Жестокая любовь мажора

– Я не полечу, – поворачиваюсь лицом к нему, все еще держа первый лист с данными Краснова и разглядывая фото. Красивый. Снова глубокий вздох и медленный выдох.

– Я не спрашивал. Сказал полетишь, значит

– Нет. Ты не можешь мне приказывать. Я не Виталина. Своей женой командуй. И не смей ему мстить, просто оставь в покое. Это наши отношения. И вообще, Рустам, прежде чем лезть в наши отношения, спроси нужно ли оно мне.

Любая бы сестра была рада такому. Любая бы хотела быть отмщенной.

Но я другая.

Да и не было ничего.

Стас, он он просто перепил, а я видать таким образом сохранила девственность, от которой и так нужно избавляться. Я просто испугалась. Да и грубость его слишком напористая заставила сопротивляться.

Рустам молча смотрит прямо в глаза, не веря, что я защищаю того самого мерзавца, который на вечеринке чуть не изнасиловал его младшую сестренку.

Но ведь я тоже виновата. Пусть и меня наказывает. Я сбежала сама, добровольно. Сама подвергла себя опасности.

Сглатывает, делает вид суровее, чем было до этого. Я могу теперь его морщинки подсчитать на лбу, но Рустам лишь вздыхает, пытается держать себя в руках.

– Хорошо, не буду раздувать эту тему. Отсидишься дома, а после вернешься к учебе.

Почти уходит, сдавшись моему твердому решению. Внутри меня все ликует. Чуть ли не впервые удается противостоять и отстоять интересы.

– Вика, и не дай бог я узнаю, что ты с ним общаешься и продолжаешь сбегать из дома.

Я молчу, пытаясь вести себя по крайней мере достойно и по возможности спокойно.

Рустам ничего не сделает, он не сможет. Это всего лишь угрозы, и лишь для того, чтобы уберечь.

Стираю одинокую слезу с щек. Дрожащими руками сминаю всю эту анкету на Стаса, не желая читать далее.

Мы не подходим друг другу. Мне не по себе только от одного воспоминания о том вечере. Сначала был поцелуй, от которого я больше ликовала, нежели заподозрила неладное, потом эйфория накрыла с головой. Я чувствовала себя наконец желанной рядом с ним и вполне могла объяснить наши с ним отношения. После поцелуя можно было четко разграничить то, что скрывали от посторонних глаз и с легкостью сказать: «Да, мы встречаемся».

Все это было до банального просто. Но Стас не только всем поведал о тайной связи, но и решил получить больше. Не спрашивая.

Прости, Рустам, но я не могу просто сидеть и жить в неведении. Я должна разобраться сама, кто он такой и почему он так со мной поступил.

Вита пытается подойти, но я отворачиваюсь и выхожу на задний двор, все еще сминая сильнее лист в ладони. Я не буду читать, нужно все это уничтожить и найти в себе силы заставить рассказать всю правду.

– Ты моя красавица, – глажу морду своей лошади. Она единственная меня понимает и слушает. Только ей могу доверить все самое сокровенное. Да, у меня есть лошадь, я попросила ее еще два года назад, надеясь, что она избавит меня от чувства страха скорости, но увы, не сбылось. От своей Кнопы я не смогла отказаться и теперь бегаю в конюшню для общения. Точнее для проливания горьких слез тому, кто не перечит. Даже Вита всего не знает обо мне, а вот Кнопа слышала любые самые заветные тайны и бредовые идеи.

– Я так по тебе скучала. Прости, что не приходила в последние дни, я была в больнице, – лбом дотрагиваюсь до мягкой и пушистой морды. – Думаешь, мне легко осознавать, что ничего не получится? Думаешь, я сдалась раньше времени?

Моя Кнопа лишь фыркает в ответ, немного кивая на мои вопросы.

Понимает, что у меня на душе полный ад и катастрофа. Я будто на дне и никак не всплыть, никак не вздохнуть полной грудью.

