Жизнь и быт московских государей

За новыми делами всегда следуют старые проблемы, которые сразу навалились на князя Даниила. Первым появился ордынский баскак, направленный Ордой для наблюдения за своевременным и полным сбором дани. Выросший на владимирским столе молодой московский государь предпочитал противостоянию мирные и конструктивные договоры.

Необходимо было срочно решать множество вопросов, в том числе проблему благочестия. Помня заповеди предков: «Прежде всего Бога ради и для души своей имейте страх Божий в сердце своем и милостыню подавайте щедрую, ибо это начало всякого добра…» Государь московский Даниил повелел подле своего дворца в 1272 году построить деревянную церковь во имя Преображения Господня под сенью дремучего бора (собор Спаса на Бору).

Не только духовные, но и практические цели безопасности княжества подвигли Даниила заложить за свой счет в 1282 году на Ордынской (Серпуховской) дороге, ведущей из Орды в Москву, монастырь-крепость. Монастырь поставили на холме у слияния небольшой реки Худинец и широкой Москвы-реки. Обрывистые берега защищали его с севера, юга и востока. С запада охранял дремучий бор и непроходимые болота. Монастырь стал первым в Московском княжестве передовым форпостом на подступах к Кремлю. Храм был посвящен преподобному Даниилу Столпнику – небесному покровителю князя. Игумен монастыря был возведен в сан митрополита. Князь любил посещать его в великие праздники и во время поездок по своим владениям. Во время набега в 1293 году отряда хана Дюденя монастырь был разграблен и сожжен. Князь Даниил помог братии быстро восстановить обитель.

С благословения Нового сарая, заботясь о пастырях православной веры, московский государь заложил на Рязанской дороге в Крутицком урочище подворье-монастырь для сарайских православных епископов и их послушников, путешествующих в северные епархии. Место князь выбрал удачно, на «Крутицах» – высокой круче, основание которой в глубоких оврагах омывали две речки: «Сара» и «Прудон». Монастырь заботами князя постепенно расширялся, обустраивался и со временем стал вторым передовым форпостом Москвы.

Москва вокруг Кремля строилась и увеличивалась, растущее количество православных нуждалось в большем числе церковных приходов. Для городских прихожан Даниил Александрович построил деревянную церковь во имя Святого Архангела Михаила, которого с древних времен русские князья почитали своим заступником. Храм Михаила Архангела в Кремле стал усыпальницей представителей княжеского рода. Первым здесь был захоронен сын Даниила Александровича наследник Юрий Данилович.

Так в хозяйских хлопотах и заботах о расширении владений Даниил Александрович проводил начало правления.

Как рачительный хозяин, князь Даниил постоянно следил за порядком в своих владениях. Ежегодно летом и зимой князь в сопровождении дружинников объезжал подвластные ему земли. Он преследовал нарушителей закона и вершил праведный суд. С древних времен эта обязанность лежала тяжким и почетным бременем на государях, обладавших, по мнению народа, даром божественного предвидения.

Со времен Киевской Руси для отправления правосудия существовал свод законов, впоследствии названный «Русской Правдой». Российский историк Н. М. Карамзин в классической работе «История государства Российского» досконально описал древние документы, посвященные законам и порядку, по которым вершился суд во времена великих князей. Правила общежития были просты и передавались в народе с традициями и нормами христианского быта, например: «Когда на Двор Княжеский придет истец, окровавленный или в синих пятнах, то ему не нужно представлять иного свидетельства; а ежели нет знаков, то представляет очевидцев драки, и виновник ее платит 60 кун. Ежели истец будет окровавлен, а свидетели покажут, что он сам начал драку, то ему нет удовлетворения».

Суд во времена «Русской правды». Художник И. Я. Билибин

Суду князя подлежали все жители его владений, включая рабов. Закон никак не ограничивал возраст преступников, но скорее всего это как-то учитывалось. Наиболее распространенным наказанием за тяжкие преступления, такие как убийство, была вира – штраф, поступавший в княжескую казну. Это давало определенные гарантии безопасности личности, поскольку величина штрафа была весьма существенной.

