Единою судьбой. Плата за свободу

Уверенно расстегнул пуговицы сбоку и потянул ворот. Нам предстала очевидная истина – девушка не сама лишила себя жизни.

- Ногти! – обрадовалась я.

Если шею родственники старательно прикрыли, то руки оставили открытыми. Не потребовалось раздевать, чтобы осмотреть пальцы. Под ногтями темнели полоски высохшей крови.

- Есть, командир! – радостно доложила я.

- Уходим, - приказал Соним.

На прощание сочувственно помахала рукой ребятам. Им предстояло выдержать до смены служителей.

- Вовремя, - заметил командир, едва мы покинули душное помещение.

Из трапезной солидно, не торопясь, вышагивало семейство. Они подкрепили силы и направлялись отдать последний долг умершей родственнице. Хотя по их лицам не скажешь о сильной скорби. Скорее им не хотелось находиться в здании, где витал дух смерти.

- Теперь куда? – воодушевленно спросила я.

- Заказать молитвы о твоем здравии, - отозвался Соним.

- В смысле? – опешила, но поспешила за ним. – Я думала …

- Вистам, в молельном здании есть вода, где можно помыть руки, - как маленькой, объяснил он.

- А-а-а, - протянула, осознав истинные причины. - А я подумала, что вы обо мне заботитесь.

- Разумеется, забочусь, - согласился Соним. – За три года привык к напарнице. Не хочу ничего менять.

- Вы о себе беспокоитесь, - фыркнула в ответ.

Однако, приятного настроения не убавилось. Кусочки странного дела пока не складывались, но в них определенно прослеживалась связь. Не ясно какая, но в любом случае мы имеем два убийства, а не одно.

Именно об этом рассуждала вслух по дороге в магистратуру. Соним меня не перебивал, что придавало уверенности в правильности выводов.

- Кто еще может радоваться двойному убийству, кроме тебя? – развеселился мужчина, когда я подвела итог.

Обиженно на него взглянула. Я за дело переживаю, а он подтрунивает.

- Вистам, как себя чувствуешь? Не рано вернулась на службу? Может, тебе еще отдохнуть? – заботливо спросил начальник Муним.

- Мы сейчас осмотрели тело покойной миледи Маджин, - прервал поток вопросов Соним.

- Это … это … Это дочь семьи, которая покончила собой? – вспомнил магистрат. – Но родственники против расследования.

- Поэтому мы не стали беспокоить их дома, - поспешил успокоить его командир. – Мы провели осмотр в храме.

- Ее убили! – вклинилась в разговор, сообщая сенсационную новость.

- Чертоги богов! – выругался начальник. – Кто вас просил вмешиваться?

- Господин магистрат, в семье произошло второе убийство. Сначала задушили молодую госпожу, а потом зарезали кухарку. Серьезный повод задуматься, - произнес Соним.

- События никак не связаны! Кухарку пырнул ножом грабитель, а молодая госпожа покончила собой в доме, - упрямился начальник.

- Следы на шее говорят, что девушку задушили. Темная полоса прямая и находится в основании шеи. Такой отпечаток остается, если удавку накидывают сзади, а при самоубийстве в виде треугольника располагается под подбородком и тянется от уха до уха. Кроме того, под ногтями жертвы высохшая кровь. Она отчаянно сопротивлялась, хватаясь за руки убийцы, - кратко доложила я. - Необходимо тщательно проверить. Военный министр взял под личный контроль расследование, - напомнила, наблюдая как меняется лицо мужчины.

Негодование переросло в откровенное беспокойство.

- Верно. Что я скажу министру? – пробормотал господин Муним.

- Разрешите приступить? – официально обратился командир.

- Идите. Вечером принесите результаты! – приказал магистрат.

В «Стрекача» я задумчиво наблюдала за горожанами, идущих по улице. Их лица говорили, насколько люди заняты своими проблемами. Кто-то старался продать безделушки, другие, наоборот, торопились пройти мимо. Две женщины погибли от рук убийцы или убийц, а жизнь продолжала идти своим чередом.

- Если бы осмотрели место преступления в доме милорда Маджин, могли бы собрать больше улик. Возможно, быстрее нашли преступника, - тяжело вздохнула.

Нам остро не хватало улик и свидетелей для привязки двух преступлений. Кроме того, что молодая госпожа и кухарка Арчим из одного дома, мы никак не могли их связать. Новый опрос ничего не дал. Миледи Маджин на улице никто не встречал, не знал и не был знаком. Она никогда не приходила за покупками ни одна, ни в обществе кухарки. Даже хозяин таверны не мог ничего о ней вспомнить, кроме того, что дочь у милорда Маджина была.

- Будем исходить из того, что имеем, - постарался поддержать меня командир.

- Ну да, - былая воодушевленность закончилась под гнетом отсутствия перспективы в расследовании.

