Эфирники

— Ты знаешь, обычно, перед сном, я её кладу на тумбочку, но сегодня утром, я её там не нашла, — улыбнулась я, дурашливо пожав плечами. — Наверное, я её где-то забыла.

— Ого! Это что, юмор? — воскликнула Вика, восхищенно уставившись на меня. — И где же ты забыла свою угрюмость?

— В одном потрясающем, сказочном мире, — загадочно улыбнувшись, ответила я.

— Вот, фантазёрка. Ты реально какая-то странная сегодня, — задорно прищурилась Вика. — Может в твою голову кто-то вселился и сейчас я разговариваю с инопланетянином?

— Оу, в таком случае, давай знакомиться, я Там-там Бум-бум Бдыжь-бдыжь, — сказала я низким голосом. — Скажи девочка, ты не знаешь, у кого тут самые вкусные мозги?

— Ну, это все знают, конечно у математички. Пойдем, я покажу дорогу, — подыграла мне подружка, беря меня под локоток.

Мы громко рассмеялись и вприпрыжку поскакали на урок математики.

Домой я пришла в замечательном настроении. Пока, помогала маме по хозяйству, похвасталась о моих успехах в школе. Мама слушала меня, лукаво улыбаясь, как всегда, делая какие-то свои взрослые выводы. Эх, мамочка, знала бы ты, что на самом деле меня так воодушевляет.

— Умница моя, — сказала мама и чмокнула меня в макушку и я, абсолютно счастливая, пошла делать уроки.

В первые в жизни, уроки мне не казались, какой-то карой небесной. Я с удовольствием всё сделала, даже не заметив, как пролетело время. Воспоминания, о ночном приключении, грели душу и совершенно мне не мешали. Они всплывали в памяти, как будто приятная музыка на фоне. Последний разговор с ребятами многое прояснил. Много моих догадок подтвердилось, но Ашаса, напротив, многие моменты поставили в тупик. Я мало ещё знакома с этим миром и озадачившие Ашаса вещи, мне были совершенно непонятны. Особенно, что-то там, на счёт эфирных тел. Но я особо не беспокоилась об этом, Ашас во всём разберётся.

Приближалось время сна и я, лежа на кровати, решала куда мне отправится этой ночью. Я держала перед лицом Сномулет и любовалась изумрудными всполохами, возникавшими в глубине камня. Он привычно мерцал и еле ощутимо, волнами, вибрировал, как будто мурлыкала кошка. Эта вибрирующая мелодия амулета, отдавалась в пальцы очень приятным зудом, это очень успокаивало. Я прекрасно понимала, что без Сномулета, мне уснуть не удастся. А если и удастся, это будет полусонное, полубредовое забытье. Я основательно подсела на чары илларийского камня и не хотелось даже думать о том кошмаре, который когда-то заменял мне сон. Было такое ощущение, что в моей голове всю жизнь не хватало какой-то делали и теперь я полностью в сборе и моё тело работает, как великолепные, швейцарские часы.

На ночь надо было загадывать Сномулету избушишку Ашаса. Но что-то мне подсказывало, что очутиться прямо в домике у меня не получится. Наверняка, я появлюсь где-то в окрестностях и мне ещё предстоит побродить кругами, в поисках нужного домика. Но, если честно, в доме сидеть жутко не хотелось… Хочется чего-то увлекательного, интересного. Хочется просто погулять по джунглям, хочется снова увидеть единорогов, даже несмотря на опасность, хочется пошпионить за эльфами, попытаться с ними подружиться. Ведь, как я поняла, ни один эфи, ещё никогда, не говорил с иллари. Что у них за вражда непонятная? Неужели так сложно пообщаться? Ну, хотя бы, попытаться. Ерунда какая-то.

«О! А может навестить моего лесного спасителя? — мелькнула шальная мысль. — Как там Ашас его называл… кажется, шифи́л. Я ведь так и не поблагодарила его. Он очень добрый и чуткий, может получится с ним пообщаться и узнать о нём побольше».

