Тот, кто выжил

Федор укоризненно посмотрел на Милу, и та рассмеялась. С ее души упал камень.

— В тех обстоятельствах у меня не было выбора, — она примирительно улыбнулась и протянула Федору оттопыренный мизинчик: — Мир?

Мареев с сомнением посмотрел на ее палец.

— Ты серьезно?

— Ага!

Тяжело вздохнув, Федор закатил глаза, но протянул мизинец, принимая жест дружбы. А затем Мила подалась вперед и крепко обняла лучшего друга, вдыхая его аромат — дорогой сердцу и любимый. Да, она любила Федора. Не как мужчину, а как близкого человека, без которого не мыслила своей жизни. Мареев обнял ее в ответ.

— Я ужасно рада, что ты меня простил. Не представляю, что бы я делала без тебя.

— Пропала бы, — авторитетно заявил Федор, но Мила-то знала, что он шутит.

Отстранившись друг от друга, они уже непринужденно улыбались. Теперь между ними не осталось секретов или лжи, ничего больше не делало их далекими и чужими. В их чувства — дружбы, доверия, взаимопонимания и любви — вернулось равновесие.

Возникшую идиллию разрушил звонок. Федор поднялся с кровати и подошел к столу, где лежал его телефон.

— Это Антон. Наверное, раскопал информацию про завод, — пояснил Мареев, нажимая на кнопку приема видеовызова.

Он вернулся на кровать и отвел руку с телефоном так, чтобы в обзор камеры попасть вместе с Милой.

— Антон, что-то нашел?

— Да, Федор Игоревич. О, Мила Васильевна, добрый вечер! Как ваши дела?

— Хорошо,

Мила улыбнулась подчиненному Мареева, но Федор не дал тому уйти от темы:

— Антон, что по делу?

— В общем, инфа такая. Завод начал работать в тысяча девятьсот тридцать седьмом году и закрылся в две тысячи пятом. Причина закрытия — пожар в цехе. Завод принадлежал государству, но после пожара его выставили на аукцион. И выкупил его М-м-м, секунду. — Антон зашуршал листами. — Некий Николай Савельевич Астахов. Что странно, я ничего не нашел на этого мужика. Имя, фамилия, год рождения, прописка по несуществующему адресу — и все.

— Такое разве может быть? — удивилась Мила.

— А вот поди ж ты! Видимо, может, — продолжил Антон. — Этот человек-невидимка по сей день владеет заводом и землей, на которой тот стоит. Охраняется все частным охранным предприятием. Офис ЧОПа у нас, в Москве. Завтра к ним наведаюсь.

— Да, съезди, пожалуйста, — кивнул Федор.

— Будет сделано, шеф! А, вот еще что. Мне тут попались списки работников завода. Не знаю, норма это или нет, но большинство работников — из других городов, они типа вахтами работали. Под жилье им снимали дом, адрес: Октябрьский переулок, девяносто пять.

Мила и Федор переглянулись.

— По этому адресу находится наша гостиница, — задумчиво произнесла Мила.

— Верно, — отметил Федор. — Антон, в нагрузку тебе: узнай все о доме, который снимали для работников. Там сейчас гостиница, мы в ней живем. Наведи справки о хозяине, может, чего любопытного нароешь.

— Принял. Шеф, я вам на почту скину список бывших работников завода из того города, где вы сейчас. Их немного, всего десять человек. Ну, кто остался жив и не переехал.

Тут же на смартфоне Федора появилось оповещение о новом электронном письме.

— Получил, — подтвердил Мареев.

— В принципе, это все, что удалось узнать.

— Спасибо, Антон. Про дом не забудь!

— Обижаете, шеф! Как найду что-то — позвоню. Мила Васильевна, был рад вас видеть.

Мила помахала рукой.

— Будь там поосторожнее, — предупредил Федор подчиненного и сбросил вызов. Он открыл электронную почту, быстро пробежал взглядом по списку фамилий и адресов, присланному Антоном. — А дельце-то становится все занятнее!

— Нужно обойти бывших работников и поговорить с ними. Может, кто-то знает, что происходило в то время на заводе. Если проводились какие-то эксперименты, то их трудно скрыть от абсолютно всех людей, кто-то что-то обязательно заметит.

— Даже если и знает, то вряд ли расскажет, — вздохнул Мареев. — Если там действительно происходило что-то серьезное, то наверняка всем работникам давали подписывать документ о неразглашении.

