Наследники. Восхождение Красной королевы

Аппетит у меня моментально пропал. Дожевав яйцо, я сложила посуду на поднос и направилась к выходу. Пора было переодеться и топать к входу в ущелье Смерти.

На улице меня догнал Брэдфорд и по–свойски положил руку мне на плечи.

– Ты, что, обиделась? – он участливо заглянул мне в лицо.

– Руку убрал, – прошипела я.

Вспомнив, чем вчера окончились объятия с Лосем, младший близнец послушался. Он подставил лицо холодному ветру. Его длинные волосы тут же взвились крыльями за спиной. Я невольно отметила, как ему идет одежда черного цвета.

Глава 8. Ущелье Смерти

В академии Индел форма у всех студентов была одинаково черной: шерстяные длинные кители с золотыми пуговицами и эмблемой на груди и обтягивающие штаны. На холодное время года выдавались плащи с красной подкладкой. Еще с вечера у коменданта общежития меня ждал такой же комплект одежды, о чем я узнала при выходе из столовой от одного из преподавателей.

– Без формы на испытания не допустят, – предупредил он, поэтому я поспешила в общежитие, чтобы убедиться, что штаны мне впору, ведь женские формы отличаются от мужских.

Хотя, если посмотреть на крепкие ягодицы шагающего рядом Брэдфорда, то его штаны оказались бы мне как раз. Правда, он был выше ростом чуть ли не на целую голову.

– Я хотел пожелать тебе удачи в ущелье, – он задержал меня у входа в общежитие.

Я думала, нам просто по пути, но, как оказалось, младший близнец не собирался подниматься к себе.

– Ты должна помнить одно, – предупредил он, – все, что происходит в ущелье, иллюзия. И если с тобой случится непредвиденное, тебя немедленно вытащат оттуда.

– А как они поймут?

– Тебе дадут амулет.

– Откуда ты знаешь, если сам открывал дар в Вышке? Может, здесь испытания проходят совсем по–другому?

– Принцип везде одинаковый. Во всех академиях.

– Скажи, ты был во время схода оползня в Вышке? Было страшно?

– Страшно, – не стал скрывать Брэд. – Обвал случилось ночью, когда мы спали. Сначала появился страшный грохот, все вокруг задрожало, и мы не сразу поняли, что происходит. Выскочили на улицу. Буквально в десяти метрах от нас административный корпус и все здания, что были над ним, поползли вниз. Только утром стало видно, что скалу будто срезали ножом. Тысячелетний Колодец познания, Сфера – все погибло.

– Шли бы занятия, без жертв не обошлось бы. Даже хорошо, что оползень случился ночью.

– Просто повезло, что никто не погиб. Общежития остались в стороне, а вот дом, где жили магистры, скала раздавила, как куриное яйцо. Ректор будто предчувствовал, и буквально накануне отправил магистров в столицу. Там проходил научный съезд. Иначе никто из них не выбрался бы.

– Да, повезло… – я еще хотела спросить, поверил ли ректор Вышки, что его академию снесли силы природы. А вдруг это было магическое воздействие, и его целью был прежде всего Колодец? Но на нашу беседу прервали. И хорошо, иначе я опоздала бы на испытания в ущелье Смерти.

– Леди Лорна, я вас жду.

На пороге общежития появился недовольный мужчина в служебной серой форме. Только студенты носили черную, преподаватели и обслуживающий персонал были одеты иначе. Повара и кухарки в белом, библиотекари в синем, охрана в зеленом. Профессура и магистры ходили в коричневых мантиях. Все виды форм объединяла общая эмблема, на которой были изображены пять холмов, и по кругу шла надпись «Академия Индел».

– Да–да, мастер… – я сразу поняла, что это комендант, но растерялась, так как не знала его имени.

– Кроули, – шепотом подсказал Брэдфорд.

– Мастер Кроули, я уже иду, – исправилась я и, поблагодарив кивком близнеца, бегом поднялась по лестнице.

Получив сверток с формой, я поскакала к себе через две ступени. Из–за волнения пуговицы рубашки и кителя никак не попадали в тугие петли. В ремне пришлось проковырять ножничками для ногтей еще одну дырку. В попе штаны сидели, как влитые, а вот в талии оказались великоваты. Натянув носки, сверху надела высокие, длинной до колен сапоги.

Покрутившись перед зеркалом и оставшись довольна собой, туго заплела косу и намотала ее на голове в виде короны. Скрепила сотней шпилек, чтобы не растрепалась, как это случилось утром во время зарядки. Посомневавшись брать или не брать, все же захватила с собой плащ и бегом кинулась вниз.

