Путь Хайдеггера. Том 29. Путеводитель по GA 101 - 102

Событие: «Бытие» (Sein) — ни само по себе, ни человекообразно. Существо-вание (Wesende) бытия и человека и их отношения принадлежат в событие. Нет больше области, внутри которой могло бы быть установлено различие между бытием и человеком, из которого возник бы антропоморфизм.

[С. 15]

10. Как может мышление быть указано в пребывание (Aufenthalt), которое про-светляется (sich lichtet) как пребывание в начале? Не есть ли опыт двусмысленного (zwiegesichtigen) существа постава (воля к власти и пред-видение утаивающегося события) такое указание? Ге-став событийно за-ставляет (verstellt) (скрывает) событие, которое как утаивающееся в своем пред-видении хранит как ге-став.

Пред-начальное (Vor-An-fängliche) судьбы бытия — это доступное нам и исторически известное начало западной истории. Изначальное не есть первое, не есть исторически-раннее. Изначальное появляется лишь в завершении истории, сокрыто в двусмысленности постава.

[С. 17]

13. Единствен ли великий миг приветливости, потому что он приносит полноту, или он приносит полноту, потому что он неповторим? Приносить (bringen) означает: в событии из от-события (Enteignis) давать прийти. Это каждый раз единственно. Отчуждение (Entfremdung) — метафизически представленная — принадлежит в область субъективности.

[С. 17-18]

«Из языка мыслить»... Но для этого необходимо само мышление. Изначально испытанное мышление есть от-речение (Ent-sagen). Слышаще-видя (hörend-erblickend) хранительство (Wahrnis) события, оно от-рекает сказание из отношения (Ver-hält-nis) в изначальный язык. «Из языка мыслить» не означает: хвататься за лексические значения слов без взгляда на подлежащее мышлению.

15. Вы-кладка (Auslegung):

Выкладывать: позволить тексту лежать в его текстуре, делать понятным.

Выкладывать: собирать в вовне от-события в событии; приносить перед непонятное как раздражающее и отсылать к отказу (Absage) от рассудка.

[С. 19-20]

17. Мышление: от-рекающее под-мигивание (Erwinken) пробуждения (Erwachens) события на событийно-хранимой земле.

Философия (в смысле Гегеля) — отчитывающееся восстановление власти живого объединения в области пред-ставящей предметности. Философия — доделывающее, ремонтирующее. Мышление — подготовляюще-изначальное.

«Щадить» (schonen) — рифмуется с «обитать» (wohnen), но остается несоразмерным словом для подлежащего сказанию: давать расцвести розовому чуду истинно обитающего человеческого существа.

Дело (Sache): иметь дело с кем-то (Лютер) — находиться в споре. Спор (Streit) изначально означает не «борьба», а стеснение (Bedrängnis) в смысле боли (Schmerz). Само дело мышления есть боль события.

Тема (Thema) — по-гречески означает то, куда что-то полагается, синонимично taphos (могила). Ныне тема означает то, что исследование пред-полагает себе через свой метод и под-ставляет (unterstellt) под него.

[С. 21-22]

Язык.

О, мать нам и сказание! / Тихони и неси — / ты, отпускающее тканье / единого жеста / в несущее дрожь: / поющая земля.

Как в легком, робком отведении покоящейся руки, мышление незаметно становится все проще в тайну начала, так что оно, от-рекая, подозревает (vermutet) приветливость земли, которая несет без-дну (Ab-Grund) четверицы.

Без-дна: событие. Несение (Tragen): отно-шение (Ver-halten).

Лаут (Läuten) — как событие чистого лаута — слышимого приветливости — принадлежит несущему дрожу земли. Оно лаутствует изначально — укрывает и дает звон (Ge-läut).

Звон как зов, собирание, событийствование, празднование, подавание знака — чистый звон в событии.

У-молк (Ver-bringen): как при-надлежащее в при-несение (Erbringnis), которую обычай выдает из события. Обитание (Wohnen) как это у-молк. У-молк есть благодарение (Danken).

[С. 23-24]

24. История (Geschichte): как последовательность публично известных событий, состояний и достижений (Дильтей: «связь воздействия»); и история как судьба (Geschick) бытия, которая сама есть вы-нос в событии и возвращена событийному забвению. Приводится письмо Шиллера Вильгельму фон Гумбольдту от 2 апреля 1805 года о жалком состоянии поэтической продукции в Германии. В то же самое время были написаны гимны, элегии и наброски Гёльдерлина, хорошо скрытые, защищенные. Разговоры о мифе и магическом недостаточны, чтобы распознать, что здесь ждет и остается заставленным (verstellt) современным состоянием мира.