«Кто убьет человека, тому родственники убитого мстят за смерть смертию; а когда не будет мстителей, то с убийцы взыскать деньгами в Казну: за голову Боярина Княжеского, Тиуна Огнищан, или граждан именитых, и Тиуна Конюшего – 80 гривен или двойную Виру; за Княжеского Отрока или Гридня, повара, конюха, купца, Тиуна и Мечника Боярского, за всякого Людина, то есть свободного человека, Русского (Варяжского племени) или Славянина – 40 гривен или Виру, а за убиение жены полвиры. За раба нет Виры; но кто убил его безвинно, должен платить господину так называемый урок, или цену убитого: за Тиуна сельского или старосту Княжеского и Боярского, за ремесленника, дядьку или пестуна, и за кормилицу 12 гривен, за простого холопа Боярского и Людского 5 гривен, за рабу шесть гривен, и сверх того в Казну 12 гривен продажи, дани или пени» [Карамзин. История государства Российского]. Самыми тяжкими преступлениями были разбой, поджог и конокрадство, за это суд мог лишить преступника не только всего имущества, но и отдать всю его семью в рабство.

Закон допускал безнаказанное убийство вора: «Всякий имеет право убить ночного татя на воровстве; а кто продержит его связанного до света, тот обязан идти с ним на Княжеский Двор. Убиение татя взятого и связанного есть преступление, и виновный платит в Казну 12 гривен. Тать коневый выдается головою Князю и теряет все права гражданские, вольность и собственность». Так высоко ценился конь, верный слуга человеку на войне и мирном труде!

Государей всех времен заботили расширение и безопасность родовых владений. Несмотря на то что Даниил Московский был достаточно миролюбив и по возможности старался решить свои территориальные проблемы мирным путем, он не мог избежать участия в междоусобной борьбе русских князей. В 1282 году он вместе с тверским князем Святославом Ярославичем и новгородцами участвовал в походе на Переяславль, находившийся во владении великого князя Дмитрия Александровича Переяславского. Именно в этом году новгородский летописец зафиксировал один из эпизодов междоусобной борьбы на Руси: «…идоша новгородци на Дмитриа к Переяславлю, и Святославъ со тферици, и Данило Олександрович с москвици; Дмитрии же изыде противу плъкомъ со всею силою своею и ста въ Дмитрове».

Спустя десять лет на московский удел Даниила Александровича обрушилась страшная беда. Началась она с событий, к которым Москва, казалось, не имела ни малейшего отношения. В 1293 году несколько русских князей поехали в Орду жаловаться на великого князя Дмитрия Александровича. Это дало повод хану Техты устроить разгром земель не только великого князя, но и его союзников. Возглавил поход на Русь брат хана Тудан, которого русские назвали Дюденем. По существу, это было новое нашествие, сравнимое с нашествием Бату. Монголами было разгромлено 14 городов Северо-Восточной Руси. После того как татары захватили и разграбили Суздаль, Владимир, Юрьев-Польский, они направились к Переяславлю, где пребывал князь Дмитрий. Поскольку многие переяславцы бежали в сторону Москвы, преследуя их, монголы «поидоша къ Москве, и московскаго Данила обольстиша, и тако въехаша въ Москву, и сотвориша тако же, яко же и Суждалю, и Володимерю, и прочимъ городомъ, и взяша Москву всю и волости, и села». Это случилось через 55 лет после взятия Москвы воинами хана Батыя.

В граничивших с московским уделом рязанских землях пролегал кратчайший путь из Москвы в Орду. Даниил Александрович был заинтересован в том, чтобы на рязанском столе сидели надежные соседи. В 1300 году Даниил Александрович вместе с войском вторгся в рязанские земли, разбил под Переяславлем-Рязанским и захватил рязанского князя Константина в плен. В результате Коломна, ключ к рязанским землям, перешла к московскому князю. К Даниилу Александровичу, очевидно, хорошо относились в Орде, поскольку помогли без особого шума в 1302 году овладеть Переяславлем, который перед смертью завещал ему бездетный князь переяславский Иван Дмитриевич.

Из различных летописных источников можно понять, что князь Даниил Александрович был независимый, незаурядный и могущественный правитель, имевший влияние в Северо-Восточной Руси. Во время его правления была обновлена московская крепость – Кремль. На его территории и вокруг происходит интенсивное строительство. Внутри крепостной стены на Боровицком холме строятся первые княжеские хоромы. Они служат не только для жилья княжеской семьи, но и постоянной резиденцией Даниила Московского. Дворец великого князя Даниила Александровича располагался недалеко от нынешних Боровицких ворот. Княжеские хоромы стали первым в Москве официальным местом для приемов гостей и послов иностранных государей.

Даниил Московский. Из «Титулярника». 1672 г.

Кремль стал хранителем русских святынь, главных православных храмов и церквей. На долгие века он становится местом пребывания русских государей и царской резиденцией. По словам Н. М. Карамзина, «Даниил Александрович первый возвеличил достоинство Владетелей Московских, оставив по себе долговременную память князя доброго, справедливого, благоразумного, приготовив Москву заступить место Владимира». Даниила Александровича по праву считают родоначальником династии московских князей.

Даниил Александрович Московский скончался 5 марта 1303 года, незадолго до кончины он принял монашеский постриг. Похоронен он был в Даниловом монастыре как простой монах на общем монастырском кладбище. Со временем монастырь обезлюдел. Была забыта даже могила первого московского князя. Места, где находился Данилов монастырь, стали заповедными угодьями великокняжеской охоты. Только молодой Иоанн III приказал восстановить Даниловский монастырь и выстроить здесь каменную церковь. Каждый год в день кончины Даниила Александровича вместе с митрополитом и духовенством царь приходил на его могилу и служил панихиду. На его могиле стали происходить чудеса.

Итогом правления князя Даниила Московского было начало возвышения Москвы как центра русских земель, успешно продолженное его преемниками.

Продолжая политику, направленную на объединение русских княжеств вокруг Москвы, московские князья скупали земли пограничных княжеств или приобретали их силой.

Глава 2. Юрий III Данилович, князь Московский, великий князь Владимирский (ум. 1325)

Наследником московских владений стал старший сын Даниила Александровича Юрий Данилович. В год смерти отца ему было около 22 лет. Его отличали: физическая сила, воинственность, авантюризм и целеустремленность.

При Юрии Даниловиче Московское княжество продолжало быстро расти. Его владения распространялись от Можайска до Коломны по течению Москвы-реки. Юрием Даниловичем была заложена крепость Орешек (нынешний Шлиссельбург). В борьбе за велико-княжеский стол он неоднократно посещал Золотую Орду, где пользовался благосклонностью хана. Юрий Данилович, как известно, первым из московских князей получил ярлык на Великое княжение Владимирское. Но после жалоб на утаивание дани рассерженный хан передал ярлык на Великое княжение Владимирское Дмитрию Михайловичу Грозные Очи, сыну убитого тверского князя.

Юрий III и Иван Калита на великокняжеском престоле после смерти Даниила Московского. Средневековая книжная миниатюра

Во время очередной поездки в Орду, накануне дня памяти отца, 21 ноября 1325 года в день Введения во храм Пресвятой Богородицы, великий князь Дмитрий Грозные Очи повстречал Юрия недалеко от сарайского кафедрального храма. Дмитрий предъявил обвинения в присвоении денег, взятых с тверских князей, и, припомнив все обиды, убил его. Спустя некоторое время по приказу хана Дмитрия Грозные Очи казнили.

Тело Юрия Даниловича было погребено в деревянном соборе св. Архангела Михаила в Московском Кремле.

Московский стол перешел к младшему брату Юрия, Ивану, по прозванию Калита (данным за то, что всегда носил с собой кошелек с мелкими деньгами для раздачи милостыни).

Старший брат Юрий безоговорочно доверял Ивану, сделав его своим соправителем еще во время своего княжения. В периоды пребывания старшего брата в Орде на Иване целиком лежала задача управления Москвой.

Глава 3. Иван I Данилович Калита (ок. 1283 г. – 1340). Великий князь Московский в 1325–1340 гг. Великий князь Владимирский в 1328–1340 гг. Князь Новгородский в 1328–1337 гг.

