Академия Грейсли. Дружба любви не помеха!

«Ну что, девочка, ты готова?» — спросила я у своей второй половины.

«Не знаю», — нервно отозвалась она.

«Поздно. Давай, вылезай!»

Я вздрогнула всем телом и, словно дав мысленное разрешение, почувствовала, что открыла огромные двери. С громким рёвом моя драконница вырвалась наружу, на секунду ослепляя светом.

Когда сознание вернулось, я поняла, что уже не стою на земле, а… нет, стою, но только очень и очень высоко над землей!

— Ох, МА-МА! — проревела в воздух, с трудом ворочая большим неудобным языком. Ноги как-то сами собой разъехались в стороны, и я, не удержав равновесие, завалилась на довольно объёмную попу.

— Рози? — голос Ректора Никса раздался откуда-то снизу. — Рози, милая, ты в порядке?

Я судорожно начала рыскать мордой по земле в поисках отца. Почему-то в первый раз в облике дракона всё произошло словно на автоматизме — я нашла и Тэда, и эту… Глинду легко и вообще без напряжения. Сейчас же любое движение давалось с трудом. Мало того — приходилось постоянно думать, какой частью тела куда вертеть.

— ПА-ПА! — обрадовалась я, обнаружив родителя под мышкой. То есть он, конечно, стоял на земле, но увидеть его я смогла лишь задрав переднюю лапу. — ПА-ПА! Я не… не… — следующее слово никак не хотело выговариваться, поэтому я раздражённо фыркнула. И тут же испуганно вздрогнула, потому как в ректора Никса полетел столб пламени.

К счастью, он лишь отмахнулся от драконьего огня палочкой, скрутил его в тугой узел и одним пшиком развеял над землей. Затем успокаивающе вытянул вперёд ладони.

— Рози, всё нормально, сейчас я тоже обернусь, и ты сможешь немного расслабиться.

«Как тут расслабиться?» — проворчала я мысленно, понимая, что не слышу свою драконницу. Где она?! Пока отец оборачивался, я судорожно звала зверя и даже шарила глазами по земле. Я её что, выкинула?!

«Рози, я тут», — раздался в голове голос мужчины. Все драконы умеют мысленно передавать слова, когда они во второй ипостаси, хотя у тех же оборотней это получается только если хорошо развита ментальная магия.

«Сейчас, пап, подожди, я потеряла!»

Вскочив на четыре лапы, я закрутилась вокруг своей оси, поочередно поднимая то хвост, то одну из лап, и внимательно осматривая траву на поле.

«Что ты потеряла?»

«Драконницу! Мою! Она разговаривала со мной, а сейчас куда-то делась!»

Я истерично начала бить хвостом по земле, вырывая огромные куски грязи и посылая их во все стороны.

«Что дела-а-а-ать?!»

«Рози, стоп!» — попытался было утихомирить панику ректор, но куда там!

От страха я начала носиться кругами по стадиону. Вот сколько лет не было этого голоса в голове, а тут всего неделя, как появился, и я уже жизни без него не представляю!

На очередном повороте отец довольно бесцеремонно ухватил меня зубами за хвост, а я, не успев затормозить, сначала дернулась вперёд, а затем с размаху уселась на драконий зад.

«Розаринна», — увидела я перед собой морду ящера. — «Я тебе сколько раз всё втолковывал? Неужели ничего не отложилось?»

«А что именно не отложилось?» — шмыгнула я носом, выпуская колечки дыма. — «Ничего не помню».

«Оно и видно», — устало вздохнул отец. — «Рози, ты сейчас и есть твоя драконница. Когда ты человек, то слышишь её голос в голове, но будучи в облике дракона, вы соединяетесь в одно».

«То есть, она меня не заменяет?» — спросила я неуверенно и сама же начала смутно припоминать многочасовые лекции отца для нас с Риком на эту тему. Проблема лишь в том, что Ректор Никс довольно… скажем так, обстоятельный педагог. Рассказывал всё в мельчайших деталях, и, что греха таить, мы с братом не всегда внимательно вникали. Рик вообще постоянно спал. Я же старательно делала вид, что слушаю, но нет-нет, а тоже клевала носом.

— «Я думала, что во время оборота мы с ней как бы местами поменяемся…»

Отец раздражённо фыркнул.

