Частный детектив второго ранга. Книга 4

Распахнув глаза, я с удивлением огляделся. Искрящейся птички в пределах видимости не было, хотя она, по идее, должна была напротив лица зависнуть. Всё-таки не получилось? И тут я увидел, что Аполлонов молча рассматривает что-то на земле у моих ног. Медленно опустив взгляд, я чуть не свалился, разглядывая сидевшую на земле, переливающуюся огненными всполохами… белку? Какого дьявола у меня вместо птицы получилась, мать вашу, белка?! От меня что, к получателю посланий будет белочка приходить?

— Я всё сделал правильно, — процедил я, взмахом руки развеивая вестника. — Почему у меня не получилось?

— Хм, я бы не сказал, что ничего не получилось, — Аполлонов задумчиво обошёл то место, где только что сидела белка. — Только вот вид вестника несколько, хм, странный. Но надо проверить, выполняет ли вестник возложенную на него функцию. Я сейчас отойду к противоположной стене, а ты снова вызови вестника и отправь его ко мне. Только не сразу, подожди, пока я щит на себя накину, так, на всякий случай.

Профессор отошёл к мерцающей для меня стене купола, и его окутало серебристое сияние, в котором я опознал универсальный щит. В теории я даже знал, как он накладывается, но на практике пока не проверял. Аполлонов, немного подумав, наложил ещё один щит поверх предыдущего и кивнул, как бы говоря, что готов принять моё послание.

Я снова прикрыл глаза и создал вестника. На этот раз получилось быстрее, и я даже не удивился, снова увидев сидящую у моих ног белку. Вздохнув, я протянул руку, и белочка взлетела ко мне на ладонь.

— Аполлонову Всеволоду Николаевичу, — внятно произнёс я, не отрывая взгляда от вестника. — Привет. — И тут мне ударило что-то в голову, и я добавил. — Дождись ответа.

После чего легко подбросил белку. Она рассыпалась сотней огненных искр и в тот же момент очутилась возле Аполлонова. Белка очутилась прямо возле него, проигнорировав все поднятые профессором щиты! Проворно вскарабкавшись к нему на плечо, она отчётливо произнесла моим голосом:

— Привет, — и осталась сидеть, не исчезая. Спустя полминуты, во время которых Аполлонов, похоже, боялся пошевелиться, она снова заговорила: — Ответ. Дождись ответа.

— Привет, — тихо проговорил Всеволод Николаевич. Белка сразу же исчезла и появилась снова возле меня.

— Привет, — произнесла она голосом Аполлонова и исчезла.

Профессор медленно снял щиты и молча подошёл ко мне. Долго разглядывал, а потом произнёс на редкость спокойным голосом:

— Что это только что было?

— Это я у вас должен спрашивать, — ответил я раздражённо. — Моя белка опасна?

— Если только своей настойчивостью, — Аполлонов оглядел полигон. — Нет, она не опасна в физическом плане, а к её форме вполне можно привыкнуть. Зато сейчас каждый, кто получит послание, не будет гадать от кого оно.

— Отлично, — я потёр подбородок. — Не возражаете, если я несколько раз в день пошлю вам вестника, чтобы закрепить результат. И мне, кстати, понравилась функция с ответом.

— Мне тоже, — машинально ответил профессор, ещё более задумчиво, а потом встрепенулся и посмотрел на меня. — Нет, я не буду возражать. Более того, Андрей, посылай мне вестников через одного: с ожиданием ответа и без. Мне нужно всесторонне изучить этот феномен, может быть, удастся внедрить его в обычного вестника.

Я только кивнул и направился к дому. На сегодняшнее утро у меня было запланировано ещё одно дело, и я решил не откладывать его в долгий ящик.

Савелия нигде не было. Я даже на склад со стратегической гречкой заглянул, где он мог очередную засаду устроить, но никого не заметил. Как бы я его ни звал, Хранитель не отзывался: или не слышал, или намеренно игнорировал, чтобы не отвечать на неудобные вопросы. Ничего, жрать захочет — выползет. Он вроде бы не умеет еду на расстояние к себе призывать. Хотя в последнем я уже не уверен.

Чтобы не пропустить появление Савелия, я расположился с делом Бергера в холле. Ну не просто же так сидеть, в конце концов. К тому же, чтобы начать расспрашивать заказчика, я должен хотя бы на половину вопросов знать ответы.

