Вдоль границы трех миров. Колодец невесты

– Мужики, надо Светку отмазывать, – с трудом поднимаясь с земли, решил Слава.

Взяв пернатую за ноги, Радонежский с размаху зашвырнул куриное тело подальше в кусты.

– Покойся с миром, – напутствовал он ее в последний полет. – Все, давайте помянем.

– Ты еще хотел вываливаться из самолета, – хлопнул Славку по плечу Влад. – А Света одним движением руки организовала тебе сафари.

– Это была исключительно Светкина охота, ‒ возразил Радонежский. – На мою долю пришлась только утилизация ее дичи.

У мангала раздался следующий дружный взрыв ржача.

– Я вас умоляю, прекратите, – попросила Янка, откашливаясь. – Смеяться уже больно.

Светкина выходка с курицей продержала настроение в компании до самого отъезда домой поздним вечером.

В бледном свете большой круглой луны серебристая асфальтовая дорога напоминала извилистую ленту реки. Сидя вполоборота на коленях у Мишки за креслом водителя, Яна заметила, как Прохоров осторожно завел правую руку назад за спинку сиденья и вслепую отыскал Машкину ладонь. Маша не воспротивилась, позволив Лехе нежно сжать ей пальцы.

Янка улыбнулась, уже давно перестав удивляться тому, как синхронно у них с подругой происходят почти идентичные в мелочах события, и зарылась носом в шею Градову.

Глава 8

07 июня, среда

Наступивший день прошел в бытовой суете продолжающегося ремонта. Бабушка, обрадовавшись неожиданно возросшему количеству рабочих рук, налегла на процесс наведения порядка с удвоенной силой. Изрядно натрудившись, уставшие девчонки освободились только поздно вечером, когда уже совсем стемнело.

Еще в обед Леха просвистел им из окна своей комнаты и напомнил о том, что сегодня ждет всех у себя. Светка прибежала после того как забрала из школы сестричек и подключилась к общей работе. В итоге к вечеру был полностью отремонтирован и готов к проживанию зал, а Свету в принудительном порядке оставили на ужин.

Времени и сил на посещение Светкиной бани под ее комментарий: «И не фига туда соваться на ночь глядя» уже не оставалось. Поэтому подружки на скорую руку все втроем приняли импровизированный душ в кустах, поливая друг друга из садовой лейки.

В доме Прохорова громко играла Depeche Mode. Слушающая преимущественно Rammstein и Nirvana Машка слегка поморщилась. Подруги прошли заставленную различным барахлом террасу и через просторное помещение с плитой и русской печью попали в Лехину комнату. Одним окном она выходила на дом Яны, и двумя – на Светкин.

– Нормально он так устроился, девки, – присвистнула Светка.

– Все должно быть на контроле, друг, – заржал Прохоров.

Под потолком всеми лампами горела пятирожковая люстра, заливая помещение ярким светом. Славка с Владом перебрасывались картами на краю беспорядочно заваленного аудиокассетами стола. Рядом с Радонежским стояли наполненная окурками морская ракушка, выступающая в роли пепельницы, и алюминиевый ковшик с водой.

Заняв единственное в комнате кресло, Света скептически покосилась на чем-то вдруг заинтересовавший ее ковшик. Затем перевела взгляд под стол, обнаружила там едва початую бутылку водки и удовлетворенно хмыкнула.

– Вы нас спалили, Холмс, – не отрываясь от игры, поздравил ее Слава.

Светка только презрительно фыркнула, оставив его замечание без комментариев.

Яна устроилась рядом с полулежащим поперек застеленной полосатым покрывалом кровати Мишей и сразу же оказалась в его объятиях. Машка обвела взглядом комнату и решила расположиться между одинаково развалившимися в разных углах дивана Лехами. Видимо посчитала, что пришло время загадывать желание. Прохоров тут же уставился на друга напряженным взглядом поверх Машиной головы.

– Нормально все, не дергайся, – не совсем понятно ответил на его невысказанный вопрос Лешка.

