Начать сначала 6. Перемены в жизни

- Ты сказал про две фамилии, - напомнил Шелепин.

- Олег Гордиевский4, он сейчас резидент в Дании. Завербован в 70-ом году, во время тайной поездки в Швецию. Его подловили в борделе, сделали предложение, он согласился, - ответил Калугин.

- Ты же понимаешь, что всё будут проверять, - предупредил Шелепин.

- Я дам подробности, но после сделки. Работать буду с тобой, Александр Николаевич. Цинёв продукт партийного тоталитаризма, он не поймёт то, что я буду ему говорить. А ты человек из новой волны. Об одном жалею, что Андропов не довёл свое дело до конца. Надо было действовать более радикально, подменить таблетки у медсестры Коровяковой, а потом без вариантов обвинить её в смерти генсека. Но Юра в этих вопросах либерал, пытался сделать аккуратно, заодно завербовать агентов влияния внутри страны. Старая гвардия ведь не знает, как живёт на самом деле народ. Вцепились в догмы Ленина и Маркса, не понимают, что жизнь меняется, а значит меняется сознание людей. Скоро ты, Александр Николаевич сам поймёшь, когда начнёшь раскрывать коррупцию среди руководителей в регионах. Андропов понимал, что Союз сам себя развалит, если не начнёт перестраиваться, а западные разведки помогут в этом. А сейчас я устал, спать хочу. Мне не давали сна двое суток, решайте по сделке, потом поговорим о многом, - устало произнёс Калугин.

Шелепин покинул камеру с арестованным, сразу поднялся в кабинет к Цинёву. Тот в это время прослушивал запись, которую вели при разговоре Шелепина и Калугина.

- Георгий Карпович, мы договорились по поводу человека и контактов, что ты мне обещал?

- Да, Александр Николаевич, договорились, помогу тебе в этом. Ты же понимаешь, что тебе придётся работать с Калугиным?

- Понимаю, хотя у меня своих забот, только успевай поворачивайся, - ответил Шелепин.

Через несколько минут Александр Шелепин покинул здание КГБ. Пора возвращаться к своей работе. Шелепин сейчас осознавал, насколько велики проблемы в стране.

Сентябрь 1976 год. Москва. Михаил Егоров.

С билетом в аэропорту проблем не возникло, как только сняли бронь, я сразу приобрёл билет. Пассажиры, которые сидели передо мной, в салоне самолёта, вели разговоры. Невольно я несколько раз услышал слово «гостиница Россия». Какой-то неприятный холодок вызывает у меня это словосочетание. Весь полёт пытался копаться в памяти, на которую жаловаться грех. Но вот вертится мысль, а никак ухватить не могу. Что такого я знаю о гостинице «Россия»? И уже подлетая к Москве, я вспомнил. В конце февраля в гостинице «Россия» случится пожар, во время которого погибнет немало народа. Встаёт вопрос. Как я могу это дело предупредить? Но при этом не хочу подставляться. Написать записку, что так и так, будет пожар, и подкинуть её кому-нибудь из ответственных лиц? Да нет, бред сивой кобылы, подумают, что писал сумасшедший. Тем временем самолёт сел, а я так ничего и не придумал, на скорую руку. Плохо то, что я не помню точной причины пожара, скорей всего даже не знал, в прошлой моей жизни, иначе моя память мне бы подсказала. Допускаю, что настоящую причину, в моей прошлой истории просто не озвучивали. Стоп! Я кажется читал что-то про версии пожара, уже будучи на пенсии в прошлой жизни. Если чтиво случайное, то я мог и не помнить сейчас, точнее моя память спрятала эту информацию где-то в глубинах подсознания. Если буду часто об этом думать, то память выдаст результат, такое уже было в этом времени. Но так как время у меня имеется, я отмахнулся от этой мысли временно, сейчас мне нужна машина такси, чтобы проехать в издательство «Детская Литература». Горохова Николая Владимировича я застал на месте, как и обещала Нагорная. Он был в мастерской художников, просматривал различные рисунки для издательства. Я открыл дверь в мастерскую, предварительно спросив разрешение. Горохов обернулся на звук открытой двери.

- А, Миша, проходи. Меня Татьяна Игоревна попросила тебя встретить. Думал весь день потрачу, а ты вон какой молодец. Ещё успею часть выходного провести, как нормальный человек, - улыбаясь произнёс Николай Владимирович.

- Здравствуйте, Николай Владимирович, - мы обменялись рукопожатием.

- Как я понял, у тебя заключительная часть «Воин в темноте». Я как раз рисунки смотрю, из тех, что рисовали к прошлым сериям. Может что-то пригодится в этот раз.

- Давайте, я тоже гляну, - предложил я.

За полчаса мы просмотрели все рисунки от прошлых серий, обсудили и выбрали те, которые пригодятся в заключительной серии.

- Я могу поручить ребятам что-то новое нарисовать, что-нибудь из сюжета, - предложил Горохов, когда я собрался уже уходить.

- Почему бы нет. Пусть прорисуют из заключительных глав, только лица героев оставят, чтобы мне лишний раз в Москву не летать, - согласился я.

На том и договорились. Горохов отдаст корректировщикам мою заключительную рукопись только в понедельник, но это нормально. При хорошем раскладе, книга выйдет читателям в октябре, что меня в принципе устраивает. От издательства я решил поехать в МВД, вдруг мне повезёт, и я захвачу секретаршу Щёлокова на месте, не смотря на субботний день. Немного подумав, решил всё же проверить по телефону, на месте Малышева Ольга Ивановна, или нет. Из ближайшего таксофона набрал номер приёмной. Оказалось, что Малышева на месте. Нет наверняка для сотрудников МВД ни выходных, ни проходных.