разговору.

– Так вот, Андрей, – внушительно – произнес Дмитрий, кладя на столик ложечку. – Я вижу, вы человек пытливого ума, ищущий истины. С вами я хочу поделиться великой радостью, которая не убудет, если станет проповедоваться всюду, а только увеличится.

– Вы о втором пришествии? – осведомился Андрей.

– Я хочу вам рассказать о спасении вашей души, о том, какое прекрасное будущее всем нам уготовано. Позвольте узнать, Андрей, вы когда-нибудь задумывались о том, для чего живете?

Андрей, усмехнувшись, потирал подбородок. Что и говорить, таким вопросом ему не приходилось задаваться. Однако, решил подыграть миссионеру, чтобы поддержать разговор.

– Нет, не задумывался, – ответил он, – но ваш ответ я предвижу.

– И что же вы думаете? – улыбнулся бородатый.

– Вы скажете, что смысл жизни – в служении Богу.

– Совершенно верно, – согласился Дмитрий, – но служение это не должно быть слепым. Только истинная любовь к Создателю и ближнему своему есть показатель настоящей веры. А любви нужно учиться…

– Но как же научиться любить? – вставил Андрей. – По-моему это должно прийти само собой. Нельзя научиться любить.

– Где-то вы правы, – продолжал Дмитрий, поглаживая бороду. – Но ведь если вы считаете, что любите человека, то любите его за что-то, не так ли?

– Думаю, да, – кивнул Андрей.

– Тогда за что вы можете любить Бога?

Андрей машинально почесывал затылок:

– Ну…

– Ну вот смотрите, – перебил его Дмитрий. – Господь дал вам землю, дал воздух, дал пропитание и одежду, работу и друзей, любимую супругу, возможность общения. И самое главное – Он дал вам жизнь. Разве этого недостаточно?