Девчонки быстро переглянулись и с удивлением посмотрели на Кострова.

– Я тебе говорил, гулял бы ты лучше сегодня подальше, – отрываясь от Яны и глянув на приближающиеся к полночи стрелки висящих на стене часов, недовольно заметил ему Мишка.

Леша собрался что-то возразить Градову, но не успел. С отчетливым хлестким щелчком в комнате внезапно погас свет. В наступившей тишине было слышно, как от неожиданности испуганно вскрикнула Светка. Прохоров поднялся в темноте с дивана и шагнул на протянувшуюся из окна лунную дорожку:

– Предохранители, похоже, выбило. Маш, пересядь пока, пожалуйста, к Янке с Михой, – адресовал он ей весьма странную просьбу, буквально выпроваживая Машку на кровать.

Слава звякнул металлической крышкой бензиновой зажигалки и пошел за Лехой. Костров только лишь раздраженно хмыкнул им вслед и вдруг пружиной взвился с дивана. Подскочив к окну, он резко отдернул занавеску. В ту же минуту с улицы раздался громкий разноголосый вой.

Яна с Машей, Градов, Влад и Света сразу же оказались рядом с Лешкой. На освещенной полной луной поляне, задрав морды высоко вверх, зычно завывала волчья стая. Янка повела головой, надеясь на то, что ей это кажется. Но в лунном свете был отчетливо виден зонарно-серый окрас шкур крупных хищников. Светка тихо ахнула и вцепилась Яне в руку.

Дальнейшее развитие событий произошло в считанные секунды. Славка с Прохоровым синхронно ломанулись к выходу. За ними вылетел Костров, на ходу выдергивая из ножен на ремне блеснувший при свете луны белым опалом рукоятки кинжал.

– Стойте! – рванулась к ним Янка.

– Назад! – рявкнул на нее с террасы Славка. И успел крикнуть: – Мих, не лезь, с тобой девчонки!

Входная дверь лязгнула автоматическим замком, и волки как по команде сорвались с поляны. Снаружи раздался шум схватки, сопровождаемый визгом и рычанием. Яна с Машкой одновременно попытались добраться до выходящих к крыльцу дома окон соседней комнаты, но Градов успел перехватить их и подтащил к кровати:

– Оставайтесь здесь!

Влад держал за руку осевшую на пол рядом со шкафом Свету. С улицы доносились звуки грызни и изредка отборный Славин мат, а в комнате царила напряженная тишина. Мишка вглядывался в окно, крепко удерживая Яну за плечо. Девушка с ужасом представляла себе то, что творится сейчас за стенами дома. Рядом с подругой, словно изваяние, застыла Маша.

Во дворе кто-то пронзительно завизжал, и следом неожиданно прогремел оглушительный рев, переходящий в утробное рычание. Вздрогнув и меняясь в лицах, девчонки посмотрели друг на друга, отказываясь верить собственным ушам. Белая как полотно Светка вытаращилась на подруг огромными испуганными глазами, а потом с надеждой перевела взгляд на дверцу шкафа.

Послышался удаляющийся топот множества лап, мимо окна метнулась огромная тень, и все стихло. Янка вывернулась из-под Мишиной руки и встала рядом с ним. Он притянул ее к себе и машинально поцеловал, не отрывая глаз от залитой лунным светом пустой поляны.

– Что там? – сдавленно спросила Света.

– Еще не знаю, – ответил Мишка. – Подожди.

– Подождать чего? – уточнила Маша.

Градов с Владом обменялись взглядами в темноте, и в это время звучно хлопнула входная дверь. Через секунду во всем доме вспыхнул слепящий глаза резкий свет. Яна обернулась от окна, а Машка вскочила с кровати. Светка подтянула колени к груди и жалобно заскулила, лихорадочно шаря рукой по заветной дверце шифоньера. В тот же миг в комнату с шумом и смехом ввалились веселые и взбудораженные Славка с Прохоровым. Увидев целого и невредимого Леху, Маша судорожно выдохнула и с облегчением села обратно.