Открыв дело, я углубился в детальное изучение. И что мы имеем? На первый взгляд ничего особенного — похищение фамильного кольца из сейфа с драгоценностями. Понятно, что украл кто-то из своих. Во-первых, хватились не сразу, а только когда колечко понадобилось, во-вторых, ничего, кроме кольца, не пропало, и это как раз было подозрительно.

Бергер быстро вычислил того, кто умыкнул кольцо, и вот тут-то начались странности. Слуга, вскрывший сейф, утверждает, что не помнит, как это делал, почему взял именно это кольцо и зачем унёс его в скупку, если деньги так и не получил. Со скупщиком ещё интересней: он понятия не имел, что вообще получал какое-то кольцо. Но в тетради о приёме оно числится как безвозмездное дарение, которое он, в свою очередь, кому-то подарил.

— Заказ? — задал я вопрос вслух и перечитал протокол допроса скупщика. — Похоже, что да. Но кому могло понадобиться не слишком дорогое кольцо, даже не артефактное? Оно же, судя по описанию имеет определённую ценность исключительно для семьи как фамильная безделушка.

Бергер явно что-то нащупал, но сам этого не понял и не отобразил в деле. Только после того как он вернулся от скупщика, появился призрак. И чем больше Сергей копал, тем агрессивнее становилась нежить. Но к Бергеру близко призрак поначалу не приближался, пока не произошла гибель невесты заказчика. Протокола вскрытия не было.

— Вот только не говорите, что вы её просто так закопали, — процедил я, перебирая бумаги. — Похоже на то, — и я закрыл папку, бросив дело на диван. Призраки, даже слетевшие с катушек мстящие духи, всегда очень последовательные, им нужна причина для нападения, и, похоже, причина кроется в семье заказчика. — Сошедшая с ума тётушка, ненавидящая свадьбы? — задал я себе очередной вопрос, но ответить на него не успел, потому что дверь приоткрылась, и в холле проскользнул кот, побежавший сразу же в сторону кухни. — Далеко собрался? — спросил я так ласково, что Савелий резко затормозил, а потом и вовсе попятился.

— Так ведь обед скоро, а я ещё не завтракал, — Савелий сел возле двери, обвил себя хвостом и уставился немигающим взглядом жёлтых глаз.

— Почему ты не пришёл, когда я тебя звал? — откинувшись на спинку дивана, я, в свою очередь, рассматривал кота.

— А ты меня звал? — кот закатил глаза, видимо, что-то про себя высчитывая. — Так я не слышал. Я могу тебя слышать исключительно, когда нахожусь в замке. А мне некогда было, я оборотней тех уродких воспитывал, пока они меня слышат.

— Кстати, насчёт оборотней, — я сел, поставив локти на колени и положив подбородок на скрещенные пальцы. — Ты зачем заставлял меня жизнью рисковать, отстреливая их, если мог вот так запросто прогнать?

— Я не мог, — нехотя ответил Савелий. — Мне Ирочка усилитель связи с замком подарила, ты что, забыл? Сейчас я могу частично экранировать энергию в пространство, а оборотни очень чувствительны к ней. К тому же, они же хоть и блохастые уроды и идиоты, но не тупицы, и всегда готовы выслушать умного котика.

— Скажи, а пытки в этом мире случайно не запрещены? — спросил я, покачав головой в ответ на возмущённое фырканье Савелия.

— На что это ты намекаешь? — кот выгнулся и зашипел.

— Я не намекаю, а интересуюсь, разница небольшая, но очевидная. — Поднявшись, я уже почти на автомате создал вестника. Белка прыгнула к Савелию, послушно передавая моё послание, и исчезла снопом искр, на этот раз зелёных.

— Это что сейчас было? — озадаченно спросил кот, почесав за ухом.

— Вестник, — миролюбиво пояснил я.

— А почему он — белка? — Савелий задумался, а потом подпрыгнул и заорал: — Я понял! Понял, почему тебя белки навещают вместо нормальных птичек. Ты же не переработанную замком энергию жил используешь, а черпаешь её напрямую!

— Ну и что? — я нахмурился, не совсем понимая, к чему он клонит.

— Андрюша, одарённые накапливают переделанную энергию в источниках и используют её под свои нужды. Она же трансформированная к ним приходит, и все заклинания создаются с учётом этой переработанной энергии. Когда замки исчезают в Астрале, энергии-то меньше в общем объёме не становится, но одарённые не могут её усваивать. А ты — можешь!

— Это как вместо бензина в бак живую нефть плеснуть, — я потёр подбородок. — Вроде и гореть должна, только машина ни хрена не едет и даже не заводится. И что же мне теперь делать? У меня же абсолютно все известные заклинания будут такими вот фиолетовыми в крапинку в виде белок.

— Ну что тут сказать, у тебя целый профессор университета вдохновение для диссертации уже десять лет найти не может. Вот пускай и изучает твой феномен, заодно каждое заклинание сначала пробуйте под тремя щитами, а потом пытайтесь изменять, чтобы оно хоть немного по характеристикам с требуемым совпадало, — и кот тяжело вздохнул. — Да, рано мы обрадовались, что ты магом оказался. Ну хоть контролировать свои порывы научился, и то хлеб.

— Да уж, — и я снова потёр подбородок. — Ну, ничего, стрелять я пока не разучился, а самое главное — вестника, создавать умею. Пусть и такого оригинального. Я вот ещё что хотел спросить: Макеев с Натальей, случайно не…

— Нет, — уверенно ответил Савелий. — Они тихо друг друга ненавидели с первого взгляда. Каждый считал, что другой виноват в том, что Марк внезапно на гречку переключился и перестал уделять им малейшее внимание. А что?

— Да просто между ними такие искры летят, вот я и подумал, может быть, Александр сублимирует давно скрываемую страсть к жене друга? — я хмуро смотрел на Савелия, потому что, если он прав, то этому поведению должно быть какое-то другое объяснение, и меня это, если честно, не радует.

— Пф-ф-ф, — Савелий разве что лапой не махнул, высказывая своё пренебрежение. — Скажешь тоже. Когда это Сашку останавливала дружба с мужем очередной понравившейся ему красотки? Но ты прав, они как-то резко стали переходить все границы дозволенного, и это подозрительно.

— Проклятье? — сразу же выдвинул я пришедшую мне в голову теорию. — Призрак жены Макеева мог так им подгадить напоследок?

— Софья-то? — кот отвечал, даже не задумываясь. — Запросто. Вот кто в стервозности Наташке мог мастер-класс показать. Но это что же получается, роковая страсть? Это нехорошо, Андрюша.

— Во что это может вылиться? И не проще запереть их в спальне, чтобы они эту страсть реализовали и мирно разошлись? — быстро спрашивал я, прикидывая, как лучше это провернуть.

— Это проклятье, Андрей. Про-кля-тье! — по слогам произнёс Савелий. — Конечная цель любого проклятья — смерть проклятого. В данном случае время ещё есть, чтобы всё выяснить и попытаться исправить. Они же терпеть друг друга не могут, так что до спальни им идти и идти. Но когда они всё-таки там окажутся, а если это то, о чём я думаю, они там в любом случае окажутся, проклятье вступит в финальную фазу и…

— Как это может повлиять на нас? — я снова принялся перебирать в уме варианты.

— Напрямую. Наташка — твой вассал, и ты вынужден будешь вмешаться, когда ситуация выйдет из-под контроля. Макеев — твой сосед, и, что бы ты о нём ни думал, Сашка очень сильный маг. Вот и прикидывай, каким боком замок может тряхнуть. А я предупреждал, что с таким соседом, как Макеев, никаких врагов не нужно, — мрачно добавил кот.

— Как узнать, есть ли на них проклятье? — я только головой покачал. Вот что заставило меня принять безумное предложение Натальи?

— У Наташкиной матери спроси или у графини Беркутовой. Всё-таки именно члены этой семейки считаются специалистами в данной теме, — посоветовал Савелий.

— Отлично. Программа минимум на балу: расспросить заказчика Бергера насчёт призрака и кольца и узнать у Беркутовых, нет ли на Наталье проклятья. Если на ней есть, то Макеева можно и не проверять, и так всё станет понятно. А потом молиться, чтобы их проклял кто-то живой, так как в этом случае появится шанс снять эту дрянь, и нас не похоронит в итоге под обломками этой «роковой страсти». Интересно, а потанцевать у меня время останется? — я схватил папку с дивана и направился искать Аполлонова, чтобы поделиться с ним теорией Савелия насчёт моего дара. В конце концов, Хранитель прав: Аполлонов у нас профессор, вот пускай и разбирается, а у меня дела, похоже, никогда не закончатся.

