Псевдохирург. Заказная пытка

— Ну ладно, я постараюсь расслабиться, — пообещала Аня.

За её спиной тут же началось какое-то копошение. Аня действительно расслабилась. На самом деле ей стало спокойнее уже в тот момент, как только послышались удаляющиеся шаги Карины. Теперь Ане хотя бы не приходилось переживать, что та может приревновать своего мужчину. Эта Карина и без того казалась злющей, и Аня боялась даже представить, какая она в гневе.

Вдруг Аня почувствовала, как Артур начал тщательно протирать её обнажённую спину ватой, густо смоченной спиртом. Это её немного смутило.

— Ой, а... а что это вы делаете? — нерешительно спросила она.

— Прежде чем ставить баночки, лучше хорошенько обезжирить кожу, — объяснил Артур.

— Спиртом? — удивилась Аня.

Всё-таки этот избыточный медицинский уход для простого массажа казался ей немного странным. Но Артур не растерялся. В следующее же мгновение он пару раз громко пшикнул над её спиной ароматическим антисептиком, чтобы ловко отвлечь её внимание от запаха чистого спирта.

— Чувствуете? — спросил Артур.

— Да... какой-то персиковый аромат, — сказала Аня, жадно принюхиваясь к сладкому запаху.

Она сразу же довольно улыбнулась. Всё-таки было безумно приятно учуять такой сочный, фруктовый аромат в душной клинике, где абсолютно всё до этого пропахло едкими лекарствами. Она послушно лежала на животе и даже не догадывалась, что Артур под персиковым запахом дезинфицирует её спину для первых хирургических надрезов.

— Вот, а теперь главное, — улыбаясь, сказал Артур и нажал на кнопочку в своём аппарате для массажа. Тот глухо, негромко загудел, и доктор одна за другой начал прилеплять резиновые баночки к её обнажённой спине.

— Ой... уже? со вздохом протянула Аня. Ощущения были необычные, новые и чем-то даже приятные.

— Ну как, не больно? — заботливо спросил Артур, продолжая расставлять присоски.

— Будто меня целуют! — захихикала Аня, утыкаясь лицом в мягкую кушетку. — Это действительно приятно.

— Ну, что я говорил? Всем нашим пациентам очень нравится, — горделиво повторил Артур, закрепляя ещё одну баночку на её лопатке.

«Вот так вот, деточка, ты абсолютно ничего не почувствуешь», — игриво подумал Артур, бросая плотоядный взгляд на её беззащитную спину.

— Главное, чтобы синяков потом не было, — подала голос Аня.

— Не переживайте, следы массажа довольно быстро проходят.

— Насколько быстро? — взволнованно уточнила она. — И какие именно следы? Всё-таки синяки будут, да? Я очень не хочу ходить с синяками!

— Я вас уже понял, поэтому сильно засасывать кожу мы не будем. Вот так приятно? — заботливо спросил Артур и слегка подкрутил настройки на своём массажёре. Аппарат сразу же загудел по-другому, чуть тише, и Ане стало заметно спокойнее. Баночки по-прежнему крепко держались на её спине, но сила всасывания явно уменьшилась.

— Я вот хотела спросить... бывают же обычные баночки, без всяких проводов, ими тоже делают массаж. Зачем эти трубки вообще нужны? — поинтересовалась Аня.

— Они автоматически регулируют силу втягивания, — объяснил Артур. — Конечно, простыми банками тоже можно работать, но тогда как раз и могут возникнуть те самые страшные синяки, о которых вы говорили.

— Ой, не дай бог...

— Вот именно. Вручную можно случайно сильнее надавить на баночку, и кожу затянет слишком мощно. Плюс на каждой банке получится разная сила всасывания, и в результате вы покроетесь гематомами разной степени тяжести. А наш аппарат полностью исключает подобные случайности. Сила втягивания везде строго одинаковая, регулируемая.

— Ну ладно, это успокаивает, — со вздохом сказала Аня. И всё-таки внутри неё продолжали копошиться смутные сомнения. Она всё ещё сомневалась, что этот странный массаж действительно хорошая идея. Только вот она уже лежит раздетая на его кушетке, под этой громоздкой ширмой, и уходить прямо посреди процедуры было бы просто невежливо по отношению к доктору.

