Дракон, я выбираю развод!

Юлия Лушина

Дракон, я выбираю развод!

Пролог

– Награда всегда найдет своего героя, – сказал коллега Да́рия и похлопал его по плечу.

Серой тенью, я стояла рядом и думала, интересно, а наказание? Наказание найдет того, кто его достоин?

Награду мужу вручали со всей помпезностью, на которую был способен дворец. Торжественная церемония, украшения из живых цветов, красные ковровые дорожки и первые лица империи. Среди всего этого торжества я выглядела досадным недоразумением. Этакой ворсинкой на черном мундире Дария. И он сам, казалось, не хотел лишний раз прикасаться ко мне, смотреть на меня.

Этот кошмар длился уже несколько месяцев, и я знала причину. Она носила красивое и беззаботное имя Изабелла. Первая любовь Дария, с которой его разлучили много лет назад.

Когда мы поженились, я прекрасно понимала, что брак договорной и в нем нет места любви, но Дарий обещал взаимное уважение, обещал, что в нашей жизни не будет интрижек на стороне. Тогда он еще не знал: пройдет время, и Изабелла вернется.

Я залпом осушила бокал и поставила его на поднос услужливо появившегося официанта.

Со всех сторон я ловила на себе пренебрежительные взгляды. Впрочем, были среди них и те, кто жалел бедняжку, муж которой увлекся другой. История не нова, но все так же остра и интересна. В конце концов, что может быть увлекательнее разворачивающейся на глазах у высшего света драмы. Скандала между мужем и женой.

Я бросила пытливый взгляд на Дария и в сотый раз подумала о том, как должно быть он жалеет, что женился на мне, а не подождал еще несколько лет. Но клятвы произнесены, и мы связаны, пока смерть не разлучит нас. А Изабелла… Что ж, во всей этой ситуации я находила утешение в том, как страдает Дарий от любви к женщине, которой не может ничего дать. Но его боль не шла ни в какое сравнение с моей. Каждый день она рвала меня на части, топтала мою гордость и напоминала, что я недостойна любви. Треклятье, я оказалась недостойна даже элементарного уважения! Мой муж не первый, кто увлекся другой женщиной. Скандалы вспыхивали то тут то там, тайное становилось явным, но Дарий… Дарий даже не скрывал своих чувств. Куда бы мы ни пошли, его взгляд преследовал Изабеллу. Он стал ею одержим и все пошло ко дну. Наш брак превратился в клетку, из которой каждый хотел сбежать, но не знал как.

– Господин и госпожа Дэвлок, Его Величество хочет вас видеть, – из ниоткуда возник один из личных слуг императора.

Неприятный холодок пробежал по спине. В том, что на аудиенцию пригласили Дария не было ничего удивительного, но почему император хотел видеть меня оставалось загадкой. Возможно, сплетни высшего света дошли и до него?

Идя по длинным коридорам, я чувствовала, как внутри все немеет от страха. В груди теплилась надежда, что может быть императору Леодару удастся вразумить Дария. Муж шел рядом и выглядел, как всегда невозмутимым. Ни единый мускул не дрогнул на его лице, когда слуга назвал и мое имя. Неужели он все предвидел или и вовсе знал, зачем император позвал нас?

Права была бабушка, когда говорила, что красивый муж горе для женщины. У моего супруга был прямой нос, волевой подбородок, высокие скулы. Пепельные волосы оттеняли светло-карие глаза и делали его проницательный взгляд еще более пытливым, заглядывающим в душу. Высокий под два метра рост отлично сочетался с развитой мускулатурой. Дарий всегда много тренировался и даже когда стал советником императора не забросил боевое искусство. Многие маги пренебрегали физическими нагрузками, думая, что дар все сделает за них. Но не Дарий.

Все считали его безупречным мужчиной, и никто не упускал возможности напомнить, как же сильно мне «повезло». Когда появилась Изабелла, высший свет оправдал его недостойное поведение. Все простили ему слабость. Она даже сделала его более человечным, и глупые девицы империи томно вздыхали над любовным треугольником в семье Дэвлоков и жалели бедняжку дракона, который вынужден жить с нелюбимой. С женой, что не смогла подарить наследника, да еще и оказалась бездарной магессой, со спящим даром.

