Лира: чешуя дракона

Клинок окутала ветвистая молния, запахло грозой.

… тут не с кем было биться. Взгляд снова метнулся вправо, влево – никого. Только тела. Что же случилось?!

Вдруг с пола раздался стон. Взведенной пружиной генерал развернулся в ту сторону. Придворный маг Уисбек бешено вращал глазами и мычал. Жив? Генерал нахмурился и склонился к лежащему. Но тот так и не смог разжать губ. О, бездна!

Генерал медленно выпрямился и обвел тронный зал совсем другим взглядом. Это был маг! Один – группу чужаков точно заметили бы. Но как он справился со всеми придворными разом? Не будь так, хитрый лис Уисбек уж нашел бы способ расправиться с напавшим. Нет, все случилось внезапно.

Генерал отпустил нить силы, молния на мече погасла, и развернулся ксвоим людям, заполнявшим зал.

– Проверить всех. Живых – на улицу. И вызовите дежурных магов.

Многоголосое «Есть!» понеслось уже ему в спину. Зал наполнился топотом и голосами. Генерал же поспешил к трону, хотя увидел издалека, что там пусто. Должны остаться следы. И хоть кто-нибудь, способный рассказать, что случилось. Генерал перепрыгивал лежащих на полу слуг и придворных и мысленно проклинал тягу правящей династии к огромным помещениям.

Трон пустовал, и вокруг никого. Обычные маги, наверное, смогут найти следы правительницы и напавшего, но сам генерал этого не умел. Он знал три боевые заклинания для самых трудных моментов, но в остальное время полагался на ловкость и умение обращаться с мечом. Задерживаться у трона не было смысла, и генерал пошел вглубь дворца. Каждое мгновение было на счету, но и бежать не получалось: враг мог скрываться за каждым углом.

Пусто, везде пусто.

Завернул за угол и успел увидеть, как что-то яркое, светлое мелькнуло впереди и пропало. А в его сторону плыли упругие струи черного дыма. Генерал попятился, мысленно повторяя то же заклинание, – меч окутался нитями молний. Струи дыма превратились в четырех огромных змей. Безглазые головы раззявили пасти, и сразу два гада бросились вперед. Взмах меча – одна змеиная голова отлетела в сторону. От второй удалось увернуться. Змея сдала назад, свивая в кольца блестящее черное тело с несколькими шеями и увеличиваясь на глазах. Разрубленный отросток растаял дымкой.

Генерал проглотил крепкое словцо, сберегая дыхание, и рванул обратно по коридору. Настойчивый шорох следовал по пятам. Генерал вбежал в зал – пол был чист – и закричал:

– Все вон!

Люди у входа зашевелились быстрее. Двери поползли навстречу друг другу. Полоска дневного света сужалась слишком быстро. Рывок. Генерал прыгнул, прижимая к себе руки, – створка задела ногу, закрываясь, – и в кувырке приземлился на площадку у двери.

– Щит! – крикнул он, не спеша вставать с колен, чтобы не попасть под заклинание.

Дежурные маги дружно вскинули руки, почти синхронно выполнили несложные пасы, и за спиной у генерала тонко загудело защитное поле. Он медленно выпрямился и обернулся. Щит каменным гребнем разделил широкое крыльцо, прикрывая военных и челядь. Один вдох, два, три – удара не было. Генерал выпрямился и дал отмашку убрать щит. Двери тронного зала были целы, злобная магия не сумела вырваться.

Генерал спустился на площадь перед дворцом, где разложили обездвиженных людей. Несколько человек уже могли двигаться, к другим спешили отвлеченные созданием щита дежурные маги. Тут и там сновала стража и генеральские подручные. Он не успел толком оглядеться, как слева возник придворный маг Уисбек.

– Ваша светлость, – генерал слегка склонился в приветствии.

Уисбек ответил тем же, и генерал поспешил поделиться срочными сведениями:

– В помещениях за тронным залом на меня напал черный дым, превратившийся в змей. Их заперли внутри щитом. Следов правительницы я не нашел, должно быть, она похищена.

Уисбек благодарно кивнул, подозвал одного из подчиненных и негромко отдал распоряжения. Когда дежурный маг почти бегом их покинул, Уисбек снова повернулся к генералу.

– У меня для вас известие похуже. Исхем вернулся.

