На грани безумия. История одного проклятого

На грани безумия

История одного проклятого

Людмила Синельникова

© Людмила Синельникова, 2026

ISBN 978-5-0069-6184-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Книга I. Под носом у Магистрата

…Вырвавшись из сонного плена,

Бури предчувствуя появление,

С надеждой простившись, за правдой пойдут

Те, кто не смирится, – спасение найдут.

Отбросив сомненья, в ряд встанут враги,

И пересекутся разных судеб пути…

«Легенда о Пророке»,

I век до Катаклизма.

Пролог

В сердце Соединенного королевства ноябрьский день пах цветами. Когда остальные земли планеты Заолун облачались в снежные шубки, в окрестностях замка Рэдланжа царила летняя прохлада. Легкий ветерок трепал травяной ковер, играл в прятки в ветвях цветущих кустарников, разговаривал с деревьями-исполинами, насвистывал веселые мелодии в стенах-флейтах старинного замка, что возвышался в центре древнего города.

На этом месте лежала печать спокойствия: здесь птицы торжественно распевали свои песни, местные жители чинно бродили по ухоженным улочкам, и даже туристы никуда не спешили, разговаривали шепотом, словно боялись потревожить странных обитателей Рэдланжа.

Соединенное королевство Аланэя было единственной закрытой страной на Большом континенте. Для проживания здесь требовалось специальное разрешение, а для посещения – виза. Но если кто-то хотел узнать будущее, проникнуть в мысли любимых или получить талисманы от несчастий – все они спешили в Рэдланж – места, где оживали легенды.

Натали Брони работала экскурсоводом уже пятьдесят лет. Каждое утро в Гостевом районе Рэдланжа открывались двери автобуса, выпуская навстречу туристам девушку с медными волосами. Она придирчивым взглядом окидывала небоскребы гостиниц, звонким голосом приглашала туристов занять свои места. Молодых людей очаровывала ее улыбка, от которой на щеках красавицы проступали ямочки. На вид Натали Брони мало кто дал бы более двадцати лет. Но девушка была значительнее старше.

Натали была вампирессой…

Натали вышла из автобуса и поежилась. В Гостевом районе города зима вступила в свои права. Пушистые хлопья снега быстро таяли на прозрачных рукавах тонкой кофточки вампирессы, холодный ветер проникал под летние широкие брюки, а мороз пощипывал ступни, стянутые балетками.

Что ж, сама виновата: знала, что такой наряд – не подходящая одежда для этой части Рэдланжа.

– Не задерживаемся! – крикнула Натали, поторапливая туристов. Все они приехали в эти края, чтобы посмотреть, как ранняя зима встречается с летом.

Вампиресса сверилась с записями. Ровные ряды имен обрывались галочкой, которой Натали отмечала присутствующих. И лишь на двух строчках нужные значки отсутствовали.

– Когда поедем? – раздался нетерпеливый и жутко писклявый голос девчонки со смешными хвостиками, стянутыми разноцветными резинками.

– Да! Сколько можно ждать? – вторила ей с первых рядов грузная дама с эмблемой рыси на воротнике.

«Сколько можно», – фраза зазвучала в голове Натали, стирая грани реальности.

– Сколько можно?

Бас гремел, и от него дрожали бокалы в шкафу, трепетали цветы в хрустальной вазе на столе.

– Сколько…. Можно…. можно… можно… можно…

Голос заполнял все пространство, пробирался в складки потрепанного покрывала на диване, в стыки цветастых обоев, края которых уже отходили от стен. Он окутывал тело, перекрывал дыхание, словно целлофановый пакет, надетый на голову.

– Девушка, девушка!

Натали вздрогнула, часто-часто заморгала, не в силах понять, где она находится. В поле зрения попадали гостиничные небоскребы, хлопья падающего снега и опоздавшие – парочка людей, нетерпеливо переминающихся с ноги на ногу у ступеней автобуса.

– Добрый день!

Натали улыбкой приветствовала туристов. Взяла билеты, сверила имена, поставила недостающие галочки и пропустила людей внутрь автобуса. Тревожный взгляд вампирессы коснулся снега, будто Натали надеялась в рисунке зимы найти объяснение того, что она увидела. Но снег лишь искрился в лучах дневного солнца.

– Ты в порядке? – с беспокойством спросил водитель, закрывая за экскурсоводом двери автобуса.

– Да!

Слово прозвучало неуверенно. И вместе с этой неуверенностью полоснул по сердцу Натали страх. Полоснул – и растворился в дымке водитель, автобус с туристами, снег, что валил за дверью. В лицо ударил запах шоколадной выпечки и звериной шерсти.

В свете горящих ламп сверкнули в пасти белоснежные клыки. Пушистое тело скользнуло мимо дивана, хвост ударил по стулу – и тот разлетелся на части, морда оскалилась. И лишь глаза, которыми зверь смотрел на девушку, остались человеческими…

…Мутным зрачком смотрело на Натали горлышко бутылки, и вампиресса с остервенение стала закручивать крышку, будто старалась запечатать внутри все свои видения и воспоминания. Крышка сопротивлялась, соскальзывала с резьбы. И все же это небольшое сражение Натали выиграла.

