Князь Целитель 4

К госпиталю я пришёл в полвосьмого, обычно примерно в это время на работу приходит Герасимов. Оглядевшись, я нигде его не увидел, скорее всего, уже на месте. Федя что-то чирикнул мне в ухо на прощание и прыгнул на стоявшую недалеко от крыльца огромную ель.

– Не скучай тут без меня, – сказал я ему на прощание и вошёл в приёмное отделение.

Медсестра возле стойки регистратуры готовила журналы к новому рабочему дню, санитарка домывала полы и воздух приобрёл смачную и такую знакомую примесь хлорки. Тоже мне двадцать первый век, здесь всё делалось по старинке, как в конце века двадцатого.

Все уважительно здоровались со мной ‒ я стал уже полноценным членом коллектива. И пусть для меня это лишь временно, но было приятно, ведь ценили меня за то, что я сделал, а не то, кем был.

Анатолий Фёдорович и, правда, уже сидел за столом с утренней газетой и пил кофе. На моё приветствие он ответил кивком, не отрываясь от чтения, видимо, нашёл что-то очень интересное. Лично для меня газеты ‒ это архаизм и пустое времяпрепровождение, но поколение постарше считает иначе. А в былые времена газета так и вообще была чуть ли не единственным источником информации.

Я поставил протазан, как обычно, в угол за шкаф, надел халат и сел в кресло. Отвлекать шефа от чтения ‒ дело неблагодарное, это всем известно, поэтому проще будет просто немного подождать.

Что вполне ожидаемо, перед самой процедурой прорыва пятого круга я волновался, событие это непростое, требует немалого вложения сил и предельной концентрации. Сделать это на отвали никак не получится, рискуешь получить кучу неприятностей, а то и вообще отойти в мир иной. Как-никак шансы на формирование нового круга далеко не стопроцентные.

Я просканировал внутренним взором кольца маны. Зелёные и золотистые концентрично расположенные кольца выглядели насыщенными, слегка пульсировали, но только сейчас у меня создалось ощущение, что четвёртое зелёное кольцо, отвечающее за целительскую силу, светится чуть ярче, чем золотистое. Мне это показалось немного странным, но я это связал с тем, что мог перестараться с лечением, а не недобрать боевого опыта.

– Ну что, Ваня, готов? – спросил Герасимов, с хрустом складывая свежую газету «против шерсти», чтобы оставить на виду статью, которую хотел прочитать в ближайшее время.

– Вроде бы да, – улыбнулся я, бодро поднимаясь с кресла. – Сначала в лабораторию?

– Давай сначала я посмотрю, что там с твоим четвёртым кругом, насколько он готов к переходу дальше, – сказал шеф, неохотно поднимаясь из-за стола.

По мешкам под глазами, я понял, что он, действительно, дежурил. Заведующий подошёл ко мне, положил руку на область сердца, закрыл глаза и сосредоточился. Я замер и почти не дышал, чтобы ему не мешать. Зачем-то тоже закрыл глаза.

– Ты в водолазы, что ли, тренируешься? – спросил вдруг Анатолий Фёдорович, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. – Дыши уже.

Он убрал руку, а выражение его лица мне не понравилось.

– Что-то не так? – встревоженно спросил я.

– Ну да, – задумчиво произнёс Герасимов. – Надо было бы мне вчера это проверить. «Целитель» в тебе уже полностью созрел для прорыва пятого круга, а вот дар молний следовало бы ещё немного укрепить. Ты же в курсе, что они должны развиваться синхронно, если, конечно, не хочешь получить конфликт между своими дарами?

– Поэтому я и хожу в Аномалию, – пожал я плечами. – Но мне показалось, что оба круга уже на пределе, просто золотой круг словно чуть слабее светится, хоть и наполнен не меньше зелёного.

– Вот как раз именно этой изюминки и не хватает, – сказал Анатолий Фёдорович, пристально глядя мне в глаза.

В его взгляде словно звучал вопрос: «Да кто ты вообще такой, Ваня Комаров? Кто ты есть на самом деле?»

Я выдержал его взгляд с невозмутимым спокойствием, что заставило его нахмуриться ещё сильнее. Шеф похлопал устало меня по плечу, развернулся и неторопливо уселся на диван. Насколько я понял, тема на сегодня закрыта и пытаться её возобновить нет никакого смысла.