Артур уже прилепил ей шесть баночек и вдруг снова пшикнул из флакона, а затем тщательно протёр её кожу чуть ниже. По кабинету вновь разнёсся густой, сладкий персиковый аромат, надёжно отвлекая девушку от ужаса происходящего.

— Ой, а вы ещё будете ставить банки? — удивилась Аня, чувствуя, как спину приятно стягивает.

— Ну конечно. Их всегда двенадцать штук по стандарту. Можно, конечно, довести до двадцати четырёх, но, думаю, для первого раза вам и этого хватит.

— Ой, да, я слишком много не хочу... но в целом приятно. Особенно в первый момент, когда только прикладываете баночку.

— Ну, я рад, что вы оценили, — отозвался он, хитро улыбаясь.

Он прилепил ещё четыре банки, спускаясь к самой её пояснице. Артур расставлял их чётко с двух сторон, аккуратно минуя позвоночник. Аня не считала, сколько штук уже красуется на её теле, но по ощущениям ей казалось, что очень много.

И вдруг он бесцеремонно схватил край её юбочки за резинку и начал уверенно стягивать вниз.

— Не стесняемся, — игриво и одновременно деловито приказал Артур, с силой потянув ткань и наполовину оголив её попку. — Нужно ещё вот сюда поставить две штучки, как раз последние остались.

И вот он уже начал тщательно протирать верхнюю часть её ягодиц спиртовой ватой. Аню мгновенно бросило в жар от дикого волнения. Особенно сильно она застеснялась в тот момент, когда он потянул её трусики вниз вместе с юбкой. Но, к её облегчению, он не стал полностью оголять её попку. А когда он с глухим хлопком прилепил туда баночку, ей стало ещё спокойнее. Конечно, ей очень не хотелось показывать врачу свою попку, но, судя по движениям, он особо ничего и не разглядывал.

— Ну, как ваше самочувствие? — заботливо спросил Артур, настраивая аппарат.

— Да вроде неплохо, — тихо ответила Аня, уткнувшись лицом в кушетку. — Действительно расслабляет.

— Вот и замечательно, — игриво заключил Артур.

— Уже в следующее мгновение он взял обезболивающий крем и начал по горошине намазывать чуть ниже каждой баночки.

— Ой, а что это вы делаете? — удивлённо спросила Аня, почувствовав прохладное прикосновение к коже.

— Это я специальным кремом мажу, — спокойно отозвался Артур.

— А каким специальным? Для чего? — поинтересовалась Аня. Она прямо чувствовала, как он медленно проходит подушечкой пальца чуть ниже края каждой баночки.

— Это дополнительный препарат, чтобы действие массажа было более эффективным и чтобы синяков потом не осталось, — объяснил Артур.

— Ну, тогда это хорошо, — Аня довольно улыбнулась и поудобнее повернула голову на бочок.

Артур уже понял, для неё главное, чтобы не было страшных синяков — ведь именно их она боится сильнее всего, всё время об этом только и говорит. Вот поэтому Артур так легко и соврал ей про крем от синяков. «Глупышка, лежи и отдыхай! Сейчас мы и спинку твою модернизируем», — злорадно подумал он, распределяя крем по её пояснице, под каждой баночкой.

Аня вдруг почувствовала, что сейчас он работает без перчаток. Она даже отчётливо ощутила лёгкую шероховатость его сухой кожи, но ничего говорить не стала. Только с некоторой досадой подумала, что он, наверное, просто пользуется тем, что она ничего не видит из-за ширмы, и ленится надевать перчатки. Но, с другой стороны, стоит ли обижаться на него из-за этого? Она сама терпеть не могла носить перчатки, в них ведь всегда так неприятно потеют руки. К тому же он ведь не операцию ей сейчас делает. Всего лишь массаж.

«Ну ты и дура... массаж же всегда без перчаток делают!» — внезапно вспомнила Аня и мысленно посмеялась над собой. Просто она уже настолько привыкла смотреть на Артура как на оперирующего хирурга, вот и придиралась, подсознательно ожидая от него абсолютной стерильности. Но хорошенько задумавшись, она окончательно убедила себя в том, что всё нормально и доктор всё делает строго по правилам.

Артур помазал кремом под каждой баночкой довольно обильным слоем и смотрел на её спинку, ехидно улыбаясь. «Вот так вот, деточка, скоро сработает кремчик, и начнём», — ухмылялся он. Артур уже незаметно, с восторгом потирал ладони.