Все эти мысли вонзали в и без того израненное сердце тысячи иголок. Я судорожно вздохнула, чтобы взять себя в руки. Дарий… Смотря на такие знакомые, но при этом чужие черты лица, я думала о том, что же нас ждет. Через год, два, десять лет. То, что сейчас причиняет мне нестерпимую боль, превратится в жгучую ненависть? Знал ли он насколько я близка к этому чувству?

Перед нами раскрылись огромные двери. Мы прошли в просторный кабинет из красного дерева. Старинный ковер, видевший не одно поколение правящей семьи, заглушал наши шаги. Потемневшие картины, статуэтки, резьба по дереву и лепнина, все здесь говорило о богатстве и величии. Впервые я находилась в кабинете его величества и кожей чувствовала, что разговор будет сложным.

Император Леодар стоял у окна. Сцепив руки за спиной, он выглядел задумчивым и чем-то расстроенным. Я с грустью осознала: он в курсе последних сплетен. Да и как мог император не знать о том, что творится в семьях его приближенных.

– Господин и госпожа Дэвлок, – представил нас слуга.

Я присела в глубоком реверансе. Дарий поклонился.

Император махнул рукой, отпуская слугу. В кабинете повисло молчание. Его величество изучал нас с Дарием. Я впервые видела императора так близко. Он выглядел чуть старше, чем на портретах. В этом году ему исполнялось тридцать восемь. Высокий, статный, в торжественном красном мундире. Светлые волосы зачесаны назад, в уголках карих глаз залегли морщинки. Он был старше Дария всего на пять лет, но забота об империи отразилась на его лице.

– Я рассмотрел твое прошение, Дарий, – начал император.

Я растерянно перевела взгляд с него на Дария. Нехорошее предчувствие удавкой затянулось на шее, сдавило горло.

– Простите, Ваше Величество, я не понимаю, о чем идет речь, – срывающимся от волнения голосом произнесла я.

Да, мне следовало промолчать и позволить мужчинам продолжить разговор, но волнение и напряжение последних дней заставили меня забыть о хороших манерах.

– Так ты не сказал своей супруге? – император нахмурился.

– Не было возможности, Ваше Величество, – ответил Дарий.

Он по-прежнему не смотрел на меня.

– Что ж, тогда я просвещу госпожу Дэвлок за тебя. Ваш муж попросил расторгнуть брак.

Его слова прозвучали, как гром среди ясного неба. Никогда… никогда я не допускала даже мысли, что Дарий опустится до подобной низости. В глазах потемнело, стук в ушах нарастал, и я пошатнулась. Дарий попытался меня подхватить, но я оттолкнула его и облокотилась на ближайший столик. Ваза с цветами полетела на пол и разбилась на сотни осколков. Меня уже не волновало, что сам император стал свидетелем отвратительной сцены. Внутри словно разливалось чернильное пятно, которое стирало все грани, черты и запреты.

– Ты же обещал, Дарий! – крикнула я и не узнала собственный голос.

Он прозвучал надрывно, болезненно. Муж дернулся словно от удара.

– Ты обещал, что позаботишься обо мне! Что вместо любви, дашь мне уважение и честное имя. А теперь хочешь все это забрать? Чего тогда стоит твое слово?!

– Эвелина, прекрати! – отрывисто бросил он. – Давай не будем об обещаниях, которые мы оба не сдержали.

Он не произнес вслух, но намек на отсутствие наследников я уловила. Мои губы задрожали. Я прикрыла рот рукой и отвернулась. Неслыханная дерзость встать к императору спиной. Моя честь и без того была растоптана. Какая разница стою я к его величеству лицом или нет. Скорее всего это наша последняя встреча.

– Дарий, – предостерегающе сказал император Леодар. – Ты ведешь себя недостойно.

– Мы несчастны, Ваше Величество. Вы и сами видите. Этот брак напоминает пытку. Во имя всех моих заслуг перед империей, я прошу, признайте его недействительным. У нас нет наследников. Я обеспечу всем необходимым Эвелину. Выделю содержание, и она ни в чем не будет нуждаться. Но мне… мне нужна свобода.

Император Ледорад молчал. Он явно сомневался. На чаше весов оказались его понятия о чести и интересы империи.

Дарий был одним из последних драконов. Отголоски крови могущественных существ давали сильный, нечеловеческий дар, да еще необычные глаза с вертикальным зрачком. Множество поколений Дэвлоки защищали империю и правящую семью. В интересах страны, чтобы их род продлился, а не канул в небытие, как случилось с множеством других семей. Если Дарий останется со мной, то высока вероятность, что именно так и произойдет. Единственное, что сейчас останавливало императора, это личные принципы и возможные последствия. Крайне редко правящая семья признавала брак недействительным, но это не отменяло огромное количество желающих навсегда покончить с брачными узами. Увы, не только мы с Дарием были несчастны в браке.

