О чём молчат камни Сибири

— Я не поняла, вы согласны?

— Да.

— А президент не будет против? Может, стоит для начала с ним согласовать?

— Давайте смету и пояснительную записку.

— Всё в этой папке. Я могу рассчитывать на то, что бюджет экспедиции не урежут?

— Можете. Вы свободны, Ольга. Начинайте подготовку к экспедиции.

— А деньги?

— Деньги поступят на ваш счёт в течение недели. Что-нибудь ещё? — начинал потихоньку вскипать глава администрации президента.

— Ничего, Йонатан Эдуардович. До свидания, — пролебезила Ольга, пытаясь спиной нащупать входную дверь. Приоткрыв её, Ольга ещё раз поклонилась, одарив его раболепной улыбкой, и исчезла.

Оставшись в одиночестве, Йонатан нацедил с полстакана элитного виски и, удобно разместившись в кожаном кресле, начал прокручивать в своей голове недавний разговор.

«Надо же, русский и индиец — братья навек», — ухмыльнулся он, отхлебнув из стакана чрезмерно большой глоток виски. Откинув голову назад и закрыв глаза, он незаметно для себя задремал.

Неожиданно окно распахнулось, и в кабинете запахло свободой и умиротворённостью. Йонатан почувствовал лёгкое дуновение ветерка, принёсшее с собой еле уловимый запах океана. Но внезапно умиротворённость испарилась, и он услышал истошный женский крик:

— Джимми, пой!

Открыв глаза, Йонатан с удивлением обнаружил себя сидящим в первом ряду в каком-то концертном зале. Взглянув на сцену, он сначала увидел парня с гитарой, который о чём-то грустил, а уже потом — девушку, пытавшуюся растормошить его, исполняя до боли знакомую композицию:

Джимми, Джимми, Джимми! Ача, ача, ача! Джимми, Джимми, Джимми! Ача, ача, ача! Аджаре мери са. Ке джаги джаги ра. Пукари туче сунн. Суна де вохи дун.

— Это же «Танцор диско», — присвистнул он от изумления. — А чё он не поёт? За всё ж заплачено.

Прислушавшись к требованиям возбуждённой толпы зрителей, он понял, что не только ему не нравится молчащий Джимми. Неистовствующая толпа фанатов скандировала:

— Джимми, пой! Джимми, пой!

Йонатан настолько был вовлечён в это действо, что не сразу понял: это всего лишь сон. Очнувшись в своём кабинете и понимая абсурдность ситуации, он всё ещё шёпотом продолжал скандировать:

— Джимми, пой! Джимми, пой!

«Да, действительно, русский и индиец — братья навек, — тяжело вздохнул Йонатан. — Да и выпил вроде немного», — подытожил он, взглянув на стакан недопитого виски.

Перебравшись с кожаного кресла на кожаный диван и укрывшись пиджаком, прекрасно зная, что его никто не посмеет будить в ближайшие три часа, он в который раз задремал. Индийские актёры разъехались, а кабинет наполнился звуками сверчков, шумом ветра и шелестом травы. Дождавшись, пока начальник уснёт, его подчинённые тоже начали готовиться ко сну. Сотрудник Росгвардии, в соответствии с инструкцией, закрыл входную дверь администрации президента и, вернувшись на своё рабочее место, продолжил разгадывать кроссворд. В тот самый момент, когда счастливые чиновники готовились отправиться в царство Морфея, он, ёрзая на неудобном стуле, всегда вспоминал крылатую фразу: «Покой нам только снится».

Послеобеденный сон для чиновников был введён в действие в 2026 году указом президента. В указе говорилось о том, что сон помогает улучшить эмоциональное состояние, повысить производительность и творческий потенциал. Здоровый храп бюрократов подтверждал это.

Вселенная, откуда-то из темноты космоса украдкой наблюдавшая за тем, как чётко исполняют указание президента российские чиновники, удивлялась: «Сколько ж можно спать? Так всю жизнь проспите». Ей, за миллиарды лет ни разу не сомкнувшей глаз, была непонятна эта тяга ко сну, особенно послеобеденному. «Что ж, — подумала она, — чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало». И, ещё раз взглянув на мирно храпевших чиновников, тихо запела колыбельную песню: «Баю-баюшки-баю. Не ложися на краю…»

Глава 4. Не кочегары мы, не плотники

— Приехали, выгружаемся, — разнёсся по деревне властный зычный голос Ольги Александровны.

Тишина, окружённая лесом, толикой мистики, а также отсутствием интернета и мобильной связи, внезапно была нарушена. Где-то вдалеке лениво забрехала собака, приветствуя непрошеных гостей. Протяжным «му-му» её поддержала корова, отдыхавшая в сарае неподалёку. Жителей деревни Окунево, за последние сорок лет подуставших от назойливых паломников, новая партия отдыхающих не особо заинтересовала. Чтобы зарядиться древней и могучей энергией, сюда приезжали туристы со всего мира. Одни называли деревню пупом Земли, другие — местом силы и энергетическим центром Земли, но все до одного были уверены в том, что, помимо созерцания прекрасных видов, здесь также можно зарядиться особой энергией, вылечить любые болезни и даже обрести вечную молодость. Коренные жители, в отличие от многочисленных гостей, никогда не считали свою деревню местом силы и, когда их снова начинали донимать вопросами любопытные туристы, просто отмахивались: «Самая обычная деревня у нас».

«Не Крым, конечно, но жить можно, — резюмировал Сергей, любуясь живописной природой. — Даже речка есть, хорошо бы ноги размять».

— Тёть Оль, я прогуляюсь, — попытался он привлечь внимание руководительницы экспедиции.

— Только недалеко, — буркнула Ольга, не оборачиваясь, занятая, как обычно, поисками своего финансового директора и по совместительству мужа.

Герман, по своему обыкновению, решил устроить небольшой перекур и, развалившись на сельской лавочке, глубоко затянулся сигаретой. Веки его сами собой начали смыкаться, разум слегка затуманился, на горизонте вновь замаячили небесные кренделя. Но очередная оплеуха привела его в чувства и вернула на грешную землю.

— Почему я должна тебя искать? У меня что, других дел нет?

— Перекур. Пять минут — и я снова в твоём распоряжении.

— Бычкуй сигарету и пошли со мной, — прошипела Ольга, придав ему ускорение пинком под зад.

— Зачем?

— За мной, говорю, — гневно сощурила она глаза, поймав виноватый взгляд супруга. — Заходи внутрь, — приказала Ольга, когда они подошли к автобусу.

— Зачем?

— Внутрь заходи, — сдвинула она брови.

Герман, вновь почувствовав себя маленьким и беззащитным львёнком перед неотвратимой угрозой быть наказанным разъярённой львицей, бодро запрыгнул в салон автобуса. Присев на переднее сидение, он с любопытством стал наблюдать за действиями своей супруги. Ольга приподняла водительское сидение, в основание которого был вмонтирован небольшой железный ящик, умело скрытый от посторонних глаз. Открыв дверцу ящика, она извлекла на свет божий походный сейф.