Я немного расстроился и снова уселся в кресло, уставившись в окно. Не то чтобы трагедия, но всё равно немного неприятно. Я ведь уже настроился сегодня получить пятый, а завтра хотел пойти на пару с Матвеем обкатывать его в Аномалии, где-нибудь на окраине. Мы значительно подросли, как бойцы за время пребывания здесь, но всё равно без хорошего отряда вглубь лучше пока не лезть.

Без четверти восемь в ординаторскую вошёл Олег Валерьевич. Он тоже сегодня пришёл в доспехах и при оружии, а минут через пять в кабинет легкой бабочкой впорхнул Василий Анатольевич в парадном костюме и в галстуке, словно собирался идти на официальный приём. Мужчина с ухмылкой отметил, что остальные томятся в броне, снял пиджак и надел халат, поправив галстук перед зеркалом. По ординаторской прокатилась волна дорогого парфюма. Теперь я понял, почему он так оделся, для него это было просто в удовольствие.

– Ну что, партеечку под кофе? – бодрым голосом обратился Василий Анатольевич к Олегу Валерьевичу.

Хоть они и были равны здесь по статусу и по возрасту, всё равно он обращался к коллеге с вполне осязаемым уважением, не то, что ко мне.

– Почему бы и нет, – улыбнулся Олег Валерьевич и направился к кофемашине. – Расставляй пока.

Когда целитель отошёл от аппарата и уселся за стол, я тоже решил сделать себе кофе. Раз уж прорыв пятого круга на сегодня отменяется, то торопиться мне некуда и можно спокойно побаловать себя чашечкой ароматного напитка. Немного подумав, я сделал две чашки и направился с ними в лабораторию.

– Ваня? – Евгения удивлённо вскинула брови, увидев меня в дверях с двумя чашками в руках. – Ты разве не пошёл делать прорыв пятого круга?

– Наставник сказал, что ещё рано, – сказал я, стараясь не показывать своего разочарования по этому поводу. – Держи вот.

– Ой, это мне? – улыбаясь, спросила девушка, когда я поставил чашку с кофе перед ней на стол. – Спасибо большое. Тогда сегодня поработаем над эликсирами?

– Думаю, пора начать, пока нам никто не помешал, – кивнул я. – Кофе попьём и вперёд. Чего там у нас больше всего не хватает?

– Да всего понемногу надо сделать, чтобы запас был, – сказала Евгения, критично осмотрев содержимое шкафа с готовыми эликсирами. – Наверное, всё-таки из категории заживляющих на первом месте.

– Давай тогда больше упор сделаем на том, который можно распылять на рану, – предложил я. – Его можно применять гораздо шире, чем мы раньше это делали. Я распылял его на большие раны и эффект был изумительный. Я бы вообще в основном на такую форму перешёл.

– Думаешь? – нахмурилась девушка, обернувшись ко мне.

– Уверен, – кивнул я. – Для обычной формы на самом деле спектр применения не так уж широк, как все думают, распыление намного удобнее и эффективнее.

– Возможно, ты прав, – задумчиво произнесла она, уставившись на штативы с пробирками, в которых был обычный целительный эликсир. – Тогда что с этим делать будем?

– Ну выбрасывать-то его точно не надо, – усмехнулся я. – Я хотел предложить переделать часть в питьевую форму, чего мы с тобой до сих пор так и не сделали.

– Да, я помню, что ты об этом говорил, – вздохнула Евгения. – Но тогда для стабилизации раствора нам не хватает одного достаточно редкого ингредиента, растущего только в Аномалии.

– Вот этого, что ли? – спросил я и положил перед ней на стол веточку, которую отломил накануне от кустика в гараже, так как всё равно она мне показалась нежизнеспособной. – Я сначала собирался выбросить, так как оно завяло, но поставил на ночь в стакан с водой и вроде ничего, неплохо смотрится.

– И ты до сих пор молчал?! – воскликнула девушка, тут же начиная подбирать набор трубок и колб для перегонки эликсира в питьевую форму. – Аккуратно отдели все лепесточки и почки и вскипяти в обычном уксусе. Необходимый объём рассчитай по формуле, – она написала её на листочке и пододвинула ко мне. – Конечный объём жидкости должен уменьшиться втрое, потом к получившемуся отвару добавить девять частей дистиллированной воды.

– То есть развести в десять раз, так? – уточнил я.

– Всё правильно, – кивнула Евгения, начиная собирать установку.

Я очень бережно общипал веточку и положил почки и листочки на аптекарские весы, когда в дверь осторожно постучали.

– Костя, заходи! – сказал я достаточно громко, не отвлекаясь от своего занятия.