– Как? – коротко спросил друзей Градов, все еще не отпуская от себя Яну.

– Порядок, – бодро отозвался Прохоров. – Легко раскидали.

– Вы втроем легко раскидали волчью стаю? – недоверчиво посмотрела на него Машка.

– Какие волки, ты о чем, Маш? Откуда им тут взяться, – насмешливо отозвался Славка. – Собаки.

– Где Лешка? – отмирая, перебила их Света.

– Жив, не волнуйся, – ответил ей Прохоров. – Промоет руку и придет.

Мишка изогнул бровь в немом вопросе.

– Прокусили, – подтвердил Леха, пожимая плечами.

– Да вы что? – ахнула Машка. – Ему же надо в больницу. А если зараза или бешенство…

– У него иммунитет, не беспокойся, – усмехнулся Леха. – Польет водкой, заживет как на той же собаке.

Света с Машей посмотрели на него как на умалишенного, а Яна уже давно глубоко задумалась о чем-то, слушая их разговор.

Снова стукнула уличная дверь, и через мгновение на пороге комнаты появился Костров. Только сейчас отпустив ладонь Светки, ему навстречу поднялся Влад:

– Как ты?

– Вскользь зацепил, фигня, – привалившись к дверному косяку и закатывая мокрый рукав водолазки, сквозь зубы улыбнулся Лешка.

Между локтем и запястьем его руки красовались четыре разверстые дыры с запекающейся по краям черной кровью. Светка с Машкой испуганно вздохнули в унисон. Янка сосредоточенно смотрела на Кострова, продолжая что-то прикидывать в уме. Подошедший к нему Прохоров щедро плеснул на раны водки. Лешка зашипел и скривился от боли, после чего забрал у друга бутылку и сделал несколько больших глотков из горла.

– Леш, тебе нужен врач, – настойчиво посоветовала ему Маша.

– Какие к лешему собаки? – перебила ее Янка, решительно повернувшись к Славе. – Мы же все видели, что это были волки.

– Обычная собачья свадьба, у них же сносит крышак на течку, – отмахнулся Славка. – Не ерунди.

– Я домой сегодня не пойду, – безжизненным голосом сообщила Света.

– Ночуй у меня, – радушно предложил ей Леха и радостно заржал. – Можете все оставаться, девчонки.

– Ты сам обратно губу закатаешь, или тебе помочь? – поинтересовался у него Градов.

– Не, ну, с вами-то все понятно, – продолжал веселиться Леха. – Янку я без тебя не приглашаю, а остальным здесь всегда рады, – покосился он на Машу.

– Тут уже со всеми все понятно, мне от этого не легче, – закатывая глаза, вздохнула Светка. И напомнила о своей проблеме: – Как я теперь пойду домой, скажите, пожалуйста? Мало здесь банников с привидением…

– Ты про легендарную невесту? – хмыкнул Костров. – Так это все ересь, Свет. Привидений не существует.

– Может, вернешься в кресло? – предложил Влад, протягивая ей руку. – Вставай, я помогу.

– Нет, спасибо. Мне и здесь вполне уютно, – отказалась Светка и поерзала на полу, предпочитая оставаться в безопасной близости от шкафа.

– Ладно, – согласился Влад и устроился рядом с ней. – Тогда сидим тут. Провожу тебя, когда захочешь.

– Лучше уж мы с Лехой, – усмехнулся Славка.

Светка ошарашено уставилась на Радонежского.

– Слушайте, хватит темнить, – не выдержала Яна. – Меня здесь постоянно преследует ощущение недосказанности.

Миша попытался удержать ее около себя, но она вывернулась из его рук и подошла к столу. Взяла Славкину пачку сигарет, покрутила ее в пальцах, положила обратно и обвела взглядом комнату, внимательно посмотрев на каждого поочередно.

