Вдоль границы трех миров. Колодец невесты

– Мужики, надо Светку отмазывать, – с трудом поднимаясь с земли, решил Слава.

Взяв пернатую за ноги, Радонежский с размаху зашвырнул куриное тело подальше в кусты.

– Покойся с миром, – напутствовал он ее в последний полет. – Все, давайте помянем.

– Ты еще хотел вываливаться из самолета, – хлопнул Славку по плечу Влад. – А Света одним движением руки организовала тебе сафари.

– Это была исключительно Светкина охота, ‒ возразил Радонежский. – На мою долю пришлась только утилизация ее дичи.

У мангала раздался следующий дружный взрыв ржача.

– Я вас умоляю, прекратите, – попросила Янка, откашливаясь. – Смеяться уже больно.

Светкина выходка с курицей продержала настроение в компании до самого отъезда домой поздним вечером.

В бледном свете большой круглой луны серебристая асфальтовая дорога напоминала извилистую ленту реки. Сидя вполоборота на коленях у Мишки за креслом водителя, Яна заметила, как Прохоров осторожно завел правую руку назад за спинку сиденья и вслепую отыскал Машкину ладонь. Маша не воспротивилась, позволив Лехе нежно сжать ей пальцы.

Янка улыбнулась, уже давно перестав удивляться тому, как синхронно у них с подругой происходят почти идентичные в мелочах события, и зарылась носом в шею Градову.

Глава 8

07 июня, среда

Наступивший день прошел в бытовой суете продолжающегося ремонта. Бабушка, обрадовавшись неожиданно возросшему количеству рабочих рук, налегла на процесс наведения порядка с удвоенной силой. Изрядно натрудившись, уставшие девчонки освободились только поздно вечером, когда уже совсем стемнело.

Еще в обед Леха просвистел им из окна своей комнаты и напомнил о том, что сегодня ждет всех у себя. Светка прибежала после того как забрала из школы сестричек и подключилась к общей работе. В итоге к вечеру был полностью отремонтирован и готов к проживанию зал, а Свету в принудительном порядке оставили на ужин.

Времени и сил на посещение Светкиной бани под ее комментарий: «И не фига туда соваться на ночь глядя» уже не оставалось. Поэтому подружки на скорую руку все втроем приняли импровизированный душ в кустах, поливая друг друга из садовой лейки.

В доме Прохорова громко играла Depeche Mode. Слушающая преимущественно Rammstein и Nirvana Машка слегка поморщилась. Подруги прошли заставленную различным барахлом террасу и через просторное помещение с плитой и русской печью попали в Лехину комнату. Одним окном она выходила на дом Яны, и двумя – на Светкин.

– Нормально он так устроился, девки, – присвистнула Светка.

– Все должно быть на контроле, друг, – заржал Прохоров.

Под потолком всеми лампами горела пятирожковая люстра, заливая помещение ярким светом. Славка с Владом перебрасывались картами на краю беспорядочно заваленного аудиокассетами стола. Рядом с Радонежским стояли наполненная окурками морская ракушка, выступающая в роли пепельницы, и алюминиевый ковшик с водой.

Заняв единственное в комнате кресло, Света скептически покосилась на чем-то вдруг заинтересовавший ее ковшик. Затем перевела взгляд под стол, обнаружила там едва початую бутылку водки и удовлетворенно хмыкнула.

– Вы нас спалили, Холмс, – не отрываясь от игры, поздравил ее Слава.

Светка только презрительно фыркнула, оставив его замечание без комментариев.

Яна устроилась рядом с полулежащим поперек застеленной полосатым покрывалом кровати Мишей и сразу же оказалась в его объятиях. Машка обвела взглядом комнату и решила расположиться между одинаково развалившимися в разных углах дивана Лехами. Видимо посчитала, что пришло время загадывать желание. Прохоров тут же уставился на друга напряженным взглядом поверх Машиной головы.

– Нормально все, не дергайся, – не совсем понятно ответил на его невысказанный вопрос Лешка.

Девчонки быстро переглянулись и с удивлением посмотрели на Кострова.

– Я тебе говорил, гулял бы ты лучше сегодня подальше, – отрываясь от Яны и глянув на приближающиеся к полночи стрелки висящих на стене часов, недовольно заметил ему Мишка.