Глава 3

Князь Мишин, Георгий Петрович, советник по особым поручениям Отдельного подразделения Имперской канцелярии, сошёл на перрон и принялся осматриваться. Он нередко покидал столицу, служба у князя была такая — работать на местах, чаще всего в таких вот провинциальных губерниях. На фоне остальных губернских городов Дубровск отличался какой-то странной неторопливостью, основательностью, что ли, и Мишин никак не мог понять — это ему нравится или безумно раздражает.

— Георгий Петрович, приветствую вас в нашем славном Дубровске, — раздался знакомый голос, и князь повернулся к говорившему. Данила Петрович Первозванцев шёл к нему по перрону, скупо улыбаясь.

— О, Данила Петрович, сами решили встретить меня, — произнёс в ответ Мишин, делая шаг в сторону Первозванцева. — Рад снова встретиться с давним знакомым и польщён, да, определённо польщён.

Когда предводитель местного дворянства подошёл поближе, они обменялись рукопожатиями, после чего пошли к выходу с вокзала. Мишин даже не посмотрел в ту сторону, где трое его слуг, во главе с денщиком, разбирают багаж и выдвигаются следом за ними, стараясь не отставать.

— Вы один прибыли? — нарушил воцарившееся молчание князь Первозванцев. — По-моему, я чётко указал в донесении, что это непростое дело требует внимания детектива первого ранга.

— Данила Петрович, ну откуда в империи столько специалистов? — Мишин поморщился. Первозванцев своей прямотой частенько выбивал его из колеи. — Некого мне было брать с собой. И скажите спасибо, что меня послали. По вашим сообщениям не совсем понятно, а нужно ли присылать сюда детектива первого ранга. Вот я посмотрю, начну руководить следствием и приму окончательное решение. Да и к тому же у вас есть этот, как его, — Мишин щёлкнул пальцами, — Громов. Да, точно, Громов, я помню, ему не так давно ранг присвоился.

— Второй, — спокойно парировал Первозванцев. — Андрею Михайловичу присвоился второй ранг. А второй, как вы сами понимаете, далеко не первый.

— Если в этом деле замешана нежить или нечисть, то его и попробуем привлечь, — довольно пренебрежительно заметил Мишин.

— Георгий Петрович, в своём донесении я чётко указал на то, что Громов уже отверг версию о причастности нежити… — начал Первозванцев, но советник по особым поручениям его прервал.

— Позвольте мне самому судить об этом. Сдаётся мне, что опыта у меня в подобных расследованиях поболее будет, чем у этого вашего Громова, — произнёс Мишин с нажимом, и Первозванцев стиснул зубы, чтобы не высказать этому напыщенному индюку всё, что о нём думает.

— Я не стал бы так категорично утверждать, что ваш опыт сильно перевешивает опыт Громова. Мне показалось, что Андрей Михайлович вполне знает, что делает, — наконец сказал Первозванцев, когда они вышли к его машине, на которой он приехал дорогого гостя встречать. Рядом стояла ещё одна — для слуг и багажа.

— Шикуете, — улыбнулся краешками губ Мишин, намекая на две машины, приехавшие за ним. Когда же они с Первозванцевым расселись на сиденье, он добавил: — Я вправе утверждать про свой опыт, потому что занимаюсь расследованием странных и запутанных дел уже больше лет, чем живёт этот мальчишка. Ему же ещё и тридцати нет, насколько я помню.

— Вы всё правильно помните, Георгий Петрович, — холодно ответил Первозванцев и повернулся к окну, за которым текла обычная повседневная городская жизнь.

— Данила Петрович, вы же на бал к Беркутовым поедете? — как бы невзначай спросил Мишин.

— Разумеется, там соберутся, наверное, все хоть сколько-то значимые люди нашей губернии, — Первозванцев посмотрел на него. — Не хотите же вы сказать, что тоже собрались посетить это великолепное мероприятие?

— Ну почему же не хочу, — и Мишин снова улыбнулся. — Вы же сможете сопровождать меня, как столичного гостя? Заодно познакомите с Громовым. Он же не станет оскорблять хозяйку вечера своим отсутствием?

Первозванцев ничего не ответил, глядя на советника. Похоже, для Громова этот бал станет очень запоминающимся. Остаётся только надеяться, что он не отобьёт у Андрея желания посещать подобные мероприятия. В противном случае, детектив рискует нажить много врагов среди женской половины губернии, если будет постоянно игнорировать приглашения.