- Кажется, твое настроение скоро улучшится, - произнес Соним.

- У вас есть предложения, где поискать улики? – воспрянула духом я.

- Нет, - хмыкнул он. – Господин Стоик появился из-за поворота.

- Где?! – вскочила с места, вызвав смех у мужчины.

- Вистам какая ты непостоянная, - заметил он. – Только что вздыхала из-за отсутствия прогресса в расследовании, но при появлении на горизонте господина Стоика сразу позабыла о душегубах.

- Мое настроение всегда улучшается, если вижу красивого мужчину, - коротко обернулась к нему и вновь продолжила наблюдать за приближением Стоика.

- Он красивый? – уточнил Соним.

- Очень! – с чувством произнесла я.

- А я? – раздался неожиданный вопрос от командира.

- Вы? Причем здесь вы? – удивилась и посмотрела изумленными глазами на него.

- Меня не считаешь красивым?

- Если бы я считала вас красавчиком, разве смогла бы работать рядом? – подмигнула и переключила внимание на вошедшего в таверну мужчину. – Господин Стоик! Как поживаете?

- Стражница Вистам, слышал вы недавно пострадали, - вежливо откликнулся собеседник.

Бросила негодующий короткий взгляд на командира. Мог бы и промолчать! Зачем рассказал о похищении?

- Пустяки! – кокетливо взмахнула ручкой. – Со мной все в порядке. Сегодня приступила к службе.

- Угу. Поспешила трупы осматривать, - раздался ироничный голос за моей спиной.

Набрала побольше воздуха в грудь для возмущения, но Соним не собирался давать мне слово.

- Слышал, вы сегодня посещали дворец.

- Правда? Вы встречались с его величеством? – С восторгом спросила я.

- Мы коротко поговорили о моем положении раба в Симле, - спокойно ответил Стоик.

Между нами возникла неловкость. Расспрашивать подробности неудобно, но любопытство, каким показался государь, не позволяло распрощаться.

- Дворец красивый? – зашла с другой стороны.

- Много слуг, просторные строения, величественный тронный зал, хорошо вооруженная охрана, - безэмоционально перечислил Стоик.

- Неужели дворец вас не восхитил? – удивилась на его слова.

- Он производит впечатление.

Его ответ отбил охоту расспрашивать дальше.

- Сдашь экзамены на повышение и у тебя будет шанс посмотреть на дворец, - постарался успокоить командир.

- Верно! – оживилась я.

- Его величество в здравии? – спросил Соним.

В его голосе послышалась странная нотка заинтересованности. Никогда бы не подумала, что он будет беспокоиться о короле страны, в которой не родился.

- Вполне, - отозвался Стоик. – Его величество проявил доброту и участие к моему рабству. Мне показалось, он искренне переживает об участи людей, отданных в счет дани.

Я печально опустила голову. За прошедшие годы ни разу не получила весточки от родителей. Никто не мог рассказать об их судьбе. Где они? Живы ли? Сыты? Хорошо с ними обращаются? Вопросы не получали ответы, отчего на душе становилось тоскливее.

- Вистам осталась без родителей из-за дани, - произнес Соним.

- Сочувствую, - в голосе Стоика прозвучало искренне участие.

- Наверное, поэтому Вистам отдает вам предпочтение, - продолжил командир.

- Нет! – вспыхнула я.

- Разве? Мне казалось, ты считаешь господина Стоика настоящим красавцем, - на его губах играла провокационная улыбка.

- Я сказала, что господин Стоик внешностью гораздо интереснее вас! – выдохнула возмущенно. – Не обращайте на его слова внимания, господин Стоик.

- Прислушаюсь к вашему совету, - он холодно раскланялся и ушел.

- Командир, зачем вы заговорили об этом? – развернулась и решила выплеснуть негодование на виновника.

Стоик

Визит к королю произошел раньше, чем планировалось. Однако повод оказался благоприятным. Случайность позволила ему оказать помощь принцу, и тот в порыве благодарности решил закрепить отношения. Стоик стоял у окна своей комнаты и рассеянным взглядом следил за толпой. Горожане сновали вдоль улицы, заходили в лавки, торговались или просто беседовали, встретив знакомых. Его не занимали их проблемы, думы молодого мужчины направлены на королевскую семью. Именно она его настоящая цель. Милорд Хваин поставил четкую задачу, следовало основательно продумать следующий шаг.

Перебирая варианты, он не отвлекался. Неожиданно мысль рассуждений сбилась. Стоик некоторое время пытался вернуть себе настрой, но какая-то деталь беспокоила.

- Странно, - мысленно произнес он.

