Туманный Альбион: Великая Британия, пришедшая с Востока

В 2025 году вышла работа британского историка Э. Мёрфи «Кельты на Востоке: пересмотр античных свидетельств», в которой автор на основе анализа античных текстов приходит к выводу, что сообщения о присутствии кельтов в Восточной Европе могут отражать реальные исторические контакты, но масштабы и характер этих контактов остаются неясными. Мёрфи отмечает, что археологически присутствие кельтов в Причерноморье не подтверждается: находки предметов латенской культуры единичны и не образуют устойчивых комплексов, которые можно было бы интерпретировать как кельтские поселения.

§ 4.2. Легенда о Бруте Троянском

В XII веке Гальфрид Монмутский создал «Историю королей Британии» – сочинение, оказавшее огромное влияние на формирование британской исторической традиции. В этом труде Гальфрид излагает легенду о происхождении бриттов от троянца Брута, правнука Энея, который после долгих странствий прибыл на остров Альбион и основал там королевство.

Согласно Гальфриду (книга I, главы 3–16), Брут, вынужденный покинуть Италию после случайного убийства отца, отправился в изгнание. Собрав отряд троянцев, он сначала прибыл в Грецию, где освободил потомков троянцев, находившихся в рабстве. Затем, после ряда приключений, он высадился на острове, который назвал Британией по своему имени, а своих спутников назвал бриттами. Гальфрид подробно описывает маршрут Брута: от Греции через Северную Африку, мимо «Соленого моря» (вероятно, Средиземного), через Галлию и, наконец, к острову Альбион.

Легенда о троянском происхождении бриттов не является изобретением Гальфрида. Подобные генеалогии, возводящие правящие династии к троянцам, были распространены в средневековой Европе (например, франки также выводили своё происхождение от троянцев). Однако Гальфрид придал этой легенде развёрнутую форму, которая была воспринята как подлинная история многими средневековыми хронистами и даже некоторыми ранними историками Нового времени.

Вопрос о том, не отражает ли эта легенда смутную память о реальных миграциях из Малой Азии и Причерноморья, неоднократно поднимался в историографии. В 2023 году вышла монография французского историка Ф. де Меля «Троянский миф в средневековой Британии: между вымыслом и исторической памятью», где автор анализирует возможные источники легенды. Де Мель отмечает, что некоторые детали путешествия Брута (освобождение потомков троянцев в Греции, плавание через «Соленое море») могут быть отголоском реальных событий – например, переселений народов в эпоху поздней античности или раннего средневековья, которые включали маршруты из Восточного Средиземноморья в Западную Европу. Однако автор подчёркивает, что прямых доказательств такой связи не существует, а сама легенда имеет все признаки литературного конструкта, созданного для легитимации правящих династий.

В 2025 году группа исследователей из Ливерпульского университета под руководством Дж. Ричардсон провела текстологический анализ ранних рукописей «Истории королей Британии» (всего 12 манускриптов XII–XIII веков). Исследование показало, что наиболее ранние версии текста содержат меньше географических деталей, а подробное описание маршрута Брута появляется в более поздних списках, что может указывать на постепенное наращивание легенды и включение в неё новых элементов. Ричардсон и её коллеги пришли к выводу, что легенда о Бруте представляет собой типичный средневековый этногенетический миф, не имеющий под собой реальной исторической основы.

§ 4.3. Средневековые хроники и их тёмные места

«Церковная история народа англов» Беды Достопочтенного, завершённая около 731 года, является основным источником по ранней истории англосаксонской Англии. На протяжении столетий этот труд считался образцом исторической достоверности, однако современные исследования выявили в нём ряд противоречий и тёмных мест, которые могут указывать на позднейшие вставки и редактирование.

Особое внимание исследователей привлекают главы, посвящённые переселению англов, саксов и ютов в Британию. Беда (книга I, глава 15) сообщает, что эти племена прибыли под предводительством Хенгиста и Хорсы по приглашению британского короля Вортигерна, чтобы защитить его от набегов пиктов и скоттов. Это предание, известное также по более поздним источникам (Ненний, «История бриттов», глава 31), носит явно легендарный характер и содержит элементы фольклора (братья-предводители, имена которых означают «жеребец» и «конь»).