Куда же мы должны поместить выкладку (Auslegen) его стихотворения? Не должно ли сначала наше отношение (Beziehung) к языку преобразиться в отношение (Ver-Hältnis) (событие четверицы) как сказание?

[С. 25]

26. Речь об изначальном мышлении. Она означает не то, что мышление только теперь начинает мыслить, а прежде все было ничтожно и ошибочно. Изначально мыслить означает: в шаге назад в требующий на-чало (An-fang) слышать событие, подозревать его притязание. Изначальное мышление не есть беспредельная заносчивость. В нем мышление не начинает лишь теперь, оно самое большее перестает быть обосновывающим представлением.

Язык. То, чью «сущность» мы хотели бы испытать, мы называем языком (lingua, glossa, langue) — от «говорить» (sprechen) как озвучивания. Покоится ли пребывающее-пожалованное (Gewährte), т.е. событийствующее языка в сказании как звоне тишины? Тогда сказание как язык — лишь внешне представленное как озвучивание. Но где нет «вне» к «внутри», там в «лауте» (язык, рот) скрывается лаутение земли.

[С. 27]

27. Настроение (Stimmung). В нем всегда еще видят размытое чувственное состояние. Это психологическое представление правильно, поскольку оно берет психически-телесно-лесное (Leibliche) как наличное. Но настроение, собственно мыслимое, не есть дело человеческих состояний. «Расположенность вот-бытия» (Befindlichkeit des Da-seins) есть оно лишь постольку, поскольку настроение означает настроенность (Gestimmtheit), настроенное из настраивающего (Stimmenden), которое как тишина отношения (Ver-Hältnisses) при-тязает (zu-mutet) смертному умонастроение (Gemüt). Само настраивающее есть самособытие (Ereignis selbst). Настроенная viola d'amore есть нечто расплывчатое, а покоится в нежно-отмеренном.

[С. 29-30]

30. Несение (Tragen) не как основание и под-основа. Несение как событийствование (Er-eignen) — обычай — достигание (Reichen) — как держание из отношения. Нести на руках; позволять парить в колебании при-несения, которое есть у-молк — оставляет пребывание.

Простота (Einfalt) от-собывает в собственность (Eigentum) отношения. Простота как тишина. У-тишение (Stillen): успокаивать. Тишина у-тишает: дает пить покой взволнованности (Rührung): собственного движения достигания в смысле об-ласти (Be-Reich).

31. Событие (Ereignis). В сдерживающем (verhaltenden) событийствовании ткутся вместе до-достижение (Zu-Reichen) и утаивание (Entzug). Это есть лад (Fuge) события: доверие самого доверенного и утаивание самого сокровенного. Но самое доверенное как самое сокровенное — есть одно и то же. И его отзвук в смертном обитании: высочайшая радость как глубочайшая боль, и эта — как та. Тайна (Geheimnis) — изначально мыслимая — есть так лад события. Забвение (Vergessenheit): завуалирование (Verschleierung) само-утаивания (Sichverbergens).

Швейцание (Schweigen). Кто молчит, тот удерживается от говорения. Это у-дер-жание есть сказание, происходит из него. Швейцание и тишина: кажется, будто швейцание соответствует тишине; это верно лишь постольку, поскольку швейцание есть сказание. Тишина требует в качестве соответствия от-речения (Entsagen) и его говорения.

[С. 31]

33. Сказание (Sage) развертывает как звон тишины простоту области (Gegend), принадлежит в эту область, «есть» поэтому земля и постольку язык. Все, что «есть» из существа-вания Бытия (Seyns), «есть» земно (irdisch) — более всего небо, чище всего оно. Смерть есть триумф земли, горный хребет (Gebirg) простоты области. Пафос (πάθος) — ныне часто переводят как «переживание» (Erlebnis). Пафос касается сказывания (λέγειν) и говорит: дать себя привести в отношение... При этом отношение еще не испытано как отношение (Ver-Hältnis) из события, но уже содержит момент размыкания-сокрытия — открытость к при-сутствующему.

[С. 31-32]

34. «Куинциг» (Kuinzig). Этимология темна. Употребление ограничивается Верхней Швабией и областью севернее Überlinger See. Слово куинциг само есть куинциг, поскольку оно уклоняется от формальной дефиниции и непосредственного объяснения.

Облава против моего мышления усиливается повсюду и принимает форму организации. Окружение должно при таком разгоне удаться. Но котел найдут — пустым.

