Академия Грейсли. Дружба любви не помеха

Может, со стороны мы и выглядели как обычно, только вот оба знали, что всё не так. Тэд казался необычайно задумчивым и, несмотря на окрики отца, почти всю пару далеко от меня не отходил, а я… а я снова чувствовала себя паршиво…

Глава 14 У нас борьба без правил

Тэд Тэй

Я честно терпел целых два дня. Смотрел, как Розаринна каждый день гуляет с оборотнем, и медленно закипал. Они смеялись, болтали и тренировались, если так можно назвать это… безобразие!

Я давал ей шанс подумать, а себе — принять окончательное решение. То, что сказал мне отец, окончательно укрепило в понимании того, что либо я рискую и иду до конца, либо остаюсь при своём, но без права на счастье. И… как выяснилось, даже на подругу, потому как Рози совсем не подходил вариант «продолжать дружить». Пусть она этого и не говорила.

На третий день я проследил за тем, как мать отвела огневиков на занятие в одну из самых защищённых аудиторий, и тут же направился в другой конец Академии. Туда, где студенты боевики готовились к очередному занятию.

Он заметил меня издалека, и как только я появился в конце коридора, Гвен Арон отделился от компании своих сородичей, подняв руку, чтобы мне не пришлось искать его в толпе качков.

Мы пошли друг к другу одновременно и встретились посреди коридора.

— Поговорим? — предложил я.

— Не здесь, — кивнул парень.

Боковым зрением я заметил фигуру отца, но сейчас магистр сделал вид, что меня видит впервые в жизни, и быстренько загнал адептов в зал, совершенно случайно не заметив того, что одного из учеников «забыл» в коридоре.

Мы же вышли на улицу и, не сговариваясь, направились в сторону леса.

— Я так понимаю, мы не знакомиться будем, — сложил руки на груди оборотень, с интересом оглядывая многовековые стволы.

— Зачем тебе Розаринна? — сразу перешёл я к делу.

— А тебе зачем? — спокойно парировал он. — Насколько я знаю, вы не можете стать истинными, так что ты, брат, сразу в пролёте. Ничего не имею против ведьмаков, но у тебя нет второй ипостаси, и ты тупо ничего не понимаешь. А ей ещё жить целую жизнь. У нас инстинкты показывают, кто сможет хранить верность. Хотя… в твоём случае даже в магический шар предсказаний заглядывать не нужно, чтобы всё понять.

Я нахмурился и сжал кулаки.

— Я ни разу в жизни не обидел ни одну девушку. А Розаринну вообще с пелёнок знаю.

— И она тебя знает, — заржал он, — вся Академия тебя знает, братан. Я ещё только пришёл, а на тебя сразу пальцем показали и сказали, кто тут главный юбочник. Какого хаоса ты сдался родовитой драконнице?

— Розаринна видела, что я гулял лишь с теми, кто сам этого хотел. Каждая девчонка прекрасно понимала, на что рассчитывать, точнее, изначально ни на что не рассчитывала — им это и не нужно. Мало того, девчонки шли ко мне, когда их оставляли сволочи-парни. Многих из них бросали подобные тебе, кто лил в уши, что она — одна единственная, а потом расчёт менялся, появлялась более подходящая и девочку навыброс. Я же возвращал им веру в себя, и никогда никому не врал. Каждая девчонка, с которой я хотя бы за ручку держался, знала, что мы просто хорошо проводим время.

— Глупость, — отрезал оборотень. — Ты просто жалок. Неудивительно, что зверь Рози на тебя не среагировал. Вряд ли она хотела бы стать одной из твоих кукол.

— Не сравнивай её ни с кем! И не называй этим именем, не дорос ещё. Розаринна — не одна из каких-то девушек и не одна из кукол. Она — мой друг!

— Друг, как же! Ты даже не можешь признаться, что любишь её. И просто ищешь ей замену, потому что не готов бороться.

Кровь резко отхлынула от лица. Этот гад… кто он такой, чтобы высказывать мне подобное?

— Знаешь… — немного погодя ответил я. — Да, ты прав! Хаос раздери, ты прав! Я трус и слабак, который боится сделать неверный шаг и оставить её несчастной. Но я её люблю и всегда любил, хоть и не понимал сам себя до конца! И готов даже уступить, если это принесет Розаринне счастье. Но… только не тебе.

— Ну и почему же? — ухмыльнулся тот.

— Потому что вот ты как раз её не любишь, — отрезал я, с презрением глядя на оппонента.

