Список желаний

Начало самого большого приключения в её жизни. Начало любви.

Алиса спала, а в комнату уже пробивался первый, еще робкий утренний свет. Он ложился на подоконник, на стопку книг, на старый рюкзак с вечно заедающей молнией, в котором лежал блокнот с грустным котом. Она не писала в нем сегодня. Впервые за долгое время ей не нужно было записывать свои мысли на бумагу, чтобы они перестали душить изнутри. Потому что сегодня они не были черными и тяжелыми. Сегодня они были светлыми. Как этот утренний свет, который разливался по комнате, разгоняя октябрьскую серость, и обещал что-то новое. Что-то, чего она так долго ждала и уже перестала надеяться увидеть.

Глава 3. Ночной заплыв и сладкая жизнь

Утром Алиса проснулась с ощущением, что вчерашний вечер ей приснился.

Она лежала на своей узкой кровати и смотрела в потолок с разводами от протечки. Желтое пятно от фонаря, которое она разглядывала перед сном, днем выглядело совсем иначе, серым, неприглядным, напоминанием о том, что квартира была чужой, что стены эти видели чьи-то другие жизни, чужие ссоры и чужие примирения.

За тонкой стенкой работал телевизор. Мама снова не спала всю ночь и теперь, видимо, задремала под утренние новости. Голос диктора звучал приглушенно и монотонно. В этом звуке было что-то убаюкивающее, будто мама все еще пыталась заглушить тишину, которая поселилась в их новой квартире с сентября.

Алиса потянулась, села на кровати, обхватила колени руками. Вчерашние джинсы висели на батарее, всё ещё влажные. Из кармана торчал тот самый листок, размокший, покоробившийся, края пожелтели, чернила расплылись, но буквы всё ещё можно было разобрать.

Алиса вскочила с кровати, босиком прошлепала по холодному полу, схватила листок и перечитала список ещё раз.

Искупаться в фонтане.

Съесть торт без вилки.

Прыгнуть с парашютом.

Сказать маме, что люблю…

Не сдохнуть…

Алиса провела пальцем по последней строчке. Буквы расплылись сильнее всего, будто вода желала стереть самое важное. Или самое страшное.

«Значит, не приснилось. Значит, всё было на самом деле. И этот сумасшедший Матвей, и фонтан, и погоня, и тот момент, когда они стояли, прижавшись к стене, тяжело дыша и глядя друг на друга».

Она помнила его глаза. Темные, с каким-то странным блеском, который она сначала приняла за веселье.

Теперь-то она знала, это было не веселье. Другое. Что-то, что она видела в своем отражении, когда смотрелась в зеркало ванной после очередной бессонной ночи.

Алиса тряхнула головой, отгоняя воспоминания. Хватит. Она подошла к маленькому зеркалу, висевшему на стене, посмотрела на свое отражение. Темные круги под глазами, спутанные волосы, щеки, которые почему-то горели, хотя в комнате было прохладно. Она нахмурилась, будто пыталась рассердиться на себя за эти глупые мысли.

Это был просто странный вечер. Совпадение. Он наткнулся на неё случайно, потому что она сидела на стадионе, потому что у него был список, потому что ему нужно было с кем-то искупаться в фонтане. Окажись на ее месте любая другая, он сделал бы то же самое. Наверняка он уже забыл о её существовании. У него там список, последние желания, которые он возможно хочет реализовать с друзьями, которых знает его сто лет. И с которыми разделит всё это безумие. А она всего лишь случайная девчонка, которую он подобрал на стадионе от скуки. Или от жалости. Если от жалости, то это еще обиднее.

Она посмотрела на свои джинсы, на листок, потом снова в зеркало.

– Да и зачем ему твоя жалость? – спросила она вслух у свого отражения.

Отражение промолчало, но смотрело с укором.

Телефон, тусклая «раскладушка», которую мама купила для связи, лежал на тумбочке. Алиса взяла его, покрутила в руках. Тяжелый, неудобный, с мелкими кнопками, мимо которых вечно промахиваешься. Она открыла крышку, экран засветился тусклым зеленоватым светом. Ни пропущенных, ни сообщений. Хотя, от кого она ждала? Матвей не просил номер. Они даже не попрощались толком, просто разбежались по домам, когда начало светать. Он что-то крикнул ей на прощание, но она не расслышала из-за ветра. Или сделала вид, что не расслышала. Она тогда уже решила, что это конец. Красивый, правильный конец, совсем как в кино. Разбежались в разные стороны и каждый остался при своем.

– Дура. – сказала себе вслух, отшвыривая телефон обратно на тумбочку. – Размечталась.

Она отошла от зеркала, прошлась по комнате. Три шага от кровати до стены, три шага обратно. Комната была маленькой, тесной. Алиса чувствовала себя в ней как в клетке.

Она остановилась у окна, посмотрела на улицу. Серое утро, мокрый асфальт, редкие прохожие, которые спешили по своим делам. Обычный день. Никто не купался в фонтане, не смеялся до утра, не смотрел друг на друга так, будто от этого взгляда зависит всё.

Алиса опустила взгляд на подоконник. Там, между горшком с засохшим цветком (мама купила, пытаясь сделать квартиру уютнее, но поливать забывала) и стопкой учебников, лежал блокнот с грустным котом. Алиса взяла его, открыла на чистой странице, взяла ручку. Замерла.

Хотелось написать про вчерашний вечер. Про то, как впервые за два месяца забыла о папе, о маме, о новой школе, о девчонках, которые шепчутся за спиной. Про то, как внезапно почувствовала себя живой. Но ручка зависла над бумагой, строчка никак не складывалась.

«Сегодня я проснулась и поняла, что он не позвонит. Ведь я даже не дала ему номер. И потому что я – дура. Потому что он, наверное, уже и забыл, как меня зовут. А я помню его имя. И его глаза. И его список. – покусав слегка кончик ручки, продолжила. – И как он смеялся, когда мы бежали от фонтана. И как смотрел на меня, когда я читала его список. Я все думаю, зачем он мне это показал? Зачем рассказал? Может, он просто хотел, чтобы кто-то знал? А может, он хотел, чтобы кто-то был рядом?

Я была.

А теперь нет.

Алиса перечитала написанное, поморщилась и вырвала лист. Скомкала, бросила в угол, где уже лежало несколько таких же комков. Она не умела писать о хорошем. Хорошее получалось фальшивым. Она умела писать только о боли. Но как раз то, что было вчера, болью не было. Это было чем-то другим. Она просто не знала, как это назвать.

Она натянула сухие уже джинсы, футболку и вышла на кухню. Джинсы еще пахли вчерашним дождем. Этот запах заставил сердечко екнуть на секунду, но Алиса быстро задвинула воспоминание подальше.