Когда князь Иван стал венчанным государем московских владений, он был солидным женатым человеком и имел детей. В 1320 году Иван Данилович посетил Орду, где, ознакомившись с восточными традициями и нравами, быстро впитал правила общения с ордынской знатью. Прожив около полутора лет при дворе Узбека, Иван I Калита стал там своим человеком. Во время частых отлучек своего брата на поле брани или в Орду он приобрел хороший опыт правления в унаследованной московской отчине. Князь правил спокойно, дипломатично, предпочитая договариваться, а не применять силу.

Уже после убийства Юрия, во время одной из своих поездок в Орду, Иван Данилович смог добиться от Узбека разрешения личного сбора дани со всех русских земель. Ханские баскаки не могли подвергать их грабежам, поскольку не имели на то разрешения правителей Орды.

Великий князь Иоанн Данилович Калита. Художник В. П. Верещагин

Такая привилегия использовалась московским князем для постепенного подчинения окружающих княжеств. Московия при Иване Калите быстро расширялась. Уделы превращались в простые вотчины. Удельные князья переставали быть государями в своих владениях и становились подданными великого московского князя. Они не могли вести самостоятельную внутреннюю и внешнюю политику.

Большое значение для становления Москвы как центра русских земель имел переезд в 1325 году митрополита Петра и перевод митрополичьей кафедры из Владимира в Кремль. Во время своих переездов по Руси митрополит Петр сошелся с Иваном Калитой и, проживая подолгу в Москве, заботился об украшении ее храмов. Святитель Петр 4 августа 1325 года собственноручно заложил первую каменную церковь Успения Богородицы (Успенский собор) в Кремле. По мысли митрополита Петра храм этот должен был сделаться главным на Руси и перенести на нее благословение, которое когда-то давал Владимиру Успенский собор. Близ жертвенника Петр выбрал место и для своего упокоения. Незадолго до своей кончины святитель сказал Ивану, что Москва будет выше других городов. В ней будут пребывать святители, и враги разобьются об ее стены. В декабре 1326 года митрополит Петр скончался. В том же году митрополит Петр был похоронен в еще недостроенном Успенском соборе. В 1329 году к церкви пристроили придельный каменный храм Поклонения веригам апостола Петра. Успенская церковь стала усыпальницей митрополитов всея Руси. Позднее в Успенском соборе венчались на царство русские государи, даже в то время, когда столицей империи стал Петербург.

Следующий митрополит, Феогност, и его преемники окончательно сделали Кремль своим местопребыванием. С тех пор Москва остается центром Русской православной церкви.

В 1327 году тверской князь Александр Михайлович принял участие в народном восстании, когда убили татарского посла Чолкана и всю его свиту. Московский князь участвовал в подавлении смуты, чем завоевал большое доверие хана Узбека. Опальный тверской князь, на которого ордынский владыка «рыкаше аки лев», бежал в Псков, а затем ушел в Литву. В награду Иван I Данилович в 1328 году получил ярлык на великое княжение, отныне московские правители стали именоваться великими князьями московскими и владимирскими.

В честь благополучного разрешения кризисной ситуации, грозившей новым татарским нашествием, Иван Данилович исполнил данный Господу обет и в 1329 году возвел каменную церковь-колокольню покровителю иноков Иоанну Лествичнику (ставшую основой для будущей колокольни Ивана Великого). Позднее, в 1333 году, был возведен Архангельский собор. Три каменных храма образовали Соборную площадь. В княжение Ивана Калиты был также построен каменный храм Спаса на Бору.

Народное восстание против татар в Твери. 1327. Лицевой летописный свод

Только после окончания постройки всех храмов становится на очередь расширение территории крепости. В правление Ивана Калиты (в 1339–1340 годах) был выстроен дубовый Кремль, защищавший не только центр прежнего города, но и посад за его пределами. В летописи 1339 года сказано, что великий князь Иван Данилович построил в Москве за пять месяцев «град дубов… месяца ноября в 5 день… замыслиша и заложиша рубити град Москву, а кончаша тое же зимы в весну, в великое говение».