35-36. Почему испокон веку вопрос «что есть то или это?» ищет причину (aition)? Потому что со-причинение (verschulden) мыслится как со-причинение (Veranlassen), это же как пред-лежание (Vorliegenlassen), давание основания (gründen). Что (Was) в смысле «вида» предлежащего спрашивает уже в горизонте со-причинения присутствующего как такового.

[С. 31-32]

37. К стихам Гёльдерлина («Что есть бог?... заканчивающиеся: ... сочетается оно с чужим...») недавно сказали, что здесь «поэт говорит невпопад» (irre). Он говорит не невпопад, но так бездонно, что нужно долгое время и необычайный опыт, чтобы в мышлении прийти туда, где такое слово начинается. Очуждение (Befremdung) — она не просто являет близость, она существует из нее, есть от-собствующее (Ent-Eignende) в событии и остается так хранительством (Wahrnis) целостного (Heilen). Греки испытывают очуждение священного ужаса (Aidōs) — как то же самое, что и милость (Charis).

[С. 32-33]

40. Чутье языка (Sprachgefühl). Когда оно деятельно, оно касается нашего сказывания и слышания. Оно может быть столь мощным, что иногда запрещает нам вдаваться в сокровенное родство такого, что принадлежит близко вместе. Мы легко понимаем, что значит «со-ответствовать» (entsprechen). Но если мы вместо «говорить» скажем его существо-вание, а именно «сказывать» (sagen), и услышим слово «от-рекать» (ent-sagen), то мы уже не свяжем его с со-ответствием. Чутье языка — не есть ли оно само судьбно со-настроено (zu-gestimmt) голосу сказания? Со-ответствие и от-речение идут друг другу в их сказании наперекор. Но это наперекор-бегущее не просто принадлежит в диалектический синтез, а происходит из изначально-спорного от-ношения, в котором простота интимности и очуждения хранит их.

Пока мы не испытаем, что всякое сказание настроено в начало, в требующее событийствование, которое при-сваивает наше сказание и отдает его отношению земно, до тех пор мы не увидим, каким образом сказание повсюду вы-слышивает (enthört) подлежащее сказанию из начала и так впервые со-ответствует (ent-spricht) событию внутри его, т.е. теперь собственно: от-рекает (ent-sagt).

От-речение есть от-речение сказания из его происхождения (Herkunft).

Мышление есть исконное (ur-kundliche) стихотворение (Dichten). Оно приносит весть (Kunde) начала в лоно земли.

[С. 34]

44. Пропасть (Kluft) между владением (Besitz) и собственностью (Eigentum). Всякое хотение владеть уничтожает всякую возможность событийствования в собственность от-события. Противоположность отпусканию (Lassen) есть владение. Двусмысленность имения (Habens) как владения и «имения» в собственность (zu eigen «haben»). В древнейшем языке haben значит eigen (собственное) — как отпускать собственное. Имение есть бытие, когда оно, невладея, пребывает в отпускании.

К слову поэта («Так научился я печально отказу: Ни одна вещь там, где слову не хватает») говорит по-соседски мыслящее: «Так подмигивает завуалированное стихотворение: Впервые как сказание дает звук и свет».

[С. 35]

45. Бытие (Sein) — как чистое кажимость (Scheinen): светяще-просветляющее при-сутствие-давание (Anwesenlassen), сдержанность (Verhaltenheit) чистого у-таивания (Ver-Bergens) — как такового. Это кажимость событийствует в пространстве-игре-времени (Zeit-Spiel-Raum) события.

Близость (Nähe). Чем интимнее близость близит — в противо-стояние удаляя (ent-fernt), тем чище остается она сама в неприблизимом (Unnahbaren) как это само. Удаление (Entfernen): отдавать даль (Ferne) так, что удаление преображает даль в предельное очуждение доверенного. Из этого предела очуждения, в нем расцветает интимнейшее со-события (Vereignung), через которое противо-стояние хранится в ту ширь, которая более не нуждается ни в каком мосте: испытанное в событии ἓν διαφερόμενον как ἓν πάντα «единого» как от-событие в очуждение прелестного (Holden).

Когда мы испытываем близость как таковую, мы претерпеваем ее как неприблизимое — боль этого претерпевания есть ликование отпускания.

46. Близость есть неприблизимое. Неприблизимо суть взволновывающее ее приближения (Näherns): близость как событие (Nahnis). Мы достигаем неприблизимого через робость (Scheu) завуаливающего хранения. Хранение есть: слышаще-видящее благодарение.

[С. 36]

47. Раннейший собственный опыт моего мышления есть опыт забвения бытия как такового; где забвение от предчувствия (Ahn) мыслилось как утаивание (Verbergung) и сразу же был услышан отзвук того, что это у-таивание не только принадлежит к истине бытия, но дает взмах (Wink) в собственно полноту существа Бытия (S), возвращенного в его хранительство. У-таивание из и как от-событие (Ent-eignis) в событии (Ereignis).