– А честь, Дарий, ты мне как вернешь? – с ненавистью спросила я.

Он молчал. Для него свобода значила новую жизнь с Изабеллой, а для меня одиночество и забвение. Если император расторгнет наш брак, то я лишусь не только мужа. Все от меня отвернутся, я стану прокаженной в глазах высшего света.

– Госпожа Дэвлок, – устало начал император. Он потер переносицу и посмотрел мне прямо в глаза. Я прочитала на его лице сочувствие и решимость. – Я не хочу продлевать это унижение. Не будь на кону интересы империи, мое решение было бы другим.

– Нет! – воскликнула я, делая шаг назад.

Пальцы сами собой сжали брачный браслет. Каким бы ни был ужасным брак, он не шел ни в какой сравнение с позором, на который обрекали меня Дарий и император.

– Властью данной мне богами, я признаю ваш брак недействительным, – произнес Леодар.

Жгучая боль опалила мое запястье, плетение порвалось, и золотой браслет упал к моим ногам. Магия брачных уз исчезла.

– Мне очень жаль. Но так нужно, – сказал император.

Казалось, он пытается оправдать свой бесчестный поступок. Я мотнула головой. Нет, не в императоре дело. И не в Изабелле. Причина всех моих бед стояла рядом и торжествовала.

Дарий получил все, что хотел. Через месяц-другой они с Изабеллой поженятся, заведут детей и будут жить долго и счастливо. А я… Я буду прозябать в каком-нибудь особняке на окраине города. Всеми покинутая и забытая. Брачную печать сменит печать позора. Я буду женой, которую отвергли, которая не смогла родить наследника, которая не оправдала ожиданий.

Во рту чувствовался металлический привкус. Из моей груди вырвался то ли всхлип, то ли стон. Слезы все же прочертили дорожки по щекам. Боги, я не должна плакать. Только не перед ними. Только не здесь. Этот унижение мне не пережить.

– Эвелина…

– Госпожа Дэвлок…

Голоса Дария и императора прозвучали глухо, едва слышно. Все заглушал стук в ушах. Я схватилась за голову и упала на колени. Дарий бросился ко мне, но взмаха моей руки хватило, чтобы впечатать его в стену. А ведь я даже не прикоснулась к нему. Магия? Как такое возможно? Со мной творилось что-то невероятное. В животе разрастался пожар. Огонь поднимался из самых недр моего существа и быстро поглощал мое тело. Мне стало жарко, нестерпимо жарко. Я посмотрела на свои руки. Белые атласные перчатки почернели. Их окутали языки пламени. Не верилось, что магия, которая столько лет спала, проснулась, чтобы уничтожить меня. Истеричный смех разорвал тишину. Мимо проносились тени. Появилась личная охрана императора. Вокруг сгустились потоки чужой магии, но они ничего не могли сделать. Ни спасти, не запечатать дар. Я отчетливо осознала, что спасать-то уже и нечего. Эвелина Дэвлок-Инвар считай умерла. Шли последние секунды моей жизни.

В душе словно лопнула натянутая тетива. Я нашла взглядом Дария, он был одним из тех, кто пытался потушить пламя. Волосы растрепались, мундир местами опалил огонь, а карие глаза глаза светились точно раскаленный металл.

– Эвелина, сопротивляйся, – крикнул он, поглощая мою магию, но все еще не в силах ее обуздать.

Можно подумать, ему не все равно, умру я или нет.

– Ну же, ты не можешь вот так просто сдаться! Ты еще будешь счастлива, начнешь все сначала…

– Какой же ты дурак, Дарий, – устало произнесла я.

Мне не хотелось ничего начинать. Я хотела тишины, и по мере того, как магический огонь выжигал все внутри, я обретала покой. Боль отступила. Чувства ушли. Разум прояснился, и вдруг я отчетливо осознала: Дарий с Изабеллой никогда не будут счастливы. Нельзя построить счастье на пепелище, что осталось от моего сердца.

Глаза сами собой закрылись. Тьма окутала меня, словно теплое одеяло, утешила и спасла. Все потеряло значение и кануло в небытие.