Глава 4

Лира задрала на Дине футболку до самого подбородка, но не нашла даже синяков. Потом поняла, что грудью он прижимался к ней, а под удар попала спина. Осторожно, с натугой перевернула Дина на живот, провела ладонями под курткой – крови не было. Уже смелее смяла одежду, задирая вверх, насколько хватило сил. Спина была усыпала кровоподтеками, которые, чернея, медленно сливались в один огромный синяк. Наверное, еще и кости сломаны. Что там самое опасное? В каком-то фильме ведь было… Если сломанное ребро проткнет легкие! Мамочки!

Лира поискала глазами гадов, что бросили ее под копыта лошадей. Стоят за оградой, глазеют, и ведь ни капельки раскаяния на лицах! Вот с кем Сэму надо было разбираться в свое время, а не из крестьян силы тянуть. Как жаль, что у нее теперь нет магии, уж этих двоих Лира не пожалела бы!

Дин застонал, и все мысли разом вышибло из головы, кроме важной: помочь единственному близкому человеку во всем этом мире. Дин дернулся, чтобы перевернуться на спину, но Лира удержала, хотя и пришлось поднапрячься.

– Нет-нет, лежи. Со спиной все плохо, нельзя переворачиваться.

Лира поправила на Дине одежду, снова ласково поглаживая пострадавшие места, а сама уже глядела на дознавателей.

– Помогите же ему! – крикнула она требовательно, и думать забыв о разнице в их статусе.

Дознаватели переглянулись и один за другим вошли в загон. Лошадям явно не понравилось, что двуногих становится больше: даже сквозь грохот крови в ушах Лира слышала, как животные волнуются. Она только озадачилась, как бы отнести Дина подальше от угрозы с копытами, а здоровяк, за которого они держались, вздернул Дина на ноги. Дин протяжно застонал, Лира вскрикнула от возмущения и взвилась с земли.

– Осторожнее! – она едва не добавила: «чурбан», но вспомнила, что от этих людей сейчас зависит здоровье Дина и свобода их обоих.

Лира скользнула Дину под мышку, позволяя опереться на себя, и обняла за талию, стараясь не слишком прижимать руку к отбитой спине. Здоровяк взял ее за предплечье, и Лира едва не выдернула руку, но увидела, что второй дознаватель уже делает пасы, готовясь перенести их в другое место. Зелень травы смешалась с синью неба и темными полосами забора, земля ухнула вниз, а желудок – вверх, и Лира снова оказалась в помещении. Колени дрогнули, но это перемещение прошло почти гладко, Лиру даже не слишком тошнило. Привыкает, что ли?

Она заглянула в лицо Дину. На лбу выступила испарина, губы закушены так сильно, что превратились в две бескровные ниточки. Лира свободной ладонью отерла ему пот. И тут за его спиной выросли двое служащих и подхватили Дина под руки. Давление на плечо пропало, и Лира сцепила пальцы, обвив Дина руками. Оба дознавателя оказались у нее за спиной.

– Куда вы его?

Оглядываться через плечо было неудобно, но она не собиралась рисковать. Чувствовала: только отпустит руки, Дина уведут. Дознаватель-телепорт сделал пару шагов в сторону, чтобы она могла его видеть, и мягким тоном ответил:

– Твоего слугу отведут к лекарям. Вы сможете увидеться, если ты не будешь создавать неприятности.

Лира задрала голову, ловя взгляд Дина. Тот грозно глядел на дознавателей.

– Ничего плохого с тобой не случится, девочка, – произнес тот же мягкий голос. Дознаватель продолжал разговор с ней, но Лира была уверена, что сейчас он скорее обращается к Дину.

Тот посмотрел Лире в глаза и кивнул, хотя на самом деле просто стукнул себя подбородком в грудь – так низко пришлось наклонить голову, чтобы они смогли встретиться взглядами. Дин медленно расцепил ее хватку, и Лира послушно опустила руки, отошла. Двое служащих буквально вынесли Дина из комнаты, но действовали без грубости. Лира понимала, что на самом деле ничего не может поделать, только надеяться, что дознаватель не обманет. Но эта сцена все-таки дала ей козырь: им что-то нужно. Так что Лира отложила нюни-слюни до лучших времен и развернулась к дознавателям.

– Что вам от меня надо?

Дознаватели переглянулись, и блондин с мягким голосом улыбнулся уголком губ с таким торжеством, будто выиграл пари у своего коллеги-качка.

– Что ж, – проигравший неплохо держал лицо, но взгляд его был кислым. – Ты отправишься в специальную академию. У них недобор, мы не можем разбрасываться одаренными.

– Но я не могу колдовать, – честно призналась Лира.

– Потенциал у тебя есть, – сказал мягкоголосый. – Если усердно заниматься, самое меньшее, станешь хорошим лекарем. После выпуска сможешь содержать себя и слугу.

– Но, если не будешь стараться, нам не будет никакого резона тратить усилия лекарей на простого крестьянина, тем более иноземца, – пригрозил качок.

Шантаж, он и в Африке, то есть в другом мире, шантаж. Лира без возражений вернулась бы в свою камеру при условии, что о Дине будут заботиться. А уж в академию… Вспомнит студенческие годы и постарается не спать на лекциях – всех дел! Тем более давно пора научиться хотя бы по-настоящему управлять магией, что ей досталась.

Но учеба учебой, а жить она на что будет?

– Только у меня нет никаких принадлежностей, и деньги закончились, – Лира слегка развела руками, показывая свою беспомощность.

– Академию открыли по указу Его Величества, – здоровяк сложил ладони домиком и махнул ими слева от своего лица. – Учащихся обеспечивают за счет казны всем необходимым. Жить будешь с остальными учениками.

Лира кивнула, что поняла. Хорошо бы только на деле все было так же, как на словах. А то здесь их с Дином тоже, можно сказать, обеспечивали жильем.

– Дерк, – мягкоголосый жестом поманил кого-то.

Лира не успела обернуться – рядом с ней встал очередной блондин в голубом халате. Этот хотя бы не был великаном, всего на полголовы выше Лиры и на пару лет старше, судя по виду. Она вытянула шею, осматривая его пояс, но меча не увидела.

– Доставь Лиру в академию для одаренных и проследи, чтобы ее устроили как положено. Документы о зачислении я пришлю напрямую магистру.

– Слушаю, – Дерк поклонился. – Все исполню.

Он повернулся к Лире и жестом указал на выход, пропуская ее вперед.

– Когда мне можно будет увидеть Дина? – спросила Лира мягкоголосого.

Но ответил здоровяк:

– Учеба уже идет, через неделю первое испытание. Если пройдешь, увидишь своего слугу.

– Ясно.

Лира отвернулась, но посмотрела на сопровождающего и снова развернулась к дознавателям. Поклонилась, как это сделал Дерк, и только тогда пошла на выход.

***

– Странная девица, – медленно проговорил Крон, все еще глядя на место, где стояла Лира.

Крестьяне с рождения знают, что бессильны перед представителями власти, боятся их и раболепствуют. В какой бы глуши не жили эти двое, не могли они быть так спокойны перед дознавателями. Через Судебную палату прошли десятки, а то и сотни просителей, ответчиков, свидетелей – и ни один не мог стоять ровно. В присутствии чиновников даже самого низкого ранга из крестьянской спины исчезал стержень, который держит тело человека. А эти двое… Иноземец хитрее: и глядел в пол, и молчал, и поклонился как положено. А девчонка только под конец сообразила проявить уважение. И как она покрикивала на них с Феолом во время проверки! Нет, она не из глухого леса, как сказала.

– Словно не из этого мира? – подсказал Феол.

– Думаешь? – Крон сильнее нахмурился и возразил: – После островитян никто так и не смог повторно открыть портал.

– С этой стороны, – уточнил Феол. – Надо допросить всех, кто там был: и стражу, и заговорщиков, пока не казнили.

Крон вздохнул.

– Точно может сказать только Сервий. Но деньги на этот месяц уже все потратили.

– Может, подыщем что-то в хранилище? – предложил Феол, но, судя по голосу, сам не верил в успех.

– Постой-ка. А у этих двоих ничего не нашли?

– Кажется, в описи что-то было, – сказал Феол более жизнерадостным тоном.

Вещь предположительно из другого мира лучше подойдет, чтобы расплатиться с бессмертным, чем любая драгоценность из хранилища Судебной палаты. Даже самые сильные маги не чувствовали энергию мира так, как вампиры. Сервий не мог пропустить открытие портала, если тот, конечно, был. В то же время ни один другой народ не был так предан только одному господину – выгоде. Кого-то можно было склонить к сотрудничеству угрозами, кого-то – хорошей должностью, иных – и вовсе сыграв на любви к стране и императору. Вампиры понимали только язык богатства. Соваться в гнездо Сервия с вопросом и без подарка было бы полной глупостью.