Стоик тряхнул головой и снова сосредоточился. Милорд Хваин разработал хитроумный план, оставив место для принятия решения по обстоятельствам. Если встреча состоялась, должен ли он …

Снова какой-то смутный момент отвлек его внимание. Стоик сконцентрировался на объекте, отвлекшем от рассуждений. Женщина. Молодая, хорошо сложенная, одета, как средней руки горожанка. Она шла нервной походкой, опасливо озираясь по сторонам.

Понаблюдав за ней, Стоик вспомнил, где ее видел, и понял, кто отвлек его первым. Высокий мужчина немного ранее прошел по улице. Одежда ремесленника не вязалась с чистым лицом и уверенным взглядом. Рабочий смотрит иначе, словно зависимость от хозяина вытравливает из него самостоятельность. Переодетый воин? По хорошо сложенной фигуре можно сделать такое предположение.

Девушка в простом платье и мужчина ремесленник. Несколько дней назад Стоик случайно стал свидетелем их разговора, когда с помощью магии обследовал таверну. Необходимо было удостовериться в надежности выбранного жилища. Именно тогда он услышал обрывок разговора:

- Госпожа умерла. Я сделала, как вы велели.

- Ни у кого не возникло подозрений?

- Я сообщила, что первая нашла госпожу и сняла ее из петли.

- Хорошо.

Обсуждение убийства заставило Стоика остановиться и прислушаться дальше. Но пара прекратила разговор и покинула комнату. Некоторое время он раздумывал, принесут ли ему проблемы люди, убившие госпожу? После принял решение, что преступники никакого отношения к нему не имеют, а значит, о них можно позабыть.

Сейчас он во второй раз увидел мужчину и женщину, совершивших убийство. Привычка отслеживать ситуацию и держать под контролем окружение подала сигнал о нахождении людей, совершивших преступление.

Некоторое время Стоик раздумывал, а потом утвердился в необходимости проверить подозрительных людей.

Распавшись черным туманом, он вошел в стену и начал искать место, где должны находиться преступники. Мужчина и женщина нашлись сразу. Они оплатили комнату на одном с ним этаже. Неожиданностью оказалось, что собеседников трое.

- Сегодня с ней прощаются, - сообщила девушка.

Вблизи она выглядела лет на двадцать. Грубоватые черты лица, натруженные руки выдавали в ней работающую женщину. Чистые волосы убраны в пучок на затылке, опрятная одежда говорили, что живет она в хороших условиях.

- Родные сильно переживают? – вопрос задала вторая собеседница.

Она казалась ровесницей первой, но ее лицо отличалось аристократичной красотой. Мягкий овал лица, пушистые ресницы обрамляли большие выразительные глаза, тонкий прямой носик и забавно вздернутая верхняя губа придавали ее лицу очарования.

- Скорее они переживают о несостоявшемся браке. Все разговоры об упущенной выгоде, - хохотнула первая собеседница.

- Как идет расследование? – спросил мужчина.

- Господин не пускает в дом стражников, - отозвалась она же.

- Никто не пытался расспросить слуг вне дома?

- Я о таком не слышала. Меня точно никто на улице не ждал.

- А мама? – в разговор вновь вступила вторая собеседница.

- Поплакала немного. Лекарь прописал ей успокоительных порошков. Сейчас в порядке.

Некоторое время они молчали. Стоик собирался уходить, решив, что разговор закончен, но неожиданно заговорила первая собеседница.

- Господин, не знаю, важно это или нет …

- Говори, - разрешил тот.

- Портниха перешивала свадебное платье для похорон, - произнесла девушка и испуганным взглядом осмотрела собеседников.

- В чем проблема? – сурово потребовал ответа мужчина.

- Она несколько раз удивлялась, что размеры госпожи изменились.

- А ты?

- Я сказала, что госпожа перед свадьбой похудела из-за переживаний, а она возразила, что руки не могли стать короче и обхват шеи меньше. Про шею я, понятное дело, напомнила про петлю, а вот руки ей покоя не давали.

- Ясно. Можешь идти, - немного помолчав, мужчина отпустил девушку.

Когда за ней закрылась дверь, оставшаяся пара долго молчала.

- Считаешь, она представляет опасность? – спросил мужчина.

- Портниха забудет о руках, если у нее начнутся проблемы, - задумчиво отозвалась женщина.

- Скорей всего, - подумав, согласился с ней собеседник.

Стоик покинул комнату, удостоверившись, что их интересы с его никак не пересекаются.

Глава 10

Стоик

- Как я довезу новорожденного? – возмущался мужчина.

- Нам не хватает людей, - его собеседник коротко взглянул на сверток, в котором копошился ребенок. – Мы отдадим указанное количество и не придется задерживаться в Аграле.

- Видно, что у тебя нет детей и ты не понимаешь, о чем говоришь, - сердито рыкнул мужчина. – Младенцу требуется грудное молоко. Где мы его возьмем в дороге?

