Фелина Напёрсточек и волшебная посылка

В прихожей Игнац задохнулся от негодования. Чужие туфли в его шкафчике для обуви! Чёрное пальто на его вешалке! Ведьминская шляпа на его стойке для шляп! А в подставке для зонтов – зонтик в разноцветную полоску, который буквально светился магией!

Он сорвал с заградительной ленты записку и написал новую:

Туфли запрещены.Пальто запрещено.Шляпа запрещена.Зонтик запрещён.Всё убрать!

Затем он шумно откашлялся в направлении верхнего этажа и вышел в сад. Когда волшебник, закончив работу, вернулся в прихожую, его натянутые как струна нервы застонали. Пропали его собственные башмаки, его собственное пальто и его любимая островерхая шляпа! Зато в обувном шкафчике, ухмыляясь, восседала тыква, которая сказала:

– Что заказывает в баре скелет? Порцию мартини и половую тряпку. Ха-ха-ха!

На стойке для шляп проделывали гимнастические упражнения две жабы, а на вешалке устроился проклятый кот и чистил шёрстку.

– Она всё понимает слишком буквально, если её это устраивает! – промурчал он.

Разумеется, эта бестия ещё и разговаривала.

– Неужели? – сухо спросил Игнац. Он произнёс это без всяких эмоций, как и полагается учёному мужу. Но в душе у него закипала злость.

В квартире под крышей фальшиво запели. Жуткий хор не обладал, похоже, ни чувством ритма, ни слухом. К музыке примешивалось бурление и клокотание, – явно ведьмин котёл. На лестнице клубился пар.

– Прости, вода для спагетти выкипает.

Спрыгивая с вешалки, кот запутался в собственных лапах и, перекувырнувшись, шлёпнулся на пол, но тут же вскочил и стрелой метнулся по лестнице наверх.

Игнац, сжав кулаки, смотрел ему вслед. Так, значит, фройляйн Разразигром хочет войны? Что ж, она её получит.

5. Невероятная находка Фелины

В то время как Игнац Брошка кипел от возмущения, а на кухне у Тучки Разразигром всё кипело и без всякого возмущения, Фелина неслась на велосипеде по Корешковому переулку.

«Ведьма, настоящая ведьма!» – никак не шло у неё из головы.

Неужели она действительно видела даму в чёрном платье? Или опять поверила в один из собственных снов наяву? А может, это просто самая обычная женщина? Нет, точно ведьма! Фелина буквально кожей ощущала её магию. К тому же у неё чёрная кошка…

Добравшись до дома, девочка с облегчением обнаружила, что встречный ветер унёс последние рекламные проспекты. Она смахнула со лба прядки, мокрые от дождя и пота, затолкала велосипед в гараж и побежала в дом.

У неё по соседству живёт настоящая ведьма. Вот чудо-то! И куда увлекательнее, чем какой-то скучный волшебник! Но что теперь делать? Взять и позвонить в дверь? Господин Брошка опять просто прогонит её со своего участка. И что вообще говорят ведьмам?..

Пока Фелина раздумывала, взгляд её остановился на посылке, которая лежала на веранде. Коробка была помята, вся в пятнах и расписана всевозможными символами. Наклонившись к ней, девочка обнаружила наклейку. Отправителем значилась Патина Коррозий. Фирма по рассылке почтой шуточных подарков, талисманов и всевозможных принадлежностей для колдовства. А получателем была…

«Тучка Разразигром, Корешковый переулок, дом шестьдесят шесть», – прочла Фелина.

Посылка была раза в три больше обувной коробки. (Точные размеры: семьдесят один и шесть десятых сантиметра на шестьдесят восемь и девять десятых сантиметра на пятьдесят семь и одну десятую сантиметра.) Фелина подняла её трясущимися руками – лёгкая как пёрышко.

Девочка осторожно потрясла коробку, затем тряхнула посильнее. Никаких звуков или ощущений. Может, она пуста? Но кто же станет посылать вроде бы пустую посылку?

Ответ она знала: ведьма.

Фелина проскользнула в дверь. Из гостиной доносились голоса родителей. Поднимаясь по лестнице и держа посылку перед собой на вытянутых руках, словно тикающую бомбу, девочка не отваживалась даже дышать. Дважды она нечаянно стукнула коробку о стену, но ничего не произошло.

