Николь. Именно ураган во всём и виноват

– Аллилуйя! – сказали они одновременно и посмотрели в глаза друг другу.

– Так бывает? – медленно спросил Бернард, неожиданно изменив выражение глаз.

– Наверное, – так же медленно ответила Николь. Сердце её на миг перестало биться. Они выпили ра́зом. И ра́зом замолчали, словно кто-то им закрыл рты. Первым нарушил молчание Бернард.

– Николь. А давай на «ты»? Мы теперь с тобой вроде как родственники. Хорошо бы поговорить и рассказать друг другу, как мы жили до сих пор так далеко друг от друга. Я знаю, как много людей рождается в мире в одну дату, и даже в одно время. В Ирландии, в одном городе со мной, живёт Патрик О’Коннор, мой троюродный брат по маминой линии. Так вот, он тоже родился 25 декабря и тоже в 1982 году, только во Франции, но потом его родители вернулись в Ирландию. Кстати сказать, я только сейчас подумал о том, что вы с ним чем-то похожи друг на друга.

– Наверное, тем, что родились в один день и в один год. – улыбнулась Николь. Бернард никак не отреагировал на реплику Николь и продолжил. – Просто мне никогда не приходилось встречать человека, который бы составлял мою вторую половину. Ты же девочка, а я мальчик. – он улыбнулся. – ну, в физическом астра́льном смысле. Имеется в виду, что мы разнополые, но…

– Господа́, – Том Хайтауэр вошёл в бильярдную. – Рад Вам сообщить, что ураган покинул наш город так же неожиданно, как и появился. Благодарю Вас всех за понимание и участие. Можно подниматься в свои номера. Кто желает поужинать в ресторане, прошу. Ужин готов. Кто желает заказать ужин в номер, пожалуйста. Поздравляю нас всех! – все захлопали в ладоши, заулыбались и стали расходиться по номерам. Потихоньку бильярдная опустела.

Только Бернард и Николь ещё какое-то время оставались на месте. – Николь, поужинаем? – уже совершенно другим тоном сказал Бернард и взял Николь за руку. Она посмотрела на него с улыбкой и благодарностью.

– Самое время перекусить. – улыбнулась смущённо, – Только у меня опять ключ остался в номере. Дверь захлопнуло сквозняком. И ещё… мне нужно позвонить Катрин. Это моя подруга. Я приезжала к ней в гости. Она живёт здесь, в Новом Орлеане. У них кирпичный дом, поэтому ураган им не страшен. Но позвонить обязательно нужно.

– Конечно, Николь. Только давай выйдем наверх. Посиди в холле второго этажа. Я схожу за Томом. Попрошу его открыть твой номер, а ты позвони подруге.

Они поднялись в холл. Николь набрала номер Катрин. Послышались гудки. Никто не отвечал. Она набрала номер снова и снова гудки без ответа.

«Господи! Неужели что-то случилось? У них же хороший дом. Может выйти на улицу и съездить к ним домой. Наверняка, им нужна помощь».

– А вот и мы. – Том Хайтауэр и Бернард, стояли напротив Николь и улыбались. Видя растерянное выражение лица Николь и телефон в руках, улыбка на лице Бернарда сменилась на участливое выражение. – Что-то с подругой? Может, нужна помощь? Ураган закончен. Можем съездить. Вызвать Uber?

Он посмотрел на Тома. Тот покачал головой.

– Сейчас аварийные службы начали свою работу. Я попытался выйти на улицу, но входную дверь завалило. Своими силами мы вряд ли что-то сумеем, нужна техника. В первую очередь спасают людей, но как только технику освободят, сразу приедут к нам. Мы в прекрасных условиях. Николь, давайте я открою дверь Вашего номера. Думаю к утру, всё разъяснится. А Вы отдохните.

– Да. Пожалуй, Вы правы, Том! Нужно подождать. Я ещё раз позвоню Катрин. У них двое детей и взрослые родители. Может она не слышит звонка.