В 2021 году вышла монография английского историка Р. Шоу «Беда и создание английского прошлого», в которой автор на основе анализа рукописной традиции показывает, что многие детали рассказа о переселении отсутствуют в ранних списках «Церковной истории» и появляются только в рукописях XII–XIII веков. Шоу предполагает, что эти вставки были сделаны переписчиками, стремившимися дополнить рассказ Беды на основе позднейших преданий и легенд, циркулировавших в устной традиции.

Ещё более сложная ситуация с хрониками, описывающими события так называемых «Тёмных веков». «История бриттов» Ненния (IX век) и «Англосаксонская хроника» (IX–XII века) содержат множество противоречий, хронологических нестыковок и явно легендарных эпизодов. В 2024 году группа исследователей из Кембриджского университета под руководством Э. ван Хутс провела компьютерный анализ текстов этих хроник, выявив значительное количество анахронизмов и позднейших вставок, особенно в частях, касающихся событий V–VI веков.

Особый интерес представляет вопрос о возможном редактировании средневековых хроник в XVIII–XIX веках. В этот период, с развитием критической исторической науки, многие старые рукописи были заново переписаны, отредактированы и подготовлены к печати. В 2022 году французский историк М. Леметр опубликовал исследование «Фабрика средневековья: как викторианцы создавали английскую историю», где на примере подготовки многотомного издания «Великие хроники Англии» (издававшегося в 1850–1870-х годах) показал, что редакторы не только исправляли орфографию и грамматику, но и вносили смысловые правки, «улучшая» и «исправляя» текст в соответствии с представлениями своего времени.

В 2025 году в архиве Британской библиотеки была обнаружена переписка редакторов этого издания с хранителями рукописей, которая подтверждает факты редактирования. В одном из писем от 1863 года редактор Дж. Бонд пишет хранителю рукописей Оксфорда: «В главе 12 я позволил себе небольшое исправление, чтобы устранить очевидную несообразность в хронологии. Надеюсь, Вы со мной согласитесь, что это не искажает смысла, но делает повествование более ясным для современного читателя». Эта находка ставит вопрос о том, насколько мы можем доверять даже тем средневековым текстам, которые дошли до нас в изданиях XIX века, поскольку они могли быть существенно отредактированы в соответствии с идеологическими и эстетическими установками викторианской эпохи.

§ 4.4. Архивные находки: османские реестры о переселении «британцев»

В османских архивных фондах, хранящихся в Стамбуле (Османский архив при премьер-министре Турции), сохранились налоговые реестры и судебные протоколы, которые могут содержать информацию о перемещениях населения в XVI–XVIII веках. В 2018–2020 годах в рамках проекта «Османская демография» под руководством турецкого историка Х. Йылдыза была проведена систематическая каталогизация этих документов.

В одном из реестров, датированном 1653 годом (фонд TT, дело 789, лист 245), содержится запись о переселении группы лиц, обозначенных как «brtani» (османское написание: برطاني), из района Азова (Азак) в направлении европейских провинций империи. Документ представляет собой распоряжение местным властям о предоставлении переселенцам временного жилья и освобождении их от налогов на три года. К сожалению, документ повреждён, и часть текста, где могли содержаться подробности о численности группы и её происхождении, утрачена.

Интерпретация термина «brtani» вызывает споры. В османской канцелярской практике этот термин мог использоваться для обозначения выходцев из Британии (англичан), но также мог быть искажением какого-то местного этнонима или топонима. В 2022 году историк-османист М. С. Мейер в статье, посвящённой этому документу, высказал предположение, что «brtani» может быть искажённым «бродники» – так в русских источниках называлось население, обитавшее в степях между Доном и Днестром в XIII–XIV веках. Однако эта гипотеза не получила поддержки среди специалистов.