Лишь оказавшись у себя в комнате, Фелина наконец выдохнула. Она сдвинула в сторону школьные принадлежности, лежавшие на письменном столе, и водрузила туда коробку.

А вдруг внутри какое-нибудь проклятие?

Или сверкающее облако, приносящее удачу?

Или всего лишь пук?

Существовал только один способ всё выяснить, а отнести посылку настоящей получательнице ещё успеется. Она принялась отколупывать упаковочный скотч, но остановилась. Что, если эта Тучка Разразигром превратит Фелину в жабу, когда увидит, что та открывала её посылку?

«Чепуха!» – энергично тряхнула головой девочка, чтобы придать себе смелости.

Даже если жабы-гимнастки в пруду с кувшинками и правда заколдованные непослушные дети, Фелину упрекнуть не в чем! В конце концов, посылку доставили ей. И никто не докажет, что она прочла надпись на наклейке. Всё произошло по недоразумению, и никто за это не в ответе. Разве что господин Петерс.

Фелина подцепила конец упаковочной ленты и, подавив озорной смешок, потянула за него. Сердце у неё заколотилось от волнения. По телу побежали мурашки. Может, так ощущается магия? Она сняла крышку и застыла.

– Что… что это значит?

Ничего не понимая, она уставилась в пустую коробку, на дне которой был нарисован чёрный круг.

Её переполнило разочарование. Значит, всё-таки шуточка. Ещё и не смешная. Пук и то был бы занятнее.

– Ну супер! – Фелина швырнула смятый скотч в коробку – и озадаченно нахмурила лоб. Скотч исчез! Он… просто испарился. Может, она промахнулась и не заметила? Фелина огляделась, но скотча и след простыл.

Она наклонилась к коробке. Может, это оптический обман или?..

Не торопясь, как в замедленной съёмке, девочка вытянула руку, чтобы коснуться чёрного круга. Она ожидала, что ощутит картон, но пальцы её не встретили никакого сопротивления. Там зияла пустота. И рука внезапно исчезла.

Фелина пошевелила пальцами и сжала кулак. Она всё чувствовала, но ничего не видела: вот рука до запястья, а дальше – сплошная чернота.

Девочка глубже склонилась над коробкой, и рука погрузилась в дыру уже по локоть. Теперь точно ясно, что у коробки нет двойного дна.

Охваченная ужасом, Фелина отдёрнула руку, потрясла ею и внимательно рассмотрела каждый квадратный сантиметр кожи. Всё было на месте.

Взяв грязный ластик, девочка поднесла его к дыре и пригнулась, чтобы видеть, что делается под столом. Она уронила ластик в дыру и стала ждать. Никакого удара не послышалось, на пол ластик не упал.

Фелина перевернула коробку вверх дном и потрясла. Но оттуда ничего не выпало. Она вернула коробку на стол и стала рассматривать немного съехавший в сторону чёрный круг, нет, Чёрную Дыру.

Глаза девочки округлились, когда до неё дошло, что перед ней. Чёрная Дыра в коробке! И никто не знает, что она здесь.

* * *

За ужином у Фелины кусок не лез в горло. Но не столько от волнения из-за Чёрной Дыры, сколько от того, что папа опробовал новый рецепт: склизкий тофу на болотной жиже из брокколи и зелёного горошка. Официальное название было иным, но это подходило блюду больше. Фелина вяло ковырялась в нём вилкой.

– Ты обещала, что дашь папе и его стряпне шанс, – напомнила мама. – Всё нужно попробовать. А это означает, что ты съешь больше одной ложки.

– Мы, Напёрсточки, всегда съедаем всё до дна, – усмехнулся папа. – Будет жаль, если сегодня ты останешься без десерта только потому, что изображаешь, будто у тебя аллергия на овощи.

И тут Фелину осенило:

– А можно я всё съем у себя в комнате?

Марта Напёрсточек скептически вздёрнула бровь.

– Я буду есть и учить английские слова, – поспешно прибавила Фелина, прежде чем мама успела что-либо возразить. – Я же обещала вам учиться на каникулах. – Она изобразила ангельскую улыбку.

Родители растерянно переглянулись, а затем одновременно кивнули.

– Я тебя после проверю, – крикнула мама вслед, когда Фелина, по-ведьмински ухмыляясь, уже вприпрыжку взбегала по лестнице.