Глава 4 Неожиданно…

Николь вошла в свой номер. Следом за ней вошёл Бернард, держа в руках плед. Прошёл вглубь номера, положил его на подлокотник кресла.

– Поужинаем? – подошёл к сервировочному столику. Зажёг свечи. Взял бутылку шампанского. – Признаться, я надеялся перекусить в аэропорту или в самолёте, но, как видишь, пока планы на вылет меняются. – он внимательно смотрел на Николь.

– Да. Неожиданный ураган поменял наши планы. Он… – начала Николь.

Зазвонил мобильник.

– Алло! Это ты? Как хорошо, что ты позвонила. Как у Вас дела? Всё в порядке? – Николь слушала подругу и улыбалась. – О, моя дорогая, Катри́н. Как хорошо, что ураган закончился и у Вас всё без осложнений. Мы пережда́ли непогоду внизу, в бильярдной. Да, теперь все постояльцы разошлись по своим номерам. Да. Хорошо. Спасибо. Нет. Приезжать за мной не нужно. Если к утру разберут зава́лы перед входом в отель, то я смогу выехать в аэропорт. И оттуда позвоню тебе. Не волнуйся, моя дорогая. Всё в порядке. Обнимаю. Целую. Привет мальчикам и Дэвиду. Николь нажала на кнопку «Отбой» и повернулась к Бернарду.

Пока она разговаривала по телефону с подругой, Бернард налил шампанское. Подал ей бокал.

– Спасибо! – поблагодарила Николь. – Теперь можно выпить шампанского и поужинать, хотя обычно я ночью не ем. Сегодня сделаю исключение из правил. Теперь, когда ураган прекратился и волнение улеглось, Николь вдруг поняла, что виды на характер знакомства поменялись. Во всяком случае, у неё. Она уже не видела в новом знакомом образ своего кумира и почему-то не желала развития отношений.

– За нашу встречу – глядя в глаза Николь, начал Бернард.

– С удовольствием выпью за окончание урагана, который я наблюдала впервые в своей жизни. Очень надеюсь, что в короткий срок аэропорт начнёт принимать самолёты, и я смогу вернуться домой. – Неожиданно для себя, Николь изменила предполагаемое содержание тоста Бернарда. Для себя Николь всё решила. Сейчас они выпьют шампанского, поужинают. Она проводит гостя из номера и ещё раз позвонит в аэропорт. А утром тихо, никого не оповещая, улетит в Париж. Отчего-то она испугалась, хотя угрозы никакой не было. Бернард на секунду отвёл глаза и, утвердительно кивнув Николь, поднёс свой бокал к губам.

– Конечно. Прекрасный тост, Николь. И когда твой вылет? – он смотрел на неё с улыбкой.

– Честно говоря, теперь даже не знаю. Просто надеюсь на ближайший рейс до Парижа. – уклончиво ответила Николь.

– Ты боишься? Я вызываю у тебя тревогу? – неожиданно перешёл в наступление Бернард.

– Вот ещё! С чего бы это? – Николь смотрела дерзко, с вызовом. Отчего-то душа вспорхнула и вновь замерла.

– Тогда давай поужинаем, а потом я уйду в свой номер, а ты отдохнёшь. – Бернард отпил глоток шампанского и спокойно присел в кресло, напротив сервировочного столика. – Такое развитие событий подойдёт? – Николь утвердительно кивнула и тихонько выдохнула. Следующие полчаса они ужинали, изредка перебрасываясь словами по поводу личных гастрономических вкусов и приготовленной еды, словно знали друг друга много лет. Поужинав, Бернард поднялся, осторожно взял за руку Николь. Потом неторопливо повернул её ладошкой к своему лицу и коснулся губами. Только сейчас Николь впервые обратила внимание на его рот. Неожиданно яркие для мужчины, губы, красивого рисунка, как на картинах итальянских мастеров эпохи Возрождения.

«Михаэль Остендорфер. Автопортрет. – неожиданно перед глазами всплыла картина. – Мужчина в чёрном берете с пером. В руках цветок, кисти и краски. Выразительный рот, как у Бернарда. Разве такое бывает? Почему вдруг он мне напомнил именно этот портрет? Как хочется коснуться пальцами его рта…» – мелькнула мысль. Николь чуть прикрыла глаза и замерла.

– Доброй ночи, Николь. Думаю, мы ещё встретимся при других обстоятельствах и поужинаем в других условиях. Отдыхай, мой близнец. Девочка Николь. – улыбнулся, словно что-то вспомнил. – Провожать не нужно. Я захлопну дверь. Николь осталась сидеть в кресле. Только теперь она смогла сглотнуть комок в горле. Потом взяла с подлокотника плед, завернулась в него и моментально заснула.

Бернард вышел из номера. Спустился на первый этаж. Том сидел за стойкой рецепции и что-то писал в журнале регистрации посетителей. Увидев Бернарда, улыбнулся ему.

– Мистер О’Салливан. Я звонил в аэропорт. Там идёт активная работа. Здание не пострадало, только на лётном поле нужно расчистить взлётную полосу. Они надеются, что к обеду всё будет готово. Мы, со своей стороны, тоже начали расчищать выход из отеля. Аварийная служба уже работает…

– Прекрасно, Том. Спасибо за заботу о нас. А когда можно будет вызвать Uber? – осведомился Бернард.

– Думаю, ближе к обеду.

– Я поднимусь к себе. Немного отдохну и, как только будут новости из аэропорта, Вы мне сразу же сообщите.

– Хорошо. Телефоны уже работают. Я позвоню. – Том улыбнулся и вновь углубился в свои записи.

Бернард поднялся в свой номер. Вынул из кармана мобильный телефон, посмотрел входящие. Хотел позвонить, но передумал. Положил телефон на столик рядом с кроватью. Не раздеваясь, прилёг. Улыбнулся, вспомнив поведение Николь, и моментально заснул. Сквозь сон услышал, как хлопнула дверь номера напротив и опять наступила тишина. Улыбнулся и вновь провалился в сон.

– Мистер О’Салливан, – в дверь стучали. Бернард открыл глаза, взглянул на часы. Десять утра.

– Да. – откликнулся, не вставая с кровати.

– Простите. Мистер О’Салливан, это Уолтер. Том сказал, что Вы просили разбудить, как только закончится расчистка входа в отель и будут новости из аэропорта. Он звонил несколько раз, но Вы не отвечали. Бернард поднялся с кровати, подошёл к двери. Открыл. Уолтер, виновато улыбаясь, стоял за порогом номера.

– Доброе утро, Уолтер. Спасибо что разбудил. Подскажи, Николь ещё не проснулась?

– Мисс Дюруа́ выехала из отеля два часа назад. За ней заехал белый мужчина на сером бьюике. Не Uber. – Уолтер чуть замялся. – Она назвала его Дэ́вид.

– Спасибо, Уолтер. Принеси мне завтрак через двадцать минут. – и закрыл дверь за официантом.

– Неожиданно… Значит Николь Дюруа́? – вслух произнёс Бернард и вошёл в ванную комнату.

Глава 5 Вот я и дома

Николь удалось поспать всего пару часов. Разбудил её телефонный звонок.

– Да. Кто это? – спросонья, Николь не сразу поняла, кто звонит.

– Николь. Это Катрин. Послушай. Ты же знаешь, что аэропорт от нас не очень близко. Неизвестно, когда будет открыто движение для такси. У меня в доме всё в порядке. Кроме того, родители мужа у нас. Дэвид совершенно спокойно может отвезти тебя. Он позвонил своему другу, который работает в службе безопасности аэропорта. Будут ли сегодня рейсы, никто не знает. А у Эдварда, так зовут друга, есть возможность отправить тебя вертолётом в аэропорт Батон-Руж. Оттуда ты спокойно улетишь в Париж. Думай быстрее. Николь моментально проснулась. Она очень хотела уехать, чтобы не встретиться с Бернардом. Какое-то неясное беспокойство овладевало ею, как только она начинала думать о нём. Похоже, что он ей не просто понравился. Но! Она так радостно праздновала свой развод, что вновь начинать серьёзные отношения была не готова. Одно дело лёгкий флирт, который ни к чему не обязывает, а другое…, а здесь было именно другое! Она вспомнила серьёзный и спокойный взгляд серых глаз и сразу вскочила с кресла.