Дверь приоткрылась, и в щёлочке появился нос нашего практиканта.

– К вам можно? – спросил парень на всякий случай.

– Говорю же, заходи! – немного раздражённо ответил я, не люблю, когда под руку говорят. – Чего ты хотел? Там снова массовое поступление?

– Нет, – робко пробормотал Костя, делая неуверенный шаг вперёд. – Я вам тут принёс кое-что.

Парень осторожно подошёл ближе и протянул мне бумажный пакет, который слегка промок в нижней части.

– И что это? – заинтересовался я.

– Вот, – парень поставил пакет на край стола и раскрыл.

Там был ком земли, из которого торчало несколько пеньков от обрезанных веток. Из одного начал пробиваться небольшой росток и по нему я сразу понял, что это такое.

– Вот это да! – воскликнул я радостно, словно там лежал соразмерный слиток золота. – Так чего же ты сразу не сказал? Вот это ты молодец! А я думал тебя попросить, но решил, что ты и на самом деле вряд ли сможешь его найти или он уже загнулся окончательно.

– Ого! – воскликнула Евгения, тоже заглянувшая в пакет. – И что ты с этим делать собираешься? Если хочешь возле дома посадить, то он, боюсь, не вырастет, условия не те.

– У меня есть для этого росточка все необходимые условия, – похвастался я и рассказал про свой эксперимент в гараже. Все равно это не был такой уж большой секрет, по крайней мере, от коллег я этого скрывать точно не буду, не вижу особого смысла.

Костик слушал, открыв рот, Евгения восторженно улыбалась и что-то хотела спросить, но явно стеснялась.

– Хочешь прийти посмотреть? – предложил я девушке.

– А можно? – неуверенно улыбнулась Евгения.

– Конечно, можно! – ответил я, потом встретился взглядами с парнем. – И тебе тоже можно. Можем сегодня после работы зайти, всё покажу, тут недалеко.

– Договорились! – засиял Костя и убежал, аккуратно закрыв за собой дверь.

– А ты полон сюрпризов, – сказала Евгения, вернувшись к сборке установки. – Я уже жду не дождусь окончания рабочего дня.

Я ухмыльнулся про себя. Если ты все мои сюрпризы узнаешь, на стуле не удержишься, придётся по полу собирать. А показать им свой тайный садик мне не жалко. Женя учит меня алхимии, а Костя и дальше будет обеспечивать ценными саженцами, на что я очень надеюсь.

Пакет с пытающимся вернуться к жизни Семицветом Полулистным я убрал в коробку на нижней полке стеллажа. Надеюсь, до вечера с ним ничего не случится.

***

– Анатолий Фёдорович, а можно вопрос? – осторожно начал Олег Валерьевич, когда остался в ординаторской с заведующим один на один.

– Конечно, Олежек, спрашивай, – спокойно ответил сидевший на диване с закрытыми глазами Герасимов.

– Я хотел про Ваню спросить, – тихо сказал, Олег Валерьевич, тщательно подбирая слова. – Вы не поймите меня неправильно, я ничего против него не имею, даже наоборот, как человек и как целитель он мне симпатичен, но я не совсем понимаю, как это он так быстро продвигается с кругами маны? Насколько я знаю, два дара ‒ это вообще большая редкость. А кому и выпадает такой шанс, обычно выбирают один, приоритетный для рода, к которому имеется более выраженная наследственная предрасположенность и который более востребован. Два дара тянуть одновременно невероятно сложно.

– Ну а Ваня выбрал оба и что? – Герасимов открыл глаза и повернул голову к собеседнику, заинтересовавшись беседой.

– Ну пусть, выбрал, так выбрал, – пожал плечами Олег Валерьевич. – Это, конечно, дело его личное. Но как он умудряется так быстро продвигаться, вот в чём основной вопрос.

– Хочешь на себя чужую рубашку примерить? – спросил Анатолий Фёдорович, улыбаясь одними уголками рта.

– Ни в коем случае! – замахал руками Олег Валерьевич. – Зависть ‒ не мой конёк, вы же прекрасно знаете.

– В курсе, – кивнул Герасимов. – Это прерогатива Василия Анатольевича, он в этом плане монополист.

– И всё же? – не отставал от него молодой целитель.

– Видишь ли, Олежек, наш Ваня далеко не такой простой человек, каким хочет казаться, – сказал заведующий и тяжело вздохнул. – Тебе-то я могу сказать, а больше и некому.