Я-то хоть могу признать свои слабости и то, что жил так, что оттолкнул того, кого люблю. А он… он считает, что он может добиться такой девушки, не дёрнув даже пальцем, просто потому что «подходящий»!

Ухмылка быстро слетела с губ парня.

Он распрямил руки и размял мощные плечи.

— Не лезь не в своё дело, бытовик.

— Думаешь, меня пугают отшибленные на голову боевики? — поднял я брови. — Ошибаешься. Я мог бы уступить Рози тому, кто искренне её полюбил, если бы на сто процентов убедился, что таковой объект найдётся и что он позаботиться о ней лучше, чем я. И главное уточнение — если она сама бы этого захотела. Потому что моя подруга не вещь, чтобы её кому-либо отдавать. Но я никогда не стал бы рассматривать того, кто просто пришёл и решил, что она ему подходит.

— Как раз союзы, основанные на здравом расчёте и симпатии, оказываются более живучими, парень. А эмоции, которые ты высокопарно называешь любовью, вообще ничего не стоят. Я буду делать то, что считаю нужным.

— Нет, ты возьмёшь свои манатки и свалишь отсюда.

— Да? — он хрустнул костяшками пальцев. — Что ж, бытовушечка, заставь меня.

Дальше я уже не слушал, просто сбив его ударом обеих ног.

Оборотень взревел, схватил меня под коленки и повалил вместе с собой на землю. В ход пошли кулаки, лбы и даже найденные на земле палки. Я мутузил его наглую рожу с таким удовольствием, что практически не замечал ответных ударов. Лишь когда боевик одним из приёмов отца повалил меня на живот и начал бить мордой о землю, я позволил себе подключить магию — осыпав медвежатину целым роем шишек со всех окрестных ёлок.

— Троллья печёнка! — слетел с меня громила.

Я же поднялся и, сплюнув на землю кровавую слюну, приготовился к следующему раунду. Чувствую, он меня поваляет знатно — всё же подготовка лучше. Но это не значит, что я не наваляю ему в ответ!

В этот раз мы сцепились ещё и магией. Гвен оказался довольно сильным магом земли, и от его рук вокруг меня ходуном заходила почва. Только вот не зря я столько лет на бытовом штаны просиживал. Из-за кроны деревьев появилось древко моей верной метлы и, хорошенько лупанув противника по пустоголовому затылку, влетело мне в руку, поднимая к первым веткам деревьев за секунду до того, как земля под ногами обвалилась. Я эффектно крутанулся в воздухе, радуясь, что мы не на пустом пространстве — тут медведь не мог выдирать деревья, справедливо полагая, что за это ему отец Розаринны оторвёт мохнатые уши. Так что всё, что ему сейчас подвластно, — лишь немного вздыбить поверхность почвы или же швырнуть в меня парой камней. Чем он и занимался.

Я летал кругами, уворачиваясь от свистящих в воздухе снарядов, одновременно посылая вниз кучи шишек.

— Ты издеваешься?! — завопил он, получив в глаз. — А ну, вернись вниз и дерись, как мужчина!

— Как тупой мужчина? — уточнил я, срывая с дерева очередную шишку и задумчиво прицеливаясь. — Кто тебе сказал, оборотень, что мужчины должны стоять столбом и получать оплеухи, как делаешь ты?

— Ты дерёшься не по правилам!

— По правилам, — парировал я, — у нас борьба без правил, мохнатый.

Медведь взревел и реально обернулся. Теперь меня внизу ждала огромная меховая подушка. Он резко затряс дерево неподалёку, оглушая лес злобным рёвом и умудрился ветками сбить меня с метлы. Ну, я и полетел… прямо на тёмно-бурое пузо…

— Ах ты ж… — успел лишь выругаться, как на меня навалилась и придавила тяжеленная туша.

«Ну всё, хана косточкам!» — успел лишь подумать за секунду до того, как нас обоих объяло пламя.

Неподготовленный к такому повороту оборотень взревел от неожиданности и подскочил, освобождая для вдоха мою грудную клетку. Я же сел на земле и недовольно протянул:

— Ну ма-а-а-ам…

— Не мамкай! — гаркнула огненная ведьма, у которой от ярости даже волосы на голове встали дыбом. Страшное зрелище, скажу я вам. Это мы ещё дома все привычные — мать стабильно выходит из себя раз в месяц, а то и два, если очень повезёт. А не подготовленный к такому Гвен явно струхнул, потому как ойкнул и упал на мохнатый зад.