– Я готова. Когда зае́дет Дэвид?

*** Международный аэропорт имени Луи Армстронга в Новом Орлеане расположен в округе Джефферсон, штат Луизиана. Он находится в 11 милях (18 км) к западу от центра Нового Орлеана.

***

– Хорошо, Николь. Ориентируйся на восемь утра. Как только он подъедет, сразу позвонит. Собирайся.

Через десять минут Николь была готова. Бросила туфли в чемодан, упаковала плед и тапки. Смахнула в косметичку помаду, тушь, расчёску. Набросила на плечи утеплённую кожаную куртку и неслышно открыла дверь номера. В коридоре тихо. После ночи урагана все постояльцы отдыхали. Николь вынесла чемодан и уже почти закрыла дверь, как сквозняк тяжело захлопнул её. Она замерла. Но… ничего не изменилось. Николь улыбнулась и на цыпочках пошла по коридору к лестнице, неся чемодан в руках.

За стойкой рецепции сидел Том Хайтауэр. Он поднял глаза на Николь. Удивлённо улыбнулся.

– Доброе утро, мисс Дюруа. Уезжаете? Как Вы узнали, что вход в Отель уже расчистили? Из аэропорта нет никаких сведений. Он закрыт.

– Доброе утро, Том. За мной заедет муж моей подруги. Они помогут мне решить вопрос с вылетом. Спасибо Вам большое за всё. Если вдруг придётся приехать ещё раз, обязательно остановлюсь в Вашем отеле.

– Очень рад, Николь, что Вам понравилось. Двери нашего отеля всегда открыты для Вас. Если что-то не получится, возвращайтесь. Переждите у нас часы до вылета самолёта. Вот, возьмите нашу визитку.

– Спасибо, Том. Надеюсь, всё получится. До свидания. Повернулась и пошла к выходу. Услышала за спиной шаги. Это был Уолтер. Он подхватил чемодан Николь и понёс его.

– Спасибо, Уотер. Вот и Дэвид подъехал.

Мо́ррисон вышел из машины, открыл багажник. Уолтер положил чемодан Николь и помахал рукой на прощание.

– Доброе утро, Дэвид. – Николь села в машину. – Как хорошо, что ты приехал. Доброй нам дороги. С Богом! – чуть подумала и добавила, – Моя русская бабушка говорит: «Сохрани тебя Господь во всех путях твоих!» – Дэвид улыбнулся в ответ: «Если бабушка говорит, значит, так и будет!». Машина тронулась с места.

Через полчаса они были возле аэропорта Нового Орлеана. Эдвард ждал у входа. Он взял документы Николь и вошёл в здание. Через двадцать минут всё было оформлено. Николь попрощалась и поспешила за Эдвардом, который взял её чемодан и предложил руку, чтобы она не поскользнулась на лётном поле, идя к вертолёту. Через час с минутами, она была в аэропорту Батон-Руж. До вылета самолёта оставалось двадцать минут. Пройдя регистрацию на рейс до Парижа, Николь, наконец, поняла, что можно вздохнуть спокойно, потому что через каких-то десять с половиной часов она будет в Париже. В своём любимом аэропорту Шарля де Голля.

***

Международный аэропо́рт Пари́жа – (фр. Aéroport de Paris-Charles-de-Gaulle), известный также под названием Руасси́ – Шарль-де-Голль (фр. Roissy-Charles-de-Gaulle) – расположен в 25 км к северо-востоку от Парижа в регионе Иль-де-Франс. Назван в честь первого президента Пятой Республики Шарля де Голля. Официально открыт 08.03.1974 года. Первый и самый старый терминал в виде шайбы является классическим памятником инженерного дела периода «холодной войны». В аэропорту располагается штаб-квартира и главный пересадочный узел национальной авиакомпании Франции Air France.