Гул в автобусе стихал. Туристы заканчивали возиться с ремнями безопасности, в последний раз проверяли фотоаппараты и камеры. Все было, как и всегда, – в полном порядке. По крайней мере здесь.

«Главное не думать о кошмаре – и тогда он не станет реальностью», – так всегда говорила ее мать.

– Дамы и господа, – Натали поправила гарнитуру, отрегулировала громкость микрофона. – Мы рады приветствовать вас в салоне нашего туристического автобуса. Сегодня нас ждет увлекательная поездка в замок, в честь которого и был назван город. Весь день с вами я, Натали Брони, и наш водитель – Жан де Соре.

Заурчал мотор, и машина тронулась в путь, выезжая из внутреннего двора, который образовывали три полукруглых гостиничных небоскреба.

– Пока Жан пытается не задавить отдыхающих… – слова Натали потонули в смехе слушателей, – я расскажу о том Королевстве, где вы оказались. Возникла Аланэя в конце шестнадцатого века. В ее состав вошли земли Венусты, Гринланда и Рэдланжа, где мы сейчас находимся. До момента объединения это были независимые королевства, появившиеся в одиннадцатом веке после Катаклизма.

Во время войны Королевств, которая началась в 1514 году и закончилась, как вам, наверное, известно, в 1564 году, было уничтожено все население Венусты. Но захватчики не смогли насладиться победой. История умалчивает, что случилось тогда, но поредевшая армия победителей вынуждена была покинуть эти земли. Говорили, что они прокляты, — Натали загадочно улыбнулась: хотя закон предписывал вампирам скрывать свою сущностью, истории про проклятия, призраков и другие сверхъестественные создания всегда привлекали туристов. Наверное, нравилось людям таким образом щекотать себе нервы…

Нервы стягивались в тугую пружину. Страх сковывал тело, и не было возможности даже отвернуться, чтобы не смотреть в эти безумные глаза. Шаг назад – последняя попытка убежать – провалилась. За спиной не было прохода, только стена – холодная стена с веселыми обоями, на которых синие шапки крупных цветов по-человечески улыбались. И эта цветочная улыбка вместе с рыжими волосами, отливающими медью, отражалась в зрачках большой кошки, готовящейся к прыжку.

Улыбка стерлась с лица Натали. Вампиресса дрожащей рукой провела по рыжим волосам, отгоняя видения. Нить повествования была утеряна.

Автобус между тем проезжал узкие улочки Гостевого района. Небоскребы остались позади – машина выруливала на проспект, где вдоль дороги призывно светились вывески магазинов, дегустационных залов, ресторанов и ночных клубов. Последние напомнили Натали, о чем она должна рассказать.

— Историки до сих пор спорят, что же положило начало этим кровавым действиям, – улыбкой Натали попыталась замять возникшую паузу. – Одни склоняются к версии захвата территории. В те времена Венуста хоть и представляла собой земли из полей и степей в окружении болот и топей, образованных во времена Великого Катаклизма, но зато имела выход к морю. Другая версия – и надо сказать, мне она нравится больше – это война ради королевы, прекрасной Астерии…

Окровавленная морда приближалась, длинные когти оставляли на полу следы, разрывали ковер и обнажали под ним другие отпечатки – более старые, но такие же глубокие, как и новые.

Злость горела в глазах, пока еще похожих на человеческие. Но безумие вытесняло все. Зверь чуял страх и кровь и шел, чтобы получить желаемое. Шел на звук стучащего сердца.

Натали, не в силах отвести взгляд от груди сидящего напротив нее парня, непроизвольно потянулась к своей шее, откуда боль распространялась по всему телу.

— Ты можешь ехать побыстрее? — шепотом спросила она водителя.

— Что-то случилось?

— Надеюсь, нет.

Туристы смотрели в окна, где проходящие по тротуарам местные жители махали им вслед. Натали воспользовалась этим, чтобы сделать паузу в своем рассказе, потянулась к бутылке с водой – и вздрогнула.

Зверь промахнулся – ударился мордой в смеющийся цветок на обоях, лапой задел сервант – и тот повалился. Разбитая посуда осыпала пол осколками, которые впиявливались в кожу, застревали в ладонях, кололи обнаженные коленки ползущей по полу девушки. До двери оставалось совсем немного, но зверь опередил…

Рука Натали дрогнула – и вода пролилась на колени. Девушка отставила бутылку, так и не сделав глоток, заставила себя глубоко вдохнуть и посмотрела в окно, надеясь, что белоснежный умиротворяющий пейзаж позволит ей успокоиться.

Снег продолжал валить, словно старался за последнюю неделю ноября превысить норму зимы. Белоснежные шапки покрывали лавочки, заполняли урны. Снег в этой части Рэдланжа не успевал таять, и на дорогах оставался налет белизны, который под ногами прохожих и под колесами машин превращался в серую грязь, так похожую на свалявшуюся шерсть большой кошки.

