Система для друзей. Том 2

– А вы кто тако… – хотел было процедить недовольный гость, но вовремя захлопнул рот. Ему потребовалась пара мгновений, чтобы понять, что он не сможет тягаться с противником в генеральских доспехах вражеской армии.

Плотно сжав губы в тонкую линию и медленно скользнув взглядом по опустевшему столу, мужчина начал пристыженно подниматься. Выражение его лица с озлобленного сменилось напряженным, а на лбу выступила испарина.

Гуань Ян сделал шаг в сторону, пропуская его в коридор.

– Я вас провожу, – холодно сказал он и поймал испуганно-озлобленный взгляд чиновника. Судя по роскошным одеждам и их оттенку, а также поведению этого человека, явно привыкшего оставаться безнаказанным, он был никем иным как служителем при дворе. А может быть, даже приближенным прошлого правителя.

Тихо цыкнув, мужчина направился к выходу, а Гуань Ян последовал за ним, звеня металлом. Уже на улице он окликнул его, заставляя обернуться.

– Если еще раз соизволите явиться сюда и набедокурить, я запру вас за решеткой.

– Да как вы смеете?! – оскорбленно прошипел мужчина сквозь стиснутые зубы, сдерживая негодование, борющееся со страхом. Он явно хотел выругаться, обозвав его узурпатором или еще парочкой бранных слов, но, слава богам, смолчал.

Гуань Ян ничего не ответил, лишь приподнял уголки губ, пряча за улыбкой кинжал[7]. Шаркнув подошвами о землю, чтобы стереть налипшие кусочки пищи, он молча развернулся и покинул собеседника. Вернувшись в коридор, он наткнулся на сидящую на корточках разносчицу, которая аккуратно собирала осколки в небольшую плетеную корзинку.

Когда раздался тихий скрежет, она подняла взгляд и поспешила выпрямиться.

– С-спасибо, господин, – поклонившись, прошептала девушка и вжалась в закрытую перегородку, чтобы пропустить его.

– Не благодарите, я не мог пройти мимо, – отмахнулся Гуань Ян и покосился на еще не убранную лужицу. – Я заплачу и за его ужин, и за свой, принесите мне расчет.

– Ох, не стоит. – Она замахала поднятыми вверх ладонями. – Этот человек каждый свой приход устраивает скандалы, но из-за его статуса никто не смеет дать отпор. Даже наш хозяин. Как бы грубо ни прозвучало, но я рада, что наконец нашелся тот, кто возразил ему, теперь он вряд ли сюда заявится, – последнюю фразу она произнесла еле слышно, чтобы прячущиеся за перегородками гости не разобрали.

Гуань Ян хмыкнул.

– Все равно принесите расчет, не хочу, чтобы из-за таких людей, как он, ваше заведение теряло прибыль. Мне понравились цзяоцзы, я желаю вам процветания, – сказал он напоследок и прошел мимо. И хотя слова его звучали равнодушно, в них слышалась неподдельная забота о людях.

– Господин, – окликнула его разносчица, когда он остановился возле входа в свою «комнату». – Еще раз спасибо вам.

Коротко кивнув ей, он прошел внутрь. Гуань Юй сидел на стуле, скрестив руки на груди и вытянув под столом ноги.

– Забрал еще одну благодарность? – с ухмылкой спросил он, подняв на него взгляд.

– Да, – выдохнул Гуань Ян и расслабленно улыбнулся, посмотрев на дорогое сердцу лицо, а не на разъевшуюся чиновничью морду. – Нужно разузнать, что это был за человек, думается мне, он доставляет хлопоты не только работникам этого заведения. Такие люди одним местом для отдыха не ограничиваются и балаганят во всех. Я вообще удивлен, что он резвится на воле, а не прячется в резиденции как это сейчас делает вся верхушка. – Он вернулся на свой стул.

– Все возможно, но преследовать каждого дебошира будет утомительно, лучше собрать их всех в одном месте и прихлопнуть. – Гуань Юй пододвинул наполненную вином чарку к ученику. – Давай допьем и пойдем? Я бы хотел немного прогуляться, пока не стемнело.

– Хорошо. Я как раз попросил нас рассчитать.

Они вместе подняли чарки и выпили, а вскоре, оплатив свой ужин и чужой, покинули заведение.

К этому времени на улице почти не осталось людей, которых нужно было постоянно огибать, и теперь Гуань Юй и Гуань Ян свободно шли по центру широкой дороги. Держась плечом к плечу, они на слух улавливали далекий шум с соседних улиц, в котором смешивались и смех горожан, и разговоры, и звуки музыки.