***

В самолёте Николь удалось немного вздремнуть. Именно вздремнуть. В кресле рядом расположился взрослый американец, который постоянно задавал вопросы. Джон, как он представился, впервые летел в Париж. Ему было интересно всё! Начиная от старого здания аэропорта Шарля Де Голля до последних выступлений девушек из кабаре Муле́н Руж.

***

«Мулен Руж» (фр. Moulin Rouge, дословно – «Красная мельница») – классическое кабаре в Париже, одна из достопримечательностей французской столицы. 06.10.1889 г. Жозеф Оллер и его компаньон Шарль Зидлер открыли кабаре на площади Бланш. Название кабаре дала деревянная мельница с крыльями красного цвета, созданная декоратором Леоном-Адольфом Вилеттом. Главной достопримечательностью заведения был знаменитый канкан. В 1893 году впервые в истории одна из танцовщиц полностью разделась на сцене «Мулен Руж». Таким образом, именно в этом заведении был впервые исполнен стриптиз. В 1990-х годах «Мулен Руж» испытывал финансовые затруднения, однако фильм Лурманна «Мулен Руж!», вышедший на экраны мира в 2001 году, возвратил кабаре былую популярность. Сегодня в «Мулен Руж» проходят музыкальные представления для взрослой публики. В последние годы в кабаре можно увидеть только одно шоу – «Феерия».

***

Кроме всего прочего, Джон постоянно пытался сделать акцент на высоком техническом развитии Америки по сравнению с другими странами. Николь это было неприятно, но чтобы не начинать спор, который мог перерасти в международный скандал, она постаралась перенаправить беседу в русло дружбы между народами. Стюардесса понимающе улыбалась, разнося завтраки, свежую прессу и напитки. В какой-то момент она предложила мужчине довольно объёмное издание с иллюстрациями о Франции. Это было спасением! Именно в эти часы Николь смогла по-настоящему отдохнуть. Самолёт приземлился вовремя. Все пассажиры остались довольны комфортным перелётом через океан. После полной остановки двигателя даже аплодировали команде экипажа Боинга. Николь вышла из самолёта, чувствуя свою полную безопасность.

– Ну вот я и дома. – вслух произнесла она и направилась за своим чемоданом.

Уже подойдя к багажному терминалу, услышала: «Николь. Николь Дюруа!». Обернулась. Андрэ́ Дюруа́. Двоюродный брат по отцу.

– Привет, малышка, – он подошёл совсем близко и чуть коснулся своей щекой её щеки. – Ты откуда прилетела? Живём в одном городе, а видимся в аэропорту. Как дела? – он говорил быстро и, как всегда, хотел получить ответы на свои вопросы сразу. Это было его особенностью. Кузен не любил пустую болтовню. Говорил всегда по делу, обстоятельно. Такого же поведения ждал от собеседника. К Николь всегда относился тепло, по-братски. Вот и сейчас, встретившись, он обнял её за плечи и ждал ответов на свои вопросы. Николь искренне улыбалась в ответ. Действительно, они очень редко виделись, но каждая встреча была взаимной радостью.

– Привет, Андрэ. Рада тебе. Очень. Прилетела из Нового Орлеана. Была в гостях у Кэт в Америке. Помнишь, мы учились вместе с ней в Сорбонне. Теперь она мать двоих детей, счастливая жена и вообще… – Николь запнулась.

– Что-то не так. Ники? – участливо спросил кузен.

– Нет. У неё всё хорошо. Семья, дом, дети. Муж. Родители мужа. – Николь впервые за два месяца после развода, говорила о том, что волновало её. Ей уже давно хотелось настоящую семью, детей. Но мужчина, за которого она вышла замуж, сразу дал другое направление их жизни. А теперь, когда Николь вновь была одна, ей стало так одиноко и грустно, что она чуть не заплакала от жалости к себе.