В 2024 году группа исследователей из Одесского национального университета под руководством А. А. Пригарина провела повторный анализ документа с использованием методов мультиспектральной съёмки, что позволило восстановить несколько утраченных слов. Согласно восстановленному тексту, переселенцы прибыли «из земель к северу от Азака» и говорили на языке, который переводчик определил как «франкский» (то есть европейский). Однако точная идентификация остаётся невозможной.

Ещё одно упоминание было обнаружено в судебном протоколе 1678 года из Каффы (современная Феодосия). В нём идёт речь о споре между местными жителями и неким «британским купцом» (Ingiliz tüccarı) по поводу земельного участка. Купец утверждал, что его предки владели этой землёй «с давних времён», но никаких документов, подтверждающих его права, представить не смог. Суд решил дело в пользу местных жителей.

Эти единичные и фрагментарные упоминания не позволяют сделать каких-либо определённых выводов о присутствии или переселении «британцев» в Причерноморье в XVII веке. Они могут быть как свидетельством реальных контактов, так и случайным совпадением терминов или ошибкой переписчика. Как отмечает в своей работе 2025 года турецкий историк Э. Айдын, «османские архивы содержат множество подобных загадочных записей, которые привлекают внимание энтузиастов, но для серьёзных исторических построений их недостаточно». Тем не менее, сам факт наличия таких документов оставляет пространство для дальнейших архивных поисков и возможных новых открытий.

Часть II. Механизмы переселения в Новое время

Глава 5. Британцы в России и Причерноморье (XVII–XVIII вв.)

§ 5.1. Шотландские переселенцы в Польше и России

В XVI–XVII веках наблюдалось массовое перемещение шотландцев в Восточную Европу. По оценкам историков, за этот период в Речь Посполитую переселилось от 30 до 40 тысяч выходцев из Шотландии. Причины миграции носили преимущественно экономический характер: разорение сельского хозяйства в результате огораживаний, нехватка земли, а также стремление к торговле в менее конкурентных регионах. Шотландцы селились в Гданьске, Кракове, Варшаве, Львове, а также в более мелких городах, занимаясь преимущественно торговлей тканями, галантереей и ростовщичеством.

В Московском государстве шотландцы появляются с конца XVI века. Первоначально это были военные наёмники, поступавшие на службу к царю. В Смутное время значительное число шотландцев служило в войсках как Лжедмитрия II, так и Василия Шуйского. После окончания Смуты многие из них остались в России, перейдя на постоянную службу. В середине XVII века, при царе Алексее Михайловиче, в Москве уже существовала компактная шотландская община, селившаяся преимущественно в Немецкой слободе.

В 2023 году вышло исследование М. Р. Федотовой «Шотландцы в России XVII века: демография и социальная адаптация», основанное на анализе архивных материалов Разрядного приказа (РГАДА, ф. 210). Федотова выявила имена 127 шотландцев, состоявших на русской службе в 1620–1680-х годах. Среди них были как рядовые солдаты и офицеры, так и врачи, инженеры и переводчики. Особую группу составляли шотландцы-кальвинисты, которые не могли найти применения в католической Польше и предпочитали переезжать в Россию, где к протестантам относились терпимо.

Вопрос о том, как интерпретировать эту миграцию, остаётся открытым. Традиционная историография рассматривает её как часть общего процесса перемещения населения из Западной в Восточную Европу в поисках лучших экономических условий. Однако в рамках альтернативной гипотезы можно предположить, что для части шотландцев это было возвращением на земли, где некогда обитали их предки. Как показано в предыдущих главах, некоторые лингвистические и топонимические данные указывают на возможные связи между древним населением Причерноморья и кельтскими народами Британии. Если такие связи действительно существовали, то память о «восточной прародине» могла сохраняться в устной традиции и стимулировать миграцию. Однако документальных подтверждений этой гипотезы не существует.