– Тебе показалось, – бросив на Мишку быстрый взгляд, ответил Костров.

Градов развел руками, словно пытаясь сказать: «Это не я, она сама».

– Да ни шиша мне не показалось. Объясните уже, наконец, что тут происходит.

К ней вплотную подошел Слава и, потянувшись за сигаретами, тесно прижал ее своим телом к столу. Против обыкновения в этот раз она не почувствовала ничего кроме глухого раздражения. Забрав пачку «Парламента», Радонежский выпрямился, пристально посмотрел ей в глаза и спокойным голосом проговорил:

– Показалось, Ян. Забудь об этом.

– У меня как-то не получается забыть то, что сейчас вас чуть не порвали на куски, – негромко ответила она, не сводя с него прямого рассерженного взгляда.

Славка как будто даже растерялся, неуверенно переглянулся с ребятами и снова повернулся к ней.

– Я же сказал, ничего страшного не было. Просто забудь, – в этот раз с нажимом произнес он.

– Было, и я видела все собственными глазами, – так же упрямо тихо отозвалась Янка.

– Я ничего не понимаю, – Славка устало потер веки пальцами левой руки и посмотрел на Мишку.

– Нормальный ход, – сказал Костров.

Радонежский медленно перевел взгляд на Машу. Та заворожено смотрела на него, будто впала в транс от его черных глаз.

– Стоп, хватит! – внезапно одернул Славку Градов. – Перестань пугать девчонок. Не все с ходу понимают наши шутки.

– В каждой шутке есть доля шутки, – словно очнувшись, вполголоса проронила Машка, заметив, что на сосредоточенных лицах парней нет и намека на веселье.

– Да просто все психанули, успокойтесь, – влез Прохоров. – Я сам сперва схватился за кочергу, когда их увидел, – нервно рассмеялся он. – Потом уже понял, что обычные собаки. Здоровые только очень. А Лешка на них с ножом полез, поэтому и цапнули. Ладно, разогнали, и забудем.

Маша перевела огромные глаза с Прохорова на Кострова, а потом уставилась на Свету.

– Не обращай внимания. Они и так тут все малость не в себе, а после волков вообще головой поехали, – махнула с пола рукой Светка и томно покосилась с нежной тоской на полюбившийся ей шкаф. – Я и сама, кажется, уже того…

– Ты просто испугалась, Свет, – попробовал успокоить ее Влад.

Градов задумчиво посмотрел на Яну и тяжело вздохнул.

– Забыли, – сворачивая тему, проговорил он. – Главное, что все хорошо закончилось.

– Или, наоборот, только начинается, – пробормотал себе под нос Костров.

– Лешк, ты как? – спросил его Слава.

– Нормально все. Затянется, – закрывая укусы рукавом, кивнул Лешка.

До самого рассвета друзья просидели у Прохорова, погасив верхний свет и оставив гореть только тусклый ночник. Янка, спрятавшись в теплых и надежных руках Градова, по-прежнему размышляла. Мишка машинально водил большим пальцем по ее плечу, тоже глубоко задумавшись о чем-то. Костров с Прохоровым пытались отвлечь разговорами Машку. Слава много и часто курил, высадив к утру всю пачку. Влад провел остаток ночи на полу рядом со Светкой, никак не желающей расставаться с неожиданно ставшим ей родным элементом дубовой мебели Прохорова.

По домам разошлись, когда стало совсем светло. Свету провожали всей компанией до самого крыльца, снова встретившись с развеселившейся при их появлении Тамаркой. Попрощавшись с Яной и Машей у калитки, Градов отправился на работу к отцу, а остальные вернулись обратно к Лехе.

Подруги тихо прошли в свою комнату, цыкнули на засуетившуюся Джесси и устроились на диване, подвинув сонных кошек.

– Обалдеть, – произнесла Машка, спихивая со своей подушки Масю.

– Бесполезно, – имея в виду кота, сказала ей Яна. – Что думаешь?