При виде найденной у иноземца склянки Крон ощутил, как сердце забилось чаще. Он посмотрел на Феола и увидел, что глаза у того заблестели ярче. Крохотная баночка определенно была сделана из стекла, но никогда еще Крон не видел такой тонкой работы. Феол повертел склянку в руках, поднес к самым глазам, понюхал, но хотя бы удержался от того, чтобы лизнуть. Крон его понимал. Вещица точно была из другого мира, а значит, априори, ценной и притягательной. У него мелькнула мысль передать склянку императорским магам вместе с девицей. Но если иномирное происхождение обеих не подтвердится, дознавателям придется туго за то, что отвлекли таких важных людей от их важных дел.

Это ведь могла быть поделка островитян, хотя Крон первым посмеялся бы, озвучь кто-то такой вариант. Суда с Острова приходили за данью раз в полгода, и делегация каждый раз приходила на территорию дворца. В порту и на главной улице, где полегал путь гостей, дежурили десятки соглядатаев. За пять лет вещи, подобные этой баночке, точно заметили бы у кого-то из иноземцев.

Вещь, прибывшая из другого мира, ценна сама по себе. Но в этой еще и было что-то налито – пузырек воздуха явно указывал на жидкость. Крон и Феол переглянулись.

– Не продешевим?

– О чем Сервий не знает, того и не хватится, – согласился Крон.

– Нужен опытный прикладник, чтобы перелить, – сказал Феол. – Я ощущаю только слабый след магии. Но кто знает, что там внутри!

Крон ненадолго задумался.

– Зови Горана. И пусть сделает все здесь, а мы пока подождем на улице.

Феол согласно кивнул.

***

Лира шла за Дерком и, стараясь не отставать, активно крутила головой. При свете дня двор Судебной палаты выглядел иначе, приветливее, что ли. По вымощенным камнем дорожкам между зданиями ходили служащие, все в одинаковой форме и стянутыми в узел волосами, но не все с мечами. Лира с удивлением узнала женщину в одной из спешащих мимо служащих. Значит, здесь не совсем махровый патриархат! Уже радость.

Но на этом хорошие новости и закончились: ни одно из зданий, выходящих во двор палаты, не походило на больницу. Читать местные надписи пока не получалось, но Лира-то надеялась, что увидит хотя бы табличку с красным крестом. Оставалось только гадать, куда увели Дина. Или…

– Дерк, – окликнула Лира, но тот даже головы не повернул. Лира вспомнила поклоны и попробовала иначе: – Господин, пожалуйста, помогите.

– М?

Дерк так и не повернулся, но хотя бы перестал делать вид, что не слышит. Значит, такие тут правила, да? «Мы сирые и убогие, извините, что к вам обращаемся»? Ла-адно, Лира могла сыграть по их правилам. Все равно это временно.

– Не могли бы вы подсказать, где тут лечебница?

Дерк наконец бросил на нее взгляд через плечо.

– Моего слугу увели к лекарям. Хотя бы покажите, в какое здание.

Несколько секунд ничего не происходило, Лира почти решила, что не дождется ответа, но Дерк махнул рукой налево. Ага! Лира присмотрелась к вывеске: слово начиналось с подобия «т», за которой шла буква, похожая на ноту. Лира сама не знала, зачем ей это знание, но постаралась запомнить надпись. Вдруг в этой их академии ей и правда вернут силу – сможет усыпить всех к чертям и забрать Дина. Только бы его и правда лечили, а не просто держали взаперти.

А еще надо постараться и сдать экзамен, чтобы увидеться с Дином. Звучит как что-то теоретическое, значит, за неделю можно поднапрячься и выучить. Для практического экзамена им придется помочь Лире вернуть силу, а тогда Лире никакие запреты не помешают. Она еще сможет поторговаться за поисковое заклинание, чтобы найти Сэма. Вот, уже похоже на план. Лира еще раз оглянулась на здание лечебницы и улыбнулась. Выход есть, значит, причин унывать нет!

Она едва не налетела на Дерка, который вдруг остановился. Задумавшись, Лира не особо следила, куда они идут. А теперь втянула носом воздух и скривилась. Дерк отошел на пару шагов вперед, и Лира нервно прикусила губу. Конюшня. Ни справа, ни слева не видно никакой повозки, зато мужчина в темно-синих шароварах и рубахе, но без голубого халата сверху выводил из стойла лошадь.