Это конечно риск, но и блуждать по лесу, в поисках избушишки Ашаса, риск не меньше. Можно запросто столкнуться со случайными эфирниками.

Я совсем потеряла счёт времени, за размышлениями. От мыслей меня отвлёк стук в дверь. Я резко спрятала Сномулет, зажав его в кулаке. В открывшуюся дверь заглянула мама.

— Ты чего не ложишься? — спросила она сердито. — Поздно уже. Опять на утро не добудишься.

— Я уже собираюсь, мамуль, — сказала я, вскакивая с кровати. — Задумалась просто.

Мама недовольно покачала головой и закрыла дверь. Я наскоро закончила вечерние приготовления и выключив свет, забралась в постель. Держа Сномулет, перед глазами двумя пальцами, я, все ещё сомневаясь, размышляла, чего же попросить у камня.

— Что мне выбрать, Сномулет? — шёпотом спросила я у камня. — Пойти в гости к шифилу?

Камень ощутимо, коротко провибрировал, совсем, как мобильный телефон. Я удивленно подняла брови. Хотя, чему удивляться, теперь чудеса мои обычные спутники.

— А может, в избушку к Ашасу? — улыбаясь спросила я, всё ещё сомневаясь, не показалось ли мне. Камень дважды провибрировал, длинно и коротко и я чётко прочитала пальцами: «Не-а».

— Значит, не показалось, — улыбнулась я. — Что ж, отправляемся к лесному мишке. Я тебе доверяю, Сномулет.

Камень в ответ снова еле ощутимо «замурлыкал». Глаза уже смыкались, камень меня убаюкивал. Я ватным движением сунула амулет под подушку, повернулась на бок, закапываясь в одеяло и моё сознание погасло, будто, сдутое губами, пламя свечи.

***

Вот, что меня больше всего раздражает по ночам, так это пищащий, над ухом, комар. Раз этот гад, нашёл моё ухо, он теперь всю ночь спать не даст.

— Ну почему надо обязательно летать над ухом? Летай над пяткой, зараза! — сонно проворчала я, яростно закутываясь с головой в шерстяное одеяло.

Осознание странного, нахлынуло, как всегда, внезапно, будто в голове включили лампочку. Я резко села, осматриваясь. Вокруг царил полумрак, тусклый свет исходил лишь от большого, круглого прохода в дюжине шагов от меня. Отверстие загораживали, свисавшие сверху, плотные пучки древесных веток, поросших крупными листьями. Сквозь завесу пробивались редкие, солнечные лучики.

Я сидела на целой горе сухой травы, вперемешку с каким-то пухом. Стоит признать, было, довольно-таки, мягко и уютно. Приятно пахло душистой травой. Моя голова только что покоилась на очень пушистой, меховой подушке, а я сама была заботливо укрыта плотным и тёплым покрывалом, судя по всему, тоже меховым. Помещение, в котором я находилась, было круглым.

«Неужели, Сномулет, всё-таки отправил меня в избушишку Ашаса?» — подумала я.

Но, разглядывая обстановку, я поняла, что это не избушка. Стены были неровные, тёмные. Светилось только большое круглое отверстие, видимо служившее входом. Похоже, я нахожусь в какой-то пещере. По кругу я различила ещё несколько кучек травы, аккуратно застеленных. Эти кучки, видимо, заменяли хозяевам постели. Пол, тоже, был устлан сухой травой. Больше никакой мебели заметно не было.

Я слезла с травяного ложа и аккуратно, застелила постель. По всей видимости, это и есть жилище моего друга, шифила. Хозяин явно был дома, когда я появилась здесь. Мой спаситель снова был очень добр ко мне, он заботливо укутал меня в своё одеяло. Судя по тому, что дома никого нет, я уже давненько дрыхну.