***

Олег сквозь сон почувствовал, что на него кто-то пристально смотрит. Чуть шевельнувшись, он передвинулся таким образом, что рука легла на рукоять ножа, спрятанного под подушкой.

Ощущение взгляда не исчезало, и он снова чуть шевельнулся, приоткрыв один глаз.

— Мать вашу! — Дерешев сам не понял, как очутился на полу, куда скатился, сжимая в руках нож, увидев сидящую на подушке салатовую белку. — Это ещё что за чучело?

— Хватит дрыхнуть, — голосом Громова произнесла в этот момент белка. — Подходи на полигон доложить насчёт оборотней Белова.

Сказав это, белка исчезла, оставив после себя бирюзовый дым, быстро исчезнувший.

— Так, спокойно, Олег, спокойно, — пробормотал Дерешев, поднимаясь с пола и с недоумением глядя на нож в руке. — Сначала говорящие коты, потом белки. Ты в Блуждающем замке, не забыл? Значит, может быть ещё хуже, хотя, казалось бы…

Сунув нож в ножны, Дерешев направился в крохотный санузел, полагающийся ему, как командиру в единоличное пользование. Стоя под горячими упругими струями, он обдумывал всё то, что произошло с ним за неполные сутки. И начать надо с того, что он тоже теперь слышит кота! Правда, как объяснил ему Савелий, исключительно в полнолуние, но и этого было достаточно, чтобы Олег усомнился в своём душевном здоровье.

— Я ведь взаправду считал Громова психом, — он опёрся ладонями на стену, подставляя воде спину и негромко рассмеялся. — Это тебе урок, Олег, на будущее. Нужно своим предчувствиям больше доверять, они-то мне твердили, что я не прав, и Громов действительно разговаривает с котом. Бедный Андрей, за что же ему такое наказание?

Выйдя из душа, он быстро оделся и вышел из казармы, не встретив по дороге никого, кроме вскочившего при его появлении дежурного. А вот на улице к нему подбежал Буров, дежуривший сегодня на воротах

— Олег, подожди, — остановил он командира.

— Что случилось? Быстрее докладывай, меня Громов на полигоне ждёт.

— Там у ворот Селин стоит, поговорить с тобой хочет, — скороговоркой проговорил Буров.

— А ему-то что от меня надо? — Дерешев нахмурился. Селин был командиром отряда оборотней, застрявших в это полнолуние возле Блуждающего замка. — Ночью в любом случае встретимся.

— Ночью не то будет, сам понимаешь, — ухмыльнулся Буров, и в его глазах сверкнуло жёлтое пламя, словно запертый в теле человека зверь хоть таким вот способом стремился прорваться наружу. — Так что, будешь с ним говорить или посылать его подальше?

— Поговорю, — решил Дерешев, прикинув про себя, что вряд ли Андрей сейчас измеряет полигон шагами, ожидая начальника охраны замка. Скорее всего, он снова тренируется в магии, вот и решил совместить, так сказать.

Буров кивнул и пошёл к воротам впереди Дерешева, чтобы побыстрее вернуться к месту дежурства. Подобные новости командиры караулов предпочитали доносить до Олега лично, не пользуясь внутренними передатчиками, чтобы не возникло недопонимания.

По ту сторону ворот стоял высокий крепкий мужчина, одетый в куртку, похожую на ту, что была надета на самом Дерешеве. Он стоял, сунув руки в карманы, расслабленно, и терпеливо ждал, когда Олег к нему выйдет. Вопросов про то, почему его не пропустили, у него не возникло. Селин был опытным наёмником и всё отлично понимал.

— Зачем пришёл? — сразу без каких-либо предисловий спросил Дерешев, выходя за пределы защитного периметра и закрывая за собой калитку.

— На работу пришёл проситься, — немного подумав, ответил охотник. — Надоело мотаться, а вы здесь неплохо пристроились. К тому же хозяин мне вполне адекватным показался, да и в охране здесь одни оборотни, так что мы белыми воронами точно не будем.

— Значит, не только за себя просить пришёл, — задумчиво ответил Дерешев. — Белов как к этому отнесётся?

— Понятия не имею, — Селин пожал плечами. — Мы с ним не на постоянной основе работаем, а по разовым контрактам. Так что мне по большему счёту плевать, как он отнесётся к нашей смене сферы деятельности. Ты же видишь, какая это морока, мы даже ограничитель продлевать не успеваем. Думаешь, нам хочется каждый раз из кожи вылезать, меняя ипостась?