— Розар-р-ринна! — прорычал он вслух, до того возмутился моей безграмотностью. И лишь затем снова перешёл на мысленное общение. — «Дочь, я много раз тебе говорил: главный всегда человек. Ты — человек, просто у тебя есть способности. У тебя есть, если хочешь, вторая часть твоей души, которая тоже умеет мыслить и чувствовать. Но она не главная и не автономная. Она живёт в первую очередь инстинктами и помогает тебе стать полноценной, стать собой. А те, у кого преобладает животная часть, — в большой беде, дочь. Напомнить, что делают с обезумевшими драконами, потерявшими человеческий разум?»

«Лишают магии и второй ипостаси», — прошептала я мысленно. Это я знала. Но до восемнадцати я так и не обернулась, так что для меня эта информация была лишь частью домашнего задания, которое необходимо выучить. Но внезапно сейчас всё, что когда-то втолковывал нам отец, стало реальностью. Настоящей реальностью! — «Значит, сейчас я и… драконница вместе? Мы вот такие?»

«Да, дорогая», — немного успокоился ректор. — «В этой ипостаси ты сможешь себя чувствовать чуть более раскрепощенной в том, что для тебя важно. Я, например, в сущности дракона хулиганил много, хотя…» — тут он задумался. — «С меня, дочь, пример брать не надо, я вообще с раздвоением личности долго жил. Если бы не твоя мама…»

«Ой, нет, папуль, давай не надо», — взмолилась я. — «Ты сто раз нам рассказывал, как наша мама тебя спасла и тому подобное. Раз всё нормально, пойдём полетаем».

Родитель тяжело вздохнул и согласился.

«Ну, давай».

И пока он мне показывал, как правильно ставить крылья при полёте и в какую сторону вертеть хвостом, я думала о том, что похоже отличительным признаком моей драконницы окажется излишняя восторженность, паникёрство и раздражительность…

Пятнадцать минут инструктажа, во время которого я нервно переминалась с лапы на лапу, и наконец взлетели!

— ИХ-ХА! — проревела я так, что стекла в Академии задрожали.

Словно две стрелы мы ринулись с отцом вверх. Два бордовых огненных дракона. Великие, всемогущие! Разве что я раза в три меньше… и красивее — очень на это надеюсь.

— Своб-бода!!!

Ветер, воздух, облака! Как развеваются мои крылья, как потоки воздуха щекочут животик! Блаженство!

«Розаринна, — окликнул меня голос отца, — осторожно расправь правое крыло, а то ты косишь».

Я кошу?! Я не могу косить, у меня офигенный полёт!

Недовольно заворчав, я всё же попыталась выправить одно из крыльев. Но, похоже, что не то.

— ПА-ПА! — завопила я, заваливаясь на один бок, как огромное торговое судно и стремительно приближаясь к земле.

Миг, и огромная тень, поднырнув под меня, подставила спину, дав возможность вцепиться в костяные наросты когтями. Для надежности я ещё и хвостом его обвила. Хотела и зубами впиться, но всё же здравый смысл победил, и мы почти спокойно опустились на землю.

«Слезай», — попросил ректор, мягко встав на лапы на том же самом полигоне, с которого взлетели.

«Ни-низа что!» — ответила я мысленно, чувствуя, как трясутся лапки. — «Хорошо же шло, я всё по инструкции делала, почему падать начала?»

«Потому что нельзя научиться летать, стоя на земле», — меланхолично ответил родитель, передергивая плечами и сбрасывая мою тушу на землю. — «Это обучение, Рози. Начнёшь учиться — всё получится. Не захочешь — не получится. Всё как обычно.»

— Не хочу учи-и-и-иться! — заныла я, складывая лапки на пузе и воя на появившуюся луну.

Хоть где-то же должна быть справедливость? Почему мама управляет силами интуитивно, а я должна учиться не только управлять огненной магии, но ещё и летать?!

— Ну что, пойдём домой? — передо мной вновь возник папочка в человеческой ипостаси. Ни одной складочки, ни одного залома. — Поздно уже, мама наверняка волнуется и начнёт на нас ругаться. Ты, кстати, взяла в сокровищнице артефакт, возвращающий одежду после оборота?