- Не страшно. Поручим его женщинам. Они справятся. Наверняка среди них есть матери, - нашел выход из ситуации второй.

Сборщик дани некоторое время недовольно смотрел на ребенка, терпеливо ожидающего решения своей судьбы. Он смотрел на мир слегка раскосыми глазками, крохотные пальчики сжались в кулачки. Забавный носик и алый ротик придавали ему сходство с небесным божеством. Пеленками ему служила женская юбка из шелка, расшитая чудесными птицами.

- Его отдали из дома утешительниц? – после продолжительного раздумья спросил сборщик дани.

- Скорей всего, - посмотрев на ткань, согласился с ним собеседник.

- Ладно. Заберем. Действительно мы задержались. Аграл с каждым годом становится беднее, хорошего раба трудно найти. Дом утешительниц навещают аристократы, значит, ребенок родился здоровым. Если выживет во время пути, пристрою его в дом, где он вырастит послушным, - принял решение сборщик дани.

Помощник вышел из комнаты во двор и дал знак рукой женщине, прятавшейся в темноте. Она правильно поняла его, поклонилась и почти бегом покинула проклятое место, где собирали дань с королевства Аграл. Она удостоверилась, что ребенка заберут в Симлу, и о его местонахождении никто не узнает и поторопилась доложить тому, кто приказал избавиться от новорожденного.

Мужчина прошел за дом, где в нескольких комнатах томились будущие рабы. Поздним вечером несколько факелов освещали узкое пространство между двумя рядами дощатых без окон клетей. Он отодвинул засов и заглянул внутрь. Измученные ожиданием, люди спали на соломе, служившей им постелью. Кто-то одиноко свернулся калачиком, прижав к себе скудный скарб, другие старались согреть друг друга.

Сборщик дани присмотрелся и выбрал молодую женщину. Забирая ее из семьи, он заметил нескольких детей с испачканными от слез щеками. Он не стал церемониться и пнул носком сапога. Женщина вскочила сразу и испугано осмотрелась.

- Иди сюда, - приказал мужчина.

Она пыталась возразить, но сборщик дани не обращал внимания на ее слова. Грубо толкнул в комнату, где начал беспокойно попискивать ребенок, и указал на сверток, лежащий на столе.

- Забери его. Если умрет, умрешь и ты. Поняла? – предупредил мужчина и погрозил перед лицом испуганной женщины плетью.

- Да, господин, - торопливо закивала она и взяла на руки ребенка. Взглянув на личико, подняла потрясенный взгляд на мужчину. – Новорожденный.

- И что?

- Его необходимо обмыть. Господин, дайте немного воды, - робко попросила женщина.

- Зачем? – удивился тот.

- Хм. Ничего не смыслишь в детях, - вступил в разговор сборщик дани.

- На нем кровь. И пуповину необходимо перевязать, ее лишь грубо обрезали, - пояснила она.

Мужчины переглянулись. Приняв решение, они взяли на себя обузу. Но теперь необходимо как-то решить проблему.

- Делай, что нужно. Воду возьми в колодце, - раздраженно приказал второй сборщик дани.

Караван с людьми отправился в путь ранним утром. Несколько недель они шли по дороге, соединяющей столицы. Приемная мать старалась ради младенца и ради себя. Другие женщины по возможности помогали, но, когда они прибыли в Симлу, от усталости будущие рабы не могли ни о чем думать, кроме как о куске хлеба и отдыхе.

На следующее утро сборщики дани вручили подробный отчет начальству. Несколько дней приходили желающие приобрести рабов. Кто-то искал работника или прислугу, другие разглядывали женщин, присматривая для себя наложницу. Женщину с ребенком никто не хотел брать, поэтому, когда пришли покупатели, сборщики дани забрали малыша. Непривычные руки держали сверток неловко, отчего сердце приемной матери волновалось. За время пути она успела привыкнуть к сироте.

- Что у тебя в руках? – грубо спросил покупатель, заметив ношу у сборщика.

Мужчина походил на мелкого купца, который не в состоянии приобрести здорового раба. Сборщик воодушевился.

- Ребенок. Продается недорого.

- Прежде, чем он станет работником, его надо вырастить. Кому он нужен? Только остальных отвлекать, - недовольно дернул головой покупатель.

- Была бы девочка, могли бы продать в дом утешительниц. С мальцом непонятно, что делать, - согласился с ним сборщик.

- Про утешительниц хорошая мысль, - неожиданно оживился собеседник.

- О чем вы? – переспросил сборщик.

- Предложи ребенка утешительницам. Женщины смогут его вырастить, - посоветовал покупатель.

Сборщики переглянулись, оценив совет, и отправились в город, прихватив мальчика, во второй раз потерявшего мать. Они оставили дела на младшего помощника, мельком взглянув на покупателей, приценивающихся к рабам.