— Некоторым это нравится, — усмехнулся Дерешев и сразу же стал предельно серьёзным и сосредоточенным.

— Некоторым и не такое нравится, извращенцев везде хватает, — поморщился Селин. — Ну так что? Мы согласны на испытательный срок, и с содержимым приносимой клятвы ребята меня немного ознакомили. Ничего в ней невыполнимого точно нет, так что нестрашно.

— Ты же понимаешь, что окончательное решение не я принимаю, — Дерешев обернулся, посмотрев в сторону полигона. Там в этот момент что-то полыхнуло, и он невольно вздрогнул, вспомнив утреннюю белку.

— Да, что это за тварь говорящая нас вчера тормознула, а потом полночи грузила так, что меня до сих пор потряхивает. Этот кошак как-то повлиял на нас… — начал Селин, но Дерешев не дал ему договорить, уже откровенно усмехаясь.

— А не поэтому ли вы все решили пойти в Блуждающий замок служить?

— Нет, не поэтому, — покачал головой Селин. — Так что это за тварь была?

— Это был Хранитель замка, — ответил Дерешев, не сумев сдержать злорадства.

— Ну я же говорю, просто охренительный кот, мне он сразу понравился, — сразу же сориентировался Селин. — Когда ты меня с Громовым познакомишь? Я же правильно понял, мне сначала нужно одному с ним переговорить?

— После полнолуния приходи, — нехотя ответил Дерешев. Расширять штат было необходимо, а отряд Селина хорошо зарекомендовал себя. Да и Белов с кем попало дел никогда не ведёт. — Хотя нет, давай через неделю. После полнолуния же этот чёртов бал, не до тебя всем будет.

— Я приду, — кивнул Селин и уже начал разворачиваться, чтобы уйти в лес, где его отряд встал лагерем, чтобы пережить здесь полнолуние, но тут остановился, а его глаза блеснули. — Ого, я понимаю всё больше и больше, почему тебя отсюда ломом не сковырнёшь. — Он расплылся в улыбке и поклонился, с кем-то здороваясь. Дерешев почувствовал лёгкий знакомый запах и скрипнул зубами, но ничего не стал говорить, медленно поворачиваясь к Катерине.

— Я пришла спросить, вы сегодня где ужинать будете, Олег Яковлевич? В казарме или с Андреем Михайловичем? — произнесла она, бросив мимолётный взгляд на Селина.

— В казарме, — ответил Дерешев, прикидывая, может ли он забрать свои слова обратно, сказав, что Блуждающий замок больше в охране не нуждается.

— Очень хорошо, — Катерина улыбнулась, и на её щеках сверкнули ямочки. — Только вы предупреждайте заранее, чтобы никто за вами не гонялся по всему поместью.

— Я учту ваше пожелание, Катерина Михайловна, — сухо ответил Дерешев и повернулся к Селину. — Тебе к своим людям не пора возвращаться?

— Да, время так быстро летит, надо же, уже ужин скоро, — Селин говорил, не переставая улыбаться. — Я запомнил про неделю, Олег. Ночью увидимся, — и он быстро пошёл в сторону леса, махнув на прощанье рукой.

Дерешев проводил его взглядом до поворота и почти бегом направился к Громову. Нужно как-то с Хранителем договориться, чтобы тот снова пришёл лекции о вреде блох читать. Может быть, перспектива жить на одной территории с котом отобьёт желание у отряда Селина искать здесь работу.

***

— Ещё раз неоформленной силой, — скомандовал Аполлонов, поднимая свой странный прибор, которым проводил какие-то измерения проявлений моего дара.

Я вскинул руки и направил неоформленную волну прямо в стену защиты, использовав при этом, кажется, три или четыре нити. Я их не разбирал, просто ударил тем, что под руку попалось. Волна искажённого воздуха, видимая даже невооружённым взглядом, пролетела через всё поле и расплескалась по защите.

— Так, хорошо, — пробормотал профессор, доставая блокнот и что-то увлечённо в него записывая.

После обеда он решил попытаться вычислить характеристики моего дара. В принципе, я был согласен с его решением, и вот теперь с тупой методичностью долблю стену, посылая в неё все новые и новые волны.

— Щит можно снимать? — раздался приглушённый голос Дерешева, и я кивнул, давая разрешение. Судя по сосредоточенному выражению лица Аполлонова, на сегодня ему информации вполне хватит, так что на сегодня пора с экспериментами заканчивать.