Стены строились из векового дуба, диаметр бревен достигал семидесяти сантиметров. Периметр стен новой крепости составлял 780 саженей (1670 м) и охватывал не только вновь построенные белокаменные храмы, но значительную часть восточного склона. Расширение территории шло в напольную сторону к территории современной Красной площади. Вдоль восточной стены кремлевского треугольника был вырыт глубокий ров. Дубовая крепость на Боровицком холме впервые обозначается как Кремль в Воскресенской летописи за 1331 год. Свой терем Иван Калита отстроил заново. Великокняжеский двор занимал господствующее положение над всей московской окрестностью. Он находился примерно в том месте, где сейчас стоит Большой Кремлевский дворец.

Для развития любого города необходимы мир, безопасность торговли и его жителей. Князь Иван вел постоянную, беспощадную борьбу с разбойниками и ворами и сделал дороги в Москву относительно безопасными для купцов. Бояре следили за исполнением государевой городской повинности, и жители государства гатили и мостили дороги, строили сторожки и крепости. Со всех сторон Москва наполнялась торговцами и ремесленниками. Многие бояре оставляли своих князей и переходили на службу к московскому князю, получая от него земли, следом за боярами шли и вольные люди. Всех переселенцев Иван Калита умел приветить и использовать по их наклонностям для общего дела. В Москве шла оживленная торговля, на которую съезжались купцы с Востока и Запада. Это давало немалые доходы великому князю. Вокруг Кремля ширились посадские поселения. Сам город застраивался боярскими дворами и придворными службами. Крестьян и мастеровой люд привлекала веселая городская жизнь. Людям хотелось красиво одеваться. Вместо лыковых лаптей носить кожаную обувь. Дарить своим возлюбленным яркие стеклянные бусы и браслеты. Они хотели быть похожими на знатных бояр и богатых купцов. Бедные и богатые горожане одевались примерно одинаково. Только бояре шили свои одежды из тонкого заморского сукна, шелка, бархата и парчи, а посадские люди одевались в материи, которые делали местные ремесленники – льняное полотно, холст и сермягу – сукно грубой шерсти.

Для большинства были недоступны даже сравнительно дешевые привозные ткани: кумач, бязь, миткаль.

Мужчины носили рубахи и порты. Рубаха была широкая, но не доходившая до колен, с длинными рукавами, круглым вырезом и разрезом у ворота. Ворот и манжеты обшивали полоской цветной материи. Для прочности на плечах, груди и спине материю подшивали в два слоя.

Дорогие праздничные рубахи, которые носила знать, изготавливались из хорошо выделанного холста или шелка, украшались по краям и на груди золотой и шелковой вышивкой. Чаше всего они были красного цвета. К вырезу для шеи серебряными или золотыми пуговицами пристегивалось богато украшенное жемчугом ожерелье, своего рода съемный воротник. Рубахи для повседневной носки были более скромными и дешевыми. Такую рубаху носили поверх исподнего белья и подпоясывали кожаным или шерстяным плетеным поясом.

Пояс в Древней Руси был обязательной принадлежностью костюма любого уважающего себя человека. По древним поверьям, пояс охранял от злых духов, способствовал увеличению мужской силы и плодовитости женщины.

Обряд опоясывания мальчика означал, что он вступал в число воинов своего рода. Золотой пояс на Руси был знаком отличия князя или боярина и передавался по наследству. В духовной грамоте Иван Калита завещал сыну «своему Андрею: 4 чепи золоты, пояс золот фрязьскии с женчюгомь с каменьемь, пояс золот с крюкомь на чьрвьчать шелку, пояс золот царевьскии…». Сорвать пояс считалось непростительным оскорблением, которое требовало защиты чести и мести обидчику.

Верхнюю рубаху выпускали поверх штанов (портов или шаровар). Штаны шились без разреза. Материалом служили: сукно разной выделки, холст, шерстяные или шелковые ткани.

В холодную погоду сверх полотняных портов надевали вторые – из плотного сукна или из меха. Дома князь поверх рубахи и штанов носил зипун – длинную безрукавку из легких дорогих тканей.