Гуань Ян вдохнул, наполняя легкие прохладным воздухом с ароматом жареных каштанов, которые готовили возле небольшого прилавка, а потом поднял глаза к небу. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая все вокруг в нежные оттенки розового и оранжевого, в том числе и серебристые доспехи Гуань Юя. Их взгляды пересеклись, и в чужих глазах Гуань Ян увидел отражение собственных чувств, глубоких и прекрасных, наполняющих теплом сразу две души.

– Учитель, как вам прогулка? – вопрос прозвучал тихо, чтобы его услышал только он.

– Мне все понравилось. Было интересно пройтись по городу и осмотреть рынок, а еще вкусно поесть, – искренне ответил Гуань Юй. – Ну а тебе? – Он лукаво улыбнулся, возможно, вспомнив мужчину, который поднял шум.

Гуань Ян усмехнулся.

– Даже если некоторые моменты оставили после себя неприятное послевкусие, благодаря вашей близости мне все понравилось. Пока вы рядом, мне не о чем тревожиться, хочется лишь радоваться каждому дню, – с этими словами он прошел под небольшой аркой, покидая рыночную площадь и оставляя шум и людей позади.

Они свернули на небольшую улочку, ведущую к их дому, и направились между невысокими зданиями с изогнутыми крышами и яркими красными фонарями, освещающими постепенно утопающую во тьме округу. Тихий шелест шагов, шепот ветра и вечерняя птичья трель сопровождали их, дарили чувство уединения, словно мир сейчас принадлежал лишь им двоим. Гуань Яну вдруг захотелось взять учителя за руку, чтобы подтвердить реальность момента, но из-за доспехов им приходилось идти поодаль друг от друга.

Прогулка должна была завершиться спокойно и поставить мягкую точку в конце прожитого дня, но поток событий внезапно свернул не туда.

Гуань Ян резко остановился, почувствовав, как внутри него словно что-то начало надуваться.

– Что случилось? – тут же спросил Гуань Юй.

Гуань Ян нахмурился и прижал ладонь к груди, пытаясь понять, что происходит. Прислушался к потокам циркулирующей по меридианам ци и понял, что ее количество стремительно росло, а его золотое духовное ядро начало менять цвет.

– Учитель, кажется, я собрал достаточно благодарностей, – с хриплым смешком сообщил он, глядя в лицо Гуань Юя. Голос его слегка дрожал.

– Что? – ахнул тот, наблюдая, как ученика охватывает духовная энергия, похожая на мелкую блестящую пыль. – Ты… – потрясенно выдохнул он.

– Возношусь? – столь же удивленно закончил Гуань Ян.

Внезапно он перестал быть человеком из плоти и крови, которого всю жизни притягивало к земле, и ощутил себя пером, подхваченным ветром. Сила окружила его, оторвала стопы от земли и, несмотря на тяжелые доспехи, начала медленно поднимать все выше в воздух.

– Учитель?! – встревоженно позвал Гуань Ян, осознав, что в отличие от него Гуань Юй не двигается.

– Не пугайся, – успокоил Бог Войны со слабой улыбкой. – Я поднимусь следом, все в порядке, это так и происходит.

Чужой ответ совсем не утешил. Но Гуань Ян все же дважды кивнул и шумно выдохнул, постаравшись расслабиться и не сопротивляться божественной силе. Он так давно ждал вознесения, чтобы наконец занять место утомившегося учителя и позволить ему жить как нравится, путешествовать и наслаждаться оставшейся вечностью рядом с дорогим человеком, но вместо радости в его сердце почему-то нарастала только тревога. Он смотрел на небо, к которому медленно приближался, и не чувствовал, что это лучший исход. Казалось, что был какой-то подвох. Что все неправильно.

Гуань Ян бросил обеспокоенный взгляд на Гуань Юя внизу. Тот, запрокинув голову, наблюдал за вознесением ученика с легкой улыбкой, полной искренней радости. А сам не замечал, что его танцующие на ветру каштановые пряди медленно обращаются в пыль, как и доспехи.

– Учитель! – сорвался с губ Гуань Яна тревожный крик. – Посмотрите на себя!

Гуань Юй вздрогнул и опустил голову, принявшись бегло осматривать себя.

– Что? – шепотом спросил он, но Гуань Ян услышал его, даже находясь высоко в воздухе.

– Учитель, как мне спуститься?! Скажите, как спуститься! – В его голосе зазвенела искренняя и пугающая паника. – Гуань Юй! – позвал Гуань Ян, но тот его игнорировал.

Гуань Юй потрясенно и с неверием смотрел на раскрытые ладони, которые уже обращались в пыль. В этот миг его тело словно окаменело, но камень этот был таким старым и хрупким, что теперь на ветру осыпался крошкой.

– Не может быть… я ведь отправил Юй-ди письмо… – задыхаясь, пробормотал он. – Все не должно закончиться так… Я не должен уйти на покой… Ян-Ян! – отчаянно вскрикнул Гуань Юй, подняв взгляд. – Клянусь, я отправлял письмо! Все не должно быть так.

– Гуань Юй! – выдавил Гуань Ян, и по щекам его покатились крупные слезы. – Пусти, пусти. – Он начал сопротивляться силе, утягивающей его к небу. – Мне нужно помочь ему, отпусти!

Но божественное начало не отпускало.

Чем больше он противился, тем больнее становилось в груди, словно любая борьба разрушала его меняющее цвет ядро и тело.

– Гуань Юй!

Крик достиг ушей Бога Войны словно шепот – настолько высоко уже успел подняться Гуань Ян. Теперь он походил лишь на небольшое пятно в облаках.

– Не понимаю, как так вышло… где я ошибся, – шептал Гуань Юй, не чувствуя боли, а лишь захватывающую его пустоту. Он протянул к ученику руку, почти целиком распавшуюся на мельчайшие пылинки, и произнес: – Прости.

Глава 2

Возвращение на родной пик

Циян проснулся как от кошмара. Распахнув в ужасе глаза, он уставился в пустой деревянный потолок над кроватью в его спальне. Он умер. Чувствовал, что умер по-настоящему, не оставив после себя даже души.

Его сердце колотилось, дыхание было прерывистым и тяжелым, а на лбу выступила испарина. Увиденное в воспоминаниях Ло Хэяна оставило глубокий след в сознании. В душе бушевали эмоции: страх, тревога и беспокойство.

Циян сделал глубокий вдох, пытаясь выровнять сердечный ритм, и начал успокаивать себя, что это не его прошлое.

Не его воспоминания.

Когда он лечил Ло Хэяна на Ледяном пике, ему открылась правда о когда-то верном Богу Войны ученике Гуань Яне, ныне Яньло-ване. И Циян не сомневался, что его собственное прошлое тоже было доступно демону. Правда, неизвестно в каком объеме; всей подноготной владыки Диюя он не знал – лишь вырванные из контекста куски, наталкивающие на мысль, что это были самые важные моменты его жизни.

«Боюсь представить, что он мог увидеть в моих воспоминаниях», – подумал Циян.

Он хотел сесть, но не нашел в себе сил пошевелиться под десятком одеял, укрывавших его. Вдруг справа скрипнули половицы, и его взгляд метнулся в сторону. Фэй удивленно смотрела на друга, держа в руках поднос с тряпкой и чашей воды. Казалось, она только что зашла в комнату, чтобы обтереть его.

– Ты очнулся! – громким шепотом произнесла она и, поставив поднос на прикроватную тумбу, кинулась к Цияну с объятиями.

Оказавшись в ее тисках, он закряхтел. Ему и так было трудно дышать из-за тяжелых одеял и навалившаяся сверху Фэй показалась непосильным грузом.

– Ты меня раздавишь, раздавишь, дай выбраться отсюда, – торопливо заворчал он и начал ерзать, как застрявшая в коконе гусеница.

Фэй резко отстранилась, но задержала правую ладонь у него на груди.

– Не торопись, – с нажимом произнесла она. – Эти одеяла для сохранения тепла. Подожди, я приведу учителя Хао, он все тебе объяснит.

– Кого приведешь? – растерянно спросил Циян, глядя, как подруга отходит и разворачивается к двери.

– Одного из учителей пика Зелени, твоего подчиненного, – бросила Фэй через плечо и выскользнула в коридор.

Циян тяжело выдохнул и снова посмотрел в потолок.

Судя по поведению Фэй, к нему здесь относились как к больному. Но почему? Неужели медитация на Ледяном пике закончилась плачевно? Но он ничего такого не чувствовал…

«И где Ло Хэян? Система, я смог спасти его тело?»

[Да. Это он вас сюда принес. Но где он сейчас, никто не знает. Ло Хэян раскрыл себя и велел главам пиков позаботиться о вас, сказал, что если те не справятся, то он сожжет это место дотла, а потом и весь мир.]

Сердце Цияна тяжело ударилось о грудь.

«Вот псих! Сказал, что должен вернуться, чтобы все мне объяснить, а сам людям угрожает?» – Он вспомнил последние слова мечника.

– О-ох, и зачем я только согласился ему помочь! – тут же простонал он и, кое-как вытащив руку из-под одеял, потер ладонью холодный лоб.

В голову полезли разные мысли, и Циян начал невольно вспоминать о том, как закрутился сюжет. Владыка Диюя оказался копией Сяо Яна и учеником Бога Войны, двойником которого был Циян. Напряги он свой разум до невозможности, все равно не смог бы понять, откуда взялись такие совпадения. Он и Сяо Ян были из другого мира, так каким же образом они существовали и здесь? Каким образом имели общую историю, напоминающую ту, что ему рассказывали на занятиях по мифологии и культуре?

«Вот только Гуань Юй не знал никакого Гуань Яна, по легендам его приемный сын и ученик носил имя Гуань Пин. А у самого Бога Войны никогда не было двойника по имени Ю Циян… Эти несостыковки… что они означают? И почему мы ни разу не наткнулись на копию той же Фэй? Она ведь тоже из другого мира».

От безответных вопросов у Цияна начала пухнуть голова. Даже если принять тот факт, что Фэй никак не могла описать в одной книге каждый уголок выдуманного мира, появление двойников все равно настораживало. Еще и система однажды сказала, что авторы не создают новое, а описывают уже существующее. От этих мыслей к горлу и вовсе подходила тошнота.

«Да что здесь, демон тебя дери, происходит? – мысленно выругался Циян. – Система, ты видела воспоминания Ло Хэяна?»

[Да.]

«Расскажешь, что значат эти совпадения?»

[Я уже говорила, что для получения ответов вам требуется Нефритовая печать. Раскрытие этой части сюжета целиком лежит на вас.]

«И тебя не смущает, что раскрывать ее мне наверняка придется с тем, кто в оригинальном сюжете убил и Нефритового императора, и меня? Не просто же так ты позволила его спасти, да? Почему ты вообще поощрила это?!»

[С развитием ваших отношений в сюжете появилось ответвление, которое, по моим скромным прогнозам, позволит погасить существующий конфликт между небесами и Диюем без чьего-либо убийства. Для этого вам нужно все обсудить с владыкой Диюя, когда он соизволит явиться. Постарайтесь с ним не ругаться.]

«Он еще и явится? – Циян закатил глаза. – Я думал, вернув меня сюда, он навсегда отправился заниматься своими разрушительными делами».

[От владыки Диюя просто так не избавиться, но пока не переживайте об этом и постарайтесь отдохнуть. Вы сильно пострадали на Ледяном пике.]

«Разве? – насторожился он. – По-моему, я чувствую себя прекрасно…»

Циян вздрогнул, когда дверь в комнату распахнулась, и порог перешагнул мужчина. Он выглядел старше Цияна примерно на десять лет, а уровень исходящих от него сил намекал на то, что он обладатель золотого ядра. Его длинные волосы были собраны у висков и украшены на затылке шпилькой, а голубые одежды трепетали при каждом движении.

Стоило их взглядам пересечься, как он поспешил к кровати.

– Глава! – радостно произнес Хао Синь.

Фэй тихо проскользнула вслед за ним и, как прилежная ученица, замерла в углу, частично скрывшись в тени.

– Как вы себя чувствуете? Что-нибудь болит? – обеспокоенно затараторил Хао Синь, не обращая внимания на ученицу. Он присел на край кровати и схватил его за руку, которую Циян недавно вытащил из-под одеял.

– Нет. По-моему, со мной все хорошо, – пробормотал Циян, косясь на Фэй, а потом перевел внимание на собеседника.

Хао Синь, прощупывая его пульс, нахмурился и покачал головой. Не отпуская запястье, приложил ладонь ко лбу Цияна и пробормотал:

– Вы все еще холодный как лед.

Циян слегка нахмурился, не понимая, как такое возможно.

– Но ведь я под десятком одеял.

– Верно, – буркнул Хао Синь и прикрыл веки, снова сосредоточившись на пульсе.

Циян вновь бросил взгляд к Фэй. Подруга внимательно наблюдала за ним, поджав губы и спрятав ладони в лавандовые рукава перед собой. Ее лицо было усталым, словно она не спала три дня и три ночи, а выражение – мрачным, будто смотрела на друга со смертельным диагнозом, о котором не могла сказать.

Циян ощутимо заволновался.

«Система? О чем они не договаривают?»

[Вы больны.]

«Да вроде нет».

[Вы холодны как лед, и если вас не согревать, то кровь замерзнет и сердце остановится.]

Дыхание Цияна на мгновение замерло.

«Шутишь? Как такое возможно?»

[Медитация на Ледяном пике слишком затянулась, и все это время вы передавали духовные силы Ло Хэяну, чтобы его тело продолжало жить. В итоге вы исчерпали свои ресурсы, и это сильно ударило по вашему здоровью. Когда владыка Диюя вернул вас на пик Зелени, вы были бледнее призрака и почти не дышали. Мороз неизлечимо поразил клетки тела, и отныне вам запрещено замерзать и находиться на холоде, а в любую погоду придется надевать несколько слоев одежд, спать под одеялами и использовать согревающие талисманы и снадобья.]

Выслушав систему, Циян почувствовал, будто мир перед его глазами начал рушиться. Он сам не ощущал болезни, но, судя по одеялам, необычайно сильному жару, исходящему от чужих пальцев на его запястье, и беспокойству на лицах окружающих, ему явно не врали. И от этого сердце его болезненно сжалось, как и кулаки.

«Я… смертельно болен? Я – тот, кто всю свою жизнь занимался спортом и полжизни был чемпионом?»

– Глава, вам больно? – тут же обеспокоился Хао Синь, заметив, каким напряженным стало выражение чужого лица.

– Нет, – выплюнул Циян, и в его взгляде вспыхнула злость. – Просто внезапно понял, что теперь одной ногой в могиле, – добавил он наигранно небрежно.

Хао Синь тоскливо вздохнул и отпустил его запястье.

– Вы уже проанализировали свое состояние, да?

Лицо Цияна помрачнело.

– Частично, – сухо ответил он, а когда попытался выбраться из-под одеял, чтобы наконец сесть, его снова остановили, теперь уже Хао Синь:

– Постойте, постойте. Ученица Янь, подай какой-нибудь плед. – Он махнул рукой Фэй, которая напряженно стояла в углу.

Циян взглянул на подругу, что уже развернулась к шкафу и, открыв дверцу, взяла с полки сложенный мягкий плед. Приблизившись, она протянула его Хао Синю.

– Как скинете одеяла, тут же укройтесь этим, – велел он.

– Мне кажется, вы преувеличиваете, – проворчал Циян и тут же спустил одеяла до пояса. – Не могу же я окоченеть сразу, как выберусь из постели? В комнате ведь тепло.

С этими словами он сел.

Хао Синь и Фэй уставились на него в ожидании того, покроется ли он ледяной коркой через секунду или же останется жив.

Сердце Цияна медленно билось в груди, кровь циркулировала по венам, и все процессы в организме, казалось, работали как обычно, вот только он сразу почувствовал, как вокруг резко похолодало. В комнате точно было тепло, его тело скрывала белая рубаха с длинным рукавом, но ему вдруг начало казаться, будто он вышел на мороз в одних тапочках.

Нахмурив изящные темные брови, Циян задумчиво смотрел на укрытые одеялом ноги и прислушивался к себе, чтобы нащупать критическую грань.

«Я определенно стал в высшей степени мерзляком… но вряд ли сейчас умру», – подумал он, ощущая, что у него все сильнее замерзают руки.

– Дайте плед. – Циян резко протянул ладонь и, когда Хао Синь отдал ему вещь, накинул ее на плечи, кривя губы от недовольства. – Есть способы, как мне теперь не замерзнуть от малейшего дуновения ветра? – раздраженно спросил он.

– Теплая одежда, одеяла, согревающие талисманы, а еще я приготовил отвар. – Хао Синь достал из поясного мешочка сосуд из тыквы-горлянки. – Вот, делайте глоток, когда почувствуете, что стало слишком холодно. Отвар поможет согреться на короткое время в не самый холодный период, так что не рискуйте и берегите себя. Не знаю, что с нами будет, если вас не станет.

Циян забрал сосуд и, вытащив пробку, сделал глоток. Его лицо скривилось, как только он ощутил вкус красного перца и имбиря, смешанных с чем-то кисло-сладким. Отвар обжег его рот, горло, желудок, а потом жар распространился и по всему телу, словно он окунулся в горячую ванну, прогревающую до костей. Циян с шумом выдохнул, но несмотря на неприятное послевкусие заметил, что сонливость как рукой сняло и у него вдруг появилось больше сил и энергии, как после хорошего сна и сытной трапезы.

