Ангел-Хранитель. A Guardian Angel. Премия им. Оскара Уайльда. Билингва: Ru-Eng

Алиса выбирает платье с ирисами, чтоб надежда на появление Мужчины в Белом умирала последней.

Гламурный, просканировав мысли Алисы, временно прощается:

– Молодец, хорошая девочка! Не опаздывай!

***

день, Москва,

гламурный ресторан

Алиса выходит из метро за двадцать минут до встречи – ресторан находится «далеко-далеко пешком вдаль». От жары вот-вот расплавится асфальт, но обе стороны длиннющей улицы залиты Солнцем – спасительную тень, видимо, кто-то украл, как, впрочем, и свежий воздух.

Наконец-то Алиса добирается до нужного «дома с рестораном», обходит его со всех сторон, но ресторана не обнаруживает. Так и не нашедшая тень и с трудом переносящая жару, она злобно топает ногой, пронзая каблуком плавящийся асфальт, набирает номер того, кто назначил ей встречу, и глубоким спокойным голосом, непроизвольно изгибая одну из бровей домиком, вопросительно произносит:

– Дорогой?..

Пока тот пытается объяснить, в какую именно закрытую дверь без опознавательных знаков необходимо стукнуть определённое количество раз, чтобы пришедшего покушать приняли за своего и пропустили внутрь, перед Алисой появляется Гламурный. Он старается рассмотреть поблизости Белого и недовольно бурчит:

– Братан, ну где ж тебя носит? Как сквозь землю провалился!.. Алиса, в какие такие края ты отправила своего Хранителя?

Алиса продолжает слушать речь в трубке. Гламурный берёт её за астральную руку и изо всех сил тащит к нужной двери.

– Ну вот же она, почти прямо перед тобой!

Алиса повинуется и делает шаг к двери, у которой нет ни звонка, ни кнопочки, ни вывески – вообще ничего. К тому же та закрыта изнутри, а в стеклянную вставку видно, что за ней находится ещё одна… дверь!

– Да она это, она! Мой на полчаса задержится, хоть и скажет, что всего на десять минут… Ну… ты же его знаешь, Алис… Не стой на жаре – тебе вредно! Стучи давай!

– Дорогая, прости, я буду через десять минут, – произносит подопечный Гламурного.

Алиса, уже озверевшая от пекла, принимается барабанить в дверь, не высчитывая количество «условных стуков». Через некоторое время она замечает, что кто-то изнутри в окне справа с интересом её разглядывает. Алиса подходит к окну и, показывая на дверь, выражает своё негодование. Некто в окне кивает, и через минуту волшебная дверь открывается, а Алиса подвергается допросу с пристрастием.

– Кто Вы? – интересуется мужчина.

– У меня здесь встреча, – резко отвечает Алиса и, не дожидаясь особого приглашения, проходит в спасительный полумрак таинственного заведения.

– А с кем встреча? – настаивает мужчина, неотступно следуя за ней попятам.

– С человеком, – бросает Алиса и проходит во второй зал, где явно тише и прохладней.

– Простите, а с каким именно?

– С вашим завсегдатаем. Он будет через десять минут.

Гламурный появляется в зале, наблюдает происходящее, подбегает к Алисе и, одновременно выравнивая её астральное тело, произносит:

– Алисонька, ну не нервничай, ну пожалуйста! Садись вон за тот столик, он самый гламурный, а я сейчас попрошу, и тебе быстро-быстро принесут меню. Закажи себе что-нибудь эксклюзивное – за Моим ещё водитель не заехал… Подожди, пожалуйста, дорогая!.. Эй, Шустрый! Меню нашей гостье, быстро! И прекратите задавать ей дурацкие вопросы. Она – своя. У неё тут с Моим встреча намечена.

Алиса усаживается в одно из четырёх кресел за указанным ей столиком. Гламурный специально выбрал этот столик, чтобы они сидели крест-накрест: он – напротив Белого, а Алиса – напротив ЧКНБ.