— Но поговорить-то не помешает, чем черт не шутит, — стояла на своем Мила. — За завтраком расскажем Давиду, что узнали. — Федор кивнул. — Ладно, я пойду. Поздно уже, а ты целый день за рулем. — Мила поднялась с кровати и пошла к двери. Федор последовал за ней. На пороге Мила обернулась, улыбнулась. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — улыбнулся ей Федор. Он закрыл дверь, и Ардо услышала, как щелкнул замок.

Мила уже собиралась нажать на ручку своей двери, когда светильники на стенах замигали и откуда-то повеяло прохладой. Будто кто-то открыл окно и впустил морозный воздух.

И нет, у Милы даже мысли не мелькнуло, что ей показалось. Она помнила подобное: так же становилось холодно при появлении призраков. Воспоминания о встречах с ними вызвали у нее нехорошие ассоциации, и Ардо занервничала, готовая бежать к Давиду и просить помощи, ведь он специалист по загробному миру. Но она и с места двинуться не успела: «светомузыка» прекратилась, а ощущение могильного холода исчезло.

Мила облегченно выдохнула. И краем глаза заметила движение на лестнице. Резко обернувшись, она увидела, как последнюю ступеньку переступает молодая женщина. Погруженная в свои мысли, та неторопливо пошла по коридору.

Женщина, видимо, ощутив взгляд, подняла голову и удивленно выгнула бровь. А подойдя, остановилась у двери напротив номера Милы.

— Все хорошо? — спросила незнакомка.

Мила тут же мысленно себя одернула. Да что с ней происходит? Разве можно так бесцеремонно рассматривать людей?

— Простите, задумалась, — пожала плечами Ардо.

— Бывает. — Незнакомка нахмурилась и указала на дверь номера Милы. — А вы тут живете?

— Да. А что?

— Просто еще с утра здесь жил мой коллега, — пояснила женщина и тихо, беседуя сама с собой, пробормотала: — Странно, на два дня раньше, что ли, уехал? Почему мне не сказал?

— Коллега? А вы давно уже здесь живете? — поинтересовалась Мила.

— Я приехала неделю назад. А мои коллеги — да, давно. У нас контракт с одной фирмой. А вы?

— Я тоже приехала по работе. Журналист.

— Планируете писать статью о городе?

— Ага.

Между ними повисла пауза.

— Что ж, — снова заговорила незнакомка, — хорошего вам вечера. Меня, кстати, Ира зовут.

— Мила. Очень приятно.

— Да, мне тоже. Ну, позже увидимся.

Ирина улыбнулась и, отперев замок ключом, скрылась в номере. Мила постояла немного, осматривая коридор, и тоже юркнула в свою комнату.

Давид

Из колонок тихо звучала старая поп-музыка. Пахло едой, копченостями и сладкими духами. Посетитель за одним из столиков пролил бокал с напитком, и теперь к запахам добавился противный пивной, но никого из присутствующих это не смущало. Зал был набит битком, не осталось мест даже у барной стойки. Улицы этого маленького города вечером пустовали, а вот кафе-бар, наоборот, пользовался бешеной популярностью.

Устало вздохнув, Давид посмотрел на остывшую жидкость в кружке. Это уже вторая порция, которую он заказал за прошедший час, и в ней остался последний глоток кофе.

Давид проводил взглядом нового посетителя, протиснувшегося к барной стойке, и допил кофе. Затем положил купюру на столешницу, поднялся со стула и пошел на выход. Он не просто так ушел из гостиницы. Ему требовалось проветрить голову, а то мозги забились всякой ерундой. И Давид толком не знал, кто в этом виноват: призраки, стекающиеся к нему со всего города в надежде быть услышанными, или Мила. В последнее время, если та находилась рядом, он ни о чем не мог думать, кроме нее. А ему нужно было отключиться от посторонних мыслей и наконец-то приступить к работе. Иначе какой смысл в его приезде сюда?

На улице Давид поморщился от прохладного ветра и, застегнув куртку, прогулочным шагом пошел к гостинице.

После возвращения из поездки на завод он еще раз попытался настроиться и выманить призраков, но безуспешно: те молчали. И почему так происходило, Давид не понимал, подобное с ним до сих пор не случалось. Вот за стенами гостиницы привидения вели себя как обычно: все без исключения стремились пообщаться. Жаль, дельного они ничего не знали. Не могли что-то поведать и призраки его рода, с которыми он всегда работал.

