Лилит-Осоль: Ключи одной души. Полное собрание из 7 частей

Не для вас это светлое место, не для вас эта ночь тишины,

Она теперь здесь отныне, моя вновь твердыня, и не взять вам моей высоты!

Вам меня не поймать не старайтесь, и испуг вы возьмите себе!

В светлом поле на ровной равнине, не укрыться вам в боли внутри!

Нет ни зла, ни печали для вашей могилы!

Нет тех мест – где вас ждут!

Вы летите отныне все мимо,

Ппролетая, хоть рядом, не тут!

Вам дорога закрыта, вам здесь больше не рады,

не найдется для вас здесь больше приют,

только свет обожжет и проплавит,

так что смело летите, ползите в свой путь!

Здесь дорога закрыта, тут в сердце любовь!

Здесь во имя навеки, светом.

Проложен мой путь в тишине!

Слова падали не звуками, а раскалёнными печатями. Каждая строчка прожигала воздух, оставляя в нём след. Шакалы взвыли, но уже не от голода – от ужаса. Они хотели поживиться страхом, трусостью, обидой и потерей воли. А перед ними возникло что-то другое, не вкусное, опасное и непостижимое. Воля. Суверенитет.

«Это моя территория» – прозвучало финальным ударом.

Кошмар затрещал по швам и разлетелся, как остатки пепла, сожженного листа.

Лилит проснулась. Сердце билось ровно и громко. Не от страха. От силы. Уфф. Это был сон. Страшный, безумный, ужасающий сон. Но почему-то она понимала, что там осталась та девочка, которая исчерпала свой ресурс. Та, которая должна была вырасти. Переродиться. И старая версия себя… всё. Она закончилась. Теперь – только новая.

Лилит выдохнула и поняла, что это и был её мистический ритуал, о котором она слышала уже год. Это и был тот порог, через который должна была пройти её психика.

Так как бабочка не появляется из гусеницы. Гусеница в коконе полностью растворяется. И из нового, преображённого ДНК рождается бабочка. Причём – в своё время. …Старая версия себя… всё. Она закончилась. Теперь – только новая. И где-то на краю сна она слышала смех – детский, звонкий. Тот, что был когда-то и будет ещё. Этот смех и был её главным «зачем». Чтобы они знали: меняться – не страшно.

Смерть машет. А машет она всем.

Кому-то в спину дышит,

Кому-то наступает на лапки тихо.

Идёт она за каждым – с самого рассвета до заката!

В свой срок, отмеченный, придёт.

Кому какой отмерен срок? И всем ли это благо?

Кому идти тот путь в толпе?

Кому-то – в одиночку, но с наградой.

Кому-то – быстро, словно вдох!

Кому-то – долго-так, что уж не надо…

Но только там – не обрывается та нить.

Мы все тут связаны с Ним – Богом.

И мы – творение Его.

А смерть – всего лишь половина.

А может, вовсе – миг,

Как миллион ночей в отдельной жизни!

А может, лишь Порог. И вход…

И перевёрнута страница.

Порой не та. Порой больна.

Порой так рано – что, о Боже…

Но всем она предрешена, записана с рожденья!

Там – сила бытия, цикличность восхожденья!

И новое начало ждёт. И здесь, сегодня.

Мы умираем каждый день,

Чтоб завтра – чудом воскреситься…

Прозреть. И увидать нам наконец —

там не конец! А встреча.

С тем, что истоком в нас течёт,

Что мы зовём Любовью.

И Светом. Богом. Палачом.

Всё связано во веки, на этой на планете.

И связано в одном, едином человеке!

Глава 11. «КОДЫ»

«Пока вы не сделаете бессознательное сознательным, оно будет управлять вашей жизнью, и вы будете называть это судьбой».

– Карл Юнг

Тишина после полуночи оказалась гуще праздничного шума. Лилит стояла перед зеркалом, держа в руке пустой бокал – последний из двух. Второй лежал на полу осколками, сверкавшими как слезами, как обломки старой реальности. Она не стала их собирать. Пусть лежат – памятник тому, что больше не склеить.

«С Новым годом, – прошептала она в пустоту. – С новой жизнью. Без тебя».

Её сообщения Леону висели в телефоне как законченные главы. Она написала ему утром – честно, прямо, без утайки. Сказала то, что годами боялась признать даже себе. Да, она уже жила с пониманием, что их пары больше нет. Но новогодняя ночь и старые традиции – те, по которым Леон всегда приходил, – невольно навестили её и в этот раз. Он не пришёл. А чётко понимая, что она всё равно ждёт – несмотря на все предыдущие расставленные точки, – предложил зайти, если она захочет. И вот оно – её последнее смс.

Привет, мой дорогой Леон. Вчера ты сделал выбор, и он был виден и нерушим. Я его услышала, увидела и почувствовала. То, что меня нет в твоей системе ценностей и твоей жизни – твой выбор и твоя реальность. Но для меня это больше не поражение – а факт. Ты же для меня всё равно был, живёшь и останешься в моём сердце навсегда. И это тоже нерушимо.

Она пожелала ему найти свою внутреннюю правду. И отпустила. Не для диалога. Для целостности.

Его ответ пришёл позже. Короткий, плоский, как будто скользящий по поверхности:

Я не противоречил твоим желаниям.

Она прочитала и… не разозлилась. Не заплакала. Она прочувствовала. Сквозь текст, сквозь экран, сквозь ледяное молчание. Это была не реплика, а зеркало пустоты. Фраза-призрак, фраза-щит. За ней не стояло ни боли, ни сожаления, ни даже желания быть понятым. Только удобная версия, в которую можно спрятаться. Лилит ответила просто: