МИФЫ. Корпорация М.И.Ф.

– Вы, братцы, вечно спорите о том, кого из вас имеют круче всех, но при этом упускаете главное. Дело в том, что вас всех имеют по полной программе.

Я начинаю перечислять около дюжины наиболее вопиющих примеров эксплуатации рабочих, которые я отметил в ходе моего расследования. Когда я прихожу к концу списка, уже весь бар навострил уши и по нему прокатился недовольный ропот.

– Хорошо, Гвидо. Ты высказал свою точку зрения, – говорит Рокси, пытаясь сделать очередной глоток, прежде чем понимает, что его стакан пуст. – И что нам с этим делать? Не мы устанавливаем политику компании.

Я одариваю его улыбкой, от которой свидетели теряют память.

– Верно, не мы устанавливаем политику компании, но именно нам решать, будем ли мы работать за предлагаемые нам гроши в предоставляемых нам условиях.

При этих словах Рокси сияет так, словно только что выиграл в лотерею.

– Точняк! – говорит он. – Они контролируют завод, но без нас, рабочих, им будет нечего отгружать заказчикам! Ни одной гребаной собачьей какашки!

Народ уже изрядно взвинчен. Рабочие угощают друг друга выпивкой, дружески хлопают товарищей по спине, как вдруг кто-то считает своим долгом охладить их пыл.

– И что же им помешает просто нанять новую рабочую силу, если мы устроим забастовку?

Это говорит Сион. Как вы, возможно, заметили, он не такой болтун, как Рокси, но когда он открывает рот, другие рабочие готовы его слушать. Этот раз не является исключением. Разговоры в комнате смолкают, так как рабочие пытаются сосредоточиться на этой новой проблеме.

– Да ладно тебе, Сион, – говорит Рокси, пытаясь отшутиться. – Какие идиоты согласятся вкалывать за такую мелочь в таких условиях?

– Рокси, мы делаем это уже много лет! Вряд ли у начальства возникнут большие проблемы с поиском новой рабочей силы, чем у него были с поиском старой.

Я решил, что настал момент вступить в разговор.

– Ты упускаешь из виду ряд вещей, Сион, – говорю я. – Во-первых, чтобы нанять и обучить новую рабочую силу, потребуется определенное время, и все эти дни завод будет простаивать, не производя ничего на продажу, а значит, владелец будет терпеть убытки, что ему точно не понравится.

На это Сион только пожал плечами.

– Это правда, но он, пожалуй, скорее смирится с краткосрочными потерями из-за остановки работы, чем с долгосрочными расходами на повышение заработной платы.

– Это вызывает еще один важный вопрос, который ты, приятель, упускаешь из виду.

– И какой же?

– Есть одно невыносимое обстоятельство, которое придется терпеть новым рабочим и от которого избавлены мы, – это мы сами! Нам не нужно проходить мимо нас самих, чтобы каждое утро приходить на работу, и хотя сотрудники службы безопасности – настоящие асы по части охраны завода, я убежден, они не смогут приставить по телохранителю к каждому из вновь набранных рабочих.

Казалось, это утверждение удовлетворило мое возражение, и мы приступили к проработке деталей. Со стороны может показаться, что организовать рабочее движение не так уж и сложно. Но уверяю вас, прежде чем начать что-либо воплощать в жизнь, нужно учесть массу нюансов. Нужно было привлечь к обсуждению две другие смены и согласовать с ними список требований, не говоря уже о создании резервного фонда на случай, если начальство попытается уморить нас голодом.

Многие ребята хотели, чтобы я возглавил это дело, но я чувствовал, что не могу взять на себя такую ответственность, и успешно предложил на эту должность Рокси. В качестве отмазки я привел довод, что интересы рабочих должен представлять тот, чей опыт работы на предприятии более двух недель, но на самом деле я просто не знал, сколько у меня осталось времени, прежде чем босс вернет меня к моим обычным обязанностям, и не хотел, чтобы движение застопорилось из-за внезапного исчезновения его лидера. Однако я вызвался добровольно давать им уроки того, как разговаривать с любыми посторонними лицами, которых завод попытается нанять, поскольку большинство нынешних рабочих, когда дело доходило до трудовых переговоров, не отличали обрезанного бильярдного кия от монтировки.

Я был так занят, разрываясь между работой на складе и помощью рабочему движению, что едва не пропустил еженедельную встречу с Банни. К счастью, я вовремя вспомнил о ней, потому что Банни – куколка, а куколки не любят, когда про них забывают.