Первым делом зелёная размазня отправилась в Чёрную Дыру. Фелина прислушалась, не раздастся ли чавкающий звук от падения, оглядела коробку со всех сторон и принюхалась. Никаких следов тофу или пюре. Произведения папиного кулинарного искусства растворились в пустоте.

Хихикая, девочка схватила стопку карточек с английскими словами, которые должна была повторять на каникулах.

Заучивая что-то наизусть, Фелина всегда так скучала, что ей никак не удавалось надолго сосредоточиться. На уроках, выполняя домашние задания, и даже на контрольных, она постоянно отвлекалась. Просто сны наяву оказывались намного увлекательнее, чем скучные грамматические правила или задачи по математике.

Внимание Фелины привлекали только опыты на уроках химии и физики, потому что почти всегда что-нибудь светилось, взрывалось или меняло цвет – почти как в результате настоящего колдовства. А ещё девочка очень воодушевилась, когда на уроке немецкого они писали эльфики[5]. Во-первых, потому что название этих коротких пятистрочных стишков из одиннадцати слов напоминало о маленьких волшебных существах, а во-вторых, она воображала, будто её эльфики – это волшебные заклинания.

Больше всего Фелине нравился эльфик, который она сочинила о господине Брошке:

Но вернёмся к карточкам с английскими словами. Вы наверняка уже догадались, что Фелина задумала с ними сделать.

Первое слово было очень простым: «long» означает «длинный». Она отложила карточку в сторону. Следующая карточка оказалась уже сложнее. «Angular»[6], – почёсывая нос, пробормотала Фелина и пожала плечами. Карточка упорхнула в Чёрную Дыру и там исчезла.

Так и пошло. С карточками «fridge»[7], «mammal»[8] и «drizzle»[9] она попрощалась навечно, зашвырнув их в Дыру. Слово «broom» Фелина, разумеется, знала: как-никак оно означает «метла»! «Icy» это «ледяной» – проще простого. А вот «vacuum»[10], «pantry»[11] и «hedgehog»[12] также были отбракованы. Стопка карточек всё уменьшалась, пока от неё не осталась лишь половина.

На последней карточке стояло «thunderstorm»[13], и у Фелины по коже пробежали мурашки. «Разразигром», – прошептала она, откладывая карточку.

На несколько секунд девочка почувствовала угрызения совести, но, услышав шаги в коридоре, подскочила в испуге. Это наверняка мама собралась её проверить! Схватив коробку, Фелина закружилась по комнате. Куда бы деть Чёрную Дыру?

Её комната, как всегда, являла собой чистейший хаос, но даже в таком беспорядке большая коробка привлечёт внимание. Под кровать она не влезала. Шкаф был слишком забит одеждой, а за дверью мама тотчас её заметит.

Шаги приближались.

Фелина испуганно взглянула в сторону встроенного шкафа. Она уже много недель не решалась его открыть. И вовсе не из опасения, что там мог поселиться какой-нибудь монстр. Нет, для монстра, будь он даже совсем крошкой, места там вообще не нашлось бы! Фелина забила встроенный шкаф до самого потолка, когда в последний раз пришлось делать уборку.

– Золотко, ты готова? Когда мы закончим, папа хочет поиграть с нами в «Клуэдо»[14]. – Мама уже стояла у её комнаты.

У Фелины не было времени разозлиться на то, что родители опять заставляют её играть в дурацкую настольную игру. Она переводила взгляд с Чёрной Дыры на дверь, которая вот-вот откроется. Что же делать? Оставалось несколько секунд.

Девочка распахнула дверцу встроенного шкафа и отпрыгнула в сторону, потому что на пол обрушилась лавина игрушек, одежды, журналов, плюшевых зверушек и пустых кулёчков из-под леденцов. Она закинула коробку в шкаф, отшвырнула ногой с дороги несколько деталек лего и с грохотом вновь захлопнула дверцу.

В ту же секунду дверь в её комнату открылась.

– Боже правый, что же здесь творится?!

Пока мама не начала ругаться, Фелина сунула ей в руки оставшиеся карточки со словами.

– Ну давай, проверяй меня!

– Это все слова, которые вам нужно знать? – Марта Напёрсточек пристально оглядела письменный стол и стеллаж со школьными принадлежностями. Она даже заглянула в ящик, но там лежали одни лакричные палочки, которые Фелина использовала как волшебные. – Ну ладно. Как переводится «broom»?