Леша собрался что-то возразить Градову, но не успел. С отчетливым хлестким щелчком в комнате внезапно погас свет. В наступившей тишине было слышно, как от неожиданности испуганно вскрикнула Светка. Прохоров поднялся в темноте с дивана и шагнул на протянувшуюся из окна лунную дорожку:

– Предохранители, похоже, выбило. Маш, пересядь пока, пожалуйста, к Янке с Михой, – адресовал он ей весьма странную просьбу, буквально выпроваживая Машку на кровать.

Слава звякнул металлической крышкой бензиновой зажигалки и пошел за Лехой. Костров только лишь раздраженно хмыкнул им вслед и вдруг пружиной взвился с дивана. Подскочив к окну, он резко отдернул занавеску. В ту же минуту с улицы раздался громкий разноголосый вой.

Яна с Машей, Градов, Влад и Света сразу же оказались рядом с Лешкой. На освещенной полной луной поляне, задрав морды высоко вверх, зычно завывала волчья стая. Янка повела головой, надеясь на то, что ей это кажется. Но в лунном свете был отчетливо виден зонарно-серый окрас шкур крупных хищников. Светка тихо ахнула и вцепилась Яне в руку.

Дальнейшее развитие событий произошло в считанные секунды. Славка с Прохоровым синхронно ломанулись к выходу. За ними вылетел Костров, на ходу выдергивая из ножен на ремне блеснувший при свете луны белым опалом рукоятки кинжал.

– Стойте! – рванулась к ним Янка.

– Назад! – рявкнул на нее с террасы Славка. И успел крикнуть: – Мих, не лезь, с тобой девчонки!

Входная дверь лязгнула автоматическим замком, и волки как по команде сорвались с поляны. Снаружи раздался шум схватки, сопровождаемый визгом и рычанием. Яна с Машкой одновременно попытались добраться до выходящих к крыльцу дома окон соседней комнаты, но Градов успел перехватить их и подтащил к кровати:

– Оставайтесь здесь!

Влад держал за руку осевшую на пол рядом со шкафом Свету. С улицы доносились звуки грызни и изредка отборный Славин мат, а в комнате царила напряженная тишина. Мишка вглядывался в окно, крепко удерживая Яну за плечо. Девушка с ужасом представляла себе то, что творится сейчас за стенами дома. Рядом с подругой, словно изваяние, застыла Маша.

Во дворе кто-то пронзительно завизжал, и следом неожиданно прогремел оглушительный рев, переходящий в утробное рычание. Вздрогнув и меняясь в лицах, девчонки посмотрели друг на друга, отказываясь верить собственным ушам. Белая как полотно Светка вытаращилась на подруг огромными испуганными глазами, а потом с надеждой перевела взгляд на дверцу шкафа.

Послышался удаляющийся топот множества лап, мимо окна метнулась огромная тень, и все стихло. Янка вывернулась из-под Мишиной руки и встала рядом с ним. Он притянул ее к себе и машинально поцеловал, не отрывая глаз от залитой лунным светом пустой поляны.

– Что там? – сдавленно спросила Света.

– Еще не знаю, – ответил Мишка. – Подожди.

– Подождать чего? – уточнила Маша.

Градов с Владом обменялись взглядами в темноте, и в это время звучно хлопнула входная дверь. Через секунду во всем доме вспыхнул слепящий глаза резкий свет. Яна обернулась от окна, а Машка вскочила с кровати. Светка подтянула колени к груди и жалобно заскулила, лихорадочно шаря рукой по заветной дверце шифоньера. В тот же миг в комнату с шумом и смехом ввалились веселые и взбудораженные Славка с Прохоровым. Увидев целого и невредимого Леху, Маша судорожно выдохнула и с облегчением села обратно.

– Как? – коротко спросил друзей Градов, все еще не отпуская от себя Яну.

– Порядок, – бодро отозвался Прохоров. – Легко раскидали.

– Вы втроем легко раскидали волчью стаю? – недоверчиво посмотрела на него Машка.

– Какие волки, ты о чем, Маш? Откуда им тут взяться, – насмешливо отозвался Славка. – Собаки.

– Где Лешка? – отмирая, перебила их Света.