Я подошла к выходу из пещеры, свисающие ветки, закрывали вход, как колыхающийся на ветерке, занавес. Раздвинув ветви я выглянула наружу. Яркий свет резанул по глазам, заставив зажмуриться. Прикрывая глаза рукой, я пыталась оглядеться. Сквозь пелену я увидела странную дорогу, уходящую вперёд, она была круглая, как будто, я стояла на огромной трубе. Когда глаза окончательно привыкли к свету у меня просто перехватило дух от того, что я увидела. Дорога, на самом деле, была вовсе не трубой, а огромной веткой, уходящей далеко вперёд и разветвлявшейся в стороны, на несколько огромных сучьев. Они, подобно тропам, уходили в даль и скрывались в густой зелени. Открывшийся пейзаж завораживал, я медленно летела вперёд, разглядывая открывшийся мир. Обернувшись, я увидела отверстие, из которого только что вылетела, это было здоровенное дупло, выдолбленное в громадном стволе какого-то невероятного дерева, шириной с добротный небоскрёб. Я ошарашенно подняла голову, ствол дерева уходил ввысь, на головокружительную высоту и терялся в белёсой дымке. Я жутко боюсь высоты и моя фобия тут же отдалась дурнотой, заставив пошатнуться. Громадная ветка, шириной с городской проспект, не позволяла увидеть землю и только благодаря этому мне удавалось сохранять самообладание.

Сделав несколько глубоких вдохов, я немного успокоилась и огляделась. Вдалеке, справа и слева, виднелись ещё пара таких же исполинских стволов. От них тянулись такие же огромные ветви, переплетаясь с другими и утопающие в целых зарослях листвы. Я, как будто, стала маленькой таракашкой, которую занесло ветром на дерево. Не удивлюсь, если сейчас прилетит огромный воробей и склюёт меня… Я тряхнула головой, прогоняя глупые мысли и пролетела ещё немного вперёд. Подозрения, что я уменьшилась до размеров комара, сразу развеялись, когда передо мной, на ветку, села, вполне нормальных размеров птица, похожая на голубя, только совсем ядовито зелёного цвета. Птица, с любопытством на меня посмотрев, что-то курлыкнула и сорвавшись с места, улетела.

— В банку с зелёной краской наверное упал, бедолага, — сказала я, поднимая сама себе настроение.

Впереди проход преграждал целый пучок веток поменьше, густо заросший листьями. Приблизившись, я заметила проход в ветках, явно предназначенный для кого-то, очень невысокого. Пригнувшись, я раздвинула ветки и решительно пролетела через преграду.

На другой стороне, в нескольких шагах впереди, дорогу преграждала огромная ветка, вздымаясь куда-то в высоту. К ней был привязан верёвочный мост, уходящий далеко влево и терявшийся в густой листве соседнего дерева. Тут же бросились в глаза ещё несколько таких же мостов. Подняв голову, я увидела, ещё мост, перекинутый в другом направлении. Выше, ещё один, перекинутый крест-накрест в другом направлении. Ещё выше сходились уже три моста, образуя перекрёсток. Там были мосты ещё шире, совсем огромные, по которому спокойно могли бы ездить машины. Ещё выше, на невероятной высоте, уже еле угадывались, множество мостов, ярусами перекинутые от ветви к ветви. Это напоминало настоящую паутину. Здесь был целый мегаполис в ветвях деревьев.

— Это же город шифилов, — завороженно прошептала я, с раскрытым ртом глазея на это чудо.

Сгорая от любопытства, я подлетела к верёвочной лестнице и рассмотрела её повнимательнее. Такие мосты я часто видела в фильмах. Снизу, шли параллельно две верёвки, на них, поперёк, были вплотную уложены крупные ветки и примотаны бечёвкой к нижней верёвке. А выше, на уровне груди, шли ещё две верёвки, выполнявшие роль перил. Между верхними и нижними веревками, были натянуты бечёвки и на небольшом расстоянии, привязаны палки-распорки, скреплявшие всё воедино. Выглядело вполне надежно и очень симпатично.

