Сломанные мысли

С жутким звоном вылетели стёкла из окон ближайших зданий – осколки посыпались вниз, сверкая на осеннем солнце. По улице прокатился шквал: он сорвал с деревьев последние листья, подхватил обрывки газет, куски пластика и мелкие обломки.

Ярослав среагировал мгновенно. Он увидел рядом женщину с двумя детьми – мальчиком лет семи и девочкой помладше. Они замерли на месте, широко раскрыв глаза от ужаса, не понимая, куда бежать.

Не раздумывая, Ярослав бросился к ним, обхватил всех троих и резко пригнул к земле, закрывая собой. Они упали на асфальт, и в тот же миг над ними пронёсся шквал осколков и мелких предметов.

– Лежите, не поднимайтесь! – крикнул он, стараясь перекрыть грохот и крики вокруг.

Вокруг царил хаос. В воздухе висела густая пелена пыли и дыма. Где-то рядом стонал раненый – Ярослав мельком увидел мужчину, прижатого к стене обломком бетонной плиты. Чуть дальше женщина пыталась оттащить от горящей машины искорёженный велосипед, её руки были в крови.

Запах гари смешивался с чем-то едким, химическим – будто горело не просто топливо, а что-то более опасное. Дым щипал глаза, затруднял дыхание.

Мальчик, которого Ярослав прикрывал, тихо заплакал, вцепившись в рукав его куртки. Девочка, помладше, замерла, прижавшись к матери, её губы дрожали.

– Всё будет хорошо, – тихо, но твёрдо сказал Ярослав, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. – Главное – не паникуйте. Сейчас мы аккуратно осмотримся и решим, куда двигаться.

Он осторожно приподнял голову, оценивая обстановку. Фасад дома напротив был частично разрушен – зияла дыра на месте оконного проёма, с карниза свисали оборванные провода. На дороге валялись обломки кирпичей, куски металла, перевёрнутый киоск. Несколько машин загорелись, от них шёл густой чёрный дым.

Люди начали подниматься, кто-то звал на помощь, другие пытались помочь раненым. Повсюду были разбросаны вещи: сумки, зонты, детская игрушка – плюшевый медведь, наполовину обгоревший.

Женщина, которую он спас, подняла глаза на Ярослава. Её лицо было в царапинах, но она старалась держаться ради детей.

– Спасибо, – прошептала она дрожащими губами. – Я… я не успела среагировать.

– Сейчас не время для благодарностей, – ответил Ярослав, помогая им подняться. – Нам нужно найти укрытие. Видите, то здание с уцелевшим подвалом? – он указал на старый склад в конце улицы. – Туда. Держитесь ближе ко мне и следите за землёй – остерегайтесь осколков.

Он взял девочку за руку, кивнул мальчику, чтобы тот держался рядом с матерью, и осторожно двинулся вперёд, внимательно глядя по сторонам – в любой момент мог последовать новый взрыв.

Ярослав огляделся, быстро оценивая обстановку. Взгляд зацепился за вывеску старого подземного паркинга в конце улицы – массивные бетонные колонны у входа, тяжёлые ворота. «Там должны быть достаточно прочные перекрытия, – мелькнуло в голове. – Это наш лучший шанс».

– Идём к паркингу! – громко и чётко сказал он, поворачиваясь к женщине и детям. – Держитесь рядом, смотрите под ноги.

Он взял девочку за руку, кивнул мальчику, чтобы тот шёл рядом с матерью, и двинулся вперёд, выбирая путь вдоль стен домов – так было меньше риска попасть под обломки или летящие осколки.

Они успели преодолеть половину пути, когда новый грохот заставил всех замереть. Ярослав обернулся и похолодел: на противоположной стороне улицы рушился многоэтажный дом. Сначала треснула стена – вдоль фасада прошла огромная зияющая трещина. Затем верхние этажи начали оседать, проваливаться внутрь себя, поднимая тучи пыли и обломков.

– Мама! – вскрикнула девочка, вцепившись в руку Ярослава.

Под завалами доносились крики – отчаянные, полные боли и ужаса. Кто-то звал на помощь, кто-то стонал, кто-то молил о спасении. Ярослав сжал зубы – он хотел броситься туда, помочь, но понимал: сейчас важнее спасти тех, кто рядом.

– Не смотрите туда, – тихо сказал он детям. – Идём дальше. Быстрее.