– Я думаю, что они нам гонят, – заявила Маша. – Волки, ну, надо же, – сокрушенно покачала она головой. И добавила: – И Прохоров.

– И Костров. Он тоже с тебя глаз не сводит, – поделилась своими и Светкиными наблюдениями Янка.

– Это, конечно, значительно повышает мой рейтинг. Но на сегодняшний день не актуально, – ответила подружка.

Кот потоптался на одеяле и снова полез Машке на голову.

– Лично тебя я люблю, – тихо возмутилась она. – Но вообще вашего брата не жалую, – и опять пересадила его в ноги к Яне.

Мася сел египетской скульптурой, поставив передние лапы «в третью позицию» Кисы Воробьянинова из экранизации романа «Двенадцать стульев» Ильфа и Петрова, и презрительно отвернулся.

– У тебя какие мысли есть? – поинтересовалась Машка.

– У меня много, – глядя в потолок, призналась Янка. – Столько, что с этим надо переспать. Часа полтора у нас еще есть, – посмотрев на будильник, прикинула она. – Потом поднимут.

– Ага. Спокойного утра тогда, – зевнула Маша.

Глава 9

08 июня, четверг

Когда они проснулись, кот обнаружился на подушке рядом с Машкиной головой.

– Что вчера было? – не открывая глаз, спросила Маша.

– Ты влюбилась, – глухо напомнила ей Янка.

– Это да. А что за ерунда была с волками?

– Ерунда ли? – усомнилась Яна. – Пойдем спрашивать у Светки.

– Помнит твоя Светка, как же, – усмехнулась Машка. – Она вчера чуть не переехала жить в гардероб к Прохорову. Я опасаюсь, как бы ей от стресса вообще всю башку не отшибло.

Светка, как выяснилось, помнила. Сидела, бессмысленно таращась в телевизор, когда Яна с Машей зашли к ней. Резко вздрогнув, она обернулась на скрип открывающейся двери и облегченно выдохнула:

– Девки…

– А ты кого ждала? – проявила любопытство Яна.

– Я уже не знаю, чего ждать, – хмуро ответила Света. – Тамарка говорит, что сроду тут волков не встречала. Еще малахольной меня обозвала. Мы же их вчера видели, да?

– Однозначно, – кивнула Янка.

– Жаль, – поморщилась Светка. – И что получается?

– А может, получается то, что это действительно были собаки, как сказал Слава? – предположила Машка.

– Не получается, – решила расстроить их Яна. – Вчера мне неожиданно пригодилась теоретическая часть занятий по защитно-караульной службе с Джесси. Вы видели укус на Лешкиной руке? Такого расстояния между клыками не может быть даже у сенбернара. Его тяпнуло что-то очень большое, но точно не собака.

– Дела, – вздохнула Машка.

– И еще, – добавила Яна. – Заметили, что рукав его водолазки остался целым? Хотя по идее он должен был быть порван в клочья.

– Это ты сейчас что имеешь в виду? – в упор спросила Светка.

– Я не знаю, Свет, – Янка утомленно откинулась на спинку дивана. – Мне постоянно кажется, что ребята что-то недоговаривают, – поделилась она своими соображениями с подружками. – Как будто они знают что-то такое, что нам знать на их взгляд совершенно не обязательно.

– И мне показалось, – согласно кивнула Маша. – Слишком уж лихо вчера у них получилось разобраться с этими волками… ну, или с собаками, – не слишком уверенно проговорила она. – Можно подумать, что они регулярно ходят с рогатиной на зверя. Хотя, может, конечно, эти парни всегда такие отчаянные. Я их пару дней всего знаю.

Яна с Машкой уставились на Свету.

– Что вы на меня-то вылупились? Я тоже с ними детей не крестила. Без мозгов – да. Больше ничего не скажу, – буркнула она.

– С этим твоим мнением мы уже хорошо ознакомлены, – отмахнулась Янка. – Спрашивать бесполезно, я пробовала. Увиливают, отшучиваются или вообще откровенно дают понять, что это не тема для разговора. Вы сами вчера видели.