Пожалуй, излишним будет упоминать, что проверку Фелина прошла с блеском. Кроме того, она заработала похвалу за то, что всё съела. В награду ей разрешили на десерт взбить себе волшебно-сахарное зелье.

Только раскардаш в её комнате маму совершенно не радовал. Она посетовала на мусор и грязные носки и страшно рассердилась, случайно наступив на детальку лего.

Фелина уже знала, как решит проблему с беспорядком в комнате…

6. Брокколи на пряничном домике

Все ближайшие дни Фелина скармливала Чёрной Дыре всяческий хлам. Если быть точным, до воскресного вечера в тёмной пустоте исчезло:

• Семь правых носков и пять левых

• Три пары уродливых трусов

• Одна рваная футболка

• Десять ручек, которые перестали писать

• Пять флакончиков с высохшим лаком для ногтей

• Запачканный плюшевый мишка

• Одиннадцать зачитанных до дыр журналов

• Упаковки от четырёх волшебных (лакричных) палочек

• Два пустых кулёчка из-под леденцов

• Ведёрко из-под сахарной ваты с ярмарки (без сахарной ваты)

• Пачка рекламных проспектов на одну загрузку прицепа (без прицепа)

• Миска грибного крем-супа (по ошибке вместе с миской)

• Полная тарелка брокколи и моркови в сливочном соусе

• Ролл с разваренной брюссельской капустой

• Утренняя овсянка

• Осколки нечаянно уроненной чашки

• Все орудия преступления из игры «Клуэдо»

• Все фигурки из игры «Приятель, не сердись»[15]

• Все кубики из игры «Фаза 10»[16]

Список всё расширялся. Не то чтобы Фелина действительно вела перечень поглощённого Дырой, просто она швыряла туда всё, что ей мешало, таким образом скрашивая себе каникулы.

Как чудесно: не нужно было выносить мусор из комнаты. Не нужно было больше развозить проспекты. Не нужно было есть приготовленную папой студенистую еду – вместо этого огромные порции молочного коктейля на десерт. И поскольку в настольных играх, к которым папа был столь неравнодушен, теперь всегда чего-то недоставало, ей разрешали каждый вечер смотреть фильмы.

И всё же лучше всего в Дыре было кое-что другое: когда вещи исчезали в ней, Фелина самой себе представлялась ведьмой. Казалось, будто хаос в комнате или отвратительную еду с тарелки она устраняла колдовством. Так, как она всегда и мечтала!

Она не подозревала, что всего в пятистах сорока двух метрах и семидесяти двух сантиметрах и на десять с половиной градусов восточнее от неё у себя на кухне сидела на шатком стуле настоящая ведьма, чувствуя, что творится нечто странное.

* * *

– Я чувствую, творится нечто странное, – покачиваясь взад-вперёд на стуле, сказала Тучка Разразигром своему коту. – У меня чешутся зубы, подёргиваются уши, и всю ночь мне снилась реклама. Ты меня слушаешь, Пуговка?

Вы сейчас наверняка подумали, что Пуговка – необычное для кота имя. Действительно необычное, даже для кота колдуньи. Но если тебя зовут Тучка Градина-бей Разразигром, то тебе не очень-то по душе обычные имена.

– Воспитаннице Патины Коррозий снится реклама, тоже мне диво, – проурчал Пуговка на коленях у Тучки и закрыл глаза. Он любил, когда ему почёсывали за ушами, ничуть не отличаясь от совершенно нормальных котов. – Тебе снились заколдованные шляпные пряжки? – Он фальшиво запел: – «Прикрепляешь к шляпе и смелей вперёд – колдовская пряжка тебя не подведёт».

– Нет. Но спасибо за навязчивый мотивчик. Мне снилась…

– Смазка для ведьминских мётел? – перебил он и, не открывая глаз, громко пропел следующий музыкальный слоган: «Полетите быстрее стрелы с воском “Фликс” для вашей метлы!»

– Нет.

– Жабья мазь?

Кончик хвоста Пуговки покачивался из стороны в сторону, пока он выл: «Бородавки не растут? С этим вам помогут тут!» Прочистив горло, кот серьёзным голосом процитировал: «Двенадцать из тринадцати ведьм рекомендуют использовать жабью мазь для роста бородавок. О рисках и побочных действиях спросите вашего оракула или волшебное зеркало».

– Мне снилась реклама не службы доставки Патины, – пояснила Тучка.

