Мир альтернативной истины

Но больше всего его задело то, что они коснулись его ученика. Особенно его разозлило, когда так небрежно коснулись событий сражения. Конечно, для них это, наверное, было частью развлечения или ничего незначащим эпизодом. Ведь тогда они с харзой не представляли для демонов реальной угрозы и могли лишь задержать их на непродолжительное время. Как сказал тот мерзавец? Могли ограничиться энергетической стеной, чтобы она кота и харзу удерживала? Почему же тогда не ограничились? Обе стороны видели, что силы слишком неравны. Тогда демоны могли проявить хоть толику благородства и не вступать в сражение с животными, а энергетической стеной удерживать их на расстоянии. Но они не стали. Они специально, методично убивали их! Им было весело, точно так же как веселились тогда с Крысаком!

Ладно, Муренок, нынешний император, прежде чем вознестись, прошел целый цикл тяжелых перерождений, в каждом из которых ему приходилось страдать и делать морально-нравственный выбор. Теперь он понимает – это было частью его тяжелого пути на небеса, частью его вознесения.

Но харза – он-то тут причем? Он действительно родился зверем, и это не было каким-то его очередным перерождением. Когда они вознеслись, харза помнил только свою предшествующую жизнь и не изменил своей формы – остался зверем. Небесный мир, мир демонов – харза был вне этой системы. Он занялся духовными практиками благодаря Муренку и пошел воевать благодаря Муренку, так как из-за своей звериной преданности не мог его оставить, и страдал в неравной схватке тоже благодаря Муренку!

У императора на глазах стали наворачиваться слезы. Из-за него харза погиб – он привел это чистое невинное существо буквально в самый ад! Он довел своего любимого и единственного в той жизни ученика до смерти!

Он помнил все. Самое жуткое – что Муренок сам был сосредоточен на непосильном сражении и не мог себе позволить даже повернуть голову, чтобы посмотреть на харзу. Но это было еще тяжелее: он не видел, но он понимал и ощущал, все что с ним происходит. Боль харзы он ощущал как свою. Но кроме ощущения физической боли ему во сто крат было больно морально. Это он! Это все из-за него! Как он мог допустить, почему не остановил? Почему не был достаточно настойчив?

Император почувствовал, что еще немного – и у него начнется истерика. Надо отвлечься, надо собраться, надо привести в порядок мысли…

Но как могут эти злобные твари сидеть тут и пировать на своем празднике как ни в чем не бывало? И как они смеют говорить о харзе своими грязными ртами? Да еще насмехаться над тем, что он харза. Да они когтя его не стоят!

Император разумом понимал, что сейчас находится на демонском празднике: тут опасная ситуация, каждую оплошность они обыграют против него, и сейчас не время давать волю чувствам. Но он уже мысленно довел себя до предела и поддался искушению своих эмоций.

Стараясь удержать остатки самообладания, император обратился к учителю Муренка ледяным тоном:

«Помощник, по поводу харзы вынужден вас поправить. Харза не только был моим первым учеником в ту пору, когда я был котом, но и остается им сейчас, а также имеет звание моего первого помощника. Кажется, такое же носите и вы? Поэтому попрошу относиться к нему уважительно».

От такой информации учитель Муренка, был мягко говоря, в шоке:

«Как он – первый помощник? Он же харза, зверь!»

«И что, что он зверь?» – снова начал злиться император. «Пусть он зверь! Он куда человечнее многих, имеющих человеческий облик! Никто из присутствующих не достоин его!»

«Ну, какого вы о нас мнения, мы уже поняли по «шавкам», с которыми вы нас так любезно сравнили, император», – самодовольно парировал учитель Муренка. «Но называть свою домашнюю зверушку первым учеником и первым помощником – согласитесь даже для вас, император, спасший демона, это несколько эксцентрично!»

«Я что, неясно выражаюсь, или у главного методолога проблемы с восприятием информации», – решил поддеть его в ответ император. «Харза – мой первый помощник и ученик! А говоря о том, что харза достойнее всех присутствующих, я имел ввиду всех, включая себя!»

Учитель Муренка почувствовал, что император не в себе, сейчас сморозит какую-нибудь глупость и подставится, поэтому ответил:

«О, вот это новость, император! Может, тогда вы харзу вместо себя и императором небес сделаете, если он такой достойный? Почему же он всего лишь помощник?»

