Леди, любовь и кинжал

Ариадна замерла, не оборачиваясь.

— Я не вру, — сказала она.

— Все так говорят, — повторил сержант и уткнулся в свои бумаги.

День тянулся бесконечно.

Ариадна разбирала свитки, сортировала накладные, переписывала реестры, сверяла цифры. Работа была нудной, механической, но в ней нашлось странное успокоение. Монотонный скрип пера, шуршание бумаги, запах чернил — всё это создавало иллюзию нормальности. Будто она не в стане врага, а в своей дворцовой библиотеке, готовит урок для старого сенешаля.

Но стоило поднять голову, иллюзия рассеивалась. За окном маршировали имперские солдаты. В коридоре звучала чужая речь. На стене висела карта королевства — её королевства, — исчерченная красными стрелками наступления.

Она работала на Империю.

Она ела их хлеб.

Она сидела в здании, над которым развевался волчий штандарт.

И где-то внутри неё, глубоко-глубоко, росло странное, пугающее чувство. Не ненависть. Не гнев. А что-то похожее на облегчение? Она больше не бежала. Она больше не пряталась в канавах, не грызла сырую репу, не вздрагивала от каждого шороха. У неё была крыша. Была еда. Была — пусть и крошечная, шаткая — определённость.

А ещё у неё была цель.

Капитан Кайан Вэлл приезжает с инспекцией.

Она будет готова.

Вечером, когда сержант Грегор ушёл в казарму, а остальные писцы разбрелись по домам, Ариадна осталась одна в канцелярии. Она зажгла лампу и развернула карту, которую стащила из вороха ненужных бумаг. Такую же, как на стене, только меньше — походный вариант.

Веньерлиан. Столица. Обведена жирным красным крестом. От неё расходились стрелки — на восток, на юг, на запад. Имперская армия наступала по трём направлениям. Третья стрелка, самая жирная, упиралась в горный хребет Грозовые Клыки. Видимо, там, если верить собственному чутью, могло находится то, что она ищет. Направление выделено слишком ярко, слишком явно. Ариадна помнила это место: отец часто посещал его. Ни один гость не был приглашен в поместье, построенное в районе этих гор. Там же находилась и семейная библиотека. Неизвестная для всех. Скрытая в толстых холодных стенах.

Ариадна провела пальцем по линии фронта. Ей нужно попасть туда. Но как? Пешком? Без оружия, без денег, без союзников? Это было невозможно.

Но если она останется в Имперском Легионе. Если заслужит доверие. Если дождётся, пока армия двинется к горам. Тогда она окажется в самом сердце событий. Вместе с врагом. И, возможно, с Капитаном.

Это было безумие.

Это был единственный путь.

Она свернула карту и спрятала её в рукав. Потом встала и подошла к окну. Дождь закончился. Над городом поднимался туман, подсвеченный редкими огнями. Вдалеке, за восточной окраиной, мерцали костры имперского лагеря. Где-то там, среди палаток и знамён, находился Капитан Кайан Вэлл. Тот, кто разрушил её жизнь. Тот, чьё имя она повторяла как проклятие и мучилась от того, что испытывала жалость к своим нареканиям. Заслуживал ли Капитан её ненависти? Или скорее она заслуживала его желания убить?

Она ещё не знала, что скажет ему при встрече. Не знала, хватит ли у неё сил на ненависть. Но она знала одно: игра началась. И она больше не пешка.

В ту же ночь, в имперском лагере за городом, Капитан Вэлл отдал последний приказ перед выступлением.

— В Приозёрск входим на рассвете. Проверяем гарнизон, склады, документацию. И ещё, — он помедлил, глядя на карту, — усильте патрули у восточного тракта. Наша беглянка, скорее всего, в городе. Если она попытается уйти, мы должны быть готовы.

— Думаете, она всё ещё здесь? — спросил адъютант.

Кайан поднял глаза. В них не было злости. Только холодный, математический расчёт.

— Уверен. Она умна. Умные люди не бегут без цели. Они прячутся. А лучший способ спрятаться — быть у всех на виду.