Они ускорили шаг, но тут женщина, шедшая позади, охнула и споткнулась. Ярослав обернулся: она схватилась за ногу, лицо исказилось от боли.

– Что случилось?

– Осколок… – прошептала она, опуская взгляд. Из-под её юбки, чуть выше колена, торчал кусок стекла. По ткани уже расползалось тёмное пятно крови. – Я не заметила…

Ярослав быстро оценил ситуацию. Оставлять её здесь нельзя – слишком опасно. Возвращаться назад бессмысленно: помощи ждать неоткуда.

– Держитесь за мной, – сказал он мальчику. – Обхвати маму за плечи, помогай ей идти.

Ярослав подошёл к женщине, подхватил её под руку с другой стороны.

– Опирайтесь на меня. Мы почти на месте.

Она кивнула, сцепила зубы, стараясь не показывать боль. Мальчик, хоть и был напуган, проявил неожиданную стойкость: он крепко взял мать за руку и подставил плечо.

Они двинулись дальше – медленно, осторожно. Ярослав шёл впереди, высматривая опасные участки. По дороге попадались обломки, битый кирпич, оборванные провода. Один раз пришлось обойти горящую машину – дым ел глаза, но они упорно продвигались вперёд.

Наконец показались ворота паркинга. Они были частично открыты, но не заблокированы. Ярослав помог женщине опереться на стену, быстро осмотрелся.

– Всё, почти пришли, – ободрил он. – Сейчас я проверю вход, а потом помогу вам спуститься. Там будет безопасно.

Он сделал шаг к воротам, прислушиваясь к звукам вокруг. Где-то вдали снова грохнуло, но здесь, у массивных бетонных стен, казалось чуть спокойнее. Ярослав глубоко вдохнул, выдохнул и обернулся к своим спутникам:

– Держитесь. Мы справимся.

Ярослав с трудом пробирался к воротам паркинга, поддерживая женщину с детьми. Впереди уже виднелся тёмный проём входа – казалось, спасение так близко. Но у самого порога всё застопорилось: там началась давка.

– Там места хватит всем, не толкайтесь! Люди толпились, напирали друг на друга, пытаясь протиснуться внутрь. Кто-то кричал: – Пропустите ребёнка! – Я первый пришёл, дайте пройти!

Ярослав попытался протолкнуться вперёд, но поток людей оттеснил их в сторону. Женщина с раненой ногой едва держалась на ногах, мальчик вцепился в её рукав, а девочка снова заплакала.

– Спокойно, – громко и твёрдо сказал Ярослав, стараясь перекрыть шум. – Держитесь за мной, я найду другой вход!

Он начал осторожно отступать в сторону, выискивая взглядом запасной проход или служебный люк. В этот момент всё вокруг взорвалось.

Новый взрыв прогремел совсем близко – кажется, где-то за углом здания, в сотне метров от паркинга. Ударная волна швырнула Ярослава в сторону: он ударился плечом о бетонную колонну, на мгновение потерял ориентацию. В ушах зазвенело, перед глазами поплыли тёмные пятна.

Когда он пришёл в себя, картина вокруг изменилась до неузнаваемости. Воздух наполнился пылью и дымом, куски штукатурки и мелкие обломки сыпались сверху. Люди кричали, метались, кто-то звал на помощь.

– Женщина! Дети! – закричал он. – Где вы? Ярослав резко поднялся, оглядываясь по сторонам. Но его голос тонул в общем фоне: вопли, стоны, чьи-то команды, плач. Он сделал несколько шагов, вглядываясь в толпу, но нигде не видел знакомых лиц.

– Марина! – снова крикнул он, вспомнив, как женщина представилась по пути. – Аня, отзовитесь!

Никто не ответил. Среди хаоса мелькали похожие силуэты – женщина с ребёнком на руках, девочка в красной куртке, – но это были не они.

– Вы не видели женщину с двумя детьми? – спрашивал он то одного, то другого. – Женщина, ранена в ногу, мальчик лет семи, девочка помладше… Ярослав бросился к входу в паркинг, протискиваясь между людьми.

– Тут все раненые! Пропустите, у меня ребёнок задыхается! Кто-то мотал головой, кто-то отмахивался, кто-то кричал в ответ:

Он остановился, пытаясь взять себя в руки. Паника – плохой помощник. Нужно мыслить ясно.

«Куда они могли деться? – лихорадочно соображал Ярослав. – После взрыва их тоже могло отбросить в сторону. Или они успели проскочить внутрь, пока я лежал».