Я поднырнула под верхнюю веревку, взялась руками за перила и посмотрела вперёд. Мост уходил в даль, к соседнему дереву-горе и скрывался в тени густой листвы. Сердце заколотилось, как бешеное, вцепившиеся в перила руки, окаменели. Я, как заворожённая, смотрела в даль, не в силах двинуться с места. Но всё-таки было жутко интересно, да и тратить время, на глупые сомнения, совсем не хотелось.

— Давай, Настя, ты же смелая, — прошептала я, подбадривая сама себя. — Ты же, прикоснулась к королю единорогов, которого эфирники никогда не видели. От тебя даже драпали эльфы. Давай, там, впереди точно что-то очень интересное.

Я отпустила руки и плавно заскользила вперёд, держа ладони над веревкой, готовая в любой момент вцепиться в перила. Широченная ветка дерева плавно заворачивалась вниз, уходя из-под ног. Глазам открывался бездонный провал. Землю, внизу, разглядеть не удавалось, взгляд загораживало бесконечное множество веток, густой зелени и целые ярусы из паутины верёвочных мостов. Я покачнулась, от нахлынувшего страха и резко подняла взгляд. Стараясь не смотреть вниз, я осторожно летела по мосту, смотря, только вперёд.

Вокруг меня сновали пёстрые птички, звонко щебеча. Они, то и дело, садились передо мной на верёвку перил, с любопытством меня разглядывали, перескакивая с места на место и резво срывались с места, когда я приближалась. Птичек становилось всё больше, они задорно сновали вокруг меня и как будто звали за собой. Их весёлая игра так меня забавляла, что я совершенно забыла о своей фобии. Рядом со мной в воздухе зависла совсем маленькая птичка, похожая на колибри, только из хвоста опускались два длинных пера, закручивающихся в спираль на кончике. Она на столько быстро махала крыльями, что они просто размылись в воздухе. Я подняла руку и неожиданно, птичка села мне на палец. Я аж задохнулась от восторга. Пернатое чудо было жёлтого цвета с длинным клювиком и ярко красным хохолком. Птичка пару раз чирикнула, встряхивая крыльями и спорхнув, присоединилась к компании своих приятелей, которые, видимо, устроили соревнование, кто пролетит ближе к моей голове. Порой я даже рефлекторно моргала, когда перед лицом стремительно проносилась пернатая стрела.

Вдруг, я заметила боковым зрением, какое-то движение. На мосту, выше уровнем, мелькнула меховая голова и исчезла.

«Хозяева уже знают, что я проснулась», — подумала я, улыбнувшись.

Переведя взгляд в другую сторону, на соседний мост, я заметила ещё одну пушистую фигуру, стоящую в тени. Заметив мой взгляд, шифил шустро прыгнул в сторону, выскакивая на солнышко и тут же исчез.

«Отлично, голыми вы не становитесь», — с облегчением выдохнула я.

Тем временем, я пролетела под густой порослью листвы, нависающей над мостиком, и увидела, что приближаюсь к соседней древо-горе. Вокруг древа, будто гигантская пачка вокруг талии балерины, была сооружена круглая деревянная площадка с красивыми, деревянными перилами. По кругу, на равных расстояниях, располагались квадратные арки, из здоровенных, гладко обтёсанных брёвен. К этим аркам, сходились со всех сторон, десятки мостиков, в том числе, и мой. Разглядывая грандиозное сооружение шифилов, я уже отчетливо замечала мелькающие, тут, то там, пушистые силуэты.

— Н-да, ребята, шпионы из вас неважные, — хихикнула я. — Как странно, что вас считают сказочными персонажами, вас ведь невозможно не заметить.

Я, наконец, подлетела к арке, возле которой закончился мой мостик. Под верхней перекладиной были подвешены целые гроздья из разномастных, сушёных грибов, нанизанных на нитки.

«Интересное место хранить припасы», — подумала я, улыбнувшись.

Пролетев в арку я огляделась. Площадка, вблизи оказалась внушительной, до ствола дерева было шагов двадцать, не меньше. Народа тут могло поместиться не мало. Видимо, это было, что-то вроде, городской площади.

Птички вились в стороне, как будто ждали меня. Я полетела за ними и весёлый пернатый рой, встрепенувшись, направился дальше по кругу, огибая огромный древесный ствол.

Из-за поворота, показался, висящий на стволе большой диск. Я с любопытством стала его разглядывать и когда он полностью показался, я узнала в нём солнечные часы. Что-то похожее я видела в интернете. Часы представляли собой огромный, вытянутый овал, высотой с двухэтажный дом, искусно вырезанные из единого куска дерева.

— Так это городская ратуша, — догадалась я, разглядывая диковину.

По кругу циферблата сделана рамка, в виде переплетённых ветвей с редкими листиками. На самом верху, из диска торчала длинная, треугольная стрелка, с острым наконечником, которая отбрасывала вытянутую тень на нижнюю часть циферблата. От стрелки вниз, расходились веером, прямые, широкие лучи, покрытые позолотой, а в самом низу, на четверть круга, расположились семь шкал, в виде ромбиков. Под каждой шкалой находились искусно вырезанные фигуры животных. Слева на право шли, хорёк, кошка, расправившая крылья рогатая сова, единорог, кто-то очень похожий на медведя, присевший на задние лапы волк и змея, скрутившаяся кольцом с высоко поднятой головой. Фигуры были на столько детально вырезаны, что казались живыми. Тень от стрелки указывала на единорога.

- Так, значит, сейчас, час единорога, - улыбнувшись, воскликнула я. — Точнее, уникафала.

Было невозможно оторвать взгляд от прекрасного животного. Мастер, который вырезал фигуру, явно видел волшебное создание своими глазами и, явно, не из далека.

Вдруг, мне показалось, что фигура единорога, махнула хвостом. Это было так неожиданно, что я вздрогнула. Но поняв, абсурдность ситуации, улыбнулась.

— Покажется же такое, — пролепетала я. — Не стоит так пристально таращиться… Вот фантазия и разыгралась.

Но тут, единорог, отчётливо, повернул голову, слева на право и снова махнул хвостом.

- Не показалось! - пробормотала я, с открытым ртом уставившись на живую фигурку.

Тем временем, единорог мотнул головой и подмигнул мне. Мой подбородок уже практически упирался в грудь и поняв, как глупо выгляжу, я резко захлопнула рот. Не прилично так себя вести, в присутствии живых деревянных скульптур. Мне никак не получается привыкнуть к таким чудесам.

— Здрасти, — неуверенно пробормотала я, сделав робкий книксен.

Единорог задорно постриг ушами, величаво кивнул головой и снова замер. Остальные фигурки были абсолютно неподвижны.

Сновавшие прямо перед лицом птички, во всю пытались привлечь моё внимание. А висевшая в воздухе, перед самым лицом колибри, тоненько пропела какую-то мелодию и уселась мне на голову. Опомнившись, я сделала прощальный книксен единорогу, аккуратно, чтобы не спугнуть колибри и полетела за птичками.

Я наконец заметила, что все арки отличались друг от друга. Каждая была выкрашена в свой цвет и свисающие ниточки, под верхней балкой, были с разными предметами. Мимо проплыла синяя арка с красными ягодами, оранжевая с какими-то жёлтыми орехами, белая с разномастными перьями, потом шла красная арка с какими-то сморщенными плодами, похожими на финики. Видимо, это были своеобразные указатели, обозначавшие, куда направляется мостик. Наконец, я подлетела к арке, перед которой крутились мои пернатые провожатые. Арка была выкрашена в зелёный цвет, а под верхней перекладиной были подвешены низки с большими шишками. Они забавно шелестели, раскачиваясь на ветру.

Моя колибри пропела очередную мелодию и птички, будто услышав команду, весело щебеча, полетели вперёд. Я уже совершенно спокойно последовала за ними. Страх высоты ушёл и совершенно меня не беспокоил. Я уже освоилась в этом городе подвесных мостов и быстро летела за своими проводниками, крутя головой, во все глаза рассматривая грандиозный пейзаж, окружающий меня.

Тем временем, мы приблизились к перекрёстку, где сходились три моста. Птички, не сговариваясь, свернули направо. Вскоре, показался следующий тройной перекрёсток, мы свернули налево и полетели вдоль огромной ветки, густо поросшей листвой. Когда ветка закончилась, открылось соседнее древо-гора. Листва, на его ветках, ближе к концам была фиолетовая и среди листвы, были видны целые гроздья каких-то оранжевых плодов. Над ветками с плодами находился широкий подвесной мост, на котором, я наконец увидела шифилов.

К мосту были привязаны длинные верёвки, на которых висели шифилы-верхолазы. Они собирали фрукты в корзины, висевшие на других верёвках. Когда корзины набирались, другие шифилы быстро поднимали их вверх. Остальные рабочие, на мосту, суетились с корзинами. Они пересыпали плоды из корзин в поджидавшие одноколесные тачки, с кузовками, и их тут же куда-то увозили. На их смену уже спешили шифилы с порожними тачками. Я остановилась и с любопытством наблюдала, как трудятся эти невероятные ребята. Стало ясно, почему вокруг никого не было видно. Просто все на работе. Меня особенно поражали смельчаки, которые висели на верёвках, подвешенные над бездонной пропастью.

С моста меня заметили и возгласами привлекли внимание остальных. Все шифилы начали махать руками, приветствуя меня. Я помахала в ответ. На верхних мостах мелькали, наблюдавшие за мной «шпионы». Я заметила, что это была просто ребятня, потому я их без труда замечала. Остальные шифилы совершенно от меня не прятались и видимо прекрасно знали о моём присутствии.

Я помахала шифилам и продолжила свой путь. Птички, уставшие меня ждать, расселись по перилам и явно ворчливо чирикали. Когда я двинулась в их сторону, моя калибри-командир, пропела звучную гамму и пернатое подразделение радостно сорвалось с места и чудом не задевая друг друга замельтешили, громко щебеча.

Мы пролетели ещё пару тройных перекрёстков и наконец, из-за очередной стены густой листвы, вдалеке, показалось большое сооружение с зелёной крышей. Пройдя очередной перекрёсток, мы свернули на мостик, идущий в сторону домика. Подлетая ближе, я рассмотрела, что это была большая беседка, висевшая между двух огромных веток древа-горы, подвешенная на толстенных лианах. На очередном перекрёстке мы свернули на последний мостик, шедший к висящему над пропастью, домику. Птички весело меня подбадривали, щебетали, снуя из стороны в сторону. Их уже собралась приличная компания и было довольно-таки шумно. Я летела вперёд, окутанная весёлым облаком из птичек. Было очень забавно и весело в компании этих неугомонных птах.Как ни странно, день в школе проходил быстро и уверенно. Я сама себя не узнавала: голова была ясная, я собранная и хладнокровно уверенная. Первым уроком была физкультура, и я, не поверите, с удовольствием пробежала три круга вокруг спортивной площадки. Потом я спокойно написала пару проверочных работ, изложение и уверенно ответила у доски на уроке английского языка. Я чётко помнила всё, что учила накануне. С каждым новым ночным приключением я всё лучше и лучше высыпалась. После пробуждения я сразу же была бодрая и активная, настроение было чудесное, хотелось бежать и творить великие дела. Раньше моё пробуждение было тяжким испытанием. Мне требовалось десять минут, только чтобы просто открыть глаза, и больше часа уходило на раскачку, чтобы хоть что-то начать соображать. Я чувствовала себя какой-то желеобразной жижей, которая держит форму только благодаря эпическим усилиям воли, а стоит на секунду расслабиться, сразу растекаешься по полу текучей массой. Я уже начала забывать этот ужас и очень хотела забыть окончательно. Сейчас я чувствовала себя легкой, воздушной, как будто я до сих пор нахожусь в теле эфирника. Это было здорово!