Технический мир не идентичен с техникой. Технические процессы и явления происходят из таинственного мира, которому наше мышление еще нигде не соответствует.

[С. 37]

48. К выпускному классу гимназии. Платон в «Теэтете» (146b): «τῷ γὰρ ὄντι ἡ νεότης εἰς πᾶν ἔτιον ἔχει» — «Ибо поистине юности присуща из самой себя процветающая отдача всему» (to pan означает здесь «все» в смысле высочайшего целого). Что нам делать? Делайте отпускание (Lassen) в двояком смысле: 1) негативно: свободно держаться от опутывания техническим миром; 2) позитивно: открыто держаться для достопочтенного образцового предания западного духа. Оно собирается в еще не услышанном призыве поэта, которого сто лет назад гимназист Фридрих Ницше рекомендовал своему другу для выдерживающего чтения. Имя поэта: Гёльдерлин.

Гёльдерлин говорит: «Мы ничто. Что мы ищем, это всё».

[С. 38-39]

50. К существу игры (Spiel): отпускание в держание, держание в отпускание, но игра завершена только тогда, когда всякий раз и внезапно и всякий раз она поворачивается. Поворот есть не простое обращение, но навив (Gewind) веретена — про-стирание (Durch-reichen) области до-достижения (Zu-Reichung). Навив: сам ветер тишины — игра.

51. «Скачок» (Sprung) и «шаг назад» (Schritt zurück) все еще отсылают назад в метафизическое представление. Более адекватно говорят в-хождение (Einkehr) и в-езд (Einfahrt). В-езд — называет въезжание — достигание в движение. В-езд в чернолесском доме означает также ворота — врата путей.

52. Пре-одоление (Überwindung). Как легко такое слово попадает в небрежное употребление. Но преодоление, которое на своем пути не освобождается к своему сбереженному (Gesparten), остается в полемике мнимого прогрессирования. Иначе есть из-живание (Verwindung) — боль начинающего из-текания (Ent-ströments). Выйти за пределы метафизики способно только мышление, которое вошло в ее «истину».

[С. 40]

53. Ужасная перспектива — планируемая Америкой технически контролируемая и управляемая погода — это будет предельное обеспечение постоянства (Bestandsicherung) полнейшей ненадежности всего роста земли. Это превышает еще грубое уничтожение земли атомным заражением.

Мое мышление — более восхваляемое, чем познанное; и истолкованное превратно, вместо того чтобы быть изгнанным.

[С. 41]

55. Tōsei (Прощание с миром) называются стихотворения, которые по древнему высокому обычаю умирающие слагают в умирании. Tōsei Басё гласит:

Tabi ni yande / Yumé wa karenö wo / Kakemeguru

(Странствуя, заболев, / Сон бегает вокруг / По сухому полю).

Странствие — быть-в-пути (не обитание). В этом человек должен уметь спокойно обитать. Обитание в не-обитании: грезоподобное (Traumhafte). Поэт-бытие — но грезоподобное нуждается в своем собственном ладе.

Постав (Ge-Stell) как утаивание события. Утаивание как удержание (Vorenthalt). Удержание как завуалирование до-достижения. Завершение забвения Бытия (Seyns).

[С. 42-43]

57. «Логика» — раньше (1934) это называлось: следовать-мышлением (nach-denken) существу языка (Logos): мифо-логия (Mytho-Logie). Мифос: слово как сказание. Мифо-логия: сказывание сказания. Эта изначальная мифология как мышление не есть учение и рассказ о богах. Даже божественность богов не может она сказать. Но она могла бы, если бы кто-то однажды в позднее время смог мифологическое, подготовить первым спокойным светом кажимости божественности пространство-игру-времени — в давании-себе-сказывать (Sich-sagen-lassen): сказание.

58. Мышление находится под угрозой самой опасной из всех опасностей. Это рефлексия (Reflexion) — вместо того чтобы давать себе сказывать достопримечательное (das Denkwürdige) и так просто от-рекать (ent-sagen), оно впадает обратно в обсуждение пути, уклоняется от пути, прослушивает сказание.

Кризис (Notschrei) кричит беду, что ненужное, бесполезное лишь медленно и трудно может поднять себя к свету как истинное из своей истины.

Сказание-себе-давать (Sich-sagen-lassen): давать себе вбирать (einholen) в отпущенность (Gelassenheit) от-рекающего с-бывания (Gehörens) в обычай сказания как звона тишины.