Самой распространенной верхней одеждой в Московии был кафтан с длинными рукавами, которые в холодное время заменяли перчатки. Князь и бояре носили кафтаны длиной до колен и рукавами по локоть. Кафтан застегивался на специальные завязки с пуговицами. Считалось, что пуговицы отпугивают от человека нечистую силу, поэтому кафтан украшали большим количество золотых или серебряных пуговиц, иногда обнизанных жемчугом.

Княжеские кафтаны шили из дорогого заморского атласа, бархата, камки, тафты.

Полы и рукава отделывались мехом соболя или куницы. К праздничному нарядному княжескому кафтану пристегивался богато расшитый золотыми нитками и украшенный жемчугом стоячий воротник, а к рукавам пристегивались кружевные «запястья».

Крестьяне и работный люд позволяли себе надевать кафтан только по праздникам. Шили его из сукна и украшали костяными и медными пуговицами.

Покрой одежды и мода мало на Руси менялись во времени. Изменялся материал, из которого шили платье, и расширялся круг лиц, позволявших себе носить дорогие наряды. По прошествии трех сотен лет в описаниях пребывания голландского посланника господина Кунраада фон Кленка можно найти такое описание одежды знатных москвичей: «Одежда мужчин почти та же, что и у греков. Рубахи их широки, но коротки, на спине скроены в виде треугольника и вышиты шелком. Богатые, кроме того, воротник и рукава оторочивают серебром, золотом, жемчугом, либо драгоценными камнями и прикрепляют на воротнике две пуговки из жемчуга или же золотыя, либо серебряныя. Поверх рубахи надевают они узкие кафтаны, спускающиеся ниже колен. Воротник кафтана длиною с четверть, смотря по состоянию делается из саржи шерстяной, либо из шелка или парчи, и торчит кверху над всеми прочими одеяниями. Поверх этого кафтана иные носят еще другой, покрывающий икры и называющийся ферзью; это платье, обыкновенно, шьется из ситца, тафты, камчатной или другой материи, на бумажной подкладке. Верхнее платье они носят еще помимо кафтанов; его надевают они, когда выходят куда-нибудь, и оно у них опускается до самых пят и приготовляется из разных материй и разных цветов. У этого верхняго платья на спине имеются отвороты, открывающиеся наперед и с золотыми шнурками по сторонам, иногда украшенными жемчугом и кисточками. Рукава узки и почти той же длины, как и кафтаны; их можно закидывать за спину и, таким образом, освобождать руки. Некоторые бездельники завязывают рукава внизу, наполняют их камнями или другими тяжелыми предметами и потешаются тем, что бьют ими встречных, особенно ночью. У всех у них на головах шапки. Князья и бояре на чрезвычайных собраниях являются в высоких головных уборах из чернаго лисьяго или собольяго меха, украшенных золотом или жемчугом. Граждане летом носят белыя, шерстяныя шапки, зимою же суконныя или фланелевыя с простым мехом» [Койэт Б. Исторический рассказ или описание путешествия, совершенного в свите господина Кунраада фон Кленка, чрезвычайного посла высокомощных генеральных штатов и его высочества принца Оранскаго к Его Величеству царю Московии. [Отрывки] / Примеч. и перевод А. М. Ловягина // Русская старина, 1893. Т. 80. № 12. С. 528–538. Под загл.: Москва при смерти тишайшего государя. (Выдержки из записок иностранца-современника).]

Кроме праздничного и повседневного, в гардеробе государя имелись «смирные» (траурные) кафтаны черного или бордового цвета. Для защиты от непогоды поверх верхнего платья надевали разного рода накидки (однорядку, охабень, опашень, япанча, летник, шубу и др.). Однорядка – широкое длинное пальто на пуговицах, без ворота, с длинными рукавами, ее носили в плохую погоду. Япанча (епанча), дорожный плащ-накидка без рукавов, изготавливался из грубого сукна или верблюжьей шерсти, часто подбивался мехом. Зимняя и летняя верхняя одежда знатных людей шилась из тонких заморских сукон, бархата, атласа, камки. Украшалась одежда соболями, жемчугом и драгоценными каменьями, золотым и серебряным шитьем.