Глава 1

– Госпожа, госпожа…

Кто-то тряс меня за плечи, а я не хотела возвращаться из уютных объятий небытия. Только не в реальность. Боги, все же закончилось! Что им еще от меня нужно?

Распахнув глаза, я с трудом сконцентрировала взгляд на знакомом цветочном узоре балдахина. Спальня. Моя спальня.

Сердце бешено заколотилось. Почему я дома?!

– Госпожа, – прошептала служанка.

Я резко села. В нос ударил резкий запах дыма. Вся кровать, одеяло и подушки были в подпалинах.

Веснушчатое лицо девушки побледнело, она прижала ладони к щекам и бросилась к двери.

– Стой, – прохрипела я и закашлялась.

– Я вызову целителя, – пообещала она и потянулась к ручке.

В голове было одно желание: остановить ее. Магия тут же откликнулась. Между служанкой и дверью поднялась огненная стена. Девушка испуганно отпрянула назад и упала на мою кровать. В ее глазах плескался ужас, губы раскрылись, но я накрыла их ладонью и заглушила вопль.

– Молчи. Дай мне подумать, – прохрипела я.

Для начала нужно разобраться в том, что происходит. Без посторонних. Мысли в голове путались и никак не собирались в единую картину. Я ничего не помнила после отвратительных событий во дворце. Если Дарию удалось меня спасти, то какой бездны, он притащил меня сюда. В наш… Нет, его дом.

– Будешь вести себя тихо?

Лиз, кажется так ее звали, неуверенно кивнула, и я убрала ладонь. Служанка тут же сползла с кровати. Поджав к себе колени, она забилась в угол. Не знаю, что ее так напугало, но с этим я разберусь позже. Я осмотрела свои ладони. Никаких ожогов или шрамов. Сколько же прошло времени? Недели, месяцы?

Я опустила ноги на пушистый ковер и осмотрелась. Комната была такой же, как и всегда. Нежные цветочные обои. Кушетка с множеством бесполезных подушек, туалетный столик, глубокое кресло, в котором я частенько проводила вечера за чтением. Но при этом в комнате было что-то чужеродное. Я подошла к высокому столику со стопкой книг. Все были давно прочитаны. Помнится, я покупала другие, где же они? Хотела спросить у Лиз, но… потеряла дар речи. Вид из окна изменился. Распахнув створки, я оглядела сад. Снова цвела сирень и вишня. Ветер срывал нежно-белые лепестки. Словно хлопья снега они кружились в воздухе и оседали на мощеных дорожках.

В розах копался садовник. Помощница кухарки несла корзину с продуктами и напевала под нос глупую детскую песенку. Все выглядело таким… обыденным. Таким нереальным.

Пропала угнетающая атмосфера, что поселилась в нашем доме с появлением Изабеллы. Слуги всегда все узнают первыми. Я читала это в их напряженных позах, шепоте, что постоянно слышался в самых потаенных уголках поместья. И вот все изменилось. На дворе снова весна, тогда как последние события в моей памяти происходили летом. Но это невозможно! Не могло же мне все присниться.

– Какой сегодня день? – требовательно спросила у Лиз.

Та все еще испуганно таращилась на меня из угла.

– Так четверг, госпожа.

– Точная дата, – теряя терпение пояснила я.

– Пятое мая, – ответила она и с заминкой добавила, – Пятнадцатый год правления императора Леодара.

Я вцепилась в створку окна. Боги, неужели я вернулась в прошлое?

– Где Дарий?

Спросила и сама почувствовала горький привкус во рту. Кажется, даже моему языку было неприятно произносить это имя вслух.

– Ждет внизу. Завтрак. Госпожа, позвольте мне вызвать целителя. Вам явно нездоровится. И ваш дар проснулся, нужно сообщить…

– Нет! – отрезала я и с грохотом захлопнула створки окна.

Быстро сократив расстояние, я присела напротив Лиз. Девушка испуганно вжалась в стену. Что ж, ей было чего бояться. В таком состоянии я способна на все, что угодно.

– Никто, слышишь, – я коснулась ее подбородка и заставила посмотреть мне в глаза, – никто не должен знать, что мой дар проснулся. Тем более мой муж.

– Но, госпожа, он ведь будет только рад…

Я сильнее сжала ее подбородок и она сдавленно пискнула.

– Мне плевать, будет рад Дарий или нет. Ты должна держать рот на замке, иначе клянусь всеми богами, я сделаю все, чтобы ты не нашла работу ни в одном приличном доме во всей империи. Поняла?