«Может, однажды он и станет императором небес», – ответил император.

«Правда, император?» – переспросил учитель Муренка. «А вы нам с новой стороны открылись. Теперь понятно, на чем строятся ваши взаимоотношения с подданными. На байках да несбыточных обещаниях! Даже бедному харзе лапшу на уши вешаете! А он вам верит и верно служит! Таков ваш принцип выстраивания доверия с подчиненными? Ну, может, в царстве наивных праведников такое и прокатывает, а нас, демонов, такой ерундой не проведешь!»

Император и без того был чрезмерно раздражен, а теперь еще этот бессовестный псевдоучитель, сам в прошлом праведник, смеет опять клевать его и обвинять во вранье. В гневе он произнес:

«Да как вы смеете порочить меня и моего ученика! Это в вашем царстве тьмы все врут – вот вы все через призму вранья и воспринимаете. У меня с моим учеником и помощником чистые отношения, и я готов подписаться под каждым своим словом!»

И тут вмешался царь демонов:

«Неужели, император? Прошу вас, не гневайтесь на моего помощника. Если он перешел черту, то я прошу за него прощения».

«Благодарю, царь», – ответил император. «Попросите, пожалуйста, вашего помощника больше не касаться темы моего ученика».

«Конечно-конечно, я обязательно его об этом попрошу», – сказал царь демонов. И продолжил, повернувшись к учителю Муренка:

«Сейчас же извинись перед императором за то, что разозлил его».

«Прошу прощения, император», – послушно сказал учитель Муренка.

«Хорошо, я принимаю извинения. Надеюсь, этого больше не повторится», – сказал император.

«Не повторится, я вам обещаю», – примирительно сказал царь демонов. «Но и вы нас тоже поймите: то, что вы говорите о своем уважаемом и, безусловно, талантливом ученике, звучит уж как-то слишком невероятно».

«Вы уж простите меня», – после небольшой паузы добавил царь, виновато улыбнувшись.

«Да, действительно, так как речь идет о харзе, для тех, кто его не знает, это может прозвучать странно», – согласился император, постепенно успокаиваясь. «Но я говорил искренне».

«Да, понимаю, вы были в гневе из-за сомнений моего помощника и наговорили все это искренне, от души», – согласился царь демонов.

«Что значит наговорил?» – начиная опять раздражаться, переспросил император. «Я сказал правду, а не наговорил!»

«Ах да, точно», – согласился с ним царь. «Вы даже сказали, что готовы подписаться под каждым словом, верно?»

«Да, совершенно верно», – ответил император. «Я сказал все как есть».

«Так, может быть, действительно тогда подпишитесь, и это разрешит все сомнения?» – предложил царь невинным голосом.

«То есть подпишусь?» – недоуменно переспросил император. «Если я запишу свои слова, вы мне поверите?»

«Ну конечно, император!» – одобряюще воскликнул царь демонов. «Вы запишите слова, а я прочитаю одно простенькое заклинаньице, и тогда ваша записанная правда подтвердится».

«Что еще за заклинаньице?» – спросил император, чувствуя подвох. «Зачем еще это?»

«Заклинание правды», – пояснил царь. «Оно так и работает: вы пишете текст, и, если в нем правда, то заклинание это подтвердит. А если неправда, то подтвердит обратное».

«А что, без заклинания в правду поверить нельзя?» – спросил император.

«Конечно, можно!» – подхватил царь. «Но просто ваша правда звучит уж как-то слишком невероятно. Вы же сами только что согласились, что для тех, кто не знает вашего ученика, сказанное вами может прозвучать невероятно. Поэтому и поверить в это было бы сложно. Я хочу вам верить, правда! Но рассудок не дает мне. Так если это правда и есть способ это подтвердить, почему бы им не воспользоваться? Хотя, впрочем, если вы сказали это сгоряча, то мы вас поймем. Такое с любым может быть. У моих демонов это часто. Представляете, наговорят, не подумав, эдакой околесицы, а потом сидят расхлебывают и не знают, как им выкрутиться».