Упс…

Я повернула виноватую морду к отцу и улыбнулась. Если в прошлый раз после выплеска сил и оборота Тэд оперативно замотал меня в штору и доставил в лазарет, то сейчас я как приличная девушка с двумя ипостасями должна сама о себе позаботиться и взять у духа-хранителя артефакт, помогающий оставаться одетым после оборота. Его изобрели лет пятнадцать назад. А до этого всем оборотням приходилось по кустикам прятаться, чтобы одежку свою из пространственного кармана вытащить!

— Только не говори, что ты его не взяла, — нахмурился родитель.

Я покачала головой, потом подумала и покивала, затем снова покачала.

— Розаринна… Погоди, ты вот сейчас со мной летала, а отработкой сегодня занималась? Мне кажется, что я видел лишь управляющих мётлами домовушек…

— О-О-О! МА-МА!

Ректор живо развернулся к приближающейся к нам со стороны Академии беловолосой ведьме, а я, быстренько поднявшись на лапки, дала дёру в сторону дома, громко топая и ломая своей новой тушей росшие по краям дорожки кусты. Для кого такую узкую дорогу делают? Для тощих эльфиек?! Нормальным драконницам пройти нельзя! Хотя Глинда наверняка иногда тоже задевает кусты роз своей пышной попой. Я мстительно улыбнулась.

Родители либо сделали вид, что не заметили моего фееричного побега, либо были слишком заняты друг другом, так что я беспрепятственно избежала неудобных вопросов и последующей взбучки. Не говорить же им, что первое, да ещё такое неудачное свидание я предпочла отработке! А домовушки меня не выдадут — я их любимица!

Когда моя туша тяжело перевалилась через наш низенький забор, уже совсем стемнело. Лишь фонарики освещали очертания дома.

Обойдя довольно скромный по меркам аристократов двухэтажный особняк, я задрала голову и шёпотом заорала:

— ЛИ-ЛИ!!!

К сожалению, получилось громче, чем я рассчитывала, так что стая ворон, рассевшаяся на раскидистом дереве, с громким карканьем поднялась в небо.

— Что шумим? — на балкон вышла моя младшая сестра и, глянув вниз, усмехнулась. — А… пышечка пришла. Тебе полотенчико скинуть или эклерчик?

Я зарычала и постаралась донести до этой грубиянки своё возмущение.

— П…п… АТЬЕ! — потом подумала и добавила: — ДУР-РА!

— Приятно познакомиться, — совсем не впечатлилась Лили. — А то я всё думала, как зовут твою драконницу. А вот оно как…

Но потом, видя, как я злобно молочу хвостом по маминым розам, вытянула ладошки вперёд.

— Ладно, ладно, платье так платье. Хотя, я тебе всегда говорила, много кушаешь — ни в одно платье не влезаешь. Вон и так какую попу себе отрастила — видимо, поэтому и не летается…

— КУ?! — удивлённо вытянула я морду. Откуда она узнала?!

Но так как сестра уже скрылась в доме, я испуганно заметалась по саду, пытаясь с наименьшими потерями попасть к небольшому прудику в углу участка. Мне нужно зеркало! Срочно! Не может быть, чтобы пирожки тети Глаши отложились на пятой точке моей драконницы.

— НЕ-Е-ЕТ! — в воде отображалась довольно-таки откормленная, для моего вида, большая…

— На курицу похожа, — заметил тонкий голосок Рика.

Я свирепо развернулась, когда Лилианна закрыла рукой рот брата.

— Платье, — улыбнулась она, протягивая мне одежду. — И даже туфельки. Обращайся, мы пойдём!

— Я хочу посмотреть оборот! — заупрямился Рик.

— НЕТ! — рявкнула я.

— Обойдёшься, — поддержала Лили, таща мальца обратно в дом. — Уговор был на то, чтобы ты посмотрел на Розиного дракона. Ты посмотрел. Какие претензии?

— Какой же это дракон?! — возмутился он. — Она больше похожа на праздничную индейку… только с головой…

В дом они уходили под мой громогласный рёв.

Ещё раз оглядев себя со всех сторон в водной глади, я с сожалением похлопала лапой по внушительной попе и, припомнив все уроки отца, обернулась обратно.

— Ну, хоть тут без приключений, — проворчала довольно, ныряя в единственные уцелевшие кусты. — Домовушки завтра ругаться будут, когда порядок начнут наводить. Ай, ладно. Скажу, что не я!

Глава 6 Какао с зефирками и пончики...

Уже позже, когда весь дом спал, а я в третий раз вскочила с кровати, потому что никак не могла найти удобную позу, в голову пришла светлая мысль перестать мучиться и попытаться заснуть.

— На воздух хочу… — прошептала еле слышно, крадясь к лестнице, ведущей на крышу, — хоть поплачу вволю. Всё не так…

Правда, когда я открыла дверь, то тут же поняла, что спокойной ночи мне тоже не видать.

Тэд меня уже ждал…

— Рози, у меня есть пончики! — проговорил он довольно, скидывая на крышу небольшой сверток, а затем, сделав круг в воздухе верхом на метле, приземлился рядом.

— Тэд, ты бытовик — тебе летать не положено, — проворчала я, уже думая уйти. Но… пончики в промасленном свертке неприлично манили…

— Я ещё и ведьмак, — усмехнулся он, — так что мне закон не писан. Ну так что?

Он распахнул края свертка и, издав блаженное мычание, повернул его нутро в мою сторону.

— Смотри, с джемом, со сгущенкой и вот эти… — достав румяный колобок, он с блаженством втянул носом воздух, — с шоколадом…

Я облизнулась. Мои любимые…

— Нет, я спать хотела!

Рывком развернувшись, я уже почти поставила ногу на первую ступеньку лестницы, как меня догнал его вкрадчивый голос:

— И горячее какао с зефирками, — судя по звукам, Тэд полез в свой пространственный карман, где, как настоящий бытовик-хомяк хранил всё на свете.

«Мы любим какао с зефирками», — облизнулась в голове драконница, которая до этого спала после тяжёлого первого полёта.

«Я на него обижена».

«Ну так обижайся, кто же тебе мешает?» — удивилась она. — «Пончики-то в чём виноваты?»

«Мы толстые!» — привела я последний аргумент, однако уже убирая ногу со ступеньки.

«За себя говори!» — оскорбилась вторая половина. — «Не знаю, какие там стандарты красоты у двуногих… Но как оказалось — хороший аппетит совсем не отпугивает мужчин, правда?» — наслаждаясь тем, как злобно скрипят мои зубы при воспоминании о пышных формах всяких разных феечек, она эффектно завершила свою мысль: — «А я — идеальна! И мне нужно питаться, иначе летать никогда не сможем, силы нужны!»

— Ладно, Тэд, — рывком развернулась я, — ты не заслуживаешь прощения, но я не собираюсь уходить со своей собственной крыши. Так что сам убирайся! Сейчас опять фамильяр твоей матери заявится и тебя вниз силком стащат.

— Не, эта скотина уже спит, — отмахнулся он, а потом клятвенно пообещал, — Я подальше сяду. И с этими словами отправил по воздуху высокую кружку с крышкой. Следом полетела промасленная упаковка с ещё дымящимися пончиками.

Я скосила глаза на подношение и, недовольно вздохнув, всё же протянула руку, чтобы поймать на лету кружку. Тэд поднял вверх стакан с какао и, отсалютовав им, сделал большой глоток.

— Хорошо… — протянул он, усаживаясь на крышу и свешивая ноги с края. — Люблю, когда небо безоблачное. А ты?

— А я с тобой вообще не разговариваю! — заявила я, усаживаясь с другого края.

Пончики услужливо подлетели ближе и удобно расположились рядом с правой рукой — как раз, чтобы легко и быстро их брать.

Какое-то время мы молча ели. Я пила горячее какао и задумчиво смотрела за тем, как поднимается в воздух горячий пар.

— Тебе правда нравится Алирель? — спросил наконец друг.

— Нет, — ответила честно. — Он просто согласился сходить со мной на свидание.

— Уф, — тут же заулыбался ведьмак, — так, а чего тогда распереживалась в ресторане? Я-то думал, у тебя драконница с ним связь почувствовала. Уже волноваться начал, как же он, бедный, с тобой справится? Он же ледышка замороженная, а твой задвечно в неприятностях.

— Ой, да иди ты, — огрызнулась по привычке.

— Нет, ты послушай, — начал разглагольствовать Тэд, — если сейчас ни с кем связи не чувствуешь, может, ну их, эти свидания? Я же за тебя беспокоюсь! Зачем тебе тот, кто никогда не станет истинным? Только нервы трепать. А ты честная, тебе неудобно потом отказывать. Может, подождём того, на кого сердце ёкнет? Лет пять… десять… Да и вообще, твой отец истинную вообще почти в тысячу лет встретил — никого подходящего раньше не нашел. Может, и ты такая же? Куда торопиться? А так мы хорошенько приглядимся, подумаем, я тебе подскажу, если что. Глядишь, и подберём когда-нибудь подходящего…

Я с тоской посмотрела на этого воодушевлённого идиота.

«Скажи ему!» — потребовала драконница. — «Скажи, он не понимает!»

«Ага, и разрушить нашу дружбу?» — парировала я. — «Он не любит нас. Если я сейчас на него всё это вывалю, то он никогда не сможет воспринимать нас как подругу».

«Но тогда он не узнает и опять начнёт встречаться с какой-нибудь Глиндой!»

Я вздохнула. Неважно. Я не готова его потерять. Ни в каком виде.

Пока я предавалась упадническим мыслям и спорам с самой собой, Тэд как-то незаметно оказался ближе. Так что когда я подняла взгляд, то вздрогнула, обнаружив друга совсем рядом.

— Да ладно тебе дуться! — обхватил он меня за плечи и, впечатывая в свой бок, продолжил: — Каюсь, не подумал. Просто этот белобрысый такой ледышка — я боялся, как бы он тебя не заморозил.

— Ой ли? — я попыталась слегка отодвинуться. — Не сыну магов льда и огня мне говорить подобное.

— Мои родители — это другое, — отмахнулся он, — от них искры летели. И сейчас летят. А светлые эльфы… Это ж холодное болото. Надо оно тебе?

Я вздохнула. Ну да, мне не надо. А что надо — недоступно.

Положив голову на плечо товарища, я меланхолично откусила от пончика.

— У меня драконница толстая, — не знаю зачем пожаловалась ему.

— Что? — он непонимающе скосил глаза на мой нос и нахмурился. — С чего ты взяла?

— Она большая… Я видела.

— Я тоже видел! — отрезал Тэд. — И скажу тебе, что никогда в жизни не встречал такого красивого дракона!

«О да!» — простонала та, растекаясь внутри счастливой лужицей.

— Ты не рассмотрел просто, — проворчала я.

— Уж поверь мне, Рози, — усмехнулся он, утешающе гладя меня по голове, — я в женской красоте разбираюсь. У тебя невероятно красивая вторая ипостась. Блестящая бордовая чешуя и, словно кусочки вишни в йогурте, сверкающие наросты на спине и хвосте. Даже ресницы длиннющие и чёрные. Клянусь, никогда не видел такого красивого дракона! А представь, как ты будешь хороша, когда научишься рассекать воздух? Это же потрясающе!

— Сначала научиться надо, — проворчала я, внутренне млея вместе со своим зверем от такой похвалы.

— Научишься, — уверенно кивнул он, — ты же Розаринна Никс, у тебя не может не получиться.

«Он идеален!» — вопила внутри вторая половина, счастливо отбивая хвостом победную дробь.

Но снаружи я лишь позволила себе чуть улыбнуться — всё равно голова лежит так, что Тэд ничего не видит.

— Ну так что, мир? — протянул мне ладонь ведьмак.

Несколько секунд я смотрела на его руку, а потом всё же вложила в неё свою ладошку.

— Ну вот, другое дело! — обрадовался парень, сжимая меня в медвежьих объятиях. — Это надо обязательно отметить!

Взяв ещё один пончик, он вонзил зубы в самую середину.

— Это ты ректору скажи, — усмехнулась я, поднимая голову от его плеча и тоже похищая из пакета ещё один пончик. — Я сегодня отработку пропустила, а ты не только не проследил, но ещё и забыл, что тебя назначили нашим куратором.

Сдоба выпала изо рта бытовика и полетела вниз с крыши, мягко плюхнувшись в куст роз, растущий под окнами родителей. Парень повернул ко мне испуганное лицо и нервно проглотил то, что успел прожевать.

— Паршиво, — резюмировал он.

— Не то слово, — усмехнулась я. — Жди завтра взбучки.

Глава 7 Случай на полигоне

— Тэд, ты ещё долго собираешься страховать её задницу? — насмешливо уточнил магистр Тэй, прохаживаясь по полигону. Он остановился возле огромной стенки для скалолазанья, на которой я сейчас висела судорожно цепляясь одними пальцами, потому как поддерживающие камни под ногами неожиданно испарились. — Она огневичка, ей положено учиться преодолевать препятствия. А раз ты куратор, иди страхуй ещё кого-нибудь. Тут неумёх — целая группа! — он сделал широкий жест рукой, показывая на висящих, падающих и извивающихся в разные стороны моих однокурсников. И многие из них с надеждой подняли головы, посматривая на ведьмака, что парил на метле рядом со мной.

— Пап, если она упадёт, ректор тебя по головке не погладит, — спокойно парировал Тэд, незаметно подставляя край метлы мне под ступню.

Я облегчённо вздохнула, нащупав точку опоры, и зашарила второй ногой по стене, в поисках нормального уступа. Понатыкали тут обманок!

— Если она упадёт, это всего лишь покажет, что у ректора довольно бездарная дочь! — отрезал магистр, а затем, усмехнувшись, послал ледяной снаряд, сбивший с ног парнишку эльфа, который изо всех сил старался переползти по тонкому канату через огромное грязевое болото.

Потеряв равновесие и опору, тот с жалобным криком рухнул в жижу.

— Эх… жаль, что эльфы плохо плавают, — как бы между делом заметил отец Тэда, с интересом наблюдая за паникой вынырнувшего из грязи однокурсника. — А ещё эта грязь… для их расы слишком тяжёлое испытание. Как бы ко дну не пошёл… Тэдди, ты куратор или как? Его кто-нибудь спасать думает?

— Помогите… — прохрипел эльфинёнок, вновь с головой погружаясь в мутную воду.

Я истерично искала опору под ногами, с ужасом думая о том, что ведьмак уберёт сейчас кончик метлы. Руки уже давно вспотели от напряжения и долго меня не продержат — это точно.

— Ну вот, точно утонет, — меланхолично заметил магистр дроу. От болота послышалось сдавленное бульканье. — Адепт Диаваль, руками работаем, руками, как лягушечка в пруду плывём. В вашей анкете написано, что вы прекрасно плаваете… Что? Простите, по вашему лицу не понятно, но могу предположить, что вас засасывает вглубь… Ну, что ж, значит, надо работать слабенькими ручками чуть усердней, иначе как вы собираетесь дожить до конца обучения?

— Розаринна, — прохрипел друг, по правилам не имевший права снять меня со стены или же помочь пройти испытание. Точнее, он мог… Но из-за этого мне пришлось бы проходить всё заново. А этого никто не хотел, тем более я сама.

Нога, наконец, нашла хороший камень, но как только я встала на него и уже было перенесла весь вес, он с громким хлопком лопнул, а я с визгом чуть не улетела вниз на землю. Если бы не подставивший плечо под мой филей ведьмак, на которого я буквально села, боюсь, пришлось бы зализывать раны в лазарете.

В голове мелькнула мысль, что не может же нанятый преподаватель и вправду калечить первокурсников. А потом вторая мысль перекрыла первую: из-за сложностей нашей будущей работы — а многие стихийники потом идут на защиту границ и в армию, а не только в погодники, — нас ещё в Академии учат довольно серьёзно относиться к опасностям и ждать подвоха, даже от преподавателя. И да, мелкие, не смертельные травмы не исключены. Точнее, всё то, что лечится магией… Например, перелом позвоночника… От последней мысли стало дурно.

— Тэд! — рявкнул его отец, посылая в нас столб ледяных искр. — Я сказал, оставь её, пусть драконница сама разбирается!

Я опять взвизгнула, когда иголки влетели в держащиеся за стену руки, и чуть их не разжала. Бытовик успел прикрыть мои ноги рукой от магии льда, но всё равно не смог погасить всё.

От болота раздался ещё один вопль эльфа. По-моему, у него не получалось плыть, как советовал магистр. Остальные однокурсники застыли на своих местах, стараясь не дышать и не привлекать внимание преподавателя тирана.

Одну долгую секунду Тэд думал, а потом, крикнув: «Держись!» — плечами подбросил меня вверх, а сам улетел на метле спасать тонущего эльфинёнка.

Я пролетела до самого верха стены, удержалась, зацепившись за её край, на секунду зажмурилась, когда стена зашаталась, но всё же выправилась и забросила наверх ногу.