Серые глаза служанки наполнились слезами. Я, видимо, до смерти напугала глупышку, но на кону было мое будущее. Не хватало лишиться второго шанса из-за ее длинного языка. Старая Эвелина Дэвлок никогда бы так не поступила. Она была мягкой, доброй, понимающей, но та Эвелина сгорела в собственном огне.

– Поняла? – снова требовательно спросила я.

– Да, госпожа. – сдавленно ответила она.

– Отлично, теперь иди вниз и сообщи Дарию, что мне нездоровится, и я не спущусь к завтраку. Дальше можешь быть свободна. И предупреди слуг, чтобы не беспокоили меня.

Едва я сняла огненный полог с двери, как Лиз пулей вылетела из спальни. Смотря ей вслед, я гадала, сработает ли моя угроза. Все еще оставался шанс, что она растреплет все Дарию или дворецкому, но выбора у меня не было. Не могла же я вечно держать ее в своей комнате и запугивать.

Вздохнув, я упала на кровать и широко раскинула руки. Не знаю как, зачем… но все вернулось на несколько месяцев назад. Наверное, боги получили особое удовольствие, наблюдая за падением Эвелины Дэвлок, и решили повторить последний акт на бис. Или мне дали возможность все переиграть. Влюбить в себя мужа, утереть нос Изабелле и доказать всему высшему свету Вертии, что я достойна носить фамилию Дэвлок.

Из груди вырвался нервный смешок. От одной мысли о Дарии меня начинало мутить. Пропади он пропадом вместе со своей возлюбленной. Туда же пусть отправляется высший свет и император. Я закрыла глаза и впервые… впервые за много лет задала себе один простой вопрос:

– А чего хочешь ты, Эвелина?

Эвелина хотела покоя. Хотела сохранить свою гордость и жить вдали от сплетен. И плевать, что эти желания противоречат тому, что хочет от меня мать, Дарий или кто-то еще.

– С меня хватит, – прошептала я.

Шорох заставил меня вздрогнуть. Спальня Дария располагалась за стеной, и, судя по звукам, он вернулся к себе. Вскочив с кровати, я бросилась к нише за туалетным столиком и отодвинула штору. Там была спрятана дверь, соединяющая покои супругов. Страх ледяной коркой сковал сердце. Трясущимися руками, я задвинула щеколду. В этот момент ручка повернулась.

– Эвелина, все в порядке? – донесся голос с той стороны.

Он звучал взволнованно. Дарий беспокоился. Как мило. Страх сменился злостью. Вспомнилось, в какой кошмар он превратил мою жизнь. Боги, вся его забота не стоит и гроша. Я сделала шаг назад, пытаясь взять эмоции под контроль. Нельзя выдавать себя. Пусть продолжает думать, что я все та же глупышка Лина.

– Эвелина, почему ты закрылась?

У меня вырвался нервный смешок. Столько месяцев эта дверь оставалась открытой и ни разу, бездна, ни разу он не постучался и не пришел узнать, как я. И вот, эта дверь закрыта, а Дарий тут как тут. У судьбы и вправду интересное чувство юмора!

– Все хорошо. Приступ мигрени, – нашлась я.

– Позвать целителя?

– Нет. Это легкое недомогание. Не стоит волноваться.

– Тогда впусти меня, – продолжал настаивать Дарий.

Боги, да что с ним не так?!

– Просто оставь меня в покое! – крикнула я, потеряв терпение и с шумом задвинула штору.

Металлические кольца звякнули по перекладине и прежде, чем поняла, что делаю, я забралась в кровать и укуталась в одеяло. Не хочу его видеть! Только не сейчас.

Ему ничего не стоило применить магию, выломать дверь в конце концов. В отчаянии, я молила богов дать мне еще немного времени и заставить Дария уйти. Небольшая отсрочка, вот все, что мне нужно, чтобы собраться с мыслями и решить, как действовать дальше.

Медленно тянулись секунды. Я напряженно ждала и, когда услышала шаги в коридоре, поняла: Дарий ушел. Вздох облегчения не заставил себя долго ждать. Я расплакалась. Решимость отступила, и на ее место пришли сомнения. Правильно ли вообще я истолковала происходящее?