Последние слова царь демонов произнес снисходительно улыбнувшись. Император почувствовал на себе его улыбочку, и ему стало как-то мерзко. Он понимал, что его втянули в очередную ловушку, и на этот раз ему будет сложнее из нее выпутаться. Главное, у него нет доказательств того, что это правда, но также и у царя демонов нет доказательств того, что это неправда. Почему же тогда именно император должен вставать в позицию обвиняемого и доказывать свою правоту?

Но император уже понял, что спорить с царем и другими демонами бесполезно. Чтобы он им сегодня ни говорил, о чем бы ни рассказывал, они все время обесценивали его слова или воспринимали их по-своему. Может, увидев его поступок, они поймут? Как быть? Ранее он уже рассказывал о своем поступке, когда не стал мстить Крысаку и вернул ключ демонам. Но разве они поняли его? Для них это глупость, недальновидность. Может, доказав правду на их условиях, они его, наконец, услышат?

«Благодарю вас за предложение, царь демонов», – ответил император. «Но мы с вами из разных миров, и я не уверен, что это заклинание в случае со мной подействует так, как должно».

Так император завуалировано сообщил царю, что не доверяет ему и его заклинанию. Все-таки они враги. Император хоть и был искренен с демонами, но он не был глуп и не готов был вот так испытывать на себе их сомнительные заклинания.

«Что ж, я понимаю ваши сомнения, император», – ответил царь. «В таком случае позвольте я покажу вам само заклинание, а также продемонстрирую его работу на каком-нибудь из демонов».

Услышав это, демоны, о чем-то тихонько болтавшие, вдруг замолчали и вжались в свои места.

«Тогда вы не возражаете, если я приглашу своего специалиста по заклинаниям?» – спросил император.

«О нет, нисколько», – ответил царь.

Привели специалиста. Он определил, что так называемое «простенькое заклинаньице» – это не что иное, как «Заклинание правды», одно из самых сильных и жестоких заклинаний ада. Внешне работа заклинания действительно выглядела просто, как и говорил царь. Утверждающий правду должен ее записать на бумаге, а пока он пишет, демон читает заклинание. После того как утверждающий правду закончит писать, заклинание начнет действовать и «проверять» написанное.

Если не вдаваться в подробности, то процесс наложения заклинания действительно выглядел безобидным. Но суть заклинания была в том, что, когда испытуемый заканчивал писать, сквозь его энергетические потоки начинает течь адская лава. Если текст правдив, то лава оставит проверяемого в живых, а если нет – сожжет все его духовные силы и уничтожит. Ну а окружающие, таким образом, узнают, правда была написана или ложь.

Адская лава вырабатывалась из демонического пламени и лишь высокоуровневые демоны, вроде царя ада, были способны подчинить себе адскую лаву, чтобы она работала в этом заклинании.

Когда специалист по заклинаниям понял, какому «простенькому заклинаньицу» царь демонов собирается подвергнуть императора, он пришел в негодование:

«Да как вы смеете даже в шутку предлагать такое императору? Посмотрите, император, да они же собрались здесь над вами поиздеваться! Как смеют эти мерзкие демоны так себя вести? Да запереть их по клеткам и посадить на хлеб и воду! А вы им еще праздник устроили! Посмотрите, какую они мерзость на стенах намалевали! Это же оскорбление вам!»

«Мерзость и безвкусица у тебя на голове и на кафтане!» – парировал демон, обрадовавшийся возможности вступить в перепалку. «А нашему императору наши картины понравились! Особенно вот эта, где демон ест кошку. Ее, кстати, я нарисовал!»

«Когда это правитель света вдруг стал вашим императором?» – оторопел заклинатель.

«Так он же объединил сейчас три мира под своим правлением, вот и стал!» – резонно подметил демон. «И к нам на праздник пришел, чтобы подружиться с нами! И с царем нашим тоже подружился!»

«И в спектакле играл, почти так же смешно, как демон!» – подхватил кто-то.

«Император не такой заносчивый псевдоправедник, как другие небожители, вроде тебя!» – поддержал другой демон.

«Ладно, хватит!» – прервал их царь. «Еще вашу глупость слушать! Мне сегодня и небожителей хватает. А тебе, дружочек, кто твой император, я объясню позднее!» – добавил царь, повернувшись к первому говорившему.

От этих слов демон издал некий звук, похожий на писк, и спрятался под праздничный стол.

«Император, и на этих мерзких существ вы потратили свой вечер?» – продолжал недоуменно спрашивать заклинатель. «Пойдемте скорее отсюда! Едва появившись здесь, мне хочется скорее уйти и вымыться! Как вы продержались тут так долго?»

«Простите, уважаемый небожитель», – вмешался царь. «Я что-то не возьму в толк, кто здесь император: вы или он? Почему вы разговариваете со своим императором так неуважительно и указываете ему, что делать? Он недостаточно мудр, по-вашему, и без ваших ценных советов не разберется? Может быть, ваш император сам решит, что ему делать? А вам, если надо помыться, уважаемый, так идите мойтесь – мы вас не держим!»

«Царь, вы же не опуститесь до оскорбления моих подчиненных?» – осадил его император. «А что до вашего заклинания, то оно достаточно непростое, боюсь, что использовать его будет проблематично».

«Отчего же проблематично?» – недоуменно переспросил царь. «Схема применения такая же, как я ее и описал с самого начала: вы пишете, я читаю заклинание, оно работает. Пусть ваш уважаемый подданный, пока не ушел мыться, это подтвердит».

«А то, что ты собираешься пустить по духовным потокам императора адскую лаву, ты сказал, мерзавец?» – рассерженно спросил заклинатель.

«Да я разве утаивал?» – переспросил царь. «Я рассказал схематично, потом собирался рассказать императору подробности. Он предложил позвать специалиста, то есть вас, уважаемый. Ну а вам-то мне чего рассказывать, если вы это заклинание знаете? Вы сами уже об этом и рассказали. А теперь, когда вы подтвердили, что это то заклинание, можете идти».

«Не ты мне будешь указывать, что мне делать, а император!» – заявил заклинатель. «Неужели ты собрался тут на своем мерзком пиру уничтожить самого императора своим мерзким заклинанием?»

«Что-то я все не могу понять, император», – сказал царь демонов. «Я, конечно, проявляю терпение к вашему неуемному подданному, но как долго мне это еще делать? Я понимаю, что мы тут все ваши пленники. Но я все-таки царь ада и являюсь царем уже не одно тысячелетие! Поэтому не привык, когда склочники ведут со мной беседу в подобном тоне и пытаются вызвать меня на скандал. Не могли бы вы угомонить своего подчиненного или отпустить наружу, раз уж ему так не терпится уйти. Может, ему нездоровится?»

«У меня со здоровьем все в порядке, но без императора я отсюда не уйду», – заявил заклинатель. «Я не оставлю его тут с вами. Император, пойдемте. Если не хотите запирать их, пусть сидят на своем празднике дальше и наслаждаются обществом друг друга».

«Император, вы же не собираетесь уходить вот так?» – не отставал царь. «Мы же так и не выяснили правду. Неужели сомневаетесь в себе и передумали использовать заклинание?»

«Ну о том, что я непременно буду его использовать, я вам обещания не давал», – напомнил император. «С вашим заклинанием оказалось все не так просто, и я сомневаюсь, стоит ли его использовать».

«А где же непросто, император?» – недоуменно спросил царь. «Конечно, какому-нибудь низкоуровневому демону это было бы непросто. Но я же царь ада – я владею им на высшем уровне. Да и вы ничем не рискуете, если говорите правду».

«Как не рискует? Адская лава потечет по его духовным каналам, она может сжечь императора изнутри!» – негодовал заклинатель. «Для смертного это означало бы безвозвратную потерю всего духовного развития. А для того, кто сам дух, – верную смерть и растворение во всех трех мирах. А ты еще смеешь утверждать, что император ничем не рискует!»

«Это произойдет в обоих случаях или только если он соврал?» – спросил царь. «Можешь мне ответить, неуемное создание?»

«Я не буду тебе ничего отвечать», – заявил заклинатель.

«Почему же?» – недоумевал царь. «Тебя же за этим позвали – объяснить заклинание. Вот и объясняй, делай свою работу. А если не можешь или не в настроении, так иди – мы и без тебя справимся. Я этим заклинанием прекрасно владею и наложу его без твоей помощи».