И от того, что ничего не получается, Давид чувствовал себя неполноценным. Он настолько сросся с магией, что если она отказывала, а это происходило крайне редко, его охватывало чувство утраты. Словно ему отрезали руку, лишив нормального существования.

По пути до гостиницы он наметил в голове план действий на завтра. Прежде всего, нужно выяснить у Федора, узнал ли его подчиненный что-то о заводе, а после — наведаться в архив и «храм знаний». Как ни парадоксально звучит, но порой в библиотечных книгах полезной информации гораздо больше, чем в интернете.

Войдя в холл гостиницы, Давид остановился и осмотрелся. Пустующее помещение утопало в сумраке: основной свет не горел, работали лишь неяркие настенные светильники. Давид не спеша поднялся по лестнице и уже занес ногу над последней ступенькой, когда ощутил шлейф смерти. Кожи коснулся ледяной воздух.

Это были призраки, много призраков. Ими буквально кишел недлинный коридор второго этажа, Давид словно очутился на кладбище. Это казалось странным: днем призраки появились только на его призыв, сейчас же они мельтешили множеством безмолвных сгустков.

Давид сделал пасс, произнес слова заклинания, закрываясь магическим щитом от потустороннего мира, и спокойно возобновил движение. С этого момента привидения не видели его, а он — их.

Возле двери комнаты Милы он на мгновение замер. Захотелось постучаться к ней и поговорить, обсудить сегодняшний день. Давид знал Ардо не так давно, но его тянуло к ней. Рядом с Милой он ощущал себя как дома: так же он чувствовал себя рядом с мамой до ее смерти. Странные, приятные и в то же время пугающие ощущения. Но Давид уже привык ни к кому не привязываться. Работа в «Око бесконечности» совсем не курорт, а терять близких всегда тяжело.

Устало вздохнув, он хотел пойти дальше, но тут его голова словно зажила своей жизнью и повернулась к двери напротив комнаты Милы. Давид шагнул в ту сторону, осмотрел коридор и приблизился к пока неизвестно чем привлекшему его номеру. Прикрыл глаза, вытянул руку и, положив ладонь на дверь, попытался почувствовать кого-нибудь внутри помещения.

Никого живого там не было, лишь очередной призрак. С одной стороны, неудивительно. Привидения есть в каждом доме, а здание гостиницы очень старое, здесь наверняка за столько лет умерло немало людей, и их души привязаны к месту смерти. Но с другой, Давида все равно что-то смущало, что-то не давало покоя. Он призвал силу рода, чтобы просканировать комнату. И в этот миг призрак испарился, будто его засосало в невидимую воронку. Номер стал ощущаться пустым.

— Странно, — пробормотал Давид.

На лестнице раздались шаги, и он поторопился к своему номеру, не желая быть застуканным. Открыл дверь и, прежде чем ее захлопнуть, взглянул, кто идет по лестнице. Это оказалась Галина. Женщина сосредоточенно смотрела на ступени, и Давид незаметно для нее скрылся в комнате.

Глава 5

Из-за неудобной подушки Мила совершенно не выспалась, и теперь у нее болела голова и ныла шея. А начавший моросить дождь и вовсе опустил настроение до отметки «отвратительно».

Встретившись утром в холле, Ардо с парнями отправились на завтрак в то же кафе, куда вчера ходили обедать. Федор передал Давиду информацию о заводе, добытую Антоном, и они решили, что Мила с Федором поедут разговаривать с бывшими работниками, а Давид наведается в местную библиотеку. На его удачу выяснилось, что в одном здании с библиотекой находится и городской архив.

По первому адресу оказался небольшой бревенчатый дом, обнесенный сетчатым забором.

— Кажется, здесь, — сделал вывод Мила, сверившись с картой в телефоне.

Припарковав автомобиль рядом с забором, они с Федором вышли на улицу. Ардо накинула капюшон куртки, спрятала руки, защищенные привычными кашемировыми перчатками, в карманы и подошла к калитке.

Из-за угла дома выскочила собачонка, принявшись лаять на незваных гостей. В окне дернулась занавеска.

— Нет звонка, — заметила Мила. — Постучим?

Правда, как достаточно громко постучать по сетчатой калитке, она представляла слабо, но этого не потребовалось. Дверь дома распахнулась, и вышла невысокая, чуть сгорбленная женщина. Она неспешно подошла к калитке, внимательно осмотрела незнакомцев. Пес при появлении хозяйки залаял еще сильнее. Женщина прикрикнула на него, и животное угомонилось, но не ушло.