Я могла допустить, что события в кабинете императора мне просто приснились, но ведь до них были еще долгие месяцы лета. Их я тоже помнила. Кому снятся такие длительные и детальные сны? Все было слишком реальным. Единственное, тогда Дарий ведь ко мне не заходил. Значит, что-то все же изменилось. Ответ был на поверхности. Изменилась я. Прошлая Эвелина не пропустила завтрак с мужем.

Надежда, что все возможно изменить, утешила. Вытерев слезы, я подошла к туалетному столику и отметила, что даже моя внешность изменилась. Вернулся здоровый румянец, покрасневшие от слез глаза казались особенно зелеными, светлые волосы пышной волной ниспадали до самой талии. Я стянула испачканную в пепле ночнушку и поняла, что даже изгибы тела, грудь, бедра – все стало таким, как было прежде. Округлым, женственным и юным.

Месяцы терзаний и постоянного эмоционального напряжения никого не красят. В последний раз, когда я смотрелась в зеркало, то видела болезненно худую, осунувшуюся женщину с темными кругами под глазами, впалыми щеками. А волосы… То чем, я всегда гордилась, поблекло и утратило густоту. Мне пришлось их отстричь и заменить шиньонами.

Я провела пальцами по упругим шелковистым локонам, и поняла, что ни один мужчина не стоит тех страданий, через которые мне пришлось пройти.

Дернув за шнурок, я вызвала служанку.

– Да, моя госпожа? – появилась Лиз.

Она явно успела прийти в себя, но все еще выглядела настороженной.

– Дарий уехал?

– Несколько минут назад.

– Ты сделала все, что я просила?

Я пристально следила за выражением лица служанки.

– Да, господин Дарий спрашивал, но я не сказала. Про магию, – она вцепилась в белоснежный фартук так, что мне показалось, еще чуть-чуть и накрахмаленная ткань порвется.

– Хорошо, – сказала я и достала из ящика бархатный мешочек. – Держи.

Звякнули монеты. Лиз ловко поймала кошелек.

– А теперь поменяй постельное белье, – я кивнула на кровать.

Нельзя оставлять следов. Подпалины в форме человеческого тела слишком явно говорили о проснувшейся магии. Если это заметит кто-то из слуг, то сразу же доложит дворецкому, а тот Дарию.

Лиз умчалась за новым комплектом, а я смотрела на наволочки, одеяло и простынь, думая, куда же все это деть. Можно приказать служанке его выбросить, но есть шанс, что ее кто-то поймает или найдет белье. Нет, об этом нужно позаботиться самой.

Вернулась Лиз. Она расторопно прибрала кровать, а затем подхватила ворох испорченной ткани.

– Стой, – остановила я, когда служанка уже собиралась с ним уйти. – Поднеси его к камину.

Лиз замерла. Что я собираюсь сделать, она поняла сразу, и по глазам я видела, как не хочется ей выполнять указание.

– Госпожа, я могу его незаметно выкинуть. Никто ничего не узнает.

– У тебя на лице написано, что выбрасывать ты его точно не будешь. Зачем оно тебе? – резко спросила я. – Хочешь отнести Дарию?

– Что? Нет! – она густо покраснела, на глазах появились слезы. – Простите, просто… Это дорогая ткань. Да, где-то испорчена, но ее еще можно перекроить и сшить детские рубашки, белье. Я не отнесла бы их господину Дарию. Клянусь.

Последние слова прозвучали совсем тихо.

– И для кого бы ты сшила из этого одежду? – растерянно спросила я.

– У меня семь младших братьев и сестер. Им бы пригодилось, – Лиз слабо, сквозь слезы улыбнулась.

Я почувствовала себя последней злодейкой.

– Кем работают твои родители? – спрашивала коротко, отрывисто, так как у самой ком застрял в горле.

– Папа был плотником, а мама портнихой. Но сейчас мы живем с бабушкой и дедушкой. Они заботятся о моих братьях и сестрах, а я вот. Работаю.

Говорила Лиз просто, не вдаваясь в подробности. Она могла бы сейчас вывалить на меня все свои проблемы и начать выпрашивать больше денег, но у девушки явно имелась гордость.

– Что стало с твоими родителями?

– Умерли.

Я вздохнула. И что мне с ней делать? Все слова клещами приходится вытаскивать. Впрочем, мне своих проблем хватает. Основной расклад я уже поняла.

Лиз шмыгнула носом и отнесла ворох белья к камину, а затем отвернулась в сторону. Поняла, что ничего из ее просьбы не выйдет.