Он огляделся, прикидывая варианты. Слева – груда обломков, под которыми могли оказаться люди. Справа – узкий проход между стеной паркинга и соседним зданием. А прямо перед ним – вход, куда всё ещё протискивались уцелевшие.

– Марина! Дети! – в последний раз громко позвал он, вслушиваясь в каждый звук. – Отзовитесь! Я здесь, я вас найду! Ярослав стиснул кулаки. Нельзя терять ни секунды.

Не дождавшись ответа, он принял решение. Сначала – проверить проход справа: там меньше народу, и, если они упали или спрятались, есть шанс их обнаружить. Ярослав глубоко вдохнул, выдохнул и решительно шагнул в узкий проулок, внимательно вглядываясь в каждый угол и прислушиваясь к каждому стону или всхлипу.

Ярослав, с трудом проталкиваясь сквозь толпу, вдруг замер – его взгляд зацепился за трещину, расползающуюся по фасаду здания рядом с паркингом. Стена пошла зигзагом, сверху посыпались кирпичи и куски штукатурки.

– Осторожнее! – кто-то крикнул рядом.

Толпа, ещё секунду назад теснившаяся у входа, в панике отхлынула. Люди разбегались в разные стороны, кричали, толкались, спотыкались. Кто-то упал – его тут же подхватили под руки и потянули прочь.

Ярослав, вопреки всеобщему бегству, сделал шаг вперёд. Он не мог просто так уйти – там, под обломками, могли быть люди. Он бросился к нависающей глыбе бетона, уже готовой рухнуть, – хотел заглянуть под неё, проверить, нет ли кого поблизости. Но не успел сделать и пары шагов, как чья-то крепкая рука схватила его за плечо и дёрнула назад.

– Туда нельзя! Обрушение! – прогремел голос над ухом.

Ярослав обернулся. Перед ним стоял светловолосый мужчина лет сорока, весь в пыли и копоти. Его светлые волосы, перепачканные пеплом, слиплись и потемнели, лицо было в царапинах, рубашка порвана на плече. Глаза, однако, горели решимостью.

– Там опасно, – повторил мужчина, тяжело дыша. – Ещё секунда – и тебя бы накрыло.

– Но там могут быть люди! – возразил Ярослав, указывая на нависающие обломки. – Женщина с двумя детьми… Я потерял их из виду.

– Я видел, как они отошли к той стене, – быстро сказал мужчина. – С ними был парень в синей куртке – помог ей с ногой. Они не под завалом.

Ярослав почувствовал, как в груди отлегло.

– Ты уверен?

– Видел своими глазами, – кивнул мужчина. – Меня, кстати, Игорь зовут.

– Ярослав, – машинально ответил тот, всё ещё не сводя взгляда с рушащегося здания.

Часть стены с грохотом обрушилась, подняв облако пыли. Люди вокруг отпрянули ещё дальше, кто-то закричал.

– Если они там, где ты говоришь, – нам нужно их найти, – Ярослав повернулся к Игорю. – Но сначала – обезопасить людей. Тут слишком много народу столпилось у входа, а здание может посыпаться дальше.

Игорь окинул взглядом толпу, оценил обстановку и кивнул:

– Согласен. Давай так: я соберу тех, кто может помочь, – отведём людей подальше, проверим, нет ли раненых. А ты проверь ту стену, о которой я говорил. Если найдёшь их – веди к нам. Встретимся у угла, возле пожарного щита.

Ярослав коротко кивнул:

– Договорились.

Он бросил последний взгляд на груду обломков – сердце всё ещё сжималось от тревоги, – и решительно направился туда, куда указал Игорь. В голове билась одна мысль: «Главное – успеть. Главное – найти их живыми».

Игорь тем временем уже громко и властно раздавал указания:

– Эй, вы двое! Помогите женщине – у неё рука, кажется, сломана. Остальные – отходим к забору, подальше от стен! Осматриваем всех, ищем раненых!

Ярослав ускорил шаг. Впереди, сквозь дым и пыль, он уже различал силуэты людей у стены – среди них была женщина с перевязанной ногой и двое детей рядом. Он побежал к ним.

Небо внезапно озарилось ослепительной вспышкой – такой яркой, что на мгновение стало светло, как днём, несмотря на хмурые осенние тучи. Новый, более мощный взрыв прогремел, где-то в центре города. Ударная волна докатилась до Ярослава с запозданием – она швырнула его в сторону с такой силой, что он не успел даже выставить руки.