– А чья?

Она наморщила лоб, отчего выражение лица у неё сделалось задумчивым и вместе с тем тревожным. У Тучки это получалось, в отличие от старых ведьм, чьи лица и без того состояли из одних складок и морщин.

– Кажется, мне снились… упавшие в цене маринованные огурцы. Веганские намазки на бутерброды и специальное предложение на пылесос.

– Пылесос? – теперь Пуговка всё же открыл один из своих ярко-жёлтых глаз. Он решил открыть левый, потому что на правый ослеп. – Я-то думал, что вы, ведьмы, принципиально пользуетесь только мётлами.

Юная ведьма поднялась и усадила укоризненно мяукнувшего кота на семиногий стул. Ведьмы почитают число семь. Числа три и тринадцать они тоже любят. Но трёхногий табурет найдётся в любом обычном хозяйстве, а обзаводиться тринадцатиногим стулом казалось Тучке излишним чванством.

– Что ты собираешься делать? – вылизав лапу, Пуговка умыл ею мордочку.

– Варить спагетти, – последовал краткий ответ.

* * *

И вот в колдовском котле забурлила вода. На современной плите эта железная посудина смотрелась странновато, ведь её как-никак выковали для ведьминского костра. Котёл занимал все четыре конфорки, но Тучка упорно готовила только в нём.

Она слила воду, разогрела банку томатного соуса и поставила на стол гигантскую тарелку, на которой возвышалась огромная гора спагетти. В ведьминском котле невозможно готовить на одного.

Пронзая взглядом облако пара над спагетти, Тучка что-то бормотала себе под нос. Пуговка слов не разбирал, потому что сидел, повернувшись к ней глухим (левым) ухом, но звучало это примерно так: «Свежие спагетти сварились сами собой. Сазаны сбрызнули спагетти соусом. Словоохотливые совы сболтнули секреты спагетти. Саблезубые слоны сбесились и строгали спагетти саблями».

Наконец она стала есть, выводя вилкой в спагетти странные узоры. Петли и завитки казались беспорядочными, но на самом деле это было высокое искусство колдовства.

Вдруг глаза Тучки округлились, она цокнула языком и с набитым ртом воскликнула:

– Вот проклятье!

– Что ты увидела? – Пуговка выпрямился и склонил набок головёнку, повернув к ней здоровые глаз и ухо. – Всё так плохо?

– Всё так… – подбирая слова, Тучка отёрла томатный соус в уголках губ тыльной стороной ладони. – Весьма загадочно, абсолютно нереально и крайне странно! – наконец изрекла она. Вот что поведали спагетти.

На расстоянии в восемь тысяч километров и семьсот тридцать четыре метра отсюда, в Америке, глава государства, волнуясь, поднялся на сцену, чтобы произнести свою самую важную речь. Но оказалось, что он читает написанные на карточках английские слова для учеников пятого класса.

На другой стороне земного шара в одном новозеландском салоне красоты парикмахер схватил не ту мисочку и кисточкой нанёс клиентке на голову грибной крем-суп.

На чемпионате по гимнастике в России одна гимнастка поскользнулась на орудии преступления из игры «Клуэдо». Это был подсвечник. Пытаясь сохранить равновесие, она прокрутила сложный пируэт с последующим кувырком через голову и стала чемпионкой страны.

А совсем в другом мире, в мире сказок, ведьма поразилась, найдя на стенке своего пряничного домика овощи. Среди шоколадного драже и цветной обсыпки для тортов налипли кусочки брокколи и моркови, а с сахарной глазури капал сливочный соус, пропитывая пряничные стены! Как же ей заманивать в такой дом детей?!

Тучка, прервав рассказ, ушла в спальню и вернулась оттуда с какой-то толстой книжкой. Сказка о Гензеле и Гретель входила в обязательную программу начального обучения всех ведьм-воспитанниц. (Это слово у колдуний означает «ученица»).

Полистав книгу, Тучка застыла и ткнула указательным пальцем в страницу.

– Вот! Смотри-ка, Пуговка.

Старое акварельное изображение пряничного домика поблёкло, но брокколи было хорошо видно. Под картинкой стояла подпись: «Как же ей заманивать в такой дом детей?»

И Тучка с Пуговкой, читая дальше, выяснили, что Гензель действительно не выносил зелёные овощи. Вместо того чтобы поддаться на приманку пряничного домика, он потянул сестру дальше, и оба они продолжали блуждать по лесу. Пока… ну да, пока не умерли от голода.