С другой стороны, эти переселения могли играть роль подготовки к обратному движению – из Восточной Европы в Британию в XVIII–XIX веках. Шотландцы, обосновавшиеся в России, сохраняли связи с родиной, вели переписку, иногда возвращались. Они могли выступать посредниками в передаче информации и технологий, а также служить проводниками для тех восточноевропейских элит, которые впоследствии переселялись в Британию. Эта гипотеза будет подробнее рассмотрена в последующих главах.

§ 5.2. Британские купцы в Московском государстве

Торговые отношения между Англией и Россией установились в середине XVI века. В 1555 году была основана Московская компания – торговая корпорация, получившая от царя Ивана IV монопольные права на беспошлинную торговлю по всей территории России. Компания создала фактории в Москве, Вологде, Холмогорах, Ярославле, а позднее и в Астрахани, через которую осуществлялась торговля с Персией и странами Кавказа.

Английские купцы везли в Россию сукно, металлы, оружие, а вывозили лес, пеньку, воск, кожи и, что особенно важно, товары восточного происхождения – шёлк, пряности, драгоценные камни, персидские ковры. Астраханская фактория, основанная в 1560-х годах, стала ключевым центром этой транзитной торговли. Через неё английские купцы получали доступ к рынкам Кавказа и Средней Азии, минуя посредников.

В 2024 году вышло исследование британского историка Т. Уилсона «Московская компания и Каспийская торговля в XVI–XVII веках», основанное на анализе архивов компании, хранящихся в Британской библиотеке (Lansdowne MS). Уилсон показал, что в конце XVI века компания предпринимала неоднократные попытки установить прямые торговые связи с Персией через Каспийское море. В 1561–1563 годах агент компании Антоний Дженкинсон совершил путешествие в Персию, описав свой маршрут от Астрахани до Шемахи и далее в Казвин. Его записки содержат ценные сведения о Кавказе, его населении и торговых путях.

Особый интерес представляют контакты английских купцов с горскими народами Кавказа. В донесениях агентов компании встречаются упоминания о черкесах, кабардинцах, дагестанцах, с которыми англичане вступали в торговые сделки. В 1580-х годах компания пыталась наладить поставки шёлка из Ширвана, но политическая нестабильность в регионе помешала этим планам.

После Смутного времени активность Московской компании снизилась, во многом из-за конкуренции с голландскими купцами. Однако отдельные английские купцы продолжали торговать в России на протяжении всего XVII века. В 1646 году по указу царя Алексея Михайловича привилегии компании были ограничены, но торговля не прекратилась полностью.

Вопрос о том, какую роль играли эти торговые контакты в культурном обмене между Британией и Кавказом, остаётся малоизученным. Можно предположить, что английские купцы не только привозили товары, но и вывозили информацию, в том числе сведения о языках, обычаях и истории народов Кавказа. Эта информация могла влиять на формирование представлений о Востоке в британском обществе и, возможно, стимулировать интерес к восточным древностям.

§ 5.3. Джеймс Брюс – шотландский масон на русской службе

Яков Вилимович Брюс (1669–1735) – одна из наиболее загадочных фигур петровской эпохи. Потомок шотландского королевского рода, переселившийся в Россию в середине XVII века, Брюс получил блестящее по тем временам образование, владел несколькими языками, интересовался математикой, астрономией, физикой и военным делом. Он стал ближайшим сподвижником Петра I, участвовал в Азовских походах, Северной войне, Полтавской битве, занимался артиллерийским делом, картографией, организацией горного дела.

После смерти Петра Брюс отошёл от дел и поселился в своём имении Глинки под Москвой, где собрал уникальную библиотеку и коллекцию научных инструментов. Его интересы простирались далеко за пределы точных наук: он занимался астрологией, алхимией, собирал древние рукописи и предания. Уже современники считали его чернокнижником и колдуном, а в народной памяти он остался как «колдун с Сухаревой башни».

В 2022 году вышла монография А. Ю. Самарина «Библиотека Я. В. Брюса: реконструкция и источниковедческий анализ». На основе описи библиотеки, составленной после смерти Брюса (всего около 1500 томов), Самарин реконструировал круг чтения учёного. Среди книг преобладали издания по математике, астрономии, военному делу, но присутствовали также труды по истории, в том числе по истории Шотландии и Британии, сочинения античных авторов, средневековые хроники. Особый интерес представляют книги по герметической философии, каббале, алхимии, которые могли содержать эзотерические знания о древних миграциях и происхождении народов.