— Здравствуйте! — в один голос выдали Мила и Федор.

— Ну здравствуйте, — не очень-то дружелюбно произнесла женщина. — Чего хотели?

Ардо уже догадалась, что им здесь не рады и конструктивный диалог вряд ли получится, но не сдаваться же сразу?

— Меня зовут Мила, а это мой коллега Федор. Мы журналисты.

Женщина усмехнулась.

— И что журналистам нужно от меня?

— Мы пишем статью о вашем городе и химическом заводе. Нам стало известно, что вы когда-то работали на этом заводе, и мы подумали: вдруг вы можете что-то о нем рассказать?

Мила улыбнулась женщине, но та на улыбку не ответила.

— О как! Значит, о городе и заводе пишете? Ну, тут я вам ничего особенного не скажу. Город как город, обычный. И завод обычный, как и множество других. И он уже давно не работает, если вы не в курсе.

— Да, мы знаем. А что случилось? Почему он закрылся?

Женщина раздраженно выдохнула.

— Закрылся после пожара, а что дальше случилось и почему не стали делать ремонт — не знаю. Я уволилась за полтора года до его закрытия. Если хотите что-то полезное узнать, то ищите тех, кто работал до последнего. А если на этом вопросы закончены, то я пойду. Некогда мне тут лясы с вами точить.

— Но — начала Мила. Вот только женщина молча развернулась и просто ушла, даже не попрощавшись. — И вам до свидания, — закончила Ардо тихо.

— М-да, неприятная особа, — скривился Федор. — Поехали дальше?

— Поехали.

Со следующим человеком из списка им не повезло: он умер два месяца назад. Третий и четвертый переехали, один — к дочери в другой город, куда второй — неизвестно. А вот пятый, точнее, пятая, как выяснилось из расспросов, вполне себе здравствует. К ней-то Мила с Федором и направились.

Ангелина Владимировна жила в старой пятиэтажке. Ардо и Мареев без проблем прошли в подъезд, так как домофон отсутствовал, и поднялись на второй этаж. На этот раз преимущество в разговоре Мила отдала Федору и пропустила его вперед, к входной двери.

Мареев нажал на звонок. В тишине лестничной клетки было хорошо слышно, как к двери с той стороны кто-то подошел. Щелкнул замок, дверь открылась.

— Здравствуйте! — звонким голоском выпалила девушка лет пятнадцати.

— Добрый день. — Федор обольстительно улыбнулся. Мареев умел быть обаятельным и моментально находить контакт с людьми, особенно с женщинами. Мила помнила, как все дамочки в их отделе сохли по этому мужчине. А он достался ей. — Мы ищем Ангелину Владимировну.

— Бабушку? А вы кто?

Мареев достал из кармана куртки удостоверение.

— Журналисты. Федор Игоревич и Мила Васильевна. Мы пишем статью о вашем городе и заводе. Ангелина Владимировна там работала, и мы бы хотели с ней поговорить.

— Настенька, кто пришел? — раздался позади девушки хрипловатый женский голос. Она отошла в сторону.

— Бабуль, тут журналисты по твою душу.

Мила с Федором увидели пожилую женщину, сидящую в инвалидном кресле. Женщина удивленно приподняла брови.

— Как интересно. Ну заходите.

«Журналисты» вошли в крохотную тесную прихожую, и Мареев уточнил:

— Ангелина Владимировна, не могли бы вы ответить на пару вопросов?

— А чего не ответить-то? Настюш, приготовь, пожалуйста, гостям чай. А вы раздевайтесь и проходите в комнату.

Женщина махнула себе за спину и отъехала назад, тем самым освобождая широкий дверной проем, который загораживала.

Они расположились в просторной гостиной. Настя принесла чай, угощения и ушла. Как пояснила Ангелина Владимировна — в свою комнату.

Федя, любитель поесть, тут же разлил чай по кружкам и принялся за печенье. Он, кажется, совсем забыл, зачем они сюда приехали. Миле пришлось незаметно толкнуть его в бок, напоминая истинную причину.

Откашлявшись, Мареев заговорил:

— Что вы можете рассказать о заводе?

Женщина поставила на стол кружку, из которой так и не успела отпить, и поправила очки на переносице.

— Вас интересует что-то конкретное?