Поворот (Kehre) принадлежит в само событие. Он есть пред-видение от-события, как коего забвение из чистого утаивания кажимости (Als solche) становится собственным хранительством само-утаивания. От-событие в самое собственное событийствования.

[С. 44-45]

62. Мышление, которое изначально есть как из начала в это вбранное (eingeholt-gebrauchtes) сказание, зовется «изначальным» (anfänglich), потому что на-чато (an-gefangen) в событии; никогда же потому, что оно само могло бы быть начинающим.

Философия мыслит по методу счета (Rechnens), есть обосновывающее представление сущего в его бытии.

Мифо-логия мыслит как способ от-речения: есть давание-себе-сказывать: сказание. Тем временем от-мирание мира (Weltentzug) упрочивается и скрывается через безграничное устройство планетарной публичности в форме информационного предприятия.

Одно и то же (Selbe) всегда есть одно и то же; ибо оно пребывает изначально (anfänglich). Поэтому оно всякий раз неповторимо. Это есть его избыток (Überfluss). Идентичность есть до-достижение (Zu-Reichung).

[С. 45-46]

64. Недостаточно продумано, что значит: существо метафизики есть забвение бытия (Seinsvergessenheit). Только когда «бытие» означает: Бытие (Seyn) как событие, а забвение: утаивание как само-утаивающееся, когда забвение бытия мыслится как от-событие в событии, это самое как мировая-игра (Welt-Spiel) звона тишины — тогда приходит достаточная ясность в простоту дела.

[С. 46-47]

65. Ковать (Schmiede) украшение (Geschmeide)... сказывать сказание (sage die Sage). Самое собственное нуждается в до-достижении, потому что оно не есть само-волие (Eigen-süchtige), а само есть используемое (das Gebrauchte). Способность к отпусканию. Мышление как отпускание: (себе) давать сказывать сказание.

66. Делание (Tun) — в смысле θέσις как κατάθεσις — полагание в сохранение (Bewahrung) из поручительства (Gewährnis) — это: мировая-игра.

Изначальное сказание есть мышление. Всякое стихотворение покоится в мысли (Gedank) — в нем мышление (Denken) и благодарение (Danken) принадлежат друг другу. Мышление есть благодарение. Мышление благодарит (verdankt) дар «Оно» (Es) (события), которое событийствующе-сдерживающе-утишающе: дает. Благодарение от-дает (er-gibt) себя дару.

[С. 48-49]

68. «Отказ (Verzicht) не берет. Отказ дает» — говорится в «Полевой тропе» (Feldweg). Отказ дает, однако, только тогда, когда отказывающиеся суть приемлющие как благодарящие. Отказывание есть себе-отказывание (sichversagen) в смысле не-отказывания себя обычаю, а, наоборот, совершенное от-речение себя в от-событие. Это есть высочайшая свобода: благодарение как тайна того, что на изношенном, многозначном слове зовется у нас «любовь».

69. На-чало (An-fang) — fangen как fuogen — ладить (fügen) — в-лагание (ein-fügen) — событие. Вхождение в собственное (Ins Eigene gelangen) через от-событие.

70. Вслушиваться на язык — это значит: давать себе сказывать сказание, звон тишины, событие как от-событие, в его способе (melos) от-рекать сказанию, т.е. от-рекать его от-событию в благодарение мышления.

[С. 50-51]

72. Язык. Гёльдерлин стихотворствует слово как «цветок рта». Есть цветок (arnica montana), чью целебную силу знают крестьяне в Шварцвальде. Они называют цветок «Wohlverleih» (благо-дарование). Это имя могло бы также называть «цветок рта», слово «Huldverleih» (милость-дарование). Милость (Huld), которая становится прелестной (hold) мировой-игровой-объединенности вещи.

Мир и вещь (Welt und Ding). Обусловленность (Bedingnis) из сказания испытать как об-ласть (Be-Reich), которая из мирового-игрового-источника (Welt-Spiel-Quell) доставляет друг другу, что так доставленное (Gereichtes) вверяет богатство события, как вещь подает себя смертным.

В противоположность «условие» (Bedingung) в смысле того, что как основание нечто обосновывает и как предмет делает возможным. Возможность здесь как доступность для исчисляющего (rechnende) представления как мышления (Кант).

[С. 52-53]

75. Ни один смертный не может спасти другого, т.е. дать прийти в его самое собственное, из себя одного. Спасение есть только там, где предоставляется до-достижение, в котором смертные друг к другу в свое делание и отпускание у-мирают (ersterben).

Самое собственное же каждого есть от-событие (Enteignis) в тайник звездного лада (Sternenfuge).