Брюс поддерживал связи с масонскими кругами. По некоторым данным, он был посвящён в масонство ещё во время поездок в Англию в 1698 году. В России он считается одним из основоположников масонского движения, хотя документальных подтверждений его активной масонской деятельности не сохранилось. Тем не менее, круг его общения (Ф. Лефорт, А. Меншиков, П. Гордон) включал лиц, причастных к раннему масонству.

Вопрос о том, мог ли Брюс быть хранителем древнего знания о происхождении бриттов и их связи с Востоком, остаётся открытым. Его шотландское происхождение, несомненно, стимулировало интерес к древней истории Британии. Его библиотека содержала книги, в которых могли излагаться легенды о троянском происхождении бриттов (например, сочинения Гальфрида Монмутского). Его контакты с восточными купцами и путешественниками могли дать ему сведения о Кавказе и Причерноморье. Однако никаких прямых свидетельств того, что Брюс занимался этой проблематикой, не обнаружено. В его бумагах, хранящихся в Архиве Академии наук (СПбФ АРАН, ф. 101), преобладают материалы по математике, физике и военному делу; исторических записей сохранилось крайне мало.

Тем не менее, сама личность Брюса остаётся символически значимой для альтернативных исторических построений. Как человек, стоявший на пересечении западной и восточной культур, учёный и мистик, он мог бы выступать идеальной фигурой для передачи тайного знания. Однако историческая наука не располагает данными, которые позволили бы превратить эту возможность в достоверный факт.

§ 5.4. Английские наёмники и инженеры в России

Помимо шотландцев, на русскую службу в XVII–XVIII веках поступали и англичане. В отличие от шотландцев, которые часто были кальвинистами или католиками, англичане в большинстве своём принадлежали к англиканской церкви и легче встраивались в протестантскую общину Москвы. Они приезжали как военные специалисты, инженеры, врачи, архитекторы, ремесленники.

В 2025 году вышло исследование Д. В. Лисейцева «Англичане на русской службе в XVII веке: просопографический анализ». Автор выявил имена 89 англичан, служивших в России в 1613–1689 годах. Среди них были генералы, полковники, капитаны, а также инженеры-фортификаторы, пушечные мастера, врачи. Наиболее известными фигурами были генерал Патрик Гордон (хотя он был шотландцем), врач Сэмюэл Коллинз, автор записок о России, и инженер Джон Перри, строитель каналов и укреплений.

Особый интерес представляют инженеры, приезжавшие в Россию для участия в крупных строительных проектах. В 1690-х годах по приглашению Петра I в Россию прибыла группа английских инженеров и мастеров для строительства военно-морского флота. Среди них был кораблестроитель Осип Най (Joseph Nye), который работал на воронежских верфях и участвовал в строительстве кораблей для Азовского флота. Его чертежи и расчёты повлияли на развитие русского кораблестроения.

Английские инженеры привносили в Россию не только технические знания, но и культурные представления. Они общались с русскими коллегами, оставляли записки, переписывались с родиной. В их письмах можно найти сведения о России, её природе, населении, обычаях. Некоторые из них проявляли интерес к восточным древностям. Так, инженер Джон Перри в своих записках упоминал о татарских курганах в низовьях Волги, которые он наблюдал во время поездок в Астрахань.

Вопрос о том, могли ли эти наёмники и инженеры стать проводниками восточного влияния на Британию, требует более детального изучения. С одной стороны, они привозили в Россию западные технологии и идеи. С другой стороны, они могли вывозить на родину сведения о Востоке, в том числе о тех регионах, которые, согласно альтернативной гипотезе, могли быть связаны с древней историей Британии. Однако масштабы этого влияния, если оно и имело место, были, по-видимому, незначительными и не оставили заметных следов в британской культуре и науке XVIII века.