– Жив, не волнуйся, – ответил ей Прохоров. – Промоет руку и придет.

Мишка изогнул бровь в немом вопросе.

– Прокусили, – подтвердил Леха, пожимая плечами.

– Да вы что? – ахнула Машка. – Ему же надо в больницу. А если зараза или бешенство…

– У него иммунитет, не беспокойся, – усмехнулся Леха. – Польет водкой, заживет как на той же собаке.

Света с Машей посмотрели на него как на умалишенного, а Яна уже давно глубоко задумалась о чем-то, слушая их разговор.

Снова стукнула уличная дверь, и через мгновение на пороге комнаты появился Костров. Только сейчас отпустив ладонь Светки, ему навстречу поднялся Влад:

– Как ты?

– Вскользь зацепил, фигня, – привалившись к дверному косяку и закатывая мокрый рукав водолазки, сквозь зубы улыбнулся Лешка.

Между локтем и запястьем его руки красовались четыре разверстые дыры с запекающейся по краям черной кровью. Светка с Машкой испуганно вздохнули в унисон. Янка сосредоточенно смотрела на Кострова, продолжая что-то прикидывать в уме. Подошедший к нему Прохоров щедро плеснул на раны водки. Лешка зашипел и скривился от боли, после чего забрал у друга бутылку и сделал несколько больших глотков из горла.

– Леш, тебе нужен врач, – настойчиво посоветовала ему Маша.

– Какие к лешему собаки? – перебила ее Янка, решительно повернувшись к Славе. – Мы же все видели, что это были волки.

– Обычная собачья свадьба, у них же сносит крышак на течку, – отмахнулся Славка. – Не ерунди.

– Я домой сегодня не пойду, – безжизненным голосом сообщила Света.

– Ночуй у меня, – радушно предложил ей Леха и радостно заржал. – Можете все оставаться, девчонки.

– Ты сам обратно губу закатаешь, или тебе помочь? – поинтересовался у него Градов.

– Не, ну, с вами-то все понятно, – продолжал веселиться Леха. – Янку я без тебя не приглашаю, а остальным здесь всегда рады, – покосился он на Машу.

– Тут уже со всеми все понятно, мне от этого не легче, – закатывая глаза, вздохнула Светка. И напомнила о своей проблеме: – Как я теперь пойду домой, скажите, пожалуйста? Мало здесь банников с привидением…

– Ты про легендарную невесту? – хмыкнул Костров. – Так это все ересь, Свет. Привидений не существует.

– Может, вернешься в кресло? – предложил Влад, протягивая ей руку. – Вставай, я помогу.

– Нет, спасибо. Мне и здесь вполне уютно, – отказалась Светка и поерзала на полу, предпочитая оставаться в безопасной близости от шкафа.

– Ладно, – согласился Влад и устроился рядом с ней. – Тогда сидим тут. Провожу тебя, когда захочешь.

– Лучше уж мы с Лехой, – усмехнулся Славка.

Светка ошарашено уставилась на Радонежского.

– Слушайте, хватит темнить, – не выдержала Яна. – Меня здесь постоянно преследует ощущение недосказанности.

Миша попытался удержать ее около себя, но она вывернулась из его рук и подошла к столу. Взяла Славкину пачку сигарет, покрутила ее в пальцах, положила обратно и обвела взглядом комнату, внимательно посмотрев на каждого поочередно.

– Тебе показалось, – бросив на Мишку быстрый взгляд, ответил Костров.

Градов развел руками, словно пытаясь сказать: «Это не я, она сама».

– Да ни шиша мне не показалось. Объясните уже, наконец, что тут происходит.

К ней вплотную подошел Слава и, потянувшись за сигаретами, тесно прижал ее своим телом к столу. Против обыкновения в этот раз она не почувствовала ничего кроме глухого раздражения. Забрав пачку «Парламента», Радонежский выпрямился, пристально посмотрел ей в глаза и спокойным голосом проговорил:

– Показалось, Ян. Забудь об этом.

– У меня как-то не получается забыть то, что сейчас вас чуть не порвали на куски, – негромко ответила она, не сводя с него прямого рассерженного взгляда.

Славка как будто даже растерялся, неуверенно переглянулся с ребятами и снова повернулся к ней.

– Я же сказал, ничего страшного не было. Просто забудь, – в этот раз с нажимом произнес он.

– Было, и я видела все собственными глазами, – так же упрямо тихо отозвалась Янка.

– Я ничего не понимаю, – Славка устало потер веки пальцами левой руки и посмотрел на Мишку.

– Нормальный ход, – сказал Костров.

Радонежский медленно перевел взгляд на Машу. Та заворожено смотрела на него, будто впала в транс от его черных глаз.

– Стоп, хватит! – внезапно одернул Славку Градов. – Перестань пугать девчонок. Не все с ходу понимают наши шутки.

– В каждой шутке есть доля шутки, – словно очнувшись, вполголоса проронила Машка, заметив, что на сосредоточенных лицах парней нет и намека на веселье.

– Да просто все психанули, успокойтесь, – влез Прохоров. – Я сам сперва схватился за кочергу, когда их увидел, – нервно рассмеялся он. – Потом уже понял, что обычные собаки. Здоровые только очень. А Лешка на них с ножом полез, поэтому и цапнули. Ладно, разогнали, и забудем.

Маша перевела огромные глаза с Прохорова на Кострова, а потом уставилась на Свету.

– Не обращай внимания. Они и так тут все малость не в себе, а после волков вообще головой поехали, – махнула с пола рукой Светка и томно покосилась с нежной тоской на полюбившийся ей шкаф. – Я и сама, кажется, уже того…

– Ты просто испугалась, Свет, – попробовал успокоить ее Влад.

Градов задумчиво посмотрел на Яну и тяжело вздохнул.

– Забыли, – сворачивая тему, проговорил он. – Главное, что все хорошо закончилось.

– Или, наоборот, только начинается, – пробормотал себе под нос Костров.

– Лешк, ты как? – спросил его Слава.

– Нормально все. Затянется, – закрывая укусы рукавом, кивнул Лешка.

До самого рассвета друзья просидели у Прохорова, погасив верхний свет и оставив гореть только тусклый ночник. Янка, спрятавшись в теплых и надежных руках Градова, по-прежнему размышляла. Мишка машинально водил большим пальцем по ее плечу, тоже глубоко задумавшись о чем-то. Костров с Прохоровым пытались отвлечь разговорами Машку. Слава много и часто курил, высадив к утру всю пачку. Влад провел остаток ночи на полу рядом со Светкой, никак не желающей расставаться с неожиданно ставшим ей родным элементом дубовой мебели Прохорова.

По домам разошлись, когда стало совсем светло. Свету провожали всей компанией до самого крыльца, снова встретившись с развеселившейся при их появлении Тамаркой. Попрощавшись с Яной и Машей у калитки, Градов отправился на работу к отцу, а остальные вернулись обратно к Лехе.

Подруги тихо прошли в свою комнату, цыкнули на засуетившуюся Джесси и устроились на диване, подвинув сонных кошек.

– Обалдеть, – произнесла Машка, спихивая со своей подушки Масю.

– Бесполезно, – имея в виду кота, сказала ей Яна. – Что думаешь?

– Я думаю, что они нам гонят, – заявила Маша. – Волки, ну, надо же, – сокрушенно покачала она головой. И добавила: – И Прохоров.

– И Костров. Он тоже с тебя глаз не сводит, – поделилась своими и Светкиными наблюдениями Янка.

– Это, конечно, значительно повышает мой рейтинг. Но на сегодняшний день не актуально, – ответила подружка.

Кот потоптался на одеяле и снова полез Машке на голову.

– Лично тебя я люблю, – тихо возмутилась она. – Но вообще вашего брата не жалую, – и опять пересадила его в ноги к Яне.

Мася сел египетской скульптурой, поставив передние лапы «в третью позицию» Кисы Воробьянинова из экранизации романа «Двенадцать стульев» Ильфа и Петрова, и презрительно отвернулся.

– У тебя какие мысли есть? – поинтересовалась Машка.

– У меня много, – глядя в потолок, призналась Янка. – Столько, что с этим надо переспать. Часа полтора у нас еще есть, – посмотрев на будильник, прикинула она. – Потом поднимут.

– Ага. Спокойного утра тогда, – зевнула Маша.