– Какой ужас! – воскликнула Тучка.

Пуговку это впечатлило меньше:

– Ну это же просто сказка.

– Ничто никогда не бывает просто так! – с укором сказала юная ведьма. – Всё – любая сказка, любой сон, любое желание – входит в единую систему. Всё связано между собой. Странные события влекут за собой другие странные события.

– Не всегда. Некоторые происшествия ни к чему не приводят, – сказал Пуговка. – Отклонения от нормы случаются – и исчезают.

– Или заканчиваются неслыханной катастрофой, – мрачно добавила Тучка.

7. Неслыханная катастрофа

Фелина полюбила Чёрную Дыру. С её появлением летние каникулы стали волшебными и увлекательными.

Если порой нечего было выбросить, девочка всё равно доставала коробку из шкафа. Бормоча выдуманные ею самой заклинания вроде «Колдуй, мышь, колдуй, сова, подавайте мне кота» или «Колдовское зелье и жабье желе, хочу полетать на волшебной метле», она высыпала над ней блёстки для рукоделия или драже в глазури.

Иногда, играя в колдунью, она накладывала заклятия на родителей – но только добрые! Может, они перестанут целыми днями листать газеты и писать резюме, а вместо этого соберут чемоданы (крем для загара, маски и трубки для подводного плавания и всякие другие пляжные причиндалы) и поедут с Фелиной в аэропорт.

Или ещё лучше: Фелина отвезёт их в отпуск на своей волшебной метле! Тогда у папы наконец исчезнет глубокая морщинка, залёгшая между бровей, а у мамы – горькие складки у губ. Оба будут, улыбаясь во весь рот, наслаждаться солнцем и купят Фелине в благодарность самое большое в мире мороженое. И прекратят постоянно действовать на нервы дочери какими-то поручениями…

– Фелина, у нас для тебя поручение! – уже во второй раз прозвучало снизу.

Девочка притворилась мёртвой.

– Фелина!

«Меня нет, – мысленно ответила она, разглядывая свои носки в разноцветную полоску. – Оставьте меня в покое».

– Мы знаем, что ты здесь. Спустись, пожалуйста!

Фелина со стоном поднялась с пола и, шаркая тапками, вышла из комнаты.

– Что случилось? – поинтересовалась она, оказавшись в прихожей.

Здесь царил самый настоящий хаос. Повсюду стояли пустые банки, пакеты, полные пластиковых бутылок, и старые коробки.

– Мы занимаемся весенней уборкой, – пропыхтела мама.

Сейчас она сплющивала коробку, в которой в прошлом году привезли кофеварку. Когда бедный господин Петерс, кряхтя, тащил её от машины до дома, из-под огромной посылки виднелись только его ноги.

– А вы с этим не припозднились? Сейчас июль.

Родители пропустили замечание мимо ушей.

– Мы с мамой хотим использовать время с толком, пока не нашли новую работу. Доделать кое-какие отложенные на потом дела, – подмигнул ей папа, появившись из кухни с ещё одним ящиком, набитым старыми бутылками и банками. – Ты ведь знаешь: мы, Напёрсточки, – трудяги. – Этим он намекал на то, что Фелина должна им помочь.

– Сейчас каникулы. Почему бы нам не заняться чем-нибудь интересным?

– Если хочешь, можем вечером поотливать свечи. Или порасписывать платки, – предложила мама. Она уже сражалась со следующей коробкой.

– Или сыграем в какую-нибудь игру. В подвале я нашёл «Монополию». А ещё я мог бы научить тебя играть в шахматы. – Бернд Напёрсточек всучил дочери ящик и жестом показал, что нужно вытащить его на веранду. Там уже лежали набитые поношенной одеждой мешки и пакеты с перегоревшими лампочками и разрядившимися батарейками.

Фелина, скривившись, не двинулась с места. Свечки и платки?! Шахматы?! И это лучшие события летних каникул?!

– Я имела в виду что-нибудь действительно интересное, – проворчала она и опять стала грезить наяву. – Мы могли бы отправиться в Париж и сходить в Диснейленд! Или в аквапарк! Или в цирк! Или поехать на сафари!

Заколдованные родители Фелины постоянно затевали с ней что-нибудь в этом роде. Её реальным родителям неплохо бы этому поучиться!