– Да уж, – печально вздохнув, согласилась Маша. И тоже озвучила то, что не давало ей покоя: – А мне вот интересно, кто мог так реветь вчера ночью?

– Это вообще отдельный вопрос, – кивнула Яна. – Сюда даже с натягом никакие собаки не вписываются. Свет, ты помнишь, как настойчиво нас убеждали на речке в том, что той ночью я слышала именно собачий вой, и никаких волков, и уж тем более медведей, тут быть не может? Как и вчера, что начинает вызывать у меня определенную долю сомнений именно из-за этой настойчивости.

Светке, судя по выражению ее лица, совсем разонравилась тема разговора. Она поковыряла пальцем покрывало, тяжко вздохнула и внесла свои пять копеек:

– Никто из соседей ничего не слышал, вот что странно. Тамарка на меня как на идиотку посмотрела, когда я ей рассказала. Даже принюхалась, мол, я того, – щелкнула она себя по горлу.

– Ну, может, спали все крепко, – пожала плечами Машка. – Наши тоже ничего на эту тему не сказали.

– И собаки деревенские не брехали. А должны были такой визг поднять, если бы почуяли волков – только в путь, – дополнила Света.

– Мы могли не услышать других собак из-за концерта у нас под окнами, – здраво заметила Маша. – Хотя, голос Джесси Янка наверняка бы различила.

– Не лаяла Джесси, – уверенно ответила ей Яна.

– Вот то-то и оно, – еще больше опечалилась Светка и перевела взгляд на иконы в Красном углу избы.

– Только не начинай, – попросила ее Яна. – Стало быть, никто ничего не слышал и не видел. А если кто что-то и знает, то нам объяснять не торопится. Значит, постараемся сами разобраться, что к чему, – задумчиво прикинула она.

– Я ожидала чего-то подобного, – заявила Свете Маша. – Эта дотошная, она теперь не успокоится, пока не доберемся до изнанки.

– Чья бы корова, – усмехнулась Янка.

– А я что, и я туда же. Хоть бы одна из нас была в адеквате, так нет. Послал же Бог подругу, – пожаловалась Машка. – Два сапога, как говорится.

– Три сапога у нас выходит, – сказала Яна. – Светка тоже успела зарекомендовать себя как самоотверженный боевой товарищ. Один ключ от погреба чего стоит.

– Девки, я с вами. Только что от меня толку, если я шарахаюсь от каждой тени в темноте, – самокритично призналась Светка.

– Не слушай ее, – махнула Маше Янка. – У нее одна только шиза, привидения. Все блажит, что тут призрак утопленницы разгуливает.

– С привидениями тоже разберемся, – пообещала Машка.

– Это вряд ли, – возразила ей Яна. – Здесь, если верить Светке, просто эпицентр всей нечисти округи, клоака. В одних только названиях можно запутаться.

– Как это у тебя противно получилось, ужасным Славиным тоном, – скривилась Светка.

– Ага, точно, – засмеялась Машка. – Янка иногда сама не замечает, как обезьянничает.

– Серьезно? А я даже не обратила внимания, – улыбнулась Яна. – Ну, так что?

– Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и пожалеть еще больше, – рассудила Машка.

– Ну, да, – согласилась Светка. – Вы, один хрен, теперь во все это полезете. А я одна боюсь, – напомнила она. – С чего начнем?

– Может, тебе Мишку поспрашивать? – предложила Яне Маша. – Вы все-таки уже как бы в официальном статусе.

– В молоко, – покачала головой Янка. – У Мишки теперь из-за этой официальности статуса появилась возможность игнорировать мои вопросы весьма конкретным не менее официальным способом – поцелуями.

– Час от часу не легче, – вздохнула Машка.

Вечером подруг ждал неприятный сюрприз в виде полного отсутствия парней. У Лехи дома тоже никого не было. Девчонки до темноты просидели на лавке у Светкиного крыльца, а потом отправились к Яне на маленькую терраску.