Горн, оповещающий о начале испытания, застал меня у спортивных площадок. Я прибавила шага. Толпу у огромной каменной арки было видно издалека. Здесь находились не только студенты из Боевого факультета, но и Управленцы, Лекари, Артефакторы и Маги общего профиля.

На последнем из перечисленных факультетов учились мелкие дворяне и сынки богатых горожан, которые не собирались работать по специальности, а открывали дар для личных нужд. Этот факультет не считался престижным. Женская академия в Денвиле как раз выпускала магов общего профиля. И туда мне предлагал идти учиться ректор? Понятное дело, почему я наотрез отказалось.

Среди студентов этого факультета не было и быть не могло наследников престолов, поскольку на главах государств лежала большая ответственность, а серьезных знаний Магия общего профиля не давала. Только и пригодились бы для использования в быту.

Выбор будущих королей обычно ограничивался Боевым факультетом. Поэтому я так поразилась, что сын владыки выбрал Лекарский. На прочих факультетах Индела, как правило, учились вторые и третьи сыновья королей, генеральские или министерские отпрыски и прочие дети придворных.

Перед началом испытания выступил с напутственной речью ректор. Он нашел меня глазами и произнес фразу, которая напугала.

– Не все пройдут открытие дара успешно. Пусть сегодняшние испытания считаются иллюзией, полигон не зря назван «Ущельем Смерти». Даже если у вас есть дар, но он слаб или имеет темную основу, он безвозвратно погибнет. Поэтому, если вы не уверены в себе, у вас есть шанс отказаться входить под арку. Сделайте шаг в сторону. Вам придется покинуть академию, но зато у вас не останется тягостных воспоминаний об академии и болезненного чувства, что магическая частичка вашей души мертва.

Толпа студентов заволновалась, но никто не покинул ряды. Ректор уступил трибуну – небольшую сцену слева от арки, пожилому преподавателю. Тот приложил к губам рупор и приказал студентам разбиться по факультетам. Я огляделась и нашла своих. Пристроилась, как пришедшая позже всех, в конце шеренги.

Первокурсников было немного, человек сто. Где–то двадцать на факультет. Я прикинула, сколько придется ждать, пока каждый дойдет до конца ущелья, пусть и не длинного. Я хорошо видела вторую арку. По всему выходило, что моя очередь наступит ближе к утру.

– Запускать будем группами по одному студенту с каждого факультета. Первой пятерке приготовиться, – вещал в рупор преподаватель. – На прохождение ущелья отводятся ровно сутки. Если кто–то из вас не явится в оговоренный срок или попадет в беду, в ущелье спустятся спасатели.

Я вскинула брови. Нам отводились сутки? Даже если идти расслабленным шагом, на весь путь уйдет от силы час. Что же нас там ждет?

Оратор с рупором указал рукой на стоящих за его спиной старшекурсников и преподавателей. Среди них я узнала Лося. Половина его лица отливала синевой. Издалека было заметно, что щеку и глаз тщательно замазывали, но на ярком солнце изъян довольно привлекательной физиономии скрыть так и не удалось.

«Выходит, если я застряну, мне на помощь придет принц Вестерский? Не добьет ли он меня в Ущелье, ведь в ирреальности всякое может случиться?» – с волнением подумала я.

Сердце упало, когда ко мне подошел декан нашего факультета.

– Леди, наши парни уступают вам первое место. Пройдите, пожалуйста, в начало строя, – сказал он с самой милой улыбкой, на какую был способен.

Мне осталось только поблагодарить декана и, задрав нос, пройти вдоль шеренги боевиков–первокурсников. Каждый из них провожал меня насмешливым взглядом.

Да они сговорились! Я буду не я, если не выйду из испытания с честью.

Я не особо всматривалась в лица однокурсников, так как знала, что двух наследников из шести, интересующих меня, нужно искать на третьем и четвертом курсах. Я была последним ребенком, родившимся в те первые пять лет, когда с наших родителей спало проклятие. До открытия Врат дети у королей хоть и появлялись на свет, выживали только первенцы. Мои папа и мама только поженились, поэтому их обошла горечь потерь.

Я встала в самое начало шеренги. От волнения вспотели руки, поэтому я осторожно вытерла их о штаны. Я единственная из пятерки, готовящейся к старту, захватила с собой плащ. Шерстяная ткань в солнечный день казалась невыносимо тяжелой, и я хотела бы стянуть ее с плеч, но оставить было некому. Рядом ни одного знакомого лица, кроме Лося и декана Боевого факультета, который поднялся на сцену и замер, сложив руки за спиной. Оба сверлили меня взглядами.

– Не посрамите академию, – пожелал преподаватель с рупором.

Прозвучал горн, и первокурсники нестройно рявкнули:

– Сила в знаниях, честь в сердцах!

Со стороны академии прибежал запыхавшийся парень. В его руке висела на шнурках и мелодично позвякивала связка амулетов. Я сразу узнала в нем секретаря нашего декана. Когда он подошел ко мне, я улыбнулась.

– Привет, Дейли, – сказала я, принимая из его рук амулет.

– Удачи тебе, Лорна, – улыбнулся он в ответ. – Буду волноваться.

– Скажи, я могу оставить тебе свой плащ? Он такой тяжелый и путается под ногами, – пожаловалась я, завязывая на шее шнурок с амулетом.

– Я бы на твоем месте ничего не стал менять. Осенние ночи холодные, – тихо, но твердо, словно произносил пароль, посоветовал мне Дейли.

– Спасибо за подсказку, – шепнула я в ответ.

На самом деле, чего это я разбрасываюсь вещами, которые могут пригодиться? Наоборот, надо было набить карманы всякими походными штучками. Как же я не додумалась! Ну правильно, я же была уверена, что испытание не займет много времени. Раз–два и готово!

После дружеской улыбки Дейли я стала чувствовать себя увереннее. Еще я точно знала, что где–то там, на холмах, смотрит в подзорную трубу граф Депош. Это над Лабиринтом вечные туманы, а над Ущельем воздух свеж и прозрачен.

– Готовы? – спросил преподаватель с рупором.

Первая пятерка вытянулась по стойке смирно.

– Вперед, голубки! – скомандовал он.

Перед тем, как кинуться вперед, я заметила, как скривился декан Боевого факультета. Он никогда не назвал бы нас голубками. Рявкнул бы так, что нас ветром забросило бы в Ущелье.

Странное дело, стоило мне зайти за каменную арку, как идущие впереди студенты из других факультетов растворились в воздухе. Так вот почему мы не будем мешать друг другу! Для каждого из нас приготовлен свой призрачный путь.

Я огляделась. Вокруг меня стояли высокие горы. Никаких холмов, лишь камни и крутые склоны. Высоко в небе парила белая птица. Ее крылья были огромны. Засмотревшись на нее, я не заметила, что по дну ущелья бежит горная река. Споткнувшись, я чудом удержалась на ногах, но все же оступилась в яму. Хорошо, что нам выдали высокие сапоги, еще чуть, и я хлюпала бы в них водой.

Я подобрала полы плаща, которые, намокнув, стали еще тяжелей. Поскакала с камня на камень, ругая себя за невнимательность, а Дейли Граунда за то, что он не согласился взять мою верхнюю одежду. Наверное, придумал отговорку, лишь бы не таскаться с чужими вещами, а я поверила.

Глава 9. Все не так

Вскоре я устала скакать, но вторая арка так и не приближалась. Я оглянулась. Первая стояла так близко, словно я не отошла от нее ни на шаг.

Чтобы передохнуть и спокойно разобраться, почему я нисколько не продвинулась вперед, я поискала глазами валун, нагретый солнцем. Разложила на нем плащ, чтобы тот хоть немного подсох. Сама беспечно заняла соседний булыжник и вытянула ноги. Заметив, что конец ремня на поясе вылез из шлейки, взялась за него и только тогда поняла, что держу в руке змею.

Она зашипела и, крутанувшись, укусила меня за запястье. Боль была такой сильной, словно я сунула руку в огонь. Я соскочила, но снять с себя змею, обвившую мое тело не смогла. Стоило мне схватиться за нее, как она снова жалила и жалила. Уже умирая, распластавшись на холодных камнях, когда свет медленно начал меркнуть, я увидела лицо графа Депоша. Он покачал головой и осуждающе поцокал языком.

– Ты же помнишь, что змеи ненавидят шерсть? Надо было сесть на плащ.

Я, закрыв полные слез глаза руками, рассмеялась.

– А ведь Дейли предупредил, что плащ пригодится. Он знал, что со мной произойдет? – спросила я, не надеясь услышать ответ.

– Тебя берегут, – я различила в голосе Дэпа усмешку.

– Это же ты? – я думала, что знаю ответ. Я убрала руки от лица, но обнаружила, что меня окутала непроглядная ночь.

– Нет, не я. Кто–то более сильный, – я едва разбирала слова графа. Он будто уходил от меня все дальше и дальше.

– Кто? – превозмогая боль, я поднялась. Раздвигая с усилием вязкую темноту, я тащилась сквозь нее за голосом.

– Тот, кто вложил тебе в руки нож, – это уже был шепот. Пугающий шепот.

– Но разве убийство можно назвать помощью? – возмутилась я.

– Можно, если…

Слова растворились в шуме воды.

Я зажмурилась от яркого света. Надо мной стоял Лось.

– Уф, едва не утонула в луже, – сказал он, убирая с моего лица мокрые волосы. Я закашлялась и меня вырвало водой.

Вернув нормальное дыхание, я поднесла к лицу руку, которую безжалостно кусала змея. Ни одной ранки, зато с рукава форменного сюртука ручьем стекала вода. Хоть выжимай.

Я села. Мои ноги все еще находились в горной речушке.

– Как можно утонуть, ведь она такая мелкая? – ошарашенно спросила я саму себя.

– Иногда и стакана воды хватает, – философски заметил принц Вестерии. – Идти можешь? До второй арки осталось два шага.

Я посмотрела в ту сторону, куда кивнул Эллард, и поразилась. Замыкающая ущелье арка нависала надо мной каменной громадой.

– Когда я успела пройти ущелье? – потрясенно спросила я.

– Наверное, проплыла, – усмехнулся Лось, протягивая мне руку.

– Я где–то забыла свой плащ, – сказала я, повертевшись на месте.

– Завтра принесут. За сутки в Ущелье соберется много вещей. Или трупов, если я, лучший спасатель, не успею вернуться к старту, – он сделал большие глаза, явно насмехаясь надо мной.

– Мой амулет сработал? – догадалась я.

– Он, – Лось показал второй такой же, висящий на его груди. – Все, хватит болтать, пошли. Я должен пасти следующего бедолагу.

– Мне так стыдно, – сказала я, понимая, что завалила испытание. – Вся академия будет смеяться, что я умудрилась утонуть в луже.

– Я никому не скажу, – заговорщицким голосом пообещал Лось. – Если, конечно, ты простишь меня за вчерашнее.

– Договор, – я с готовностью протянула руку. Такие вещи нужно скреплять магически. Зла на Лося у меня не было, и я порадовалась, что он оказался мужчиной, а не пьяной дрянью.

– Договор, – ответил рыжий Лось и крепко сжал мою ладонь. Наши руки прошила болезненная искра. – Давай амулет, его надо вернуть.

Я сняла с себя магический артефакт и сунула Элларду.

Пока дошли, мои сапоги какие только не издавали звуки. Я так и видела осуждающий взгляд коменданта. Мокрая и грязная замша выглядела убого.

«Надо же, не прошло и дня, как мне выдали все чистенькое и новое, а я все испортила».

За аркой стояли болеющие за новичков студенты. Они взорвались аплодисментами и криками – надо мной плыл призрачный Красный Дракон. Откуда–то с неба ревели фанфары. Я и не сомневалась, что я Элита.

Как только мы вышли, ко мне подбежал лекарь в пенсне. У него был с собой саквояж. Я помотала головой, мол, помощь не требуется. Не хватало еще попасть в руки мозгоправа. Он не стал спорить и удалился: из арки показался следующий измученный «герой» в сопровождении призрачного Черного Быка. На одного Разрушителя в мире стало больше.

Ко мне подошли близнецы. Поняв по моему трясущемуся виду, что было непросто, Брэдфорд снял с себя плащ и накинул мне на плечи.

– Ты почему мокрая? – спросил Альвин, услышав, как хлюпают мои сапоги.

– Оступилась, – призналась я.

Даже если бы в нашем мире существовал амулет правды и находился перед моим носом, он не обнаружил бы в моих словах ни капельки лжи. Я просто не договаривала.

– Может, все же позвать лекаря?

– Нет, я дрожу не от волнения, а от холода.

От гомонящей толпы, собравшейся вокруг преподавателя в коричневой мантии, отделился Хечган и присоединился к нам.

– Вы видели?! Кто–то на соседнем холме разжег костер и бил в барабан до тех пор, пока не вышла первая пятерка? – возбужденно сообщил нам Хеч. – Преподаватель магических заклинаний сказал, что звук похож на шаманский бубен.