Магистр Дэвис прошла ближе и, внимательно осмотрев меня со всех сторон, протянула руку.

— Жив?

— Жив, — с её помощью я поднялся на ноги, но не успел улыбнуться, как получил звонкий подзатыльник.

— Ещё раз устроишь разборки на территории Академии, и я лично тебя в одну из могил на кладбище некромантов закопаю! — рявкнула мамуля. — Две недели… нет! Месяц отработки! В конюшне у единорогов. Займёшься чисткой навоза до конца семестра, Тэдди. И только попробуй ещё раз меня вывести из себя. Мне пришлось прервать урок, потому что пришёл сигнал от твоего родового знака, что ты вот-вот лишишься желудка.

— Мэм, это моя вина, — начал было благородно выступать обернувшийся обратно медведь, чем привлёк внимание разъярённой женщины. Дурачок, что я ещё скажу. Сидел бы тихо, может пронесло бы…

— А ты… — мамочка сделала несколько решительных шагов в сторону противника. — Мне плевать, что у вас за разборки, но если ты посмеешь ещё хоть раз тронуть моего сына, я лично оторву то, что делает тебя мужчиной, и, завязав бантиком, засуну в…

— Ма-а-а-ам… — прервал я, — давай без угроз, а? Мы нормально общались. Сейчас все подумают, что я от твоей юбки ни на шаг не отхожу.

— А ты и не отойдёшь! — зловеще пообещала она, оглядывая нас свирепым взглядом. — Клянусь, Тэд. Вот выведешь ты меня, и я когда-нибудь спалю тебе бесстыжие уши! Отрабатывать месяц в конюшнях. Оба!

С этими словами она развернулась и унеслась обратно в Академию.

И только после этого я обнаружил, что на выходе из леса стояли ещё двое: мой отец и… Розаринна… Они оба смотрели за тем, как нас распекала мамочка, и оба не вмешивались. А сейчас, когда она ушла, все на поляне словно выдохнули.

— Неплохо, адепты, — усмехнулся папочка. — Не сказать, что я прямо доволен, но вы оба оказались чуть лучше, чем я ожидал.

— Только не говори, что ты всё это время стоял здесь, — не поверил я.

— Конечно, — кажется, он удивился. — Мне же интересно чего вы оба стоите при должной мотивации… — потом подумал и добавил: — Только маме не говори.

С этими словами магистр боевых искусств достал палочку с вшитим портальным артефактом, и, открыв воронку, исчез в ней.

Остались только я, оборотень и Розаринна…

— Рози, ты же ничего не видела? — с надеждой уточнил я.

— Нет, — она пожала плечами, — я с твоей мамой пришла. Что случилось? — её прямой, но немного испуганный взгляд метнулся сначала ко мне, а потом остановился на Гвене. — Что произошло? Вы поссорились?

— Ничего, — выкрикнули мы одновременно. — Ничего из того, что тебе нужно было бы знать.

— Я сама решу, что мне надо знать, Тэд Тэй, — отрезала она, облив меня ледяным презрением.

А затем, развернувшись, ушла вглубь леса.

Я же переглянулся с медведем и вытер кулаком кровавую жижу на переносице.

— Я так понимаю, мы закончили?

Парень, не обратив на меня внимания, начал собирать свои вещи, выпавшие из карманов, на землю. А я, немного подумав, подошёл ближе.

— Наверное, сейчас не лучшее время продолжать, — заметил боевик. — Не хотелось бы признаваться, но угрозы твоей мамы довольно убедительные.

— Её все боятся, — незаметно для себя хохотнул я, а потом посерьёзнел и уведомил: — Я не буду нападать, я не дурак, не переживай.

— Очень рад слышать, правда, каждый дурак примерно то же самое про себя думает.

— Знаешь, ты прав, — кивнул я, а когда оборотень удивлённо выпрямился, нахально улыбнулся, — ты прав, когда сказал, что меня и мои методы ухаживания знает вся Академия. Раньше я пользовался ими лишь для развлечения. Но сейчас… я не отдам тебе Розаринну и буду использовать все доступные мне методы. Можешь хоть деревья от злости грызть. Да, ты способен победить меня в рукопашном бою, но никогда не сможешь так заинтересовать девушку, как это сделаю я. А я сделаю, — похлопав беднягу по плечу, я предложил: — Лучше просто не позорься и, взяв лапки в другие лапки, проваливай с моего пути.