— Надеюсь, вас не смущает, что я контролирую процесс? — неожиданно спросил Артур.

— Нет, всё хорошо, — ответила Аня. Она улыбнулась и расслабленно закрыла глаза.

— Немного полежите, а потом начнём, — добавил он.

— Что начнём? — уточнила Аня. — Разве баночный массаж не состоит только в том, чтобы просто лежать с банками?

Артур простодушно усмехнулся:

— Обычно да. Но, думаю, вас не устроит такой скучный массаж. И вообще, это как-то халтурно получается. Моя методика заключается в том, чтобы немножечко разминать спину в тот момент, когда стоят баночки. Не грубо, а легонько. Это даёт максимальное расслабление.

И опять его лицо расплылось в хищной улыбке, только Аня этого не видела. Лежала себе спокойненько с закрытыми глазками и дурного не предчувствовала.

— Ну, я не понимаю в этом... если легонько будете разминать, тогда ладно. Но в целом, если честно, я не очень люблю массаж. Мне в детстве делали, и это всегда было больно, — объяснила Аня.

Артур простодушно усмехнулся:

— Знаю я, о каком массаже вы говорите. Когда просто мнут ручками, это да — такой массаж может быть болезненным. Некоторые мнут так, что аж кости хрустят.

— Ну да! Вообще я ненавидела массаж, но мама всё время меня записывала. Считала, что это нужно, чтобы там спинка была ровная, якобы чтобы кости были крепче... короче, напридумывала кучу показаний. Я как выросла — съехала от неё, так всё, никакого массажа! — призналась Аня. — Вот, в первый раз за долгое время я согласилась на массаж.

— Баночный массаж — совсем другая тема, — сказал Артур. — Чувствуете, как приятно?

И он снова начал поглаживать её спину под банками, легонько сдавливая пальцами кожу и глубже втирая крем, который уже вовсю начинал лишать её спину всякой чувствительности.

Ане действительно было приятно, она лежала и прямо кайфовала. Немного ей было неловко, когда он прикасался к ней, особенно когда водил пальчиками на самых нижних баночках, которые крепились на верхней части её попки. Иногда краем пальца он прямо задевал область между её ягодиц, и у неё там возникала странная, возбуждающая щекотка. В такие моменты она вздыхала, закрывала глазки и стеснительно улыбалась.

Пока Аня лежала и смущалась, находя в происходящем что-то интимное, Артур уже вовсю приступал к делу. «Вот так вот, деточка... сейчас кремчик подействует, и всажу тебе мощное обезболивание, даже укольчик не почувствуешь!» — злорадствовал он про себя.

Артур взял медицинский поднос и хладнокровно выложил на него целых шесть ампул с мощным обезболивающим и столько же пустых шприцев.

— Я отойду на минутку, нужно другую пациентку навестить. А вы пока лежите, я скоро вернусь, — деловито пообещал Артур.

— Ну, хорошо, — тихо ответила Аня.

Артур ехидно улыбнулся и скрылся за дверью. Он ушёл в своё крыло, чтобы спокойно подготовить уколы в одиночестве. Он сильно боялся, что если начнёт возиться со шприцами прямо здесь, Аня может учуять неладное. Она могла, например, услышать, как ломается стекло. В этот момент обязательно раздаётся характерный, резкий щелчок.

Глава 8. Модернизация

Чтобы подготовить уколы, Артур зашёл в свой кабинет. Он находился через комнату от массажной — там у Ани не было ни единого шанса что-либо услышать. И вот он принялся за работу: щелчок, ещё щелчок... Ампула за ампулой, он методично наполнял шприцы прозрачным раствором.

И вот в этот самый момент в кабинет вошла Карина, громко постукивая своими высоченными каблуками. Артур внутренне поморщился: сейчас он был совершенно не готов с ней возиться. Конечно, они любовники, и он делает вид, что любит её. Во всяком случае, сама Карина была свято убеждена, что у них прочные отношения и крепкая, нерушимая связь. Только вот Артур втайне был совершенно иного мнения.

