Околдованная чаем

Наверное, мадам Натсон снова приснился плохой сон про масло. И оттого она такая мрачная.

Так что Мика просто пошла вперёд, махнув парочке, делившей одну чашку на двоих в углу на креслах с золотистой обивкой.

– Здравствуйте, мистер и миссис Си! – улыбнулась Мика.

– Гхм, – буркнули они хором.

Похоже, им тоже приснился не тот сон. Мика прикусила губу, чтобы не показать, что обиделась. По слухам, они были тайными владельцами компании «Корица и прочее» – крупнейшего производителя всех продуктов из корицы: от коричных карандашей до коричных носков – всё это было их собственностью.

Это означало, что мистер и миссис Си просто очень заняты и устали от своей занятости – к такому выводу пришла Мика. Определённо, это единственная причина их грубости.

Стоило Мике пройти дальше, как её обволокло облако ароматов тростникового сахара и сладкой сгущёнки. Она двигалась мимо прекрасной коллекции рубиново-алых ковров на стенах. Это были не просто ковры. Это были легендарные рубиновые ковры-самолёты ведьм-ткачих с вечно заснеженных гор. Конечно, как мигом установила тётушка Хелен, ковры больше тысячи лет провисели в спячке и в ближайшее время не могли бы пробудиться к полёту. Мелочь, о которой не упомянул продавец. Но это не умаляло их красоты в качестве декорации для чайной лавки.

Мика не удержалась от улыбки. Что может быть лучше возвращения домой, в родную чайную лавку!

– Эй, смотри, куда идёшь!

От стены отделился колдун в алой мантии, почти сливавшейся с коврами.

– Ох, простите, – смутилась Мика.

Его широкий лоб избороздили морщины, на поясе болтался пыльный передник, а из-под островерхой шляпы торчала кучерявая рыжая шевелюра. Новый покупатель? Девочка опустила взгляд на пустые руки. Покупатель, которому ещё не подали чай.

Мика откашлялась и спросила:

– Что вы хотели бы попробовать? Наш особенный чай «Незабудка»…

– Никакого чая! – рявкнул колдун. – И уж точно не из этой лавки!

Его кудри даже затряслись от негодования, и Мика совсем растерялась. Что он себе позволяет? Кто бы то ни был – он явно не страдал от плохих снов или усталости! Она уже совсем собралась уйти, когда колдун прижал ладони воронкой ко рту и зашипел:

– Это правда? – он стал оглядываться с нарочитым испугом: – Неужели слухи не врут?

– Конечно! – просияла Мика. – Вы в лучшей чайной лавке в мире!

– Да не эти! – фыркнул он. – Говорят, что здесь работает ведьма, которая портит любой чай, за который берётся, – у Мики перехватило горло, а колдун продолжал: – И это не какая-то там мелкая порча – нет-нет, – это самый настоящий сглаз! – он театрально раскинул руки. – Сглаз масштаба катастрофы, с которым однажды едва справилась даже команда биологической защиты!

Мика прикусила губу. Вообще-то ей нравилось болтать с покупателями, но сейчас, кажется, было не время уточнять догадки этого колдуна (ведь команду биологической защиты пришлось вызывать далеко не однажды). И вместо этого она пробормотала что-то вроде:

– Это не больше, чем слухи, – она поспешила через кухню на лестницу, откуда можно было попасть на безопасный балкон.

Но всё равно успела расслышать, как колдун кричит ей вслед:

– Уж поверьте мне, недолго чайной лавке Дайаан оставаться лучшей в мире!

Глава 3. Мудрость кузины

«Недолго чайной лавке Дайаан оставаться лучшей в мире!» – прогундосила Мика и показала язык.

Она укрылась в гнезде из подушек у себя на балконе, обхватив руками трясущиеся колени. Об этом балконе мало кто знал: он выходил в тупичок на задах магазина и был такой узкий, что тут едва помещались кресло-подушка с одеялами и любимый портрет Чайной Ведьмы.

– Какой нахал! Чтоб ему на гнездо кобры наступить! Чтоб его ракшас сожрал! – Мика перевела дух перед самым ужасным проклятием: – Чтоб у него чай в чашке остыл!

Она охнула, чувствуя, как краснеют щёки и горят уши. Не хватила ли она лишку? Холодного чая и врагу не пожелаешь!

– Ну и что? – Мика вздохнула, вопросительно глядя на портрет. Чайная Ведьма смотрела в ответ: блестящие серьги-полумесяцы, брошка-бабочка на лацкане, тонкие губы в неподвижной улыбке. – Пусть болтает сколько угодно. Это всего лишь слухи.

Но не успели слова сорваться с её губ, а она уже знала, что это ложь. Потому что на самом деле у неё ныло в груди, а глаза были на мокром месте после всего услышанного в лавке.

Что, если покупатель прав? Насколько широко могли расползтись слухи про ведьму, портившую любой чай? Что, если другие покупатели считают так же? Мика никак не могла избавиться от комка в горле. Что может быть хуже, если её глупые ошибки доведут до краха семейный магазин чая?

И как назло, именно сейчас на балкон заплыла по воздуху пресловутая кошка. Стоило ей увидеть Мику, и шерсть на загривке встала дыбом, а глаза злобно сощурились.

– Мяа-а-а-ау! – яростно завопила она, как будто кричала: «Ты худшая чайная ведьма в мире!»