Затылком он жёстко ударился о бетонный столб. В голове вспыхнула острая боль, перед глазами заплясали разноцветные круги. Мир начал стремительно темнеть, словно кто-то медленно поворачивал регулятор яркости, убавляя свет до минимума. Звуки отдалялись: крики людей, грохот разрушений, вой сирен – всё сливалось в глухой, монотонный гул, который постепенно затихал.

Ярослав попытался подняться, но тело не слушалось. Он упал на колени, опираясь рукой о землю, и поднял взгляд к небу. И то, что он увидел, заставило его замереть в оцепенении.

В воздухе, на высоте нескольких десятков метров, парили странные объекты – приплюснутые шары диаметром около двух метров. Они не были похожи ни на что знакомое: гладкая металлическая поверхность отливала тусклым серебристым блеском, на корпусе виднелись какие-то символы или узоры, напоминающие руны. Шары двигались синхронно, плавно меняя положение, будто сканируя местность.

Один из них замер над рухнувшим зданием и выпустил тонкий огненный луч – тот с лёгкостью прорезал бетон, вызывая новый взрыв и облако пыли. Другой шар метнулся в сторону улицы, выпустил серию коротких импульсов – несколько машин вспыхнули, как факелы. Третий завис над толпой людей, замер на секунду, будто выбирая цель…

Ярослав с трудом сфокусировал взгляд. В животе похолодело от ужаса: он понял, что это не просто оружие, а нечто куда более осмысленное, почти разумное. Шары действовали целенаправленно, методично уничтожая всё вокруг – не хаотично, а по какому-то плану.

Он попытался крикнуть, предупредить людей, но голос пропал. Язык не слушался, губы едва шевелились. В ушах зазвенело, зрение сузилось до маленькой светлой точки в центре темноты.

Последнее, что он успел заметить, – один из шаров резко развернулся в его сторону. На мгновение показалось, что тот смотрит прямо на него, изучает, оценивает… А потом – вспышка, ещё ярче предыдущей, ослепительный свет, пронзающий сознание.

Мир окончательно погрузился во тьму. Звуки исчезли. Тело обмякло, рука безвольно соскользнула с земли. Ярослав потерял сознание, рухнув на асфальт среди обломков, пыли и хаоса разрушенного города.

Вокруг продолжали парить металлические шары – безмолвные, неумолимые, методично выполняющие свою задачу. А над городом, затянутым дымом и пеплом, повисла зловещая тишина, прерываемая лишь редкими взрывами и стонами уцелевших.

Пробуждение в неизвестности

Ярослав медленно открыл глаза. В первую секунду он не понял, где находится. Вместо дыма, обломков и грохота разрушений – абсолютная тишина и ровный мягкий свет.

Он лежал на чём-то упругом и гладком, будто на толстом слое пены, покрытом тонкой тканью. Вокруг – стерильные белые стены, идеально ровные, без единого изъяна, царапины или тени. Ни трещин, ни проводов, ни розеток – ничего, что могло бы подсказать, где он и как сюда попал.

Ярослав попытался сесть – тело отозвалось тупой болью в затылке, но в остальном казалось целым. Он провёл рукой по поверхности под собой: гладкая, упругая, почти живая на ощупь. Взгляд скользнул по пространству – помещение небольшое, квадратное, без окон. Единственная дверь – гладкая, белая, без ручки, замочной скважины или каких-либо обозначений.

«Где я?» – мысль прозвучала в голове глухо, будто сквозь вату.

Он поднялся на ноги, покачнулся, но устоял. Сделав шаг к стене, провёл по ней пальцами – холодная, гладкая, словно покрытая слоем глянцевой эмали. Ни единого шва, ни намёка на стык панелей. Всё слишком… идеально.

«Кто я?»

Этот вопрос ударил неожиданно, почти физически. Ярослав замер, пытаясь вспомнить. Имя… да, его зовут Ярослав. Но что дальше? Семья? Работа? Город, в котором он жил? Воспоминания рассыпались, как песок сквозь пальцы. Перед глазами мелькали обрывки: взрыв, крики, женщина с детьми, светловолосый Игорь… Но всё это было словно в тумане, неуловимо, будто чужой сон.