Она кладёт на столик свои только что изданные книжки, которые принесла в подарок. Подбегает официант и протягивает меню:

– Сразу закажете?

Посмела бы Алиса заказать что-нибудь без ЧКНБ, когда они только познакомились! Теперь же заказывает свежевыжатый сок и продолжает изучать меню. «Сколько лет, а как одно мгновенье!» – с долей сожаления размышляет Алиса, вспоминая, как после определённых событий пришла к Учителю и попросила стереть ЧКНБ из её памяти. Учитель предложил виртуальный поход в кино. Алиса мотала плёнку назад: «С какого момента стирать?» Решила оставить в целости и сохранности самый первый кадр, когда они познакомились, в июне, много лет назад. Она тогда сидела напротив ЧКНБ в красивом платье. А он спросил её: «Что это для Вас означает?» – и она ответила: «Игра…»

Алисе приносят сок. Она уже изучила меню и знает, что закажет, когда ЧКНБ появится, – рыбу. Ту самую, которую он когда-то заказал ей на ужин, но не здесь. Тогда она так и не притронулась к рыбе – Алиса не может кушать, когда нервничает. Теперь же с пребольшим удовольствием рыбкой-таки полакомится!

Кто-то заходит в первый зал через тщательно скрываемую входную дверь. Алиса сразу чувствует: ОН. Гламурный подбегает к столику, садится рядом с Алисой – справа.

– Белый! Где ты? Совсем обнаглел! Мы же договаривались здесь вдвоём присутствовать? Как мне теперь ими обоими управлять?

ЧКНБ подходит к Алисе со стороны своего Хранителя. Когда-то, в той жизни, она бы вскочила, сейчас – едва поворачивает голову. Он гламурно говорит ей «Привет» и так же гламурно целует в щёку, затем выдвигает из-за столика кресло, находящееся справа от Алисы.

– Эй! Дорогой мой, напротив Алисы, напротив! – восклицает Гламурный, на которого чуть было не присели.

ЧКНБ задвигает кресло обратно и садится напротив.

– Это тебе, – произносит Алиса, протягивая книги, которые она бы уже подписала в «той жизни», но сейчас они все – без подписи.

– Спасибо! – ЧКНБ листает, оценивает последние страницы, где указан тираж. – «Мои любимые стихи…», действительно твои любимые?

Алиса кивает.

– Подпиши… – просит он, одновременно вынимая откуда-то гламурную ручку.

Алиса на мгновение задумывается – вспоминает, как подписала ему свою первую книжку. Ей становится смешно: длинная застенчивая надпись гласила что-то типа: «Великому от ничтожной». Алиса берёт ручку и выводит: «Такому-то от Королевы Поэтов».

Он читает, не выдавая эмоций, и спрашивает:

– Ты действительно стала Королевой?

– Это Я сделал Алису Королевой! – обиженно уточняет Гламурный.

– Ты слушал передачу по радио? – спрашивает Алиса.

– Это уже очень близко к памятнику, – произносит ЧКНБ, нисколько не шутя.

Она вспоминает, как много лет назад читала стихи на гламурной тусовке, а он говорил всем о её широкомасштабной славе. Алиса застенчиво поправила: «У меня по звёздам – приход посмертной славы». А ЧКНБ захохотал: «Не переживай, МЫ ДОЖДЁМСЯ!»

– Не дождётесь! – категорично произносит Алиса.

ЧКНБ открывает книжку стихов наугад, читает:

– «Люди никогда не умирают…»

– Замолчи! – обрывает его Алиса и думает про себя: посмела бы она, как же, говорить с ним так тогда.

Гламурный в ужасе хватает подопечного за руку:

– У неё злой Плутон в VI, не говори ей о Смерти!!!

– Ну хорошо, – спокойно отвечает ЧКНБ, закрывая книгу. – Осталось издать полное собрание сочинений.

– Уже, – констатирует Алиса.

К ним подходит официант, они заказывают еду, а затем Алиса рассказывает, как снова оказалась в Доме Служения.

– Не хочешь вернуться в бизнес? – спрашивает ЧКНБ.

– Зачем? Это прошлая жизнь. Счастливая, да, но я сделала в ней всё, что могла…

– А разве ты не всё сделала в творческой жизни?

Гламурный нервничает, дёргает ЧКНБ за руку:

– Скажи ж ты, наконец, зачем её сюда позвал!!! Что ты всё к мыслям о Смерти подводишь?

– И в ней – тоже, да. Я сделала всё, что могла сама: без денег, без связей… Ты же знаешь, что за мной никто не стоял и не стоит.

– Знаю… Ты достойна всяческого уважения…

Когда-то ЧКНБ пообещал сделать её «Королевой Поэтов», организовать то, сё, пятое, десятое. А потом передумал – слишком дорого!

Прошло ещё несколько лет, и объявили крутой конкурс. Алиса не хотела в нём участвовать, поскольку победить честно не представлялось возможным. ЧКНБ позвонил и около получаса настоятельно требовал, чтобы она пришла и прочитала, всего лишь прочитала, и что она обязательно победит. А потом… Потом за два месяца до объявления результатов ЧКНБ позвонил и, гламурно хохоча в трубку, произнёс: «Там малолетняя девочка с жуткими стишками влюбила в себя кое-кого из жюри… Поэтому твоё место займёт она…» Алиса пришла на церемонию объявления победителей, чтобы посмотреть в глаза той девочке, но ничего поэтического в них так и не увидела.

Гламурный считывает мысли Алисы, периодически в надежде ищет глазами её Хранителя, но того всё нет.

– Алиса, ну прости! Прости!!! Пожалуйста!!! Белый! Где ты? Коварный! Бросил меня здесь одного!!!

– Давай предположим: что дальше? – предлагает ЧКНБ. – Какие у тебя отношения с…? Ты можешь стать…? Ты сама чего хочешь?

– В газетах меня печатали, – констатирует Алиса. – На радио и на ТВ уже неоднократно выступала. Отдельно сняли целый цикл передач, где я была ведущей. Провожу лит. вечера в кафе. Организую конкурсы. Читаю то там, то здесь. И даже заграницей литературу России успешно представила…

– Тебе нужен мальчик, – констатирует ЧКНБ.

– Мне не нужны мальчики. Мне нужен Мужчина, – корректирует она. – Я – Луна, он – Солнце…

ЧКНБ кивает и вдруг гламурно произносит:

– А я собираюсь отдохнуть на Санторини в августе. Остров твоей затонувшей Атлантиды. Как тебе?

Когда-то давным-давно ЧКНБ просил своего астролога посмотреть их звёзды на совместимость. Потом устроил Алисе настоящий допрос, проверяя правильность слов астролога, поскольку без точного времени рождения картинка «расплывчата».

– Ну какой ещё Санторини… О чём ты… Тем более в августе! Там же в августе дышать нечем! Во-первых, я была на Санторини. И именно в августе. Во-вторых, по работе в августе у меня фестиваль в Болгарии. В-третьих, мне не до отпусков… У меня две операции.

– Когда? – спрашивает ЧКНБ, и Алиса догадывается, что их общий знакомый поэт уже всё ему доложил.

– В эту пятницу – первая. Вторая – 17-го. Помнишь, Нонна сказала: «Операция. Осторожно! Можешь умереть…»? Вот это, видимо, та, которая вторая.

– Блин, да скажи ж ты ей, зачем позвал!!! – кричит Гламурный.

– Я хочу сделать тебе подарок, – произносит ЧКНБ.

Алиса усмехается. Сколько раз за те годы она слышала эту фразу! И о том, что он собирается сделать ей подарок, и о том, что он уже купил ей подарок. Правда, затем ЧКНБ всегда исчезал вместе с подарками.

– Дежавю, – равнодушно произносит она.

Гламурный подскакивает в кресле:

– Алиса!!! Прекрати! Ну дай же ему ещё один шанс!

– Нет, тебе понравится, правда, – тихо произносит ЧКНБ. – Я хочу подарить тебе…

– Хорошо… Подари…

Гламурный облегчённо вздыхает. Они ещё долго беседуют о том о сём, будто ничего и не было из того, что было, но о чём Алиса старается не вспоминать вообще. Он же – Человек, Которого Не Было!.. Приносят счёт. ЧКНБ расплачивается, они выходят из ресторана в пекло. Он звонит своему водителю. Алисе, как всегда, идти пешком до метро.

– У тебя очень красивое платье! – произносит ЧКНБ на прощанье. – Дорогое?

Алиса смеётся:

– Так ты не будешь за меня переживать, Дорогой?

ЧКНБ обнимает её и гламурно целует:

– Дорогая, я тебе позвоню!

***

вечер, Москва, кухня Алисы

Алиса привычно зажигает свечи, достаёт фотографию Мужчины в Белом, смотрит на него с любовью и желает ему счастья. У него – своя жизнь, а у неё – своя. Она не хочет напоминать ему о себе. Затем Алиса открывает в Интернете Транзиты планет. Не углубляясь в детали, она почему-то теперь их отслеживает: не забредёт ли какая планета в VIII – Сектор Смерти? Но всё спокойно, и даже Луна в день операции из VIII уже перейдёт в IX, и бояться Алисе вроде бы нечего…

1.16. Цзи-Цзи!

10 июля, среда, вечер,

Москва,

уютная кафешка

Алиса сидит в своей любимой кафешке с чашкой кофе. Ей звонит Светлана.

– Как ты себя чувствуешь? Как настроение? Результаты первой операции узнавала?

– Пока нет, на следующей неделе результаты. Чувствую себя хорошо, а вот настроение странное, Свет. Последнее время я думаю о двух вещах.

– О каких?

– Во-первых, о словах Нонны. Почему она сформулировала предсказание именно так? Она же могла сказать: «Вижу рак. Если переживёшь, тогда жить тебе и жить». Но Нонна сказала, что видит операцию. Переживу ли я эту операцию – вот что она имела в виду. И ещё она добавила: «Будь осторожна».

– И что из этого следует?

– Что угроза для жизни – не причина операции, а сама операция. Но как я под общим наркозом могу предвидеть и повлиять на то, что со мной произойдёт на операционном столе?

– Согласна, никак…

– Тогда что означают её слова «будь осторожна»?

– Не знаю.

– Вот и я не знаю, Света. Речь явно шла о второй операции – первую-то я совсем не боялась, а сейчас у меня нехорошее предчувствие. И вторая – уже через неделю, 16-го я должна лечь в больницу.

Хранитель Светланы появляется в кафе рядом с Алисой. Он пытается найти Белого, но его окликает Хранитель Хирурга:

– Привет, Светлый!

– Привет, Операционный. А где Белый?

– В Темнице XII-го Дома под арестом до 22-го июля.

– Ничего себе поворот событий! А ты здесь зачем?

– Обещал Белому помочь с Алисой. Его при мне арестовали, когда Моя назначала даты операций. Если я правильно понял, Алисе нельзя оперироваться 17-го июля. Операцию нужно перенести на 23-е.

– А почему, Брат?

– Белый на прощание кричал Алисе разобраться с Транзитами, но она его не услышала. Вот пытаюсь внушить.

– Алис, ты сказала, что думаешь о двух вещах…

– В полночь 23-го июня под стихом о случайной встрече с ЧКНБ в Лондоне появилась рецензия неизвестной мне женщины, но с именем и фамилией моей бабушки. Знак, я в этом уверена. Только не могу его расшифровать. Первое, что пришло в голову: обе бабушки пережили рак, а мама и тётя – нет, возможно, стоит ориентироваться на бабушек.

– Так это ж хороший знак!

– Согласна, но Высшие Силы могли найти и женщину с именем и фамилией второй бабушки, но прозвучало как «обрати взгляд на меня». Почему именно на эту бабушку?

– Не знаю, Алис…

Светлый обращается к Хранителю Хирурга:

– А ты в курсе «бабушкиной» загадки?

– В курсе. Белый договорился о «привете от бабушки» – не хотел, чтобы Алиса нервничала. Но если Алиса не перенесёт операцию на 23-е июля, и загадка и разгадка потеряют свою актуальность…

– Брат, я понял, скажи, чем помочь?

– Предложи позвонить Звездочёту.

– А как у тебя на работе? – спрашивает Светлана.

– Договорилась с Елабугой – повезу делегацию писателей на «Цветаевские костры» в октябре. И ещё фестиваль намечается в Болгарии. В августе. Говорят, чтобы я поехала. На море. Чёрное…

– Вот это да!!! Ты же это предвидела! Говорила: «Пройду Чёрный Туннель и поеду на море!» Ох, Алис, как ты всё это видишь, а?

– Свет, если честно, мне пока про море вообще не думается… Будто за 17-м числом – железный занавес. И дальше – пустота…

– А как планеты у тебя сейчас расположены?

– Да смотрела я планеты. В VIII – никого, тихо, спокойно. Солнце наконец-то вышло из Темницы…

– Может, позвонишь Астрологу? Всё-таки до 17-го ещё целых 6 дней, мало ли какая планета вдруг… прыг-скок?

***

10 июля, среда,

ночь, Москва,

кухня Алисы

Алиса всё сильнее чувствует: что-то не так. Она зажигает свечи и обращается к Книге Перемен «И-Цзин», которая всегда достаточно точно описывает текущий момент времени и ещё ни разу не вводила Алису в заблуждение. Правда, иногда не хочется верить в то, что Книга говорит, но это – уже другой вопрос.

Алиса подбрасывает монетки 6 раз и открывает Книгу в поиске номера итоговой гексаграммы, памятуя о том, что номера 3, 29, 39 и 47 из 64-х возможных считаются наихудшими. Год назад, накануне аварии, Алисе как раз выпала гексаграмма №29 – «Пересечение двойной бездны». Алисе страшно снова вытащить 29-ю или одну из 3-х других наихудших, но выпадает №63. Алиса облегчённо вздыхает, открывает страницу трактовки и зачитывает:

«№63. ЦЗИ-ЦЗИ = УЖЕ КОНЕЦ!»

Алису бросает в дрожь. Она зажмуривается – ей не хочется в это верить, но одновременно она понимает, что неверием мало чем сможет себе помочь. Алиса решительно открывает глаза и читает трактовку: «Процесс создания индивидуальности завершён. Гексаграмма представляет гармоничное завершение процесса. Достигнутые результаты не предполагают возможности дальнейшего развития – всё уже достигнуто. Именно это ведёт к необходимости полной и кардинальной смены, приводит к хаосу, поскольку хаос послужит материалом, из которого может развернуться новый цикл, начинающийся с творчества… Всё ближе выход, всё ближе – к хаосу. Не пышность и роскошность жертв, а правдивость, не внешняя полнота, а внутренние силы – вот что может привести человека к устойчивости во время стихийного хаоса, в который тот неизбежно попадёт. Достигнутое уже не играет никакой роли. Приносить жертву нет никакого смысла. Только то, что человек уносит с собой, устремляясь к хаосу, то, что является его неотъемлемым, ему лично принадлежащим, – только это может привести к благополучию – внутренний стержень, умение исходить из самого себя… Волна хаоса захлёстывает человека, и в завершении ситуации читается лишь одно слово: „УЖАС!“»

Алиса закрывает Книгу и откладывает её в сторону. Она долго не может прийти в себя от прочитанного, но затем звонит Астрологу.

– Алиса, привет! Как дела?

– Я – в Чёрном Туннеле. Одна операция уже прошла. Через неделю – вторая.

– Да ты что! Я и не знала… А когда вторая, скажи, я посмотрю!

– 17-го, – упадническим голосом произносит Алиса, уже догадываясь, что сейчас ответит Астролог.

Пауза кажется вечностью.

– Алис… Перенеси операцию… Нельзя 17-го!

– Нельзя перенести, – вздыхает Алиса. – Хирург уходит в отпуск 25-го июля аж до 15-го сентября. В сентябре будет поздно. А у Хирурга ещё три недели назад всё было расписано по часам. Оставалось только 17-ое или 18-ое. Я выбрала 17-ое.

– Что 17-ое, что 18-ое. Тебе нельзя оперироваться ни 16-го, ни 17-го, ни 18-го июля. Попроси хоть на 19-ое, вдруг получится?

Алиса уходит глубоко в себя.

– По пятницам такие операции не делают, 19-ое отпадает. Остаётся понедельник, 22-ое, или 23-е, вторник, потому что 24-го Хирург уже не оперирует. Хорошо, попрошу… А почему нельзя? Вроде никаких планет в Секторе Смерти у меня нет?

– Основные законы астрологической медицины зафиксировал ещё Гиппократ. Важен Знак Зодиака Транзитной Луны. С 16-го по 18-ое июля Луна – в Скорпионе, а Скорпион символизирует Сферу Смерти. Когда Луна в транзите попадает в Скорпиона, никаких хирургических вмешательств делать нельзя, а уж тем более в той области, которой заведует сам Скорпион! Риск смерти и непредвиденных обстоятельств возрастает многократно. К тому же Луна является хозяйкой твоей Жизни, а Сатурн заведует твоей Смертью, – ложиться на операционный стол в период Сатурна, когда Луна попадает в зону Смерти, равносильно самоубийству!

Алиса благодарит Астролога, пару минут пребывает в прострации, а затем начинает самостоятельное расследование по астромедицине, пытаясь найти в Интернете хоть какое опровержение слов Астролога.

Но нет, везде – одно и то же. Более того, Луна в этот период ещё и растущая, а делать операции желательно на убывающих Лунах. 22-го июля – Полнолуние, худший день месяца по энергетике, в том числе чреватый кровотечениями при хирургиях. А 23-е, похоже, – единственная подходящая дата: Луна – уже убывающая и далеко не в Скорпионе.

Но перенести операцию шансов почти нет.

«Ладно, – размышляет Алиса, – общие рекомендации даются для всех жителей Земли. Но у меня – свой собственный узор планет и при рождении, и в текущем году. Не одни Луна с Сатурном по небу бегают. Соответственно, Транзиты должны учитываться индивидуально! Возможно, лично у меня и не будет проблем 17-го июля?»

И вот Алиса набивает в поисковике волшебное слово «Транзиты».

– Ну наконец-то! – восклицает Хранитель Хирурга.

1.17. Транзиты

11 июля, четверг, утро,

Москва,

за 6 дней до…

Алиса провела бессонную ночь. Выжата как лимон, но уже абсолютно спокойна, по дороге на работу она звонит Хирургу:

– Елена Геннадьевна, это Алиса… Вы меня назначили на 17-ое июля… Пожалуйста, не могли бы Вы… перенести операцию на 23-е?

– А что случилось?

Алиса хочет произнести: «Ничего не случилось… Случится… 17-го…» – но не вдаётся в подробности:

– Вчера вечером я говорила с астрологом. Мне нельзя оперироваться в этот день…

Пауза. Алиса понимает, что, вполне возможно, её сейчас приняли за умалишённую.

– Я могу попытаться перенести Вас на 18-ое.

– На 18-ое не надо. Луна в Скорпионе с 16 по 18-ое.