— Почему он закрылся? Да, там произошел пожар, но почему не сделали ремонт и не продолжили работу? Или возгорание это не основная причина, а имелась другая, более серьезная? До две тысячи пятого года завод ведь функционировал без проблем.

— Верно, — кивнула Ангелина Владимировна. — Я работала там бухгалтером, цехов не касалась. Как сейчас помню: была среда, девятое ноября. Мы с коллегой пришли с обеда и взялись за работу. К концу декабря ожидалась крупная отправка товара, и документов к заполнению накопилось изрядно. Последний месяц года всегда сложный. — Женщина устало вздохнула и снова поправила очки. — Когда объявили об эвакуации, мы схватили свои вещи и побежали на выход. Я, кроме коридора и лестницы, ничего не видела. На улице стоял переполох, люди быстро рассаживались по автобусам, на которых нас возили из города на работу. — Ангелина Владимировна замолчала, взяла со стола кружку и отпила чая. — Знаете, я даже и не подозревала, что у нас работает столько народу. Нет, по документам цифры знала, конечно, но когда работники собрались все вместе, показалось, что их невероятно много. — Женщина вздохнула и отвернулась к окну. Она словно погрузилась в тот день, переживая все заново. — Коллега втащила меня в автобус. Вскоре он забился под завязку, и мы выехали с территории. Но те минуты, пока народ рассаживался, я смотрела на здание завода и не могла понять, что случилось. Не было огня, дыма или чего-то подобного. Казалось, все просто всполошились и в панике выбежали на улицу. Даже подумалось, что это учебная тревога. Но на следующий день мне позвонили и сказали, что завод закрыт. И все работники в один день лишились мест. Благо хоть зарплату нам выплатили.

— Так пожара не было? — нетерпеливо переспросила Мила.

— Я точно не знаю, но дыма я не заметила. Ходили слухи, что кто-то разлил ядовитое вещество в лаборатории, и там стало невозможно работать. Другие утверждали, что видели внутри здания огонь. Только вот ни пока мы грузились в автобус, ни по пути в город пожарных машин я не высмотрела. Тем не менее в газетах писали, что пожар сильно повредил корпуса, завод не подлежит восстановлению, а потому его закрыли.

— Интересно, — протянул Федор.

— Я по сей день не могу понять, что же все-таки произошло. В нашем маленьком городке слухи разносятся быстро, и все происшествия освещаются в прессе. Помню, закрылся продуктовый магазин, так про него на следующий день огромную статью написали. Ларек обнесли — под это целые полстраницы отвели. А тут — молчок, словно не хотели выносить правду на люди. Проскользнуло пару строк — мол, химзавод закрылся, — и все! Что произошло, почему, как — никакой конкретики, понимаете?!

Ангелина Владимировна замолчала, с возмущением глядя на Милу. Ардо, в задумчивости взяв из тарелочки печенье, стала неприлично его грызть, откусывая по чуть-чуть. Опомнившись, она сунула весь кругляш печенья в рот и запила чаем.

— Ангелина Владимировна, до нас также дошли кое-какие слухи, — закинул удочку Мареев. Женщина перевела взгляд на него и приготовилась внимательно слушать. — Говорят, что на заводе проводились эксперименты по созданию оборотней.

Женщина нахмурилась, непонимающе хлопнула ресницами. А затем рассмеялась.

— Ох, простите. Очень уж нелепо звучит. — Она промокнула салфеткой выступившие от смеха слезинки. — Что вы, молодой человек! Какие оборотни? Сплетни все это!

— Но слухи же не берутся на пустом месте, — возразил Мареев.

— И я вам даже скажу, откуда они пошли. На заводе сторожем работал один мужичок — Аркадий. Так-то он мужик безобидный, добрый, но любил, знаете ли, на грудь принять. Его коллега иногда жаловался: на обход территории надо идти, а Аркашка напился и спит. Ну так вот, праздник какой-то был, соответственно, сокращенный рабочий день. Все уехали, а сторожа решили выпить. И потом в таком состоянии отправились на осмотр территории. Второй сторож уже вернулся, а Аркадия все нет и нет. Напарник пошел его искать и нашел. — Женщина, усмехнувшись, покачала головой. — Тот сидел у забора, трясся всем телом, лицо белее савана, глаза огромные, испуганные. И твердил: «Волк, волк, волк».

— И что? Что было дальше? — поторопила Ангелину Владимировну Мила.