Он резко обернулся к двери, будто ожидал, что она сейчас откроется сама. Но та оставалась неподвижной, безликой, пугающе совершенной.

«Что произошло?»

В памяти вспыхнула яркая вспышка, летающие шары, огненные лучи… Но теперь это казалось нереальным, фантасмагорией. Может, он ранен? В бреду? Или всё ещё лежит, где-то под обломками, а это предсмертное видение?

Ярослав сделал несколько шагов по комнате, пытаясь собраться с мыслями. Дыхание участилось. Что-то было не так. Не просто «странно» – а опасно. Интуиция кричала об этом, будто внутренний голос шептал: «Будь начеку. Здесь всё не то, чем кажется».

Почему?

Стены слишком ровные. Свет слишком ровный. Тишина слишком полная – ни гула вентиляции, ни шороха, ни эха собственных шагов. Даже дыхания почти не слышно.

Он подошёл к двери и постучал. Звук получился глухим, будто ударял не по твёрдой поверхности, а по слою ваты. Ни эха, ни отдачи.

– Есть кто-нибудь? – голос прозвучал хрипло, неуверенно.

Ответа не последовало.

Ярослав прижался лбом к гладкой поверхности двери. В голове крутились вопросы, один страшнее другого: «Где я? Кто меня сюда привёл? Почему я ничего не помню, кроме обрывков хаоса? И почему это безупречное, стерильное пространство вызывает такой неконтролируемый страх?»

Интуиция не обманывала: за этой идеальной чистотой скрывалась безукоризненная, расчётливая опасность. Что-то здесь контролировало всё – даже его память, даже его дыхание. И чтобы выжить, ему нужно было понять правила этого нового мира… прежде чем кто-то решит, что он здесь лишний.

Он отступил на шаг, оглядел комнату ещё раз – теперь уже не как растерянная жертва, а как человек, готовый искать ответы. Он поднялся на ноги и сделал несколько шагов по комнате. Шаги не издавали звука, будто пол поглощал любые вибрации. Ярослав подошёл к стене и провёл по ней пальцами – поверхность была холодной, гладкой, почти неестественно совершенной.

– Ладно, – тихо произнёс Ярослав. – Разберёмся.

В этот момент дверь бесшумно отъехала в сторону. Ярослав инстинктивно отступил на шаг. В проёме появились два роботизированных существа. Они выглядели как люди, но что-то в них сразу насторожило Ярослава. Одинаковый рост – около 180 см, схожие черты лица, абсолютно нейтральные выражения. Одежда – простые серые комбинезоны без опознавательных знаков. Движения плавные, почти механические, без естественных человеческих микро пауз.

«Вы пришли в себя», – произнёс первый ровным, бесстрастным голосом. Его губы двигались чётко в такт словам, без естественных для человека микро задержек. – Это хорошо. Вы в безопасности.

Ярослав сглотнул, пытаясь унять нарастающее беспокойство. Что-то в этой фразе, в самой манере её произнесения казалось неправильным.

– Где я? – спросил он, стараясь говорить твёрдо.

– Вы находитесь в учреждении АО «Заслон», – ответил второй сотрудник. Он сделал шаг вперёд – движение было настолько плавным, что напоминало скольжение. – Ваше состояние стабилизировано. Всё будет хорошо.

Ярослав невольно отступил на шаг.

– Что случилось до того, как я здесь оказался? Я помню взрывы, людей…

Первый сотрудник слегка наклонил голову – жест, который мог бы выглядеть сочувственным, если бы не абсолютная неподвижность его лица.

– Ваша память восстановится постепенно, – произнёс он. – Сейчас важно ваше физическое состояние. Вы получили травму головы, но серьёзных повреждений нет.

Ярослав ощутил укол раздражения. Ответы были слишком шаблонными, слишком… идеальными.

– Кто вы такие? – напрямик спросил он.

– Мы сотрудники учреждения, – ответил второй. Его взгляд был направлен прямо на Ярослава, но в нём не было ни интереса, ни эмоций – только холодная внимательность. – Наша задача – обеспечить вашу безопасность и комфорт. Пожалуйста, следуйте за нами. Мы проведём первичный осмотр и поможем вам освоиться.

Они двинулись вперёд – не предлагая, а констатируя факт. Ярослав невольно отступил к стене. Что-то в их поведении вызывало безотчётный страх: безупречная синхронность движений, отсутствие мимики, ровный тон голоса, в котором не было ни теплоты, ни враждебности – только функция.

– Постойте, – он поднял руку. – Я не пойду никуда, пока не получу ответы. Что это за место? Почему всё такое… идеальное?

Оба остановились, повернулись к нему. На мгновение повисла пауза – слишком долгая для естественного человеческого общения. Затем первый произнёс:

– Идеальность – залог безопасности. Здесь нет места хаосу. Вы скоро это поймёте.

– Сопротивление бессмысленно. Ваше благополучие – наш приоритет. Идёмте. Второй добавил:

Их голоса звучали одинаково – ни тембровых различий, ни интонационных нюансов. Будто два динамика воспроизводили одну и ту же запись. Ярослав почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он огляделся в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь, но комната была абсолютно пустой. Дверь за спинами сотрудников закрылась с тихим шипением, отрезая путь к отступлению.

«Роботы, – мелькнуло в голове. – Или что-то ещё хуже».

Он сделал глубокий вдох, стараясь унять дрожь в руках.

– Хорошо, – медленно произнёс он, стараясь говорить спокойно. – Покажите, что здесь происходит.

Сотрудники синхронно кивнули.

– Мудрое решение, – сказал первый. – Ваша адаптация начнётся сейчас.

Они развернулись и направились к выходу. Ярослав последовал за ними, внимательно наблюдая за их движениями. Каждый шаг, каждый поворот головы казались отрепетированными. В груди нарастало ощущение ловушки – но пока он не понимал, как из неё выбраться.

Коридор за дверью был таким же стерильным: белые стены, ровный свет, ни единого предмета декора. Вдалеке виднелись другие двери, такие же безликие, как и та, из которой он вышел. Где-то далеко слышался ровный гул – не вентиляции, а чего-то иного, размеренного и неумолимого.

Ярослав сжал кулаки, стараясь запомнить каждую деталь. Он не знал, что это за место и какие правила здесь действуют. Но одно он понял точно: чтобы выжить и вернуть память, ему придётся играть по этим правилам – пока не найдёт способ их сломать.

Ярослав шёл следом за двумя сотрудниками, стараясь незаметно осматриваться. Его шаги эхом не отдавались – пол будто поглощал звук. Коридор был длинным, прямым, с идеально гладкими стенами молочного цвета. Никаких украшений, надписей, табличек – только изредка встречались едва заметные стыки панелей, да небольшие круглые отверстия у потолка, напоминающие вентиляцию.

Он считал повороты: два направо, один налево, прямой участок метров двадцать. Заметил, что освещение не имеет видимых источников – свет словно исходил от самих стен, ровный и без теней.

«Слишком стерильно, – думал Ярослав. – Ни проводов, ни розеток, ни камер… или они так хорошо спрятаны?»

За одним из поворотов коридор расширился в небольшой холл с тремя дверями. Две были закрыты, а третья приоткрыта. Ярослав замедлил шаг, делая вид, что споткнулся, и бросил быстрый взгляд внутрь.

Комната напоминала лабораторию. Вдоль стен – гладкие шкафы без ручек, в центре – стол с несколькими прозрачными кубами, внутри которых что-то мерцало голубоватым светом. У дальней стены стоял аппарат с множеством тонких проводов, заканчивающихся присосками. Никаких привычных приборов – микроскопов, пробирок, мониторов – не было. Всё выглядело минималистично и чуждо.

Ярослав поспешил догнать сотрудников, но успел заметить ещё кое-что: на стене рядом с дверью висел экран. На нём мелькали графики и столбцы цифр, а под ними – ряд символов, похожих на иероглифы или код.

– Сюда, – произнёс один из сотрудников, останавливаясь у очередной двери. Та бесшумно отъехала в сторону, открывая вид на небольшое помещение с кушеткой, парой гладких панелей на стенах и круглым устройством под потолком, напоминающим проектор.

Ярослав вошёл внутрь, стараясь запомнить расположение предметов. Кушетка стояла у стены, напротив – ниша с непонятным прибором, похожим на сканер. Воздух пах чем-то химическим, но едва уловимо, будто запах специально маскировали.

Пока сотрудники готовились к осмотру – один достал из ниши тонкий браслет с мерцающими точками, другой включил панель на стене, – Ярослав бросил взгляд в окно (если это можно было так назвать). Оно не было стеклом – скорее, экран, транслирующий изображение: зелёный парк, деревья, голубое небо. Слишком идеально, чтобы быть настоящим.