«Проклятье! И впрямь больной! – Он сжал пальцами стенки сосуда с отваром. – Почему, делая доброе дело, я в итоге так пострадал?!»

Обида начала заполнять его душу, отравой растекаясь внутри. Природа с рождения одарила его крепким и сильным телом, а теперь он в один миг стал хилым и уязвимым, обязанным жить на лекарствах. Мало ему было переживаний о том, что он в любой момент может погибнуть от лап чудовищ, так теперь еще придется тревожиться о температуре тела, постоянно ограничивать и контролировать себя? Уму непостижимо!

От несправедливости судьбы у него глаза налились кровью, а жар ударил в голову.

– Что случится, если однажды я не услежу за температурой? – хрипло спросил Циян, сверля взглядом теплый сосуд в руках. – Мое сердце сразу остановится или будет время спастись?

Хао Синь удивленно вскинул брови и взглянул на него так, словно он сболтнул глупость.

– Конечно, будет. Ваш недуг чем-то похож на переохлаждение, и смерть наступает не мгновенно. Сначала немного упадет температура, побледнеет кожа, начнется озноб, дыхание и речь могут стать затрудненными. А когда температура тела упадет еще ниже, кожа посинеет, дыхание ослабеет, и сердцебиение значительно замедлится. На этой стадии вас начнет клонить в сон. Когда кожа станет совсем синей, а сердце будет биться еле слышно, вы потеряете сознание. И после этого наступит смерть.

«Ну… время есть», – подумал Циян, но не испытал особого облегчения. Ситуация все равно была удручающей.

– Но, несмотря на имеющееся время, вам стоит быть очень внимательным, – добавил Хао Синь, будто прочел его мысли. – Перейти к первой стадии вы можете, даже если просто вдохнете прохладный воздух. Скорее всего, вы теперь постоянно будете нуждаться в тепле. Поэтому не забывайте хорошо одеваться и пейте отвар почаще, на кухне я оставил десять порций и рецепт, чтобы вы могли поручить его приготовление кому-то еще, если вдруг я не смогу. Но пока обещаю подавать вам снадобье и вести за вами наблюдение сколько смогу.

Циян не помнил, что за персонаж Хао Синь, не понимал, почему из всех учителей в школе именно он взялся за его лечение, но был ему благодарен. От осознания того, что за ним приглядывает кто-то столь опытный, на душе становилось легче, а угроза скорой кончины, ощущение тлена и безысходности немного отступали.

Сделав еще один глоток, Циян поморщился и попытался утешить себя:

«Ну… живут же люди с хроническими заболеваниями, пьют таблетки всю жизнь и ведь ничего, значит, можно к этому привыкнуть. За мгновение я не умру, а в остальное время просто не нужно терять бдительности, верно?»

[Верно. Не огорчайтесь так сильно, смерть от холода вам не грозит, я это знаю.]

«Ты сейчас пытаешься дать мне пророчество или просто утешаешь?»

[… ]

Циян тихо фыркнул, задумчиво мазнул взглядом по Хао Синю, а потом обернулся к Фэй. Вдруг он заметил, что, помимо отпечатка усталости, в ее облике появилось что-то новое. Она… изменилась. Не сильно, но если присмотреться, то можно было заметить, что подруга обрела более округлые формы и стала выглядеть женственнее, утратив часть подростковых черт. Или это тень в углу так странно падала?..

– Как долго я пробыл в медитации? – Циян вернул внимание к Хао Синю.

– Около года.

Глаза Цияна широко распахнулись – настолько его шокировали слова.

«Б****! Неудивительно, что я заболел! – выкрикнул он в мыслях. – И никто мне не помог? Вы всерьез верили, что я год проведу на Ледяном пике и вернусь живым и здоровым?» Его пылающий взгляд заметался от Хао Синя к Фэй и обратно.

[Никто не мог к вам приблизиться.]

От слов системы он замер и уставился в стену перед собой.

«Почему?»

[Вас все время окружала густая темная ци, а воевать с ней побоялись, чтобы не нанести урон обоим.]

Объяснение его не утешило, только еще больше разочаровало.

«Оху***! Я его, значит, спасал, а этот идиот в очередной раз пытался меня угробить?!»

– Что с Ло Хэяном? Где он? – угрожающе спросил Циян, уже решив, кому переломает ноги.