Обещанная тьме

Сначала она смотрела на Элию с ледяным высокомерием, её фиолетовые глаза изучали каждый миллиметр «деревенской принцессы», словно ища слабое место для удара. В отличие от суровой сестры, Даниэл был воплощением порочного обаяния. Расстегнутый ворот рубашки, дерзкая ухмылка и взгляд, в котором читалось бесконечное любопытство к женщинам и вину. Его волосы были короче, взъерошены ветром, а в левом ухе блестела серьга с крошечным сапфиром. Несмотря на вид бабника и разгуляя, Элия заметила мозоли на его руках — такие бывают только у тех, кто не выпускает рукоять меча часами.

— Ну же, сестра, не сверли её взглядом, — Даниэл бесцеремонно схватил с подноса наливное яблоко и с хрустом откусил. — Она и так выглядит так, будто ждет, что мы её сейчас съедим. Хотя признаю, брат, вкус у тебя отменный. Платье сидит на ней... многообещающе.

Лира, которая до этого момента сохраняла каменное выражение лица, вдруг не выдержала. Она посмотрела на смущенную и настороженную Элию, затем на своего вальяжного брата и... расхохоталась. Это был чистый, звонкий смех, совершенно не вязавшийся с её грозным видом.

— О боги, Даниэл, посмотри на неё! — Лира хлопнула ладонью по столу, переходя на веселое подтрунивание. — Она думает, что мы — демоны из её сельских страшилок. Расслабься, принцесса. Мы не кусаемся... если на нас не нападать. В пылу разговора Лира потянулась за графином и, взглянув на брата, небрежно бросила, — Дамиан, передай мне те ягоды, если ты еще не всё поглотил своей бездонной утробой.

При звуке этого имени Дамиан, в воздухе словно что-то зазвенело. Элия замерла с бокалом у губ. Вчера его называли Королем, Всадником, Высочеством. Это имя, произнесенное в домашней обстановке, сделало его пугающе реальным, человечным.

Дамиан едва заметно приподнял уголок губ. Его хищный взгляд, до этого блуждавший по залу, снова сфокусировался на Элии. Он смотрел на неё, как смотрит охотник на редкую птицу, которая впервые позволила накормить себя с рук. В его глазах светилось удовлетворение: он видел, как она настороженно ест, как маленькими глотками пьет сок, словно проверяя его на наличие яда.

Атмосфера была странной, двойственной. С одной стороны — Даниэл и Лира, которые громко спорили о качестве новых мечей и вспоминали свои последние похождения, смеясь и перебивая друг друга. С другой — Дамиан, который сидел почти неподвижно, излучая мощь и тишину, и Элия, которая чувствовала себя так, будто попала на пир к хищникам, которые временно решили поиграть в вежливость.

— Видели сегодня Калеба. — сказал Даниэл наливая себе вина.

Элия медленно опустила вилку.

— Вы знали Калеба? — спросила она тише, чем хотела.

— Знали? — Лира усмехнулась, разрезая мясо. — Он был придворным магом еще при нашем отце. Тот факт, что он прятался, — величайшее оскорбление для короны. Но признаю, спрятался не неплохо. До тех пор, пока Дамиан не решил, что пора вернуть долги.

— Долги? — переспросила Элия, чувствуя, как внутри всё напряглось. — Калеб помогал мне, защищал меня. Какие у вас могут быть долги перед человеком, которого вы держите в клетке? И вообще... мне всё равно, что там между вами. Я не часть вашей игры.

Её голос дрогнул, но прозвучал отчетливо. За столом внезапно стало тихо. Даниэл перестал крутить вилку, Лира отложила нож, а Дамиан, до этого расслабленно наблюдавший за сценой, медленно перевел взгляд на сестру, а затем на брата. Между ними состоялся короткий, почти неуловимый обмен взглядами — тяжелый, полный скрытого смысла, понятного только этой троице.