– Ну, ведь у тебя тоже всё хорошо. Семья, муж, любимая работа. Или нет? – Андрэ даже приостановился. Они отошли в сторонку.

– Мы с тобой так давно не виделись. – она грустно смотрела на брата. – Два месяца назад мы с Филиппом развелись. Работу я оставила, чтобы ничего не напоминало о прошлой жизни. Уехала в гости к Кэти. Была там две недели. Сегодня, не без приключений, наконец, вернулась домой. И что? Работы нет. Семьи нет. Детей, соответственно тоже нет. – она чуть наморщила носик, чтобы не заплакать. Андрэ впервые видел свою кузину в таком состоянии. Николь всегда излучала оптимизм и позитивную энергию. Теперь перед ним была обиженная девочка, которой была необходима человеческая поддержка.

– Ты влюбилась, Николь? – неожиданно спросил Андрэ.

Николь испуганно взглянула на брата. Помолчала. Потом кивнула, и из её глаз выкатились две слезинки.

– Ники, дорогая моя. Это же прекрасно! – Андрэ нежно прижал к себе сестру. – Любовь, она ведь не всем даётся. Мы же сейчас говорим о «высоком»? – Николь кивнула. Он продолжил, – Это же не просто желание переспать с мужчиной? – она опять кивнула, – Это же эмоция, которая вдохновляет на жизнь, на высокое понимание отношений между мальчиками и девочками. От неё сердце бьётся быстрее и хочется дышать полной грудью!

– О, Андрэ… Не говори так… – слёзы полились из глаз Николь.

– Да что такое? В чём дело, Николь? Кто он такой? Ты ни о ком так в жизни не плакала. Кто он?

– Давай заберём мой багаж, а потом поговорим. Ладно? – Николь чуть отодвинула от себя брата. Достала из кармана куртки платочек и аккуратно промокнула глаза. – Прости, минутная слабость. – сказала она и улыбнулась. – Обещаю! Больше никогда! Ты на машине? – Андрэ кивнул утвердительно.

– Тогда пошли за чемоданом! – скомандовала Николь. Словно это не она только что лила́ слёзы в два ручья.

ГЛАВА 6 ВОТ ТАК, МИСТЕР О ’ САЛЛИВАН

– Домой? – Андрэ вырулил на шоссе.

– Да, конечно. Только не к родителям, а ко мне на Монмартр. Ты помнишь где? – Андрэ кивнул. – Мне просто необходимо привести себя в порядок. И потом… срочно нужно подумать о том, как жить дальше. В свой день рождения никого не хочу видеть. И праздновать не буду. Зато, очень хочу поехать в Сен-Тропе. Меня туда тянет. Помню, как мне там было хорошо.

– Ну, это ведь не пригород, Николь. Хотя, поездом нормально. Вечером сядешь, утром на месте. Но, можно и самолётом. Для начала, неплохо бы поинтересоваться, как они себя чувствуют, готовы ли принять гостей. Они уже не так мо́лоды. Конечно, при наличии свободного времени, я бы мог отвезти тебя, но сейчас, к сожалению, не смогу. Мари́ просила заехать за подарками для детей. Ты же помнишь, их у меня двое: Бэти и Марк. Они ждут подарки на Рождество. Приезжай к нам в гости на праздники. Все будут рады. Мы давно не встречались. Рождество семейный праздник! Тем более, у тебя день рождения! – видя, что Николь молчит, он продолжил. – Знаешь, у меня, кажется, есть решение твоей проблемы. Один мой знакомый ищет помощника со знанием языков. Английский у тебя совершенный. Русский очень приличный. Французский родной. Внешность супер. Так что, после праздников могу поговорить с ним. Может вопрос о твоём трудоустройстве решится быстрее, чем ты думаешь. Как тебе такое предложение? – Николь неуверенно подняла бровь, словно раздумывая. Потом, утвердительно кивнула.