Лира бочком, стараясь не приближаться к животному, подошла к Дерку.

– А зачем лошадь?

Тот смерил ее взглядом, задержавшись на кедах и выглядывавших из-под юбки джинсах. Справедливо решил, что она не местная и – удивительное дело! – объяснил:

– Академия находится у восточной окраины столицы. Слишком далеко для пешей прогулки.

Он подошел к лошади, взял под уздцы, а конюх пошел седлать вторую.

– А, может, возьмем повозку? – Лира вспомнила особенности архитектуры и добавила: – Паланкин?

– Сотрудники Судебной палаты ездят только верхом. Барышня может нанять повозку, когда выйдем за ворота, – Дерк с легким сомнением посмотрел на Лиру.

Ну да. Никого Лира нанять не могла. Ей и стакан воды тут не по карману. Кстати, пить хотелось все сильнее – воздух из теплого быстро превращался в жаркий. А их с Дином даже не покормили, сразу взяли в оборот. Когда ж она ела-то в последний раз? Мамочки, сутки назад! Да, с этими скачками между мирами жиру не нагуляешь: ни поужинать толком, ни позавтракать. Одна надежда: дознаватели сказали, что учеба с проживанием и питанием.

– Я не умею верхом, – призналась Лира.

Ее опыт общения с лошадьми ограничивался фотографией на спине пони в далеком детстве. И то, на пони и обратно ее доставляли надежные руки отца. Да и в пони роста явно было меньше, чем в лошади, что сейчас косила на них блестящим глазом.

Лира очень внимательно выслушала Дерка и, поняв, что выбора нет, взгромоздилась на лошадь. Животное ей досталось очень смирное: спокойно стояло, пока Лира карабкалась на него, как медведь на гору. Лира не думала об изяществе, важнее было не упасть, а то отволокут к лекарям, а местная медицина вряд ли дошла до антибиотиков. Додумывала эту мысль Лира уже в седле, и поняла, что упустила возможность повидаться с Дином, тоже находившимся в загадочной лечебнице. Падать теперь было слишком высоко и страшно, так что Лира только тяжело вздохнула. Лошадь тоже вздохнула. Лире стало немного стыдно за себя, но она успокоилась тем, что в нынешнем виде не станет слишком тяжелой обузой для лошадки.

Они выехали через боковые ворота, миновали короткий переулок и добрались до более широкой улицы. Стоило им оказаться между двумя рядами построек, Лира ненадолго забыла обо всем. Закрытые на ночь магазины и кафе распахнули двери, а рядом с каждым, в тени от далеко выступающих крыш, выстроились передвижные прилавки, тележки и просто ящики, на которых мелкие торговцы разложили товар.

Чего тут только не было! Разноцветные заколки, веера, подвески с пышными кисточками, фрукты, выпечка, свежая зелень и сухие травы с кореньями. Какая-то женщина прямо у дороги стряпала паровые булочки, а в забегаловке чуть дальше трое мужчин ели из деревянных мисок что-то вроде доширака. Который одуряюще пах. Лира сглотнула слюну и отвернулась.

Люди входили и выходили из магазинов, переходили от лавочки к лавочке, и просто прогуливались по улице, не особо спеша уступать дорогу всадникам. Но никто не толкался, прохожие вообще старались держаться так, чтобы не касаться друг друга. И речь шла не о пренебрежении богачей теми, у кого доходы пониже.

С разделением на классы все стало ясно по виду прохожих. Одни носили широкие штаны и рубахи, как конюх в Судебной палате, только не такого яркого цвета, чаще серые или коричневые. У других одежда была многослойной, украшенной вышивкой. Мужчины поверх штанов с рубахами надевали длинные халаты из легкой ткани с широкими рукавами. В женских нарядах Лира не сразу узнала те же юбки и распашонки, какие были на ней. Местные носили эти полупрозрачные наряды по несколько штук или поверх одежды из более плотной ткани. А некоторые добавляли накидки, похожие на мужские халаты, но без рукавов.

И как только не упревали? Ласково согревавшие ранним утром солнечные лучи теперь откровенно припекали. Не удивительно, что местные дамочки ходили с зонтиками, а продавцы у лотков стояли в широких соломенных шляпах.