– В смысле непростой? – насторожился Олег Валерьевич. – Думаете, он какой-то особо высокородный?

– Скорее всего, – кивнул Анатолий Фёдорович. – У меня по этому поводу даже есть некоторые догадки.

– Какие же? – заинтересовался Олег Валерьевич.

– При всём уважении к тебе, давай лучше не будем тыкать пальцем в небо, – отмахнулся Герасимов. – Но одно точно могу сказать, парень здесь ненадолго. Наберётся опыта, раскроется и укатит восвояси.

– Как-то всё это не очень приятно звучит, – слегка поморщившись, пробормотал Олег Валерьевич. – То есть я правильно понимаю, вы уверены, что он скоро уедет?

– Ну, насколько скоро, это одному богу известно и ему самому. Ты переживаешь, что он плохо поступает, обнадёживая нас долгим сотрудничеством? Просто не думай об этом. С нашей хронической кадровой недостаточностью лучше даже так, чем никак. А вдруг Ване здесь понравится и он задержится надолго, ведь может такое быть? Может. Да и я сам как тут появился, ты помнишь?

– Смутно, если честно, – признался целитель.

– Я же в Москве работал в лаборатории, – сказал Герасимов и вздохнул. Видимо, ему было не очень приятно это вспоминать, но требовалось это рассказать, чтобы в коллективе не пошли ненужные сейчас брожения. – Потом высказал одному высокопоставленному чиновнику, что я думаю о его когнитивных способностях, за что и был подвергнут гонениям. А чтобы окончательно с любимым делом не расставаться, приехал сюда, чтобы продолжить работу в непосредственной близости к предмету интереса. Ты же в курсе, зачем я свой кабинет в лабораторию превратил?

– Даже не задумывался никогда на эту тему, – покачал головой Олег Валерьевич. – Решил, что это просто ваше хобби. Сами же знаете, у нас всегда работы хватает, чтобы еще на что-то иное отвлекаться, – развел он руками.

– Ха, хобби! – усмехнулся Анатолий Фёдорович. – Хотя, скорее всего, это теперь более точное определение. Только я по-прежнему продолжаю выполнять задания папы и дяди Евгении Георгиевны и поначалу даже подумал, что они прислали её сюда, чтобы за мной следить, а оказалось, что нет, я не прав. Правда, я совсем не понимаю смысла её бегства, он ускользает от моего понимания. Впрочем, про меня и связь с ее родней девчушка не в курсе, судя по всему.

– А её отец тоже алхимик? – спросил Олег Валерьевич.

– Так-то да, но направление совсем другое, – задумчиво произнёс Анатолий Фёдорович. – Тот больше Аномалией самой занимается, изучает флору и фауну в разные фазы активности. А она, видишь ли, в медицину ударилась. Молодость, все хотят окружающим что-то доказать.

– Ну, может быть, это и правильно? – пожал плечами Олег Валерьевич. – Это ведь здорово, когда молодые люди не просто плывут по течению на родовом линкоре, а хотят добиться чего-то своего, пусть и на небольшом сторожевом корабле типа нашего госпиталя. Вот Евгения Георгиевна сейчас руку набьёт и откроет собственную лабораторию, которая перевернёт роль алхимии в медицине, сделает важный прорыв, так сказать. Особенно, если семья поддержит и обеспечит всем необходимым.

– Ну да, она тоже здесь ненадолго, ты прав, – грустно улыбнулся заведующий. – Но и она, и Ваня нас пока очень выручают. А если вернуться к первому вопросу, то думаю, что Ваня, скорее всего, до госпиталя только с наставниками занимался и по учебникам. Зато у нас он такой практики наберётся, мама не горюй. Полученная им до этого база, плюс наша суровая действительность дают такой ошеломляющий результат, ну и сильная кровь берёт своё. Так что лично я против Комарова, или как его там на самом деле, ничего не имею, пусть себе работает и взрослеет в наших стенах. Хороший парень, как ни крути, не хочется на него за это обижаться.

– Хороший, – кивнул Олег Валерьевич.

– А до прорыва пятого круга ему и, правда, немного осталось, – сказал, слегка улыбаясь, Анатолий Фёдорович. – Вон выходные впереди, наверняка пойдёт в Аномалию, молнию свою совершенствовать. А уж потом и пятый круг считай в кармане.

– Ну, дай-то бог ‒ сильные целители нам никогда не помешают, – сказал Олег Валерьевич и отвернулся к окну, давая понять, что вопрос исчерпан.