— Да ничего. — Женщина пожала плечами. — Наутро Аркадий оклемался и поведал такую историю. Шел он по территории и вдруг увидел вдали, где нет фонарей, золотое свечение. Подошел ближе — а там волк сидит размером с быка. По первости у Аркадия от страха ноги онемели, но он быстро пришел в себя и бросился бежать. Запнулся, упал. Заметил, как волк идет в его сторону, и решил притвориться мертвым, надеясь, что зверь тогда не тронет. Ну волк обнюхал его и ушел. А когда Аркадий понял, что опасность миновала, то поднял голову и увидел, как зверюга подбежала к главному корпусу, обратилась человеком и вошла в здание. Вот он эту байку потом всем и рассказывал. Через неделю после этого происшествия Аркадия уволили, а что с ним потом стало, мне доподлинно неизвестно. Слышала, вроде умер он.

Мила и Федор переглянулись.

— По-вашему, Аркадию привиделось? — задала вопрос Ардо.

Женщина скептически на нее посмотрела.

— Конечно! Пить меньше нужно, тогда мерещиться ничего не будет. А то зенки зальют — и у них то инопланетяне прилетают, то оборотни приходят.

Ангелина Владимировна укоризненно поджала губы и взяла кружку с чаем.

— И после слов одного человека, к тому же любящего выпить, все поверили, что на заводе создают оборотней? — усомнился Федор.

— Да люди еще и не в то поверят! Мало того, ходил раньше слушок, что в тридцатые годы завод именно для выведения мистических тварей и построили. И не только оборотней. Позади завода есть лес, так городские туда до сих пор не суются. Якобы живет там леший в зверином обличии, которого на заводе создали, и любого, кто в лес зайдет, он забирает себе. — Ангелина Владимировна махнула рукой и пояснила: — Как-то в один год трое в лесу пропало, вот слух и пошел.

И настолько убедительно она говорила, что Мила и Федор практически перестали сомневаться. Ну честное слово, какой оборотень? Это все обычные городские байки, чтобы пугать детишек.

— Ты не права, бабушка, — внезапно раздался со стороны дверного проема голос Насти.

Мила с Федором резко к ней обернулись, и от их любопытных взглядов девушка, смутившись, покраснела.

— О чем ты, милая? — уточнила Ангелина Владимировна.

— А как же то видео?

— Какое видео? — единодушно спросили Мила с Федором, напряженно переглянувшись.

— Все это шалости подростков, — отмахнулась пожилая женщина. — Кому-то скучно, вот и развлекаются. Чего в этом вашем фотошопе не сделаешь!

— Нет, бабуль, это не фотошоп! Все реально!

— Так что за видео? — перебил спорящих родственниц Мареев.

— Сейчас покажу! — выпалила Настя и куда-то убежала.

Вскоре она вернулась с телефоном, нашла в интернете видео и отдала телефон Федору.

Взяв гаджет, Мареев придвинулся к Миле и нажал на «плей».

Ночь, частный сектор. Асфальтированная дорога, припаркованные вдоль нее машины. Безлюдно. Из-за машины вышло животное — огромное, черное, сразу не понять, собака это или волк. Оно прошло немного, мельком обернулось. Ярко блеснули золотые глаза. Животное прошло еще десяток метров и остановилось у поворота. Шагнуло в сторону, а затем прыгнуло вперед. Фонари не горели, но свет луны позволял разглядеть, что приземлился уже человек. И хотя в темноте выделялся лишь силуэт, но это однозначно был человек, а не животное.

— А ты не скинешь мне это видео? — попросил Федор, отдавая телефон обратно Насте.

— Вы думаете, что это подделка? — спросила Мила у Ангелины Владимировны.

— Определенно! Если отдать видео специалистам, они это докажут!

— А я думаю, что оно реальное и что в нашем городе есть оборотень! — не сдавалась Настя. — Только он хороший: не кусает людей и не причиняет никому вреда! И кто знает, может он — наш сосед или один из прохожих на улице?!

— Сказочница! — фыркнула Ангелина Владимировна. — Насмотрелась фильмов, и теперь тебе всякое мерещится! — Женщина посмотрела на Милу и перевела взгляд на Федора. — Ну вы сами подумайте: какие оборотни? Это все сказки!

Мила неуверенно улыбнулась. Еще пару минут назад, слушая убедительные рассказы Ангелины Владимировны, она уже решила, что оборотень — обычные выдумки. Но после этого видео ее уверенность пошатнулась.