Он не чувствовал к ней ничего даже близко похожего на то, что люди называют любовью. Ну, болтается возле него и болтается — сообщница, помогает в тёмных делишках. Но в последнее время она стала больно навязчивой, и это Артура дико раздражало, особенно её манера разговаривать. Ходит, словно хозяйка, да ещё перед остальным персоналом выпендривается. Иногда ему безумно хотелось её приструнить, но он сдерживался: всё-таки она знает слишком много.

— Ого! Ты чего это, её до смерти затыкать решил? — ухмыльнулась Карина, как только вошла и увидела на медицинском подносе внушительное количество уколов. — Нужно обезболить её как следует, — сухо ответил Артур, не поднимая головы.

В этот момент он был сосредоточен — набирал прозрачный препарат в следующий шприц.

— А что именно ты собрался делать? — с любопытством спросила Карина, бесцеремонно присаживаясь на край его стола. — Подготовил шарики, — ответил Артур, не задумываясь. — Какие ещё шарики?

Он сразу же ехидно улыбнулся, предвкушая её реакцию. — Те самые титановые с маленькими шипами.

Карина удивлённо приподняла бровь, и на её лице медленно расплылась жестокая улыбка.

— А, ну покажи! А мне втирал, что это шарики-антистресс, — вспомнила Карина.

— Ну, говорил, — ехидно улыбаясь, согласился Артур. Он не стал сразу раскрывать ей всю правду, так как в глубине души боялся показаться законченным извращенцем. Ну кто на полном серьёзе станет заказывать столь дорогие медицинские штучки ради того, чтобы изощрённо пытать будущую пленницу? Артур и сейчас не хотел это обсуждать, но Карина буквально прижала его к стене своим любопытством.

— Об этих же шариках речь? Я правильно поняла? — удивлённо протянула Карина.

В этот момент она бесцеремонно выдвинула ящик его рабочего стола и вытащила оттуда заветную коробочку. Даже сама упаковка была дорогой, ламинированной, из плотного картона — словно подарочный футляр. Внутри ровными рядами лежали металлические шарики диаметром полтора сантиметра, и каждый из них был усыпан множеством острых титановых шипов по всей поверхности. Шипы были длиной миллиметра по четыре. Со стороны они действительно походили на популярные массажные игрушки-антистресс. Артур в своё время так ей их и описал: мол, их нужно просто катать в ладонях и слегка сжимать, наслаждаясь тем, как шипы впиваются в кожу и, как он выразился, приятно чешут.

— Ну... эти, эти, — неохотно протянул Артур, пытаясь забрать коробку из её рук.

— И что, ты прямо впихнёшь их ей под кожу? Все? — удивлённо протянула Карина, но в её голосе уже звенел чистый восторг.

Артур снова немного засмущался. Он не хотел во всех подробностях расписывать, что именно собирается сделать с Аней, так как подсознательно боялся осуждения. Но, кажется, Карина готова восхвалять его самые злодейские задумки.

— Ну, допустим, — горделиво ухмыльнулся Артур.

Карина откинула голову назад и звонко, заливисто захихикала. Она широко улыбалась и восхищённо качала головой.

— Ну ты у меня и извращенец... ты просто гений! В задницу ей побольше всади этих шариков, чтоб она даже присесть нормально никогда не смогла! — жестоко посоветовала Карина.

— Об этом я пока не думал, — ответил Артур и аккуратно положил коробку на поднос рядом с готовыми шприцами.

— Так ты подумай, милый, подумай! Только представь: да она с этими шипами в попке будет всегда на животе валяться. Она как раз не любит лежать на спине под капельницей — вот так ей и надо!

Артур на секунду задумался, деловито потирая подбородок:

— Ну посмотрим, может, и в попу вставлю. Но сначала — в спину. Мы сейчас спиной занимаемся. Я как раз обработал её обезболивающим кремом, сейчас буду колоть уколы. Так что посторонись, не задерживай меня.

— Ой, я бы так хотела посмотреть, как ты это сделаешь! — с восторгом взмолилась Карина.

— Нет уж, — отрезал Артур. — Только тебя там не хватало, чтобы ты опять стояла над душой и запугивала её.

— Обещаю молчать! — визгнула Карина.

Она шустро обогнала его и встала прямо перед подносом с инструментами, преграждая путь. Умоляюще сложила ладони перед его лицом. Артуру это, конечно же, сильно не понравилось. Он вообще не собирался приглашать её на эту «процедуру» и хотел спокойно, без лишних глаз поиздеваться над своей особенной пациенткой. И он точно знал: даже если Карина действительно будет стоять молча, её присутствие будет его жутко отвлекать, и он не сможет полноценно расслабиться.