На Лиру тоже поглядывали с любопытством. Они решила, что местные удивлялись ее наряду, ведь здесь кожаную одежду она видела только на военных. Ночью куртка очень выручила, но сейчас Лира с радостью расстегнула бы ее, а то и вовсе сняла, если бы не прозрачный наряд. Вот когда она пожалела, что бросила в камере чудесную хлопковую рубашку. Подумаешь, солома! Натянула бы поверх выданной распашонки, может, ничего бы и не кололось. Да, как говорила ее бабушка: «Хорошая мысля приходит опосля». Лира нашла компромисс между тепловым ударом и правилами приличия и расстегнула молнию до середины груди. Дышать стало легче.

Глава 5

Академия занимала огромную площадь. Два больших здания отвели под учебные классы, еще пять – под жилье для учеников. В центре очерченного ими квадрата находилась выложенная камнем площадь, а ближе к жилым корпусам – столовая. За оградой с другой стороны от города держали лошадей, в том самом загоне, где дознаватели устроили проверку. Но об этом Лира узнала позже.

Пока же старшая ученица проводила ее в жилой корпус, показала кровать в комнате на пятерых и объяснила, где столовая. На расшитом яркими цветами покрывале Лиру уже ждал комплект местной формы: длинная сиреневая юбка и рубашка, верхний халат более светлого оттенка. На ее провожатой был точно такой же костюм. И здесь девушкам выдавали белое хлопковое белье в виде рубашки и кальсон с завязками по низу штанин.

– Если быстро оденешься, успеешь на завтрак, – сказала ученица дружелюбно. – Утренние занятия закончились, но на дневные нужно прийти обязательно. Я побежала!

– Спасибо, – сказала Лира уже ей в спину и торопливо принялась стягивать одежду.

Ученица сказала заветное слово «завтрак», и Лира готова была бежать прямо так, лишь бы ее покормили. Но тут и без напоминаний ясно: непонятной девице с улицы еды не видать. А вот если она будет выглядеть хотя бы приблизительно похожей на ученицу – работники столовой вряд ли обратят внимание на лишний рот.

Стягивая одни тряпки и заменяя их другими, Лира успевала осматриваться. В углу за ее кроватью стоял единственный в комнате шкаф, слева от двери находились странные низкие столики, еще один такой же – у окна рядом с изголовьем ее кровати. Окно оказалось просто квадратной дырой в стене. Лера допрыгала до него, пока надевала кальсоны, и увидела снаружи ставни из деревянной решетки, проклеенной бумагой. Видимо, их закрывали на ночь для тепла. Лира решила, что это сомнительная защита от холода, даже если ученикам полагались теплые одеяла. Проверить постель она уже не успевала. Завязала пояс нижней рубашки, натянула верхнюю и повторила процедуру, накинула халат с широкими рукавами.

И остановилась. У них тут коммунизм, что ли? Нигде ни одного замка, общий шкаф, никакого подобия тумбочек. Правда, в изножье каждой кровати стояло по сундуку. Лира подняла крышку своего – пусто. Свернула свою старую одежду рулончиком и положила на дно.

Стоп, а как же письменные принадлежности? Ведь обещали все выдать! Она покрутила головой и заметила на кровати простую холщовую сумку с длинной лямкой, чтобы носить на плече. Внутри лежали стянутые тонким ремешком листы бумаги и деревянный пенал. Отлично, и место есть. Лира скрутила потуже куртку, запихнула в сумку и резво побежала к двери, на ходу перекидывая лямку через голову, чтобы сумка висела на манер почтальонской.

Кормили не на убой, но сытно. К большой порции риса можно было взять три овощные закуски и куриную ножку. Но женщина на раздаче предупредила, что через две ке столовая закроется до ужина. Лира пообещала, что успеет вернуть посуду вовремя, хотя понятия не имела, сколько времени у нее есть. Что за ке такие? Так что села за ближайший стол и принялась скоренько жевать.

– Интересно, разговаривает она так же быстро? – спросил мальчишеский голос справа от Лиры.

Она отправила в рот новую порцию овощей и повернула голову. Оказалось, за ее столом уже сидели два парнишки, с виду, ее ровесники. Оба натуральные блондины, один круглолицый и веснушчатый, второй с серыми глазами и родинкой над верхней губой. Они с легким удивлением смотрели, с какой скоростью пустеют глиняные мисочки перед Лирой. Круглолицый, не отрывая от нее взгляда, спросил товарища:

– Тебе не все равно?

– Вот представь, что вас поставили в пару на испытании. Как думаешь, кто быстрее произнесет заклинание?