– Я узнаю, почему он так поступил, обязательно узнаю. Мне бы просто сил побольше, чтобы всю эту правду пережить. Я ведь не совсем дура тупая, понимаю, что у Стаса какая-то своя игра и Рустам не говорит всей правды. Меня все вокруг оберегают и убивают одновременно, но я все равно узнаю. Обещаю тебе.

Глава 16. Встреча в столовке

Вика

Казалось, что каждый наш поцелуй, – огонь. От каждого, даже малейшего прикосновения все пылало и хотелось большего. Мы будто были созданы друг для друга. Я не могла насытится им, не могла поверить, что Стас мой. От каждого, даже мимолетного задевания Стасом моей кожи, тело ощущало импульсы сумасшествия.

Мы были теми самыми людьми, которые не могли насытиться, налюбоваться друг другом. У Краснова был обжигающий взгляд, и мне нравилась реакция моего тела на любое его проявление чувств..

Пусть я не понимала наших отношений. Пусть гадала, что дальше и как вообще себя вести с ним, с друзьями, на публике

Я знала, что он мой, и мне было чертовски приятно жить с этим осознанием.

А теперь все в прошлом

Сижу в столовой между парами и ковыряю вилкой салат, который не лезет. Подружки что-то обсуждают, думают об очередной тусовке и немного о хвостах перед сессией, а я лишь о нем. Я постоянно задаю себе новые вопросы, но все остаются в безмолвной тишине.

А когда он заходит в помещение, мне даже не нужно оборачиваться и смотреть. Стас заполоняет собой каждый пустой угол. Я чувствую, как мурашки бегут по коже.

Любая другая давно бы уже подбежала, устроила истерику, просила оправданий, но зачем все это?

У меня синяки до сих пор красуются на запястье, а я нервничаю, понимая, что он идет к нашему столику.

– Вика, можно уйти, – Алеся переглядывается с девочками, а потом бросает в мою сторону тревожный взгляд и шепотом пытается предостеречь, видя некую панику в моих глазах. Улыбаюсь, хоть почти никак не реагирую на такую заботу. Мне уже даже плевать, что будет, скорее всего я смирилась.

Семья была против моего скорого возвращения в универ, но я настояла. Сколько мне нужно было скрываться от Стаса, чтобы тот вообще меня забыл? Думаю, всю жизнь. Но я не привыкла прятать голову в песок и мечтать, чтобы не заметили. Рустам с Давидом не так меня воспитывали, да и мама бы не одобрила.

– Не нужно, – бросаю вилку в салат. Я точно к нему теперь не притронусь. Если пять минут назад мне не хотелось есть, то сейчас немного воротит от съеденного.

– Ты красотка, держись. Сейчас мы его быстренько

– Не нужно. Пусть скажет все, что хочет. Не переживай за меня, – быстро подмигиваю подружке, чтобы понимала, что я готова и сама держать удар.

Вся решимость и задел на сопротивление улетучивается, когда он набирается наглости и садится напротив, а его дружки по бокам, отделяя меня от Алеси.

Я взаперти и не сбежать? Мы в обычной столовке на первом этаже, так что соберись и не паникуй.

– Привет, Виктория, – смакуя каждую букву моего имени, Стас, издеваясь, оценивает тело. Заостряет внимание на вырезе топа, который вроде бы все скрывает, но именно сейчас не уверена в этом. Хочется отдернуть верх, но не это не самая лучшая затея сейчас. Я просто держу взгляд и не опускаю глаза.

Мне дурно от его поведения. Я была права, ненависть присутствует ко мне и сейчас Краснов не пытается ее ничем прикрыть.

Мне казалось там в больнице, что я неправильно все поняла, не так растолковала его намерения. Мне казалось, что все это случайно, в порыве страсти я же неопытная девочка, которая точно никогда не спросит ни одного из братьев, как правильно и нужно Но сейчас, когда его кадык дергается от одного моего имени, понимаю, что такое сложно спутать с чем-либо.

– Что тебе нужно? – голос слегка хрипнет и я ненавижу себя за это. Я в буквальном смысле сыплюсь, но пытаюсь устоять.

Его взгляд слишком тяжелый и мне физически сложно противостоять. В воздухе пахнет злостью, ненавистью и местью.

Вот только что я сделала ему?

– Как самочувствие? – парень отпивает достаточно громко из трубочки обычную воду и в этот момент Алеся пытается защитить.

– Краснов, ты с ума сошел? Ты вообще прощение должен просить.

– Сядь, Светлова, – быстро затыкает рот Леське, которая сейчас взорвется на глазах от негодования.

Она точно такого не ожидает, поэтому подчиняется, слегка прикусывая язычок. Я так же просто смотрю на Краснова, не решаясь перечить, только обнимаю себя вокруг талии для уверенности и защиты от него.

– Я справилась, как видишь, – отвечаю на вопрос, который скорее всего и не требует моего ответа.

Краснов снова переключает все внимание на мою персону, и от него не скрыть моего быстрого движения руками.

Мне совершенно неуютно сидеть рядом с ним сейчас. Напряжение давит и кажется, будто снова голова начинает разрываться и болеть в висках.

– Всегда ненавидел цвет твоих вишневых губ, – неожиданно произносит.

Эмоции начинают быстро щипать сердце.

– Это все, что ты во мне ненавидишь? – не стесняясь друзей, наблюдающих впервые, я все же начинаю разговор, от которого меня защищали все, включая Виталину.

– В принципе все. Ну и последний случай, доказал, что ты мелкая для меня.

– До этого тебя не смущал мой возраст, – голос становится тише, будто я не хочу, чтобы все за столом были свидетелями нашего диалога. Впервые мне стыдно за собственную девственность перед окружением и диалог о ней в универе.

– Дело не в возрасте, а в тебе, малышка. Я не привык к одним поцелуям. Слишком долгое ожидание отрубает на корню все ожидание. Я устал.

Все понимают, о чем мы говорим. Обида давит. Он думал, я сразу ноги раздвину? А вообще, мог бы и со мной поговорить, а не пытаться взять с силой.

Почему я так реагирую? Почему хочется оправдаться? Сказать, что сама была готова, но не так?

Насколько вообще меня хватит под прицелом его серо-голубых глаз?

Смотрю на его слегка пухлые губы, как он только что их облизал. Я скучаю. Это какое-то безумие. Нельзя же так сильно желать парня, который в открытую говорит гадости? Уже почти краснею от своих мыслей, но потом все же вспоминаю про чувства и то, как лежала в больнице с пустотой внутри. Но сердце стучит об обратном. Оно трепетно чувствует, и я не могу запретить.

Впервые опускаю взгляд в растерянности.

– Поэтому решил изнасиловать? – долго я держала паузу, заставляя себя замолчать, но все же задаю, теряя последние капли достоинства.

– Ты все не так поняла, – уголки его губ дергаются. Я так скучала по его улыбке. Просто внутри меня сейчас маленький ребенок в ладоши бьет от радости, а я почему-то захотела стереть помаду, чтобы не раздражать еще больше. – А вообще, если ты не малышка, то приходи вечером на гонки. Ты же знаешь, там скучно точно не будет.

– Она не пойдет, – взрывается Алеся, а я смотрю на Краснова, не понимая шутит он сейчас или нет.

Серьезно? На гонку? После всего случившегося? Да брат его порвет на части, а потом и меня за компанию.

Алеся переводит взгляд на меня, не понимая, почему я до сих пор молчу.

– Не пойдешь же? – вопрос звучит уже в лоб и лишь хитрая, довольная улыбка Стаса заставляет остановиться и подумать над вопросом Алеси.