– Шаман? Здесь? Откуда? – близнецы заозирались. Хеч показал, в какую сторону смотреть, но мы увидели лишь слабый след белого дыма.

– Туда послали охрану. Посмотрим, что скажут, – речь Хечгара прервал мой зубовный стук. Батуриец, наконец, заметил, как жалко я выгляжу, и поинтересовался: – Как прошло?

– Было весело, – без тени улыбки буркнула я. Я до сих пор переживала свою неудачу. – Мне показалось, что я умерла. И это было страшно.

– А ты разве не знала? – брови Хеча взлетели.

– Что я должна была знать? – я пытливо оглядела прячущих глаза близнецов. Лось умчал, как только передал опеку надо мной братьям.

– Ты не поняла, почему испытательный полигон называется «Ущельем Смерти»? – Хечган не мог поверить.

– И почему? – я уже догадывалась, но хотела услышать, права ли я.

– Каждый вошедший в него обязательно умирает. Мнимой смертью, – процедил через зубы Альвин. – Это известно всем.

– Но мне никто не сказал! Услышь я об этом, не повела бы себя, как дура.

– А что у тебя произошло? – простодушно поинтересовался Хеч.

– На меня напала змея. И я никак не могла оторвать ее от себя, пока не умерла от змеиного яда.

– О, мне тоже встретилась змея! – радостно сообщил батуриец. – Надо же, некоторые иллюзии повторяются. Только меня спасла белая птица. Она кружилась высоко в небе.

Я скривила лицо. Ведь я видела птицу, почему же она мне не помогла?

– Роль птицы взял на себя Эллард, – хохотнул старший близнец. – Это он привел Лори.

Я посмотрела на Альвина осуждающе. Мне точно было не до смеха. Дул ледяной ветер и задирал полы плаща. У меня зуб не попадал на зуб. Извинившись, я развернулась и потрусила в общежитие. На сегодня приключений хватит.

Только в комнате, когда я торопливо сдирала с себя мокрую одежду, до меня дошло, что я не знаю, как пользоваться даром. Спросить некого, да и вообще непонятно, как он проявляется. Может, достаточно щелкнуть пальцами, чтобы что–то сработало? Например, зажегся светоч? Экспериментировать я не стала. Побоялась сжечь общежитие.

Переодевшись, я нырнула под одеяло. Стоило согреться, как я погрузилась в сон. Разбудил меня горн, зовущий к ужину. Я достала из шкафа чистую одежду, которую привезла из дома. Хорошо, что мама подсказала, не брать с собой платья. Сейчас я выглядела бы в нем нежным пони в кругу грубых скакунов.

Уже на выходе вспомнила, что побросала мокрые вещи у кровати, где раздевалась. Подняв штаны, сюртук и рубашку, я поморщилась. Мало мокрые, так еще и грязные. Надо бы отнести их в прачечную, я видела такое здание на карте. На всякий случай еще раз глянув на чертежи академии, я засунула все, даже сапоги, в кофр. Пока не умею применять магию, придется пользоваться трудом прачек и сапожников.

Даже у нас во дворце магией пользовались только в срочных случаях, считая, что даром не стоит разбрасываться. Всю работу по обслуживанию дворца делали своими рученьками простые люди. Поэтому я не думала, что мне откажут, сказав, вот вода, вот мыло – колдуй!

Бросив на плечо чужой плащ, я побежала в прачечную. Надо успеть избавиться от сумки до ужина. Представляю, как на меня будут глазеть, если я притащусь в столовую с огромным баулом.

Прачечная встретила тишиной. Из крана капала ледяная вода. На передвижной вешалке позвякивали металлические плечики.

– Вот мыло, вот вода – колдуй, – повторила я вслух свои страхи. Уже развернулась к выходу, чтобы уйти, как заметила сидящего на перевернутом ведре графа Депоша. Он выглядел уставшим. Волосы лохматые, на лбу поблескивают капельки пота. Доведет его до припадков эта игра в одноногого пирата.

Когда он поднялся, я взвизгнула от радости и бросилась ему на шею. Вот, кто мне наколдует чистую одежду.

– Как прошли испытания? – спросил он, снимая мои руки со своей шеи.

Я намеренно жалостливо изложила все, что со мной произошло. Он слушал внимательно, уточнял.

– Хеч тоже погружался в темноту? – задал странный вопрос Дэп, когда я упомянула, что батуриец проходил ту же иллюзию со змеей.

– Я не спрашивала, – я нахмурилась. – А это важно?

– Я хотел понять, почему тебя не спасла птица. Если бы ты не пошла на мой голос и не упала в ручей, сердце могло бы не выдержать столько боли, – увидев, что он пугает меня своими словами, Дэп поправился. – Я так полагаю, но не факт, что так произошло бы.

– Ладно, я спрошу, – сказав это, я опять скорчила жалобное лицо. – Дэп, милый, ты не мог бы помочь мне с вещами? Я вся вывалялась в этом дурацком ущелье. Посмотри только на сапоги.

Я извлекла их из сумки и перевернула. Из них вылилась грязная лужица.

– Разве тебе не открыли дар? – он хмыкнул, когда я пожала плечами.

– Я так замерзла, что забыла спросить, что делать дальше.

– Ладно, так и быть. Поработаю прачкой, – ворчливо сказал он, забирая у меня сапоги. – Перестань улыбаться. Лучше повесь вещи на плечики, чтобы я долго не возился.

– А может, научишь меня? Ты же не всегда будешь поджидать меня в прачечной. Заодно и проверим, работает мой дар или нет.

– Хорошо, – граф отложил сапоги. – Встаешь перед вешалкой, протягиваешь к той вещи, которую хочешь высушить, например, к рубашке, руку. Мысленно представляешь, какой она будет чистой. Складываешь вот так пальцы и формируешь на ладони невидимый горячий пузырь. Произнеся: «Чисто–душисто!», бросаешь его в рубашку. Не забудь приложить силу в момент произношения заклинания. Поняла?

Я кивнула.

Дэп сделал все так легко и быстро, что рубашка, которая только что представляла собой грязную влажную тряпку, сделалась свежей.

Глава 10. За все надо платить

От чистой рубашки еще исходило тепло, когда я приложилась к ткани щекой, чтобы почувствовать запах, которым всегда пах граф Депош. Аромат был так давно знаком, что я успела к нему привыкнуть и полюбить.

«Вот, значит, как он ухаживает за своими вещами».

Мне открылось, что Дэп не сдает одежду в прачечную, а предпочитает все делать сам.

– Теперь ты, – он показал на сюртук.

Я в волнении вытерла вспотевшие ладони о штаны. Дэп закатил глаза. Только покинула дворец, а манеры уже не те.

Я кисло улыбнулась ему и вытянула руку вперед. Сосредоточилась, представляя конечный результат – чистый камзол. Сложила в щепоть пальцы и на самом деле почувствовала, как в центре ладони появилось нечто упругое и горячее. Это открытие окрылило меня. Выкрикнув: «Чисто–душисто!», я со всей магической силы швырнула пузырь в сюртук.

Раздался страшный грохот, и я, присев, закрыла голову руками. Когда пыль рассеялась, я увидела, что стены больше нет. Она разрушилась на мелкие частицы. От сюртука не осталось и ниточки. Зато железная передвижная вешалка оплавилась до черноты, а рубашка и штаны весело догорали.

Дэп тяжело вздохнул, когда с крыши водопадом посыпалась черепица.

– Хорошая новость, – спокойно произнес он, – в тебе все–таки разбудили магию. Плохая – мне срочно нужно уходить, иначе мое присутствие заметят.

– А как же?.. – растерянно спросила я.

– Сама–сама. Все сама. Пока.

Он помахал мне ручкой и скрылся в недрах прачечной. А я осталась ждать карательную бригаду. Со стороны общежития и столовой ко мне со всех ног бежали.

– Прелестно, – сказал ректор, когда меня привели в его кабинет и рассказали, что прачечную нужно сносить. Повреждена несущая стена и кровля вот–вот обрушится.

Рядом со мной поставили сапоги, которые представляли печальное зрелище. Мало того, что они были мокрые и грязные, так еще замшу припорошила белая пыль.

– Я нечаянно. Не соразмерила силу, – я не смотрела ректору в глаза.

– Еще вчера вы, леди, были так смелы, что я сдался под вашим напором. Почему же сегодня вы отводите взгляд? – он встал и подошел ближе. Обошел меня по кругу.

– Шантажировать всегда легче, чем оправдываться, – вздохнув, призналась я.

– Жаль, что я заключил с вами договор на полгода. Надо было на месяц.

– Тогда я не попала бы на ваш осенний бал. А мне очень хотелось. Мама дала с собой красивое платье, – я все же посмотрела ректору в глаза. Он улыбался. Мое настроение резко взлетело вверх. Меня не убьют прямо сейчас!