***

Мы с Евгенией усердно трудились над эликсирами. Один штатив с пробирками с традиционным целебным эликсиром мы превратили в три штатива с питьевой формой. С очищающим эликсиром этого делать не требуется, он и так по инструкции имеет двойное назначение и перорально мы его уже много раз применяли.

В процессе работы я несколько раз нырял в пакет, где находился росток Семицвета Полулистного, проверял, в каком он состоянии. Даже один раз не удержался и полил, после чего бумажный пакет пришлось сунуть ещё и в целлофановый, чтобы вода по полке не растекалась.

– А ты уверен, что у тебя получится такой капризный Семицвет выращивать за пределами Аномалии? – спросила вдруг Евгения, когда я очередной раз заглядывал в пакет. – Да и всё остальное, что ты упоминал. Ты притащил домой оттуда настолько много земли?

– Не совсем так, – сказал я девушке и хитро подмигнул. – Я трансформирую обычную землю в почву Аномалии с помощью источника излучения негативной энергии. Для этой цели рога Красного медведя подходят просто идеально.

– Да когда же наконец этот рабочий день закончится, – тихо произнесла девушка, даже не сразу поняв, что сказала это вслух, что заставило меня украдкой улыбнуться.

Рабочий день наконец-то закончился. Костя и Женя уже переминались с ноги на ногу на улице, поглядывая в крону ели, где притаился ещё один ожидающий меня персонаж. Стоило мне поравняться с нетерпеливо ожидающими коллегами, как Федя тут же бодро чирикнул и приземлился мне на плечо, что вызвало дикий восторг у Константина. Парень чуть не захлопал в ладоши, но всё же сдержался.

А ещё надо было видеть их лица, когда Матвей открыл дверь гаража и перед ними предстала наша мини-оранжерея.

– Как знал, – сказал Матвей, взяв с полки пустой горшок, и принялся наполнять его дренажом и землёй из мешка, чтобы посадить принесённый мной корень Семицвета.

– Какая же прелесть! – с благоговением произнесла Евгения, присев перед саженцами на корточки и осторожно касаясь нежных, только начинающих набираться сил листочков. Теперь растению осталось дать только время, а там посмотрим, что с помощью него еще можно будет сделать.

Глава 6

С Костей мы договорились, что он будет стараться находить растения по списку и приносить мне. Срезанные ветки, сорванные листья и цветы будем делить пополам. Его половину я помогу ему продавать, чтобы его не обманули ‒ местные скупщики только и норовят ободрать неподкованного клиента, а уж такого молодого и простого, так тем более. Таким образом, у меня в гараже будет зреть урожай ингредиентов для эликсиров, а у него будет отличный заработок.

– Ваня, ты даже представить себе не можешь, как были счастливы родители, когда я принёс домой и положил на стол те деньги, что мы с тобой выручили с одного проданного кустика! – радостно произнёс Костя, когда мы вышли из гаража. – Папа привёл в порядок всю полевую технику, купил новую жатку для комбайна, стройматериалы для нового свинарника, да и по мелочи для дома всякого.

– Мопед так и не купил? – поинтересовался я.

– Это всё намного важнее, мопед потом, – важно заявил Костя. Он начинал взрослеть прямо на глазах. А ведь между нами не такая уж и большая разница в возрасте, но видно, что парень наконец-то пошел по правильному пути. – Но я на него уже начал копить, это моя мечта с детства. Вот получу зарплату и ещё немного добавлю, мама сказала, что не возьмёт у меня ни копейки.

– Ну уже неплохо, – довольно улыбнулся я. – Ничего, на мопед мы тебе быстро наберём. А вообще ты молодец, хозяйственный.

– Ага, – заулыбался парень. – Ну я побегу, папе надо помогать, мы с ним свинарник строим.

– Беги, помогай, кормилец, – сказал я, похлопав его по плечу, и парень спешно удалился.

– Я тоже, пожалуй, пойду, – сказала Евгения, бросив напоследок взгляд в сторону саженцев, пока Матвей не закрыл дверь. – Дела дома ждут.

Ну да, конечно, дела тебя ждут. Козы с пастбища вернулись не доенные, и крышу надо подлатать. Что-то я очень сомневаюсь. Вслух я свои предположения, что вполне естественно, озвучивать не стал.

– Удачи тебе с твоей оранжереей и хорошего урожая! – пожелала девушка и помахала ручкой.

– Спасибо, – сказал я ей вслед.