— Нет, — отрезал Артур. — Если так сильно хочешь смотреть — вон, иди и смотри через камеры.

— Ну ты и зануда! — обиженно протянула Карина, кокетливо надув губы. — Я, может, помочь тебе чем-нибудь хотела.

— Чем? — сердито спросил Артур, сузив глаза.

— Ну, чем-нибудь... Скальпель бы тебе подавала, например! — весело предложила Карина.

Она хитро улыбнулась и принялась эротично поглаживать пальчиком свою верхнюю губу, пытаясь вернуть его расположение. Артур посмотрел на это зрелище, и его челюсти злобно сжались. Он уже едва сдерживался, чтобы не высказать ей всё, что накипело.

— Тебе это не надоело? — язвительно бросил Артур.

— Что не надоело? — игриво уточнила Карина.

«Изображать дешёвую шлюху на побегушках... — чуть было не сказал Артур. — Как же ты мне надоела». Ему стоило огромных усилий не высказать это всё ей прямо в лицо. Вместо этого он сухо повторил:

— Я же сказал: не мешай. Она одного твоего вида до смерти боится. Сейчас лежит спокойно, и меня это полностью устраивает. Мне уж точно не нужно, чтобы ты там болталась, отвлекала её, да и меня тоже. Если ты мне понадобишься, я тебя позову.

— Ага, врёшь! Я же знаю, что ты меня ни за что не позовёшь, — обиженно протянула Карина.

— Позову, — убедительно соврал Артур.

Он внимательно посмотрел ей прямо в глаза, но Карина всё равно не спешила отходить с дороги. И тогда он, переступив через себя, добавил с наигранной любовью в голосе:

— Милая, позволь мне просто выполнить мою работу.

Карина неожиданно втянула в рот свою нижнюю губу и крепко прикусила её:

— Обожаю, когда ты такой властный...

— Лучше дверь мне открой, — попросил Артур.

Его терпение окончательно лопнуло. Не дожидаясь, пока она соизволит уступить ему дорогу, он бесцеремонно обошёл её стороной, бережно удерживая поднос со шприцами. Карина послушно опередила его и распахнула перед ним дверь кабинета.

— Спасибо, дорогая, — наиграно выделил он последнее слово. — И не обижайся. Посмотришь как-нибудь в другой раз. Я пока ещё только в первый раз буду это делать. Сам не знаю, как всё получится.

— Уверена, всё получится просто прекрасно! — весело вставила Карина и, хищно прищурившись, шепнула ему вдогонку: — И снимочек на память сделать не забудь!

Артур ничего не ответил и торопливо ушёл прочь. Ему хотелось поскорее убежать от навязчивой любовницы и наконец-то начать свои жестокие забавы с восхитительной стеснительной пациенткой. Он уже понял, какая Аня нерешительная скромняшка. Толком даже настоять не может на том, чтобы он её выписал.

«Ну что, деточка... уже заждалась меня?» — язвительно подумал Артур, приближаясь к массажному кабинету, где за ширмой лежала ничего не подозревающая Аня.

Уже в следующее мгновение Артур вошёл в массажный кабинет. Аня по-прежнему неподвижно лежала на животе со всеми двенадцатью прикреплёнными баночками. Под ними её кожа уже заметно покраснела и слегка кровила в местах сильного вакуума.

«О да, деточка... ждёшь меня! Твои титановые шарики уже тоже заждались, и сейчас мы их тебе вставим», — злорадно подумал Артур, приближаясь к кушетке с подносом.

— Как вы себя чувствуете? — деловито спросил он, изображая заботливого врача.

— Вроде хорошо... — неуверенно ответила Аня, утыкаясь лицом в мягкий матрас.

Чтобы лишний раз не смущать её и не вызывать подозрений резким запахом спирта, Артур даже не стал протирать её кожу антисептиком. Хладнокровно вонзил длинную иглу шприца прямо поверх обильного слоя крема. Надавив на поршень, начал медленно вводить препарат и сразу же обеспокоенно спросил:

— Как ощущения? Всё в порядке?

— Да, вроде всё хорошо, совсем не больно, — ответила Аня, прислушиваясь к своему телу.

Хотя именно в этот момент она ощутила, как возле одной из баночек её спину изнутри будто потянуло. Возникла странная, точечная тяжесть — это как раз была зона обезболивания. Сама того не понимая, она ощущала, как чужеродный раствор вливается в её плоть. Но Аня не могла понять истинную причину этого чувства. Резиновая баночка чуть выше продолжала с силой всасывать кожу, и это напрочь обманывало её.

Артур ехидно улыбнулся: «Вот так, деточка, получай укольчик». Он привычным движением чуть вытянул иглу назад, сменил угол и снова продолжил давить на поршень. Проделав так несколько раз, он полностью извлёк шприц и тут же вонзил его в сантиметре от первого прокола.

«Вот так вот... хорошенечко тебя обезболим», — насмехался Артур в мыслях. Обезболивающий крем, которым он её обмазал, подействовал идеально. Поэтому Аня вообще не ощущала, как металлическое жало шприца раз за разом вонзается в её плоть. Она лежала себе и лежала, послушно доверяя ему.

Артур с ехидной улыбкой уже переключился на вторую баночку. Он расходовал ровно по половине шприца на каждую зону: один укол делил на две баночки — всё было заранее чётко продумано и рассчитано. И раз уже она не жалуется, он вообще перестал осторожничать. Бесцеремонно тыкал иглой в трёх местах возле каждого резинового купола. Сначала он вводил препарат на глубине одного сантиметра, а затем вонзал иглу ещё глубже. Он старался распределять лекарство строго под кожей, а не в глубине мышц. Для этого он периодически потягивал за баночки вверх, натягивая ткани.

— Надеюсь, там всё нормально? — тихо спросила Аня. Она по-прежнему не понимала, что происходит за ширмой, и наивно подумала, что доктор просто заметил в одной из баночек что-то подозрительное, раз так тщательно прощупывал кожу вокруг неё.

— Всё замечательно, — спокойно ответил Артур, продолжая хладнокровно давить на поршень.

И так он методично сделал уколы под каждой из двенадцати баночек. От такого огромного количества введённого препарата Ане внезапно стало немного дурно. Она ощутила лёгкую тошноту, а в голове появилось странное, плывущее головокружение. Но Аня списала всё на то, что просто слишком долго лежит неподвижно, голодная и плюс ещё пить сильно хочет. Она ведь со вчерашнего вечера ничего не пила и не ела.

Аня тяжело вздохнула, попыталась чуть приподняться, но её тело непослушно рухнуло обратно.

— Всё хорошо? — заботливо спросил Артур.

К этому моменту он уже действовал молниеносно. Снова и снова смело тыкал в её беззащитную спину длинными иглами, вообще не думая о дезинфекции. Артур даже поймал себя на мысли, что работать без перчаток и антисептиков невероятно удобно: не нужно тратить время на протирание кожи, можно просто колоть в своё удовольствие. И ведь никто его здесь не упрекнёт. Конечно, в самом начале он протёр её спину спиртом, но по строгим медицинским правилам сейчас ему следовало бы полностью стереть крем, заново продезинфицировать каждый участок и только потом вводить иглу. Хлопотно и долго.

— Да... просто самочувствие немного странное. Наверное, залежалась, — пробормотала Аня, утыкаясь лицом в матрас.

— Какое странное? — уточнил Артур, а сам в эту же секунду продолжал вгонять очередную дозу обезболивающего ей под кожу.

— Как будто затошнило... но, это, наверное, от голода! Я ведь сегодня даже не позавтракала, — вспомнила Аня.

— То, что не позавтракали — это очень плохо, — строго сказал Артур. — Вам разве не приносили завтрак в палату?

— Нет, не приносили, — вздохнула Аня. — А должны были?

Ну, вообще-то наши пациенты сами ходят в столовую. Завтрак в 09:00, у нас так принято. Но тяжелобольным еду приносят прямо в палату.

— Я не тяжелобольная! — горделиво вставила Аня, попытавшись возмутиться.

— Извините, не так выразился. Я хотел сказать, что завтрак приносят тем, кому сейчас тяжело вставать. Кто ваша медсестра? — спросил он, делая вид, будто сам не знает.

— Ну, та девушка... Юлия, наверное, — неуверенно сказала Аня.