— Настя, ты весь день прямо светишься, — сказала Вика, улыбаясь до ушей. — Куда подевалась твоя фирменная угрюмость?

— Ты знаешь, обычно перед сном я её кладу на тумбочку, но сегодня утром я её там не нашла, — улыбнулась я, дурашливо пожав плечами. — Наверное, я её где-то забыла.

— Ого! Это что, юмор? — воскликнула Вика, восхищенно уставившись на меня. — И где же ты забыла свою угрюмость?

— В одном потрясающем, сказочном мире, — загадочно улыбнувшись, ответила я.

— Вот фантазёрка. Ты реально какая-то странная сегодня, — задорно прищурилась Вика. — Может, в твою голову кто-то вселился, и сейчас я разговариваю с инопланетянином?

— Оу, в таком случае, давай знакомиться, я Там-там Бум-бум Бдыжь-бдыжь, — сказала я низким голосом. — Скажи, девочка, ты не знаешь, у кого тут самые вкусные мозги?

— Ну, это все знают! Конечно, у математички, — захихикала Вика. — Пойдем, я покажу дорогу, — подыграла мне подружка, беря меня под локоток.

Мы громко рассмеялись и вприпрыжку поскакали на урок математики.

Домой я пришла в замечательном настроении. Пока помогала маме по хозяйству, похвасталась своими успехами в школе. Мама слушала меня, лукаво улыбаясь, как всегда, делая какие-то свои взрослые выводы. Эх, мамочка, знала бы ты, что на самом деле меня так воодушевляет.

— Умница моя, — сказала мама и чмокнула меня в макушку, и я, абсолютно счастливая, пошла делать уроки.

Впервые в жизни уроки мне не казались какой-то карой небесной. Я с удовольствием всё сделала, даже не заметив, как пролетело время. Воспоминания о ночном приключении грели душу и совершенно мне не мешали. Они всплывали в памяти, как приятная музыка на фоне. Последний разговор с ребятами многое прояснил. Многие мои догадки подтвердились, но Ашаса, напротив, многие моменты поставили в тупик. Я мало ещё знакома с этим миром, и озадачившие Ашаса вещи мне были совершенно непонятны. Особенно что-то там на счёт эфирных тел. Но я особо не беспокоилась об этом: Ашас во всём разберётся.

Приближалось время сна, и я, лёжа на кровати, решала, куда мне отправиться этой ночью. Я держала перед лицом Сномулет и любовалась изумрудными всполохами, возникавшими в глубине камня. Он привычно мерцал и еле ощутимо, волнами, вибрировал, как будто мурлыкала кошка. Эта вибрирующая мелодия амулета отдавалась в пальцах очень приятным зудом — это очень успокаивало. Я прекрасно понимала, что без Сномулета мне уснуть не удастся. А если и удастся, это будет полусонное, полубредовое забытье. Я основательно подсела на чары илларийского камня, и не хотелось даже думать о том кошмаре, который когда-то заменял мне сон. Было такое ощущение, что в моей голове всю жизнь не хватало какой-то детали, а теперь я полностью в сборе, и моё тело работает как великолепные, швейцарские часы.

В эту ночь я хочу загадать Сномулету избушишку Ашаса. Но что-то мне подсказывало, что очутиться прямо в домике у меня не получится. Наверняка, я появлюсь где-то в окрестностях и мне ещё предстоит побродить кругами в поисках нужного домика. Но, если честно, в доме сидеть жутко не хотелось. Хочется чего-то увлекательного, интересного. Хочется просто погулять по джунглям, хочется снова увидеть единорогов, даже несмотря на опасность, хочется пошпионить за эльфами, попытаться с ними подружиться. Ведь, как я поняла, ни один эфи, ещё никогда не говорил с иллари. Что у них за вражда непонятная? Неужели так сложно пообщаться? Ну, хотя бы попытаться. Ерунда какая-то!