– Конечно, очень хочется иметь интересную работу. Тем более, если требуется знание языков. Я готова. Пока не буду ничего планировать. Рождество праздник, в который нужно отдыхать! Говорят, что 40-летие не отмечают. Это правда?

– Мужчины не отмечают точно. Это правда. Я в свой сороковой год рождения вообще уехал в отпуск на Бали, чтобы никого не приглашать в гости. Мужчины суеверны.

Николь улыбнулась.

– Ты прав. Я может и не так суеверна, но день рождения отмечать не хочу. И гостей не хочу. Хотя. Нет причин раскисать. Подумаю! Бабушке и дедушке позвоню обязательно. Поздравлю с Рождеством. А на Новый год, скорее всего, поеду к ним в гости.́ Решено! Так и сделаю! – Николь посмотрела в окно. – Вот он мой любимый Монмартр, и мой любимый дворик. Андрэ, останови здесь. Чемодан не тяжёлый. Немного посижу в сквере, а потом пойду домой. Да и тебе нужно торопиться. Думаю, ещё увидимся. Спасибо, что подвёз. Привет Мари и детям. Буду благодарна, если не забудешь поговорить со своим другом. Пока! Андрэ вытащил чемодан из багажника, чмокнул Николь в щёку и уехал.

Николь любила этот сквер. Рядом двор и квартира, в которой они с Филиппом жили после свадьбы. Квартиру купили родители Николь. Они оба – и Софи, и Жерар – архитекторы, поэтому выбор будущего места проживания пал именно на этот сквер. После развода, Филипп не претендовал на раздел и, Николь осталась жить в своём округе. Часто после работы, проходя через скверик, она останавливалась, садилась на лавочку и думала. Смотрела, как играют малыши, как фотографируются туристы, как няни катают коляски с маленькими детками. Так было все семь лет её замужества. Те две недели, пока она была в гостях, Николь скучала за Монмартром, за сквером, к которому так привыкла.

***

Сквер Сюза́нн Бюиссо́н (square Suzanne Buisson) знаменит необычной скульптурой. Парижский епископ, держащий в руках… собственную отрубленную голову. Это святой покровитель Парижа – святой Дионисий (Сен Дени). Необычный облик связан со старинной легендой. Сен Дени пришел на территорию современного Парижа с проповедью христианской веры в те далекие времена, когда здесь находилось языческое поселение. Властям не понравились христианские идеи проповедников, и вместе с двумя своими сподвижниками Дионисий был обезглавлен. А после казни, по легенде, он взял свою голову и прошествовал с ней еще несколько километров, по пути продолжая проповедовать, к месту, где впоследствии основали поселение Сен Дени. Кстати, по православному преданию, Сен Дени – ни кто иной, как Дионисий Ареопагит, греческий философ, которого так впечатлила проповедь апостола Павла, что он принял христианство и стал известным проповедником.

***

Совсем недалеко от сквера есть ещё одно интересное место, куда Николь ходит с ещё большим удовольствием. Это современный памятник, который называется «Проходящий сквозь стену». И он тоже имеет свою историю. Не менее интересную, чем история епископа Сен Дени́. Здесь фотографируются туристы и влюблённые.

***

«Проходящий сквозь стену»

Герой обладал уникальной способностью проходить сквозь стену, навещая свою возлюбленную, которую держал взаперти ревнивый муж. Но однажды, выбираясь из квартиры своей возлюбленной, он неожиданно лишился своего дара и навсегда остался замурованным в стене. В 1989 Жан Маре создал в память о своём друге писателе Марселе Эме бронзовую скульптуру высотой в 2,5 метра, которая изображает главного героя его известного рассказа «Человек, проходящий сквозь стену».

***

Посидев минут пятнадцать, Николь встала, поставила чемодан на колёсики и пошла к своему подъезду. Уже взявшись за ручку входной двери, она услышала женский голос. Женщина разговаривала по телефону.