Глава 15 А вот и проблема

«Ну всё, хаС чего бы? Мало ли, что они не поделили», — пыталась отмахнуться я от навязчивых мыслей, углубляясь всё глубже в академический лес.

«Из-за нас, точно тебе говорю! Именно — не поделили. Нас!»— зверь торжественно забил хвостом и выдал: «Пусть сражаются, а мы выберем сильнейшего. То есть выжившего!»

«Они идиоты!» — в сердцах высказала я. —«С чего они вообще взяли, что могут меня делить?»

«Вот — ты уже согласна, что это из-за нас!»

«Ой, отстань», — отмахнулась я и под бубнёж драконницы медленно пошла по лесной тропинке, отпустив на волю мечущиеся мысли.

Здесь, в немного таинственном полумраке, хорошенько поразмыслить обо всём проще всего. Буквально пара сотен метров от Академии — и любой прохожий попадал в сказку. Независимо от того, какая была погода, в академическом лесу всегда оставалось прохладно, темно и немного влажно. В воздухе витал запах смолы и еловых веток. Под ногами хрустели шишки, и лишь пробегающие по стволам деревьев белки напоминали, что время не остановилось. Я всегда сбегала сюда, когда хотела подумать. Хотя мечтала… что когда-нибудь я смогу думать в небе, распахнув крылья и несясь навстречу ветру.

А пока лес служил тихой отдушиной.

В учебном заведении, которым руководил мой отец, имелось всё. Огромная белоснежная Академия стояла посреди бескрайней территории, на которой при желании мог уместиться приличный город. У нас разместились и лес, и парк, и несколько полигонов, даже бассейн для русалок и прочих морских обитателей. Вдалеке, за полигонами, располагался страшный, довольно жуткий лабиринт, в котором не раз и не два терялись студенты. Их, конечно, каждый раз находили, но тем не менее…

Я уже не говорю про территорию общежитий и небольшой городок из домов, в котором обитала наша семья, а также родители Тэда. Эти домики построили совсем недавно, если сравнивать с остальными, но их делали как раз для женатых пар, в особенности преподавателей. А таких уже появилось не мало…

А ещё с обратной стороны Академии находилась огороженная территория некромантов. Обычным студентам входить туда запрещали. У них даже было своё кладбище и собственная чёрная башня, которая возвышалась над остальной частью белоснежного здания и пугала неподготовленные восторженные умы мрачной таинственностью. Именно там предстояло в будущем учиться младшей сестре Тэда…

Я попыталась переключиться с мыслей о парнях, действия и мотивацию которых вообще уже перестала понимать, на размышления о том, какую непростую и ответственную работу проделывает мой отец, каждый день управляя этим огромным предприятием. И вот, когда у меня почти получилось отвлечься от неприятных мыслей, я чуть не свалилась в очень удачно кем-то подставленный портал. Прямо под ногами!

— Осторожней! — меня рывком выдернули назад. — Что вы здесь забыли, адептка?! О, Розаринна… Ты не в курсе, что сейчас лес закрыт, так как тут тренируются портальщики?

— Простите, магистр Беркутен, — покаялась я перед молодым оборотнем из семейства орлиных.

Оглянувшись, внезапно поняла, что безлюдный лес кончился, и на меня глазеет с десяток пар глаз незнакомых мне студентов, облюбовавших небольшую лесную полянку посреди чащи.

— Я не видела объявление… — немного подумав, взмолилась, сложив ладони друг к другу и со всей возможной искренностью заглядывая преподавателю в глаза. — Можно, я всё же погуляю здесь, магистр Свен? Я недолго, честное слово! Вы же не весь лес заняли? Я правее пойду — к будке поцелуев. Там обычно в это время нет никого, да и папа следилок везде натыкал… А назад через поле, не переживайте! Я вам не помешаю! Ну пожалуйста — настроение паршивое…

Молодой мужчина совсем по-птичьи недовольно дёрнул головой. Вообще, именно этот магистр, недавно сменивший старого профессора на должности преподавателя по основам портальной магии, больше всего ассоциировался в моей голове со своей второй ипостасью. Он даже в обычной жизни сохранил некоторые повадки зверя: те же повороты головы, пронизывающий взгляд и… некую чудинку… А ещё — он всегда немного нарушал правила, так что я надеялась на сотрудничество.