– Привет, детка! – говорю я, одарив ее одним из самых похотливых моих подмигиваний. – Как дела?

– Смотрю, у тебя хорошее настроение, – говорит она, улыбаясь мне в ответ. – Я думала, у меня для тебя хорошие новости, но, похоже, ты их уже слышал.

– Слышал? Что слышал?

– Задание окончено. Я раскрыла это дело.

Мне тотчас становится немного стыдно и неловко, так как я вот уже несколько дней даже не думал о нашем задании. И все же я прикрываю сей прискорбный факт наигранным энтузиазмом.

– Без дураков? Ты узнала, как они растаскивали товар?

– Вообще-то, на самом деле это финансовая махинация, а не воровство. Один из деволов в отделе бухучета мухлевал с накладными о приемке сырья и платил больше, чем приходило на отгрузочный док.

– Банни, – говорю я, – я хочу напомнить тебе, что мое образование никак не связано с бухгалтерским учетом. Может, ты попробуешь доходчиво просветить меня, чтобы я понял суть этих хищений?

– Ладно. Когда мы закупаем сырье, каждая партия подсчитывается и результаты отправляются в бухгалтерию. Этот подсчет помогает определить, сколько мы платим нашему поставщику, а также предупреждает нас о том, сколько сырья имеется на складе. Так вот, наш растратчик договорился с поставщиками, чтобы те выставляли нам счет за большее количество материала, чем мы фактически получили. Он фальсифицировал приемочные накладные, чтобы привязать их к излишкам, платил поставщикам за товары, которые те не отгружали, а затем делил с ними навар. Проблема в том, что, поскольку для инвентаризации использовались одни и те же цифры, записи показывали, что товарных запасов больше, чем на самом деле, поэтому, когда завод обанкротился, владелец подумал, что сотрудники у него воруют. Пропавший товар не растащили. Он вообще не поступал на завод!

Вот это да! Я даже тихонько присвистнул.

– Замечательно, Банни! Босс будет очень горд тобой, когда услышит.

От моей похвалы она даже слегка зарделась.

– Вообще-то, я все это сделала не в одиночку. Я бы не смогла ничего доказать, если бы ты не скармливал мне копии записей.

– Ах, что за пустяк, – благодушно отмахнулся я. – Я, например, собираюсь приложить все усилия к тому, чтобы босс знал, какой редкостный бриллиант на него работает, а ты бы заслужила подобающее место, стала отрадой его глаз.

– Спасибо, Гвидо, – говорит она, кладя руку мне на плечо. – Я пытаюсь произвести на него впечатление, но иногда мне кажется…

Она умолкает и смотрит в сторону, и мне приходит в голову, что она вот-вот расплачется. Пытаясь это предотвратить, ибо это, несомненно, смутит нас обоих, я возвращаю разговор к исходной теме:

– И что они намерены делать с этим ворюгой теперь, когда ты его застукала с поличным?

– Ничего.

– Ничего?

– Нет, не совсем так. Он получит повышение.

– Да ты что! Не может быть!

Она оборачивается, и я вижу на ее лице озорную улыбку. Ну наконец-то, сколько можно дуться.

– Представь себе! Оказывается, он зять владельца. Владелец так впечатлен смекалкой, которая потребовалась для организации этой аферы, что решил дать этому мелкому уроду высокую должность в своей фирме. Думаю, с той целью, чтобы он воровал для компании, а не у нее.

До меня не сразу доходит, что мой обычно подвижный рот застыл в разинутом положении.

– И что теперь делать нам? – мямлю я, вновь обретая дар речи.

– У нас за плечами успешное расследование и солидный бонус за столь быстрое раскрытие дела. Однако что-то подсказывает мне, что часть этого бонуса – плата за молчание, чтобы мы не слишком распространялись о том, что владельца нагрел его собственный зять.

Я действительно рад, что мы разоблачили расхитителей, не затронув при этом никого из рабочих, с которыми я подружился, но одновременно понимаю, что, как только работа завершится, меня не будет рядом, чтобы помочь им, когда очередное дерьмо попадет на вентилятор.

– Да, по-моему, вот и все. Нам лучше доложить боссу и посмотреть, что там у них случилось в наше отсутствие.

– Что-то не так, Гвидо? Ты как будто чем-то подавлен.

– А! Ничего особенного, Банни. Просто я буду скучать по заводским ребятам, вот и все.

– Может, и нет, – загадочно говорит она.

Теперь моя очередь недоуменно посмотреть на нее.

– Послушай, Банни, – говорю я, – если у тебя в рукаве есть что-то кроме ворса, я бы советовал тебе поделиться этим со мной. Ты же знаешь, я не любитель сюрпризов.

– Вообще-то я собиралась подождать, пока мы вернемся домой, но, полагаю, тебе стоит получить предварительные сведения.

Она оглядывается вокруг, как будто нас кто-то подслушивает, затем наклоняется вперед, чтобы я мог услышать ее шепот.

– В офисе завода прошел слух о том, что на магической фабрике, похоже, создается профсоюз. Хочу предложить Скиву провести небольшую разведку… типа, знаешь, подкинуть им идею. Представляешь, какую сумму мы могли бы заломить за роспуск профсоюза?

У меня внезапно возникает интерес к потолку.

– Э-э-э… Банни? – говорю я. – Я знаю, ты хочешь произвести впечатление на босса тем, как здорово ты находишь для нас работу, но сдается мне, что в долгосрочной перспективе в интересах нашей корпорации будет лучше отказаться от этой затеи.

– Но почему? В случае создания профсоюза владелец потеряет в десять раз больше, чем потерял на хищениях. Мы могли бы сорвать здесь убойный куш. Он уже знаком с нашей работой.

В ответ я откидываюсь назад и медленно улыбаюсь ей.

– Что касается убойного куша, Банни, я бы посоветовал тебе не пытаться учить родную бабушку (в данном случае меня) тырить овец. Более того, порой гораздо разумнее не сообщать клиенту слишком много о нашей работе… и поверь мне, Банни, это один из таких случаев!

Глава 2

Все зависит от того, что вы вкладываете в понятие «хорошо провести время»!

Л. Борджиа[2]

– …Наглый подстрекатель и организатор профсоюза! И подумать только, я платил ему за то, чтобы он перерезал мне горло!

– Вообще-то, мистер Жлоббо, это я платил ему за то, чтобы он помог раскрыть источник утечки ваших товарных запасов, что он и сделал, а вы платили ему за работу на вашей фабрике, что он тоже делал. Я не совсем понимаю, на что вы жалуетесь.

Мне кое-как удалось сохранить невозмутимое лицо, что было труднее, чем кажется. На мгновение мне показалось, что девол вот-вот перепрыгнет через стол и вцепится мне в горло.

– Я жалуюсь на то, что ваш так называемый агент организовал на моей фабрике профсоюз, из-за которого я теряю кучу денег!

– Нет никаких доказательств его причастности…

– Тогда почему же его имя всплывает всякий раз…

– …но даже если это так, я не уверен, какое это имеет отношение ко мне. Я веду бизнес, мистер Жлоббо, с помощью сотрудников, а не рабов. То, что они делают в свободное время, – это их личное дело, а не мое.

– Но он действовал как ваш агент!!!

– Чтобы расследовать проблему хищений, которая, как мне сказали, решена.

Пока мы беседовали, в мой кабинет заглянул Корреш. Он увидел, что там происходит, и шагнул внутрь, нацепив при этом свою коронную личину большого злого тролля. Если вам интересно, на тот момент я работал без секретаря, посчитав разумным, чтобы Банни и Гвидо на некоторое время залегли на дно, после того как узнал, что на самом деле произошло во время их последнего задания. В качестве дополнительной меры предосторожности я настоял на том, чтобы они спрятались по отдельности, так как боялся, что Банни непременно убьет Гвидо, если они окажутся наедине на расстоянии вытянутой руки друг от дружки. Почему-то мой секретарь, похоже, воспринимала трудовую деятельность Гвидо слишком близко к сердцу.

– Прошу извинить меня, мистер Жлоббо, но сейчас я очень занят. Если вы хотите продолжить обсуждение этого вопроса, предлагаю вам обсудить его при участии Большого Грызя. Обычно он занимается жалобами от имени нашей компании.

Девол было сердито заворчал, оглядываясь назад, однако передумал и проглотил то, что собирался сказать, а его взгляд пополз… вверх! Как я могу подтвердить, исходя из собственного опыта, тролли могут казаться громадными, если смотреть с близкого расстояния.

– Маленький девол хочет сразиться с Большим Грызем? Грызь любит хорошую драку!