Алиса даже не говорит о том, что ещё она разглядела на своих Зодиакальных Часах, – если б только одну Луну в Скорпионе!

– Алиса… Я не могу Вам ничего обещать…

– Но постарайтесь, пожалуйста… Когда мне можно Вам перезвонить?

– Если получится Вас перенести, я позвоню сама.

Алиса тяжело вздыхает: шансов, видимо, ноль. В любом случае, 17-го или 23-го, ей нужно получить последнее заключение для операции – от терапевта – на основании всяких обследований и сданной крови, и Алиса направляется в поликлинику.

***

районная поликлиника

Терапевт не спеша просматривает результаты обследований и периодически задаёт Алисе вопросы общего характера, типа: не болела ли она в детстве свинкой?

– Доктор, я абсолютно здорова. Пожалуйста, напишите мне заключение.

Терапевт ведёт Алису в соседний кабинет взвешиваться, потом измеряет её рост, всё это он делает нарочито медленно, в итоге что-то долго пишет в карте, а затем радостно произносит:

– Алиса, я не смогу выдать Вам заключения.

– Как это? – удивляется Алиса.

– Пока Вы не принесёте мне заключение от уролога. Сделайте УЗИ. На всякий случай! У Вас же год назад была авария и сильный удар по левой почке? Мало ли что…

Алиса идёт к урологу. Тот делает УЗИ и пишет: «Абсолютно здорова». Алиса облегчённо вздыхает и возвращается к терапевту, который после просмотра заключение уролога, улыбаясь, произносит:

– Отлично!

– Доктор, пожалуйста, у меня мало времени. Выпишите мне заключение, и я уже пойду.

– Нет-нет, мне нужно ещё и заключение гематолога. Мне как-то не нравится Ваш гемоглобин!

– Доктор, Вы издеваетесь?! У меня операция в среду! Я во вторник ложусь в больницу. Сегодня – четверг. Вы понимаете, что это – срочная операция?

– Понимаю, но заключения не дам! У Вас после операции будет упадок сил! Перенесите операцию.

***

поликлиника

на Белорусской

Алиса едет в крупную платную поликлинику, чтобы срочно получить справку от гематолога. Гематолог – молоденькая девушка – внимательно выслушивает Алису и с улыбкой произносит:

– Я не смогу взять на себя ответственность! Вам нужно поехать в гематологический центр. Кстати, там работает известный профессор В. Он очень умный и самый главный специалист по крови в нашей стране!

Алиса смотрит на улыбающуюся девушку, тяжело вздыхает и отправляется в гематологический центр.

***

Гематологический

центр на Динамо

Алиса заходит в многоэтажное здание гемоцентра, похожее на огромного монстра, с кучей корпусов и запутанными переходами, где идёт капитальный ремонт. Ни на одном кабинете нет никаких вывесок.

Алиса направляется в приёмное отделение, откуда её посылают в платную регистратуру.

– Не подскажете, как мне попасть к профессору В.?

– Вам нужно сначала договориться с ним лично! Он принимает только тех, кто ему интересен!

– И как же его заинтересовать?

– Для начала его нужно где-нибудь найти! Попробуйте спуститься вниз, повернуть налево, потом подняться на второй этаж на правом лифте, повернуть направо, затем подняться по правой лестнице на следующий этаж, повернуть налево, затем по переходу прямо и направо, а потом спуститься вниз!

Алиса тяжело вздыхает. Она долго ищет профессора, пока в результате не оказывается у другого врача, отвечающего за всякие заключения.

– Мне нужно разрешение на операцию, – выдыхает она и объясняет срочность вопроса.

– Для этого Вам нужно обследоваться – сдать все те же самые анализы, которые Вы уже сдали, но у нас в центре. И ещё немного крови на…

– А можно сдать кровь прямо сейчас?

– Нет, прямо сейчас нельзя! У нас же лаборатория в отпуске до середины августа, – улыбается врач.