– Это вообще как понять? – выразила искреннее негодование Машка, включая едва подсвечивающее комнату бра. – Они нормальные, исчезать вот так без предупреждения?

– Вообще-то нет, – заверила ее Светка. – И у них это в порядке вещей, кажется. Такое уже было.

Яна стояла на верхней площадке крыльца, молчала и бесцельно вглядывалась в сгущающуюся над колодцами тьму. Внизу у ручья выводили свои романтичные трели соловьи, нежно посвистывая и прищелкивая. Надсадным писком им вторила роящаяся рядом с девушками комариная стая.

– Ну, ты чего? – подошла сзади Маша.

– Нормально все, – пожала плечами Янка.

– Из-за Мишки? – догадалась Света, прихлопнув на щеке комара. – Жара на подходе, кровопийцы звереют.

Яна повернулась к ним лицом:

– Свет, ты же сама была всему свидетелем. Возможно, в очередной раз вернулась Лиза. Он вполне мог передумать.

– А остальные держат его за руку и не появляются из солидарности, – парировала Светка. – Не передергивай. И вообще, на Мишку это не похоже. Потому что да, я сама все видела.

– А мне вот кажется, что это из-за вчерашнего, – влезла Машка. – И еще, кажется, нам надо выпить, чтобы начать соображать нормально, – предложила она.

– Своеобразный метод, – хмыкнула Ширяева. – Обычно это действует с точностью до наоборот.

Янка заглянула с крыльца на терраску. В серванте среди изобилия любимого бабушкой хрусталя стояла неполная поллитровка с прозрачным содержимым.

– Водка есть, – сообщила она.

– А того дедушкиного сиропа не осталось? – наудачу закинула удочку Светка.

– Остался наверняка. Только я сейчас не полезу его искать.

– Давай тогда то, что есть, – махнула рукой Света. – Может, Машка права, и сегодня надо.

Девчонки зашли на терраску и прикрыли дверь. Яна достала из серванта бутылку и стопки, а Маша бесшумно вынесла из их комнаты магнитофон.

– Уж, извините, там Nirvana, – предупредила она.

– Кто бы сомневался, – фыркнула Яна. – Ничего другого тебе под руку, конечно, не попалось.

– Попалось. Metallica, – улыбнулась Машка.

– Светка не переживет, она до сих пор слушает Леонида Утесова, – пошутила Янка. – Ставь тогда хотя бы баллады.

– Баллады, так баллады, – проявила лояльность Машка.

Пока она возилась с магнитофоном, Яна принесла с плиты кастрюлю с еще не остывшей вареной картошкой, три вилки и тарелку с нарезанными овощами.

– «Привет» водка, – прочитала этикетку Машка. – Отличное название. Только запятой после привета не хватает. Наливай, Янка.

Через полчаса разговор начал принимать душевный характер, и Маша стала многозначительно приглядываться к Яне.

– Что? – не выдержала та.

– Может, погадаем? – ласково спросила Машка.

– Даже не думай, я завязала, – протестующе подняла руки Яна. – К тому же, карт нет.

– Вы гадать умеете? – оживилась Светка.

– Не мы, а Янка, – быстро ответила Машка.

Яна нигде не училась этому специально. В школе девчонки баловались глупым гаданием «на имя», которое никогда не сбывалось. В девятом классе мать одной из соучениц показала ей довольно сложный расклад. Она запомнила его с первого раза и начала в шутку развлекать подружек. И вдруг начались совпадения. Яна словно «читала» карты и видела в хитрых сочетаниях совсем не те простые значения, которые когда-то записала в тетрадку. Выходило так, что карты в руках Янки не ошибались. Как и во всем остальном, ее интерес зашел довольно далеко, и она обзавелась собственной колодой «Таро». Значения этих больших карт оказались гораздо серьезнее, но толкование давалось Яне также легко.