Желтые глаза с расширенными зрачками смотрели внимательно, словно оценивали стоящую перед зверем девушку, которая осмелилась сопротивляться.

Осмелилась, зачем?

— С Гринландом связана легенда исчезновения королевы Селены, – на этот раз голос Натали вновь звучал спокойно и ровно. — Видя, как в соседних королевствах льется кровь, она обратилась к богу Иену с просьбой прекратить убийства. Очарованный красотой и чистотой девушки, Великий Творец забрал ее в Небесное царство, а вскоре война действительно закончилась…

Натали продолжила рассказ адаптированной для людей версии смерти сангуисы – древней вампирессы, одной из дочерей кровавого бога. На самом деле Селену забрал не Великий творец, а демон Кхорт, впервые попытавшийся вырваться из каменно-огненного Тресона – ада, в котором его заточил Иен. После этого вместо шести древних вампиров в живых осталось пятеро, да и те погрузились в многовековой сон.

Тело зверя в прыжке загородило свет. С глухим звоном разбилась ваза. В нос ударил запах гнили…

— После исчезновения Селены замок, а затем и земли королевства опустели, — речь убыстрялась, и Натали поймала себя на том, что теребит край сиденья. — Долгое время Венуста и Гринланд стояли заброшенными. В конце семнадцатого века решено было объединить земли в одно королевство – Аланэя. В конце девятнадцатого века закончились реставрационные работы в двух замках. Земли Венусты осушили, и теперь там раскинулись поля, где выращивают редкие сорта цветов, растений, фруктов и овощей.

…тяжелая лапа опустилась на лицо, оставляя на нем кровавый росчерк, полоснула по телу, рассекая плоть и дробя кости.

— Условно Рэдланж делится на четыре района.

Натали провела языком по иссушенным губам. Ворот блузки немилосердно давил на шею, плечо болело, словно по нему недавно прошлись звериные когти.

За окном заканчивалась высокой аркой узкая улица Гостевого района.

— Мы с вами проезжаем Рэд-ленд, в центре которого находится площадь Единения. Ее можете увидеть с правой стороны. Хотите узнать свою судьбу, приобрести сувениры, найти пропажу или даже научиться делать сладости – вам сюда…

Губы лопнули, сгустки крови толчками вытекали из рассеченного горла, поток алой жидкости заливал грудь.

– Натали, помоги, – слова вылетали вместе с остатками воздуха. – Натали! Натали!!!

– …От площади в обе стороны, словно крылья, уходят жилые кварталы, – давно выученные слова слетали с языка. Руки Натали вспотели и вампиресса с испугом взглянула на них, словно боялась увидеть на ладонях кровь. — Если смотреть на Рэдланж со спутника, то он имеет форму птицы, где замок – голова, Рэд-ленд – туловище с крыльями, а Гостевой район – хвост. Еще имеется хохолок, но об этом – чуть позже.

Зверь грациозно развернулся, на этот раз не задев ничего. Хвост стукнул по полу раз, другой – словно отсчитывал последние секунды жизни. Рык вырвался из распахнутой пасти, а вместе с ним в голове зазвучал мужской голос:

– Тебя слишком долго не было….

За окном автобуса обнаженные ветви деревьев тоскливо рассекали небо и тянулись друг к другу так, что даже дорожное полотно, пересекающее аланэйский лес, не могло им помешать: спутанные кроной исполины нависали над трассой и задерживали в своих белоснежных шапках лучи солнца.

– А сейчас, – Натали с трудом справлялась со спазмом, перехватившим горло, и с болью, которая переместилась в низ живота, – я предлагаю вам открыть окна и понаблюдать, как меняется окружение.

Народ оживился: сидящие у окон потянулись к задвижкам; кто-то ругался, не в силах сдвинуть оконное полотно. Натали воспользовалась паузой, чтобы немного расслабиться. Ощущение беды не покидало, и чем ближе к замку – тем явственнее оно чувствовалось.

– Тебя не было!

«Это еще не произошло», — твердила себе вампиресса, словно заклинание. Негнущиеся пальцы с трудом выудили из кармана телефон, но сколько бы Натали ни звонила – в трубке были лишь длинные гудки.

Между тем автобус ехал сквозь снежное крошиво, летящее с неба. Снег проникал через приоткрытые фрамуги, салон быстро остывал. Изо рта пассажиров уже стали вырываться клубы теплого пара, но затем все изменилось. Снежинки, в любопытстве застывшие на стеклах, растаяли, мокрыми следами оплакивая свою участь. В автобусе стало жарко. Кто-то из пассажиров поспешил расстегнуть кофты, другие разматывали шарфы.

– Все верно, – Натали отвела взгляд от телефона. – Мы с вами въезжаем на территорию замка Рэдланж. Подземная система отопления, из-за которой вы видите такие скачки температур, была проложена здесь в двенадцатом веке.

Слушающие присвистнули. Кто-то посмотрел назад, где белый след зимы обрