Исповедь кишечника. Научные откровения гастроэнтеролога и эндокринолога о микробиоме, пищевых грехах и о том, как с ними жить
Исповедь кишечника. Научные откровения гастроэнтеролога и эндокринолога о микробиоме, пищевых грехах и о том, как с ними жить

Полная версия

Исповедь кишечника. Научные откровения гастроэнтеролога и эндокринолога о микробиоме, пищевых грехах и о том, как с ними жить

Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

Александр Приказчиков, Софья Приказчикова

Исповедь кишечника. Научные откровения гастроэнтеролога и эндокринолога о микробиоме, пищевых грехах и о том, как с ними жить

Книга – не замена визита к врачу.

Но визит к врачу – отличный повод прочесть книгу.

© Приказчиков А.М., Приказчикова С.С., текст, 2025

© Давлетбаева В.В., иллюстрации, 2026

© ООО «Издательство «Эксмо», 2026

* * *

Кишечник не зря лишен голоса.

Что бы он рассказал? Про неуместный пончик, съеденный на работе? Про то, что гастрит не болит, а загиб желчного – это не болезнь? Или про постыдный пук посреди совещания? А может, про леденящие душу поисковые запросы: «трусы для гидроколонотерапии», «детокс-чай», «клизма для очищения»?

Если бы только кишечник мог говорить…

Священник – посредник между Богом и людьми. Гастроэнтеролог – между людьми и кишечниками.

Так в чем исповедалась бы твоя кишка?

От накопленья ветров возникают четыре недуга: колики, спазмы, водянка, а также головокруженье.

Философ и врач Арнольд из Виллановы, Солернский кодекс здоровья, XIV век

Арнольд, вы чертовски правы. Добавлю лишь одно: от накопленья ветров (они же газы) еще и на душе тревожно.

Философ и врач-гастроэнтеролог Александр из Москвы, 2025 год

Более всего при накоплении ветров неприглядна доля жены. Особенно в однушке.

Супруга Александра, врач-эндокринолог Софья из Москвы, 2025 год
* * *

Все началось с латте.

Картонный стаканчик. Аромат корицы в воздухе. Пролитый кофе.

Обжигающая пенка на губах. Его смех. Совместные пробежки по выходным. Манговый смузи на двоих. Кино. Фисташки. Молочный коктейль.

В пятницу вырвалась из цейтнота. Офис осиротел в 17:55. Заперлась в рабочем туалете.

18:05. Косметичка, сменное белье. Настрой серьезный. Щелчки крохотных крышечек, на которые уходит ползарплаты. Духи не по средствам. Все, чтобы выглядеть так, будто и не работала.

Он ждет. Латте согревает пальцы.

В ресторане брускетты с авокадо. Саксофонист. Вино. Танцы. Много танцев. Смех.

У него дома винил. Еще вино. Виноград на губах. Стрелка часов шагнула в следующий день. Молния расстегнута. Платье осталось дослушивать Фрэнка Синатру. Кожу ласкает шелест сатина. И тут грянуло.

Предательский «пф-ф-ф». «Пф-ф-ф», разделивший жизнь на до и после.

Бежать? Плакать? Делать вид, что ничего не было? Сердце в ужасе замерло. Сознание парализовано.

Стенка кишки растянулась от переизбытка жидкости и газов. Пошла перистальтика. Кишечник отчаянно старается удержать лишнюю воду. Старается. Изо всех сил. Сокращается. Но не может. Пахучие трели бесстыдно вырываются наружу. Она, стряхнув оцепенение, в панике бежит из его объятий и сатинового плена. Замок в ванной щелкнул в тишине. Слезы стыда и каша на фаянсе. А Фрэнк томно допевает про свой треклятый Нью-Йорк.

Через день она придет на прием. Сядет в кожаное кресло, но не откинется на спинку. Стыдливо потупит взгляд и прошепчет полу:

– Доктор, я какая-то неправильная, наверное. У меня жуткие газы. Зловонные. И сильные. И диарея во время… Ну, понимаете. Там.

– Где «там»? – спросит белый халат.

– Ну там… В постели.

Доктор даст советы по лечению метеоризма. Она с надеждой побежит в аптеку. Он снова купит латте. И приготовит смузи.

А они, если бы могли говорить, сказали: «Да хватит уже подсовывать ей ПП-продукты! Авокадо вздувает! Ей нужно безлактозное молоко! И купи уже трусы, которые не впиваются в пузо! Мы и без того на пределе!»

Они – это кишки. Они терпят вздутие. Они молчат про запоры. Они не осуждают. Они просто принимают – без страха и упрека.

Глава 1. Мифы в гастроэнтерологии и медицине

– Гастре, я согрешила.

– Покайся, дитя мое.

– Каюсь, я поступила бесчестно. Поставила репутацию хозяйки под удар.

– Раскаянье – путь к искуплению.

– Проблема в том, что я не раскаиваюсь. Это ей должно быть стыдно! Сдавать ХМС по Осипову по кредитке! А у самой трусы отпраздновали 10-летний юбилей. Вчера и вовсе искала клинику, где делают гидроколонотерапию. Детокс-чаи еще куда ни шло, но это… Боюсь, я не выдержу. Я предупреждала ее тогда, в постели с Ним. С Мужчиной Ее Мечты. Позорный пук. Понимаю, было неуместно, но я не вижу иного способа заставить ее прислушаться ко мне! Я всего лишь кишка в теле Алисы. Вздутая кишка. Я на взводе.

Боюсь, придется действовать агрессивнее. Буду газовать, пока она не услышит.

Заранее предупреждаю, Гастре, – я согрешу снова.

Вода

Умные часы напоминали Алисе пить по утрам.

«Теплая вода помогает желчеоттоку и запускает метаболизм» – с этой мантрой она плелась на кухню и нащупывала кружку.

Вода. Сельдереевый смузи на завтрак. Авокадо-тост. Результаты ХМС по Осипову еще не пришли. Ну ничего. Скоро она узнает, почему так вздувает. Придется проработать свой микробиом, переосмыслить его. Ничего-ничего. Закажем БАДов. Подлечимся.

КАКУЮ ВОДУ ПИТЬ НАТОЩАК: ГОРЯЧУЮ, ХОЛОДНУЮ ИЛИ ТЕПЛУЮ?

Любую.

Всякую.

Никакую.

Каждый из этих ответов будет верным. Организму все равно, какой температуры жидкость в него заливают.

Вот так. Стараешься тут, охлаждаешь или согреваешь, а он плевать хотел на твои танцы с бубном. Еще в ротовой полости слюна начинает подогревать или охлаждать напиток в зависимости от ситуации. Бережет слизистые от термического шока – мало ли что этот чудак собрался в себя вливать!

Да и желудок регулирует температуру поступающей жидкости под себя. Пищевод толком даже не успевает поучаствовать в теплопередаче: напитки пролетают сквозь него примерно за 2 секунды. А вот желудок любит контроль. Если вода холодная – его сосуды расширяются, чтобы согреть жидкость. В ответ на горячую, наоборот, сужаются, чтобы ограничить теплопередачу.



С охлаждением жидкости желудок справится минут за 5–7, для подогрева же времени требуется чуть больше – до 10–15 минут. Конечно, всему есть предел. Водичка ниже 0°C или выше 60°C рискует обжечь слизистую. В странах Азии из-за культурных особенностей потребления в пищу горячего, слизистая стала толще и адаптировалась к высоким температурам, а у народов Крайнего Севера, напротив, – к холодному. Для простой русской Алисы оптимальна температура жидкости – 25–45°C.

Переваривание тоже не зависит от температуры воды. Метаболизм нельзя «разогнать» водой. Работа ЖКТ не запускается жидкостью. Воду с утра пить можно и нужно. Если нравится. Любую: холодную, теплую, горячую. Поможет ли это запустить организм в космос? Нет. Пора отстать от себя. Пить при жажде. И даже во время еды. Если хочется.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента
Купить и скачать всю книгу