Жлоббо слегка порозовел, а затем повернулся ко мне.

– Послушай, Ск… мистер Скив. Все это в прошлом, да? Может, поговорим о том, чем ваша компания может мне помочь разобраться с этим профсоюзом?

Я откинулся на спинку стула и заложил руку за голову.

– Нам это неинтересно, мистер Жлоббо. Трудовые споры – не наша сильная сторона. Однако если вам нужен небольшой бесплатный совет, я бы рекомендовал вам согласиться. Длительные забастовки чреваты большими убытками.

Девол было ощерился, затем вновь взглянул на Корреша и изобразил улыбку. Более того, он не проронил ни слова, пока не подошел к двери, и даже тогда заговорил с большим уважением.

– Э-э-э… если только я не требую слишком многого, вас не затруднит послать этого Гвидо, просто чтобы он поздоровался с рабочими? Учитывая то, каким образом он исчез, злые языки утверждают, будто это я его устранил. Это могло бы немного облегчить мне задачу на переговорах.

– Я спрошу его… когда увижу в следующий раз.

Девол кивнул в знак благодарности и ушел.

– Влип в щекотливую ситуацию, верно, Скив? – сказал Корреш, возвращая свой обычный добродушный образ.

– Еще один довольный клиент Корпорации М. И.Ф. заглянул, чтобы выразить свою благодарность, – вздохнул я. – Напомни мне больше не отправлять Гвидо на задание без четких инструкций. Хм.

– Как насчет намордника и поводка?

Я покачал головой и вновь подался вперед, просматривая бумаги, которые, казалось, сами размножались на моем столе в отсутствие Банни.

– Ладно, проехали. У тебя ко мне какое-то дело, Корреш?

– Да так, пустяки. Просто я искал младшую сестренку, хотел предложить ей пообедать вместе. Где же Тананда? Она, случайно, не попадалась тебе на глаза?

– Вообще-то я только что отправил ее на задание. Извини.

– Да ты что! И какую же работу ты поручил нашей старушке?

– О, ничего особенного, – сказал я, роясь в бумагах в поисках письма, которое я читал, когда ворвался Жлоббо. – Просто небольшое задание по взысканию долга в нескольких измерениях отсюда.

– Ты совсем рехнулся?! – Корреш внезапно склонился над моим столом. Два его глаза-полумесяца разного размера были всего в нескольких дюймах от моих. Мне пришло в голову, что я ни разу не видел тролля по-настоящему злым. Увидев это, я искренне надеялся, что никогда больше не стану свидетелем его злости. Разумеется, при условии, что переживу этот первый раз.

– Эй, Корреш! Только спокойно! В чем дело?

– ТЫ ОТПРАВИЛ ЕЕ ВЗЫСКИВАТЬ ДОЛГ ОДНУ?

– С ней должно быть все в порядке, – поспешно сказал я. – Мне показалось, это довольно безопасное задание. Собственно, именно поэтому я послал ее вместо наших мускулистых парней… Я решил, что это задание требует деликатности, а не мускулов. Кроме того, Тананда вполне способна постоять за себя.

Тролль застонал и поник головой, склоняясь все ниже, пока не уперся лбом в мой стол. Он оставался в этой позе несколько мгновений, глубоко дыша, прежде чем заговорил снова.

– Скив… Скив… Скив… Я все время забываю, что ты совсем недавно присоединился к нашей маленькой семейке.

Это начало меня беспокоить.

– Да ладно, Корреш, что не так? С Танандой все будет в порядке, не так ли?

Тролль поднял голову и в упор посмотрел на меня.

– Скив, ты не понимаешь… мы все расслабляемся рядом с тобой, но ты ведь не видишь нас, когда тебя нет рядом.

Потрясающе.

– Послушай, Корреш. Твоей логике, как всегда, можно позавидовать, но нельзя ли просто сказать, в чем проблема? Если ты думаешь, что Тананда в опасности…

– Я БЕСПОКОЮСЬ НЕ О НЕЙ!

С видимым усилием Корреш взял себя в руки.

– Скив… давай я попробую объяснить. Младшая сестренка – прекрасный человек, и я искренне люблю ее и восхищаюсь ею, но она склонна… слишком бурно реагировать, оказавшись в критических ситуациях. Мама всегда говорила, что это в ней говорит обида на то, что ее старший брат умеет без труда рвать вещи на части, но некоторые люди, с которыми она работала, обычно приписывали это ее зловредному характеру. Короче, у Тананды больше склонности к бессмысленному разрушению, чем у меня… или у кого-либо еще, насколько мне известно. И если задание, которое ты описываешь, требует осмотрительности…

Он умолк и покачал головой.

– Нет, – сказал он с хорошо различимой ноткой решимости в голосе. – Другого способа справиться с этим нет. Мне просто нужно догнать ее и постараться не дать ей разойтись на не шутку. В какое измерение, ты говоришь, она снова направилась?

Заданный в лоб, его вопрос наконец вывел мои мысли из того оцепенения, в которое меня погрузило его объяснение.

– Ну правда, Корреш. Не преувеличиваешь ли ты, часом? Я имею в виду, сколько неприятностей она может причинить?

Тролль вздохнул.

– Ты когда-нибудь слышал про измерение под названием Ринасп?

– Что-то не припомню такого.

– Это потому, что там больше никого нет. Это последнее место, куда младшая сестренка отправилась выбивать долги.

– Где-то здесь у меня есть название измерения! – сказал я, с новым отчаянием погружаясь в свои бумаги.

Рассказ Корреша

ДА ГОРИ ОНО ВСЕ СИНИМ ПЛАМЕНЕМ!

Вы наверняка подумали, что Скиву хватит ума чуток раскинуть мозгами, прежде чем прыгать выше головы… особенно когда эти прыжки сказываются на других! Если он считает, что Тананда будет паинькой… Если до него не доходит, то до меня тем более… Просто он понятия не имеет, как нас воспитала мамуля, это все, что я могу сказать.

Конечно, нельзя ожидать чудес от пентюха, воспитанного извращенцем, или как… а? Эх, старина Корреш, не пора ли еще разок вмешаться?

Скажу честно, недавнее задание Тананды по выколачиванию долга меня обеспокоило. И в лучшие годы младшей сестренке не хватало такта, а уж в последнее время…

Насколько я могу судить, между ней и Банни возникла вражда. Они никогда по-настоящему не ладили, но их отношения резко ухудшились с тех пор, как племянница Дона Брюса положила глаз на Скива. Не то чтобы моя сестренка сама имела на мальчишку какие-то виды, заметьте. Ее чувства к нему скорее сестринские, чем какие-то еще… Господи, помоги ему. Похоже, Тананду в первую очередь раздражает именно тактика Банни.

Видите ли, из-за того, что Банни из кожи вон лезет, чтобы доказать свою значимость на работе и тем самым произвести впечатление на Скива, моя младшая сестренка вбила себе в голову, что это портит ее профессиональный имидж. Тананда всегда чрезвычайно гордилась своей внешностью и своей работой. Не удивительно, что теперь, когда Банни с важным видом расхаживает по офису и разглагольствует о том, как здорово прошло последнее задание, она чувствует угрозу для себя по обоим пунктам. Насколько я мог судить, она была полна решимости доказать, что те навыки, которые она получила в Школе выживания под названием «Подворотня», превосходят любое образование, которое Банни получила в какой бы то ни было школе, куда ее отправил учиться Синдикат. В сочетании с ее обычной склонностью к чрезмерному проявлению эмоций это не сулило ничего хорошего тому, с кого она собиралась стрясти деньги.

Меня также не впечатлило место этой надвигающейся катастрофы. Я имею в виду, ну что за название для измерения – Аркадия? Похоже на вывеску этих чертовых видеосалонов. Вероятно, я бы вообще его не нашел, не получи вместе с названием указания, как туда попасть. Координаты привели меня на окраину какого-то города, и, поскольку это были те же координаты, которые получила младшая сестренка, я предположил, что не сильно отстал от нее.

На первый взгляд Аркадия показалась мне довольно приятной. У вас даже может возникнуть соблазн назвать ее причудливой – тихое, сонное место, где можно расслабиться и почувствовать себя как дома. Не знаю почему, но я горячо надеялся, что когда мы уйдем, там будет то же самое.

Мой осмотр окрестностей был прерван донесшимся откуда-то приветствием:

– Добро пожаловать в Аркадию, незнакомец. Могу я предложить тебе стакан прохладного сока?

Источником этого приветствия был похожий на гнома старичок, сидевший на сиденье трехколесной торговой тележки. Похоже, он воспринял меня – как мою внешность, так и мое присутствие в это время и в этом месте – как само собой разумеющееся. Поэтому я почти небрежно ответил, прежде чем вспомнил, что мне следует сохранить лицо. Это довольно хлопотно, но я обнаружил, что никто не возьмет на работу воспитанного тролля.

– Давай! Давай! Грызь умирает от жажды!

Со своим лучшим гортанным рыком я схватил два предложенных стакана, сунул их в рот, закатил глаза и радостно их сжевал. Это хороший номер… который неизменно ошарашивает людей. Однако гном даже глазом не моргнул.

– Не похоже, что я видел тебя раньше, незнакомец. Что привело тебя в Аркадию?

Я решил отказаться от дальнейших попыток его запугать и вместо этого сразу перешел к делу:

– Грызь искать подругу. Видел маленькая женщина… такая высокая… с зелеными волосами?

– Вообще-то она была здесь совсем недавно. Она твоя подружка?

Я энергично кивнул головой и показал клыки.

– Грызь любит маленькую женщину. Однажды она вытащила шип из ноги Грызя. Куда пошла маленькая женщина?

– Она спросила меня, где находится полицейский участок, а потом направилась в том направлении… вон туда.

И вправду славный малый. Я решил, что могу позволить себе немного польстить ему.

– Грызь говорит спасибо хорошему человеку. Если хорошему человеку нужен сильный друг, зови Грызя, ладно?

– Конечно. А если я смогу тебе еще чем-нибудь помочь, просто окликни.

И я ушел, не дожидаясь, когда между нами запахнет панибратством. Я имею в виду, что лишь очень немногие будут вежливы, а тем более любезны с троллем, и я боялся, что продолжение разговора с ним увлечет меня больше, чем поиск Тананды. Для блага Аркадии этого лучше не делать.

На самом деле, похоже, моя непродолжительная беседа заняла больше времени, чем я предполагал, потому что когда я нашел Тананду, она уныло сидела на ступеньках полицейского участка, по всей видимости уже завершив свои дела внутри. Кстати, мне показалось, что дела обстояли лучше, чем я смел надеяться, поскольку ее не бросили за решетку, а здание все еще стояло на месте.

– Привет, сестренка, – окликнул я ее со всей жизнерадостностью, на какую только был способен. – Ты какая-то грустная. У тебя проблемы?

– Ой! Привет… Корреш? Что ты здесь делаешь?

К счастью, я предвидел этот вопрос и хорошо отрепетировал ответ.

– Просто взял короткий отпуск. Я обещал Аазу, что загляну в это измерение и проверю несколько потенциальных инвестиций, а когда Скив сказал, что ты тоже здесь, то решил зайти и посмотреть, как у тебя дела.

– Это можно описать одним словом, – сказала она, вновь подпирая подбородок ладонями. – «Паршиво».

– Попала в щекотливую ситуацию? Давай выкладывай. Расскажи все старшему брату.

Она слегка пожала плечами.

– Рассказывать особо нечего. Я здесь на задании по взысканию долга, поэтому решила проверить у местных жандармов, есть ли у этого парня судимость или знают ли они, где его искать.

– И… – подсказал я.

– Да, они прекрасно знают, кто он такой. Похоже, какой-то богатый филантроп… пожертвовал миллионы на благоустройство города, помогает бедным и тому подобное.

Я почесал голову и нахмурился.

– Не похоже, что такой, как он, оставляет счет неоплаченным, не так ли?

– Реальная проблема в том, как все это проверить. Кажется, он также еще и отшельник. Его никто не видел уже много лет.

Я мог понять, почему она в таком унынии. Такую работу явно невозможно выполнить в рекордно короткие сроки, на что она, похоже, рассчитывала, чтобы показать, какая она молодец.

– Боюсь, что нахрапом тут действовать нельзя. Кстати, а кто он вообще такой?

– Его имя Хуз. Звучит почти как «Доктор Сьюз»[3], как ты считаешь?

– Вообще-то звучит как название банка.

– Что-что? Повтори.

Вместо того чтобы повторять, я просто указал. Через дорогу и через три дома дальше по улице виднелось здание с надписью «Национальный банк Хуз».

Тананда вскочила на ноги и в мгновение ока пришла в движение.

– Спасибо, Корреш. В конце концов, это может быть не так уж и плохо.

– Не забывай, что мы находимся очень близко от полицейского участка, – предупредил я, стараясь не отставать.