— Твой отец меня убьёт… — почесал он острый подбородок. — Ладно, будка поцелуев отсюда довольно далеко, мы не дотянемся. Так что беги — побыть вдали от людей — святое. Если что, вали всё на меня, — он подмигнул.

— Спасибо, магистр! — я благодарно заулыбалась и, осторожно обойдя портальную воронку, направилась вглубь леса.

— Только внимательно смотри по сторонам! — крикнул оборотень вдогонку. — У второкурсников порталы могут сбоить.

— Ладно! — перешла я на бег.

Итак, быстро огибая стволы сосен и елей, добралась до места через десять минут.

«Что делать будем?» —поинтересовалась драконница.— «Ты же не просто так сюда пришла?»

— Нет, не просто так.

«Только не говори…»

— Да.

Я насобирала шишек, которые в огромном количестве валялись на земле возле будки — всё же эту часть леса духи-хранители убирали крайне редко. Говорили, что этим должен заниматься местный лич, но я никогда его не видела, да и никто не видел. И не мудрено — во-первых, таким, как он, не разрешалось показываться на глаза обычным студентам, не владеющим магией смерти. А во-вторых, ходили слухи, что он более, чем ленивое создание…

Выбрав самую толстую ель на расстоянии около ста метров, я встала в стойку и бросила первый снаряд, стараясь сбить шишкой другую шишку, только теперь уже с дерева.

«Детская забава», — прокомментировала драконница.

— Именно, — с силой метнула вторую шишку, чуть даже рыкнув при этом.

«Ты просто спускаешь пар. Как ребёнок».

Третья шишка угодила в ствол и, отскочив, чуть не снесла голову белке, которая очень невовремя вылезла из дупла.

— Прости! — покаялась испуганно. — Можно, я немного потренируюсь?

Белка что-то недовольно процокала, и, судя по виду, это «что-то» на беличьем языке звучало весьма некультурно. После этого обладательница пышного хвоста взлетела вверх по стволу, я решила, что формальное разрешение получено, так что продолжила лупить шишками по дереву.

— Дурачьё! Мальчишки! Чтоб их духи-хранители общежитий потрепали! Почему с ними всегда сложно?!

«Бей! Бей!» —подначивал зверь. — «Вон там, видишь, шишка на третьей ветке? Пали! Будут знать, как нервы нам делать! Взяли и подрались. А если бы поубивали друг друга? Кого нам выбирать тогда?»

Я вспомнила залитое кровью лицо Тэда и, стерев с лица злую слезу, снова бросила шишку. Даже своему дракону мне не хотелось признаваться, что я до одури испугалась. И всё время, пока мы шли сюда, просто-напросто крепилась. Теперь же паника начала выходить наружу.

«Я это понимаю, — осторожно отозвалась моя половинка. — Мне тоже жаль. И Тэда, и Гвена. Видела, какой у медведя синий глаз?»

Я дёрнула головой.

«Ты совсем его не хочешь рассмотреть, да?»— догадалась она.

Я на секунду остановилась. Подумала и вздохнула.

— Прости, но нет. Я… не хочу.

«Но он хороший! Почему нет?»

«Да… хороший, но…» — перешла я на мысленную речь. «Я понимаю. Я всё понимаю… но не могу… я не люблю его».

«Ох уж эти люди! Люблю — не люблю! Зачем тебе такие сложности? Тэд не собирается, в отличие от оборотня, железно хранить нам верность. Он не чувствует истинности и в любой момент может передумать! Это риск».

Я кивнула. Она права. Тэд — свободен. Если я чувствую нашу связь, то он — нет. А если нет, то он волен делать всё, что угодно. Но я верила, что мой друг может быть верным, если захочет. В конце концов, как друг он был не просто верным — он казался мне скалой — ни разу не поставил интересы своих дружков или даже мимо проходящих девушек выше моих просьб. Для него дружба — святое. Может… может у него получится сохранить верность не дружбе, а мне?

Но зверь ждал моего вердикта. Хотя бы в мыслях.

«Даже если Тэд меня не полюбит, — постаралась я оформить мысль, — я всё равно не хочу встречаться с Гвеном. Прости…»

Драконница какое-то время молчала. А потом немного обиженно проворчала:

«Вот оставишь нас без потомства из-за своих глупых идей — будешь знать».

Я улыбнулась. Тяжело ей со мной придётся…

Последняя шишка полетела уже не так стремительно. Но в тот момент, когда я уже захотела развернуться, чтобы уйти, её поймала рука ведьмака.