Но тут порыв ветра унёс кошку с балкона, по счастью как раз в сторону рынка специй (где её ждал прилавок торговца рыбой).

Мика снова вздохнула. Если она действительно так плоха, как это исправить?

Край плаката захлопал на ветру, и серьги-полумесяцы сверкнули под лучами солнца, а Чайная Ведьма как будто собралась что-то сказать, решив наконец-то поделиться с девочкой своей несравненной мудростью, способной изменить жизнь и решить все проблемы.

– Эй, кузина! Самосу[3] хочешь?

У Мики от неожиданности захватило дух, а на балконе уже появилась её кузина Аахори. Она выглядела весьма привлекательно в шёлковых брючках и тунике с принтом, полагавшимся лучшей ученице в классе. На самом деле Аахори была так хороша, что Академия Маргариты, славная своими выпускницами, составлявшими элиту почтённого сообщества чайных ведьм, однажды прислала своего профессора с приглашением на учёбу. В итоге Аахори отказалась, побоявшись слухов о том, что учениц наказывают, помещая в карцер, а их директор наделён жутким даром Глотателя (ему достаточно одного взгляда, чтобы заглотить твой самый тайный семейный рецепт – по крайней мере, так говорили).

В общем, Аахори все кругом гордились. Особенно тётушка Хелен.

– В чём дело? – поинтересовалась Аахори, сунув самосу Мике в руки. – Ты где-то болтаешься месяцами, а теперь приехала и даже носа не кажешь на кухню, чтобы поздороваться? Ну-ка, иди сюда, дай я тебя обниму!

Мика обмякла в сестринских объятьях, не в силах подавить искру зависти, и вдруг все тревоги, о которых она старалась не думать, хлынули наружу в бурном потоке горючих слёз. И на этот раз Мика не пыталась их скрывать. Есть предел тому, что может выдержать человек, даже если это никуда не годная чайная ведьма.

– Да что с тобой, кузина? – Аахори вытерла солёную влагу тонкими пальчиками с ярко-розовым маникюром и прижала Мику к себе. – Ешь, ешь! Ты ведь наверняка голодная!

Внезапно Мика сообразила, что за хлопотами с отъездом позабыла о завтраке и действительно проголодалась, как какой-нибудь ветала во время Великой Кровавой Гонки[4]. Тесто, начинённое картофельным пюре с горошком и специями, было проглочено в два укуса, однако это не прекратило поток слёз.

– Я теперь как Чайный Принц! – простонала она, слизывая с пальцев жирные остатки лакомства. – Меня сглазили Чайные Предки, и это разгонит всех покупателей!

На сердце у Мики лежал огромный камень. Теперь всё стало понятно: и её дурацкие ошибки в чаеварении, и провалы в школе. И почему никто не хочет с ней дружить.

– Ох, ну что за глупости! – повторяла Аахори, гладя сестру по спине. – И кто тебе это вдолбил?

– Но это же правда!

– Правда? – фыркнула Аахори. – Разве в последнее время тебя преследуют плохие приметы?

Мика невольно охнула. Подобно большинству молодых ведьм, она никогда не проходила под наклонными лестницами и не подметала пол после заката. Потому что единственной вещью, которую чайные ведьмы воспринимали серьёзнее, чем традиции, были плохие приметы.

– Ох, что ты, вовсе нет!

– И следом за тобой не идут боль и разрушения? – продолжала Аахори.

Мика задумалась. Она не была уверена, принесла ли боль и разрушения очумевшая от любви лягушка, напущенная ею на профессора Хомяка.

– Не совсем…

– А как насчёт глаз? – Аахори выразительно распахнула свои глаза. – Ты никогда не замечала, как в тени сверкают искры злобного сглаза?

– Нет, – содрогнулась Мика, – что ты!

– Вот и отлично, кузина: никто тебя не сглазил! – Аахори отодвинула Мику и посмотрела ей в лицо. – В любом случае, у Чайных Предков есть дела поважнее, чем возня с какой-то мелкой ведьмой!

Но это не отменяло того факта, что Мику исключили из школы. В который раз.

– Это нечестно, – вздохнула Мика. – Я бы хотела больше походить на тебя. Или на тётушку Хелен. Вы так мастерски завариваете чай, и все вас любят! У вас никогда не бывает проблем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Бхуты – в индуистской мифологии мелкие демонические существа, злые духи, относящиеся к свите Шивы (одно из имён Шивы – Бхутешвара, «Владыка бхутов»). Бхуты обычно враждебны людям, живут на кладбищах и питаются человеческим мясом, но могут быть также хранителями деревни или дома, где поселились.

2

Боллихоп – современное танцевальное направление, сочетающее элементы Болливуда с современными стилями, такими как хип-хоп и поппинг. (Здесь и далее примечания переводчика).

3

Жареный или печёный пирожок треугольной формы, популярный в кухне стран Востока. В качестве начинки обычно выступает картофельное пюре с горошком, приправленное специями, но она может быть и мясной, и сладкой.

4

Веталы – в индийской мифологии вампироподобные злые духи, которые могут вселяться в мертвецов и заставлять их действовать как живые люди. Входят в свиту бога Шивы. После того, как ветала вселится в труп, тот перестаёт разлагаться и ходит по миру на манер зомби из мифологии вуду.