– А она красивая, – тихо произнёс Матвей, провожая девушку взглядом. – А важная какая, на плешивой козе не подъедешь. Вроде и не сказала ничего особенного, а от неё прямо родословной веет, как от собаки-чемпиона.

– Ну у тебя и ассоциации. Лучше такое в следующий раз вслух не произноси, а то может получиться очень неудобно, – усмехнулся я. – А так да, она герцогиня, отсюда осанка и манеры.

– А ты тогда не меньше, чем князь, – сказал вдруг приятель, улыбаясь и пристально глядя мне в глаза. – Ну или граф, как минимум.

– А что, сильно заметно? – поинтересовался я, пытаясь проанализировать, что в моём поведении не так.

– Заметно, – кивнул Матвей. – Ты хоть и не белоручка, и в потрохах смело ковыряешься, но всё равно заметно, как ни крути. Так кто ты, граф или князь? А может, и вообще принц какой-нибудь?

– Придёт время, всё узнаешь, – уклончиво ответил я, спокойно выдержав его взгляд. – Мы же вроде договорились, что разговоров на эту тему не будет.

– Да, ты прав, извини, – виновато улыбнулся приятель. – Больше не буду.

Мы направились домой. Федя проводил нас взглядом с ветки разлапистой липы, что-то чирикнув вслед. Я помахал ему рукой и пожелал удачной охоты.

– Есть какие планы на завтра? – спросил я Матвея за ужином.

– Да особых не было, – пожал он плечами, отрезая кусочек жареного мяса Лешего, а ведь когда-то кривился при его поедании. – Запрет на вылазки сняли сегодня, предложил Стасу завтра в Аномалию сходить, а то дома уже засиделся, а он сказал, что у него там проблемы какие-то, не может. И студенты уехали. Пойду, наверное, с утра пораньше к наёмникам в отряд попрошусь. Наверняка будут собираться на прежнем месте.

– У меня к тебе немного другое предложение, – сказал я, разрезая на кусочки свиную отбивную.

Мясо Лешего мне сейчас тоже пошло бы на пользу, но я твёрдо решил беречь его для Матвея, пусть себе укрепляет магическую сферу и тренирует навык защиты. Бельчатина преспокойненько отдыхает в холодильнике и ждёт своего часа.

– И какое? – спросил приятель, продолжая с наслаждением жевать мясо. – Добыча за городской стеной новых саженцев для оранжереи?

– И это тоже по возможности, – кивнул я. – Но это не главное и не за стенами города. Предлагаю пойти в Аномалию вдвоём.

– Вдвоём в зону Аномалии? – переспросил Матвей, выпучив глаза и даже перестав жевать. – Ваня, но это же очень опасно!

– Ну мы вглубь ведь не полезем, я в своём уме, – усмехнулся я. – Побродим по окраине, поохотимся на небольших монстров, пособираем полезные растения. Ты можешь испытать в полевых условиях свой навык защиты, я попрактикую молнию.

– А, точно, ты же сегодня прорыв пятого круга сделал, да? – заулыбался приятель. – Ну и как оно?

– К сожалению, сегодня я прорыва не добился, – покачал я головой.

Радость на лице Матвея резко сменилась настороженностью и испугом.

– Что-то пошло не так? – осторожно, но немного встревоженно спросил он. – С тобой всё в порядке? Я слышал, что неудачи при прорыве очень опасны.

– Откуда ты это знаешь? – поинтересовался я.

– Ну так, в книге читал, – засмущался парень. – Мне же интересно знать о тебе хоть что-то, пусть и не от тебя.

– Осталось ещё слухи пойти собирать, – усмехнулся я.

– Ну это ты прекрати, – нахмурился Матвей. – На такое я никогда не пойду. Просто почитал общедоступное про магов, вот и всё. Так что там с прорывом-то?

– Пока даже не пытался, – улыбнулся я. Переживает за меня и довольно искренне, интересуется, это хорошо. – Заведующий сказал, что немного не созрел золотой круг.

– Это молнии, что ли? – спросил парень, снова вернувшись к еде.

– Всё правильно, молнии, – кивнул я. – Вот с ними-то я как раз и хотел потренироваться в Аномалии. Можно, по идее, и просто в зачистке поучаствовать за городской стеной, но в Аномалии это будет намного эффективнее. Твоя новая броня, кстати, там тоже должна лучше развиваться.

– Значит, буду совать руку в пасть каждому встретившемуся Спрутолису, – азартно ухмыльнулся Матвей, отрезая себе очередной кусок мяса.