— Пар спускаешь? — чуть улыбнулся он.

Я нахмурилась и отвернулась.

— Я с тобой вообще не разговариваю, Тэд Тэй!

— Ну Рози! — возмутился он. — Я знаю, что опять накосячил, но давай мы хотя бы обсудим это? Имей снисхождение к ограниченному мужскому мышлению!

— Мужскому мышлению?! — резко развернулась я, начав закипать. — Да ты шутишь! Теперь твоё поведение так называется?! Зачем ты в драку полез? Тебе жить скучно? И не с кем-нибудь, а с боевиком!

— Считаешь, он бы меня уделал? — нахмурился парень.

— Да, считаю, — меня уже понесло. — Тэд, его учили сражаться. Три курса натаскивали лучшие учителя. А у тебя только физподготовка обязательным предметом, да мелкие стычки с отцом. А если бы он тебе что-нибудь сломал?

— Залатали бы в целительской, — пробормотал Тэд, немного обалдев от моего напора.

— Шею?! — взвизгнула я. — Дурачьё! Ты вообще ничего не понял — мы с ним нормально общались! По-дружески, а не так, как ты со своими Глиндами и Мирандами! Если твоё эго задело то, что я тоже имею право на личную жизнь, то это не значит, что ты имеешь право запрещать мне с кем-либо общаться или контролировать меня!

— Да причём здесь это вообще? — возмутился он.

— А притом, что ты просто привык ко всеобщему вниманию, ко всеобщему обожанию! — я надвигалась на него словно фурия, где-то краем сознания понимая, что всё больше похожу на его взрывную маму, но ничего не могла с собой поделать. — И не видишь дальше своего носа! А Гвен — хороший! Он честно мне сказал, что он готов мне предложить, что он от меня хочет!

— Честно? Рози, вы знакомы неделю!

— Да, и за одну короткую неделю он показал, что во много раз лучше тебя! — выпалила я и тут же пожалела о своих словах.

Лицо Тэда побелело как полотно. Широко раскрытыми глазами он смотрел на меня. Смотрел так, будто я сейчас просто убила его этим признанием.

Захотелось тут же взять обратно жестокие слова, обнять, сказать, что не хотела, но… но это была правда. Обида, горькая, которая словно дёготь, разъедала моё сердце. Перед глазами пронеслись лица его подружек. Эльфийки, оборотни, люди.. фея, будь она неладна…

Я помнила каждую из них.

Для меня это было не просто дружбой и лёгким флиртом, а словно удар ножом, который резал, вспарывал сердце. Я верила, я искренне верила, что когда мне исполнится восемнадцать, всё изменится. Но мой друг детства так и не понял. Не осознал, что я люблю его… И теперь я смотрела на него с такой горечью, понимая, что все мои планы и надежды… они просто неосуществимы. Если не судьба, значит не судьба. Видимо, наш случай не попал в то самое редкое исключение, когда души притягиваются друг к другу, даже если это невозможно…

Я развернулась, чтобы уйти не сказав ни слова, потому что боялась, что если только открою рот, то тут же зарыдаю. А я не могла. Я не могу вешать на Тэда себя, если он этого не хочет.

Он. Не хочет. Всё, Розаринна, просто смирись.

— Рози… — рука ведьмака схватила меня за рукав.

— Отпусти, — попросила я шёпотом.

— Нет, мы не договорили, — мрачно ответил он.

— Ты не слышал, что она сказала? — из леса вышел Гвен и, отвечая на мой ошеломленный взгляд, пояснил: — Я не подслушивал, так как только подошёл — ты долго не возвращалась, а в лесу тренируются портальщики. Мне показалось, что это может быть опасным, и я решил проверить, всё ли в порядке. Но последние две фразы слышал.

Он повернул спокойное, но суровое лицо к Тэду и снова потребовал:

— Отпусти её.

— Да пошёл ты в троллий зад! — возмутился Тэд, отпуская мою руку и налетая на оборотня. — Медвежья затычка в каждой дырке. Вали отсюда!

Они снова сцепились, а я, заметив, как прямо возле ноги Гвена разверзся кривой, искрящийся ломаной магией портал, бросилась разнимать парней.

— Стойте! Тут портал! Не надо!

Тэд с Гвеном обменялись крепкими ударами в челюсти, и в тот момент, когда я налетела на руку боевика, парень дёрнулся, а я вместо того, чтобы оттолкнуть их, оступилась и одной ногой угодила в шипящую воронку.