«Я тебе не позволю и никуда не уйду!» – заявил заклинатель.

«Не уйдешь – тогда работай, объясняй заклинание», – сказал царь. «Отвечай, во всех случаях оно так действует или только когда врут?»

Заклинатель молчал.

«Действительно, давай ты уже, наконец, объяснишь нам, как действует это заклинание и насколько оно опасно, а то мы битый час возимся и так ни к чему и не пришли», – сказал император.

Заклинатель умоляюще посмотрел на него.

«Это заклинание очень опасно», – повторил заклинатель упавшим голосом. «Оно может сжечь вас изнутри, и вы умрете в ужасных муках и растворитесь во всех трех мирах. Использование его против вас не только кощунственно, но и приведет вас к гибели. А мы все потеряем владыку трех миров. Неужели вы этого хотите? Все, ради того, чтобы доказать правду этим ничтожествам?»

«Я этого не хочу», – ответил император. «Но для тех, кто говорит правду, оно безопасно?»

«Риск всегда есть», – ответил заклинатель.

«Отвечайте конкретно», – вмешался царь. «Вы же внимательно изучили это заклинание! И до этого его знали. Вот что тут написано, вот в этой части? Что будет с тем, кто говорит правду? Отвечайте!»

«В этом заклинании написано, что лава будет течь по его потокам и не причинит вреда», – вынужденно ответил заклинатель. «Но мы не знаем, как она себя поведет на самом деле! Что она посчитает за правду, а что нет. Каковы на самом деле будут последствия!»

«Почему же мы не знаем?» – недоуменно возразил царь. «Вы же нам сами только что сказали: «лава будет течь по его потокам и не причинит вреда». Так что в этой части предложения вы не знаете? А, может быть, император все-таки сказал неправду, вот вы и увиливаете?»

Заклинатель от такого заявления оторопел, резко вздохнул и сразу не нашелся, что ответить.

«Я говорю правду», – сказал император. «Но опасения моего подданного вполне обоснованы. Мы не знаем, как поведет себя лава, что посчитает за правду и к каким это приведет последствиям. Риски слишком высоки, чтобы применять такое заклинание».

«Да нет же, мы все знаем. Это ваш слуга не хочет работать и, по-видимому, специально мутит воду и вводит вас в заблуждение», – ответил царь. «Вот же здесь все написано: вы же древнедемонический язык знаете? Читайте!»

Царь демонов стал старательно показывать нужные места заклинания императору. Прочитав все внимательно, император убедился, что заклинание достаточно надежное. И если правильно его применить, оно подействует именно так: не причинит вреда, тому, кто не врет.

«Но если вы вдруг случайно произнесете его неверно, оно может причинить вред мне, даже если я говорю правду?» – спросил император.

«Да нет же», – успокаивающим тоном ответил царь. «Если я что-то напутаю, то лава просто не до конца сформируется и растворится. Вот здесь же это написано, смотрите. Да и потом, если так волнуетесь, пусть ваш слуга останется и проследит за мной, как я накладываю заклинание. Конечно, если не будет вмешиваться в сам процесс. А то придется всю процедуру начинать сначала».

«То, что я прочитал, и то, что говорит царь, правда?» – спросил император.

«Император, не ведитесь на его уговоры!» – умолял заклинатель. «Если мы не можем найти, в чем подвох, не значит, что его нет. Это одно из страшнейших заклинаний ада, и оно уже само по себе опасно!»

«А ты что скажешь?» – обратился вдруг император к учителю Муренка. «Чего-то тебя давно не слышно».

«Я не владею этим заклинанием, поэтому ничего сказать не могу», – уклончиво ответил учитель Муренка. «Вам решать, использовать его или нет».

«Император, не верьте им! Чего вы у них спрашиваете?» – испуганно затараторил заклинатель. «Давайте уйдем, просто давайте отсюда уйдем. Давайте вы у себя во дворце спокойно все обдумаете, а потом уже примете решение. Это опасно! Тут не нужна спешка! Просто давайте сейчас уйдем!»

На последних словах заклинатель уже кричал и хватал императора за кафтан, пытаясь поднять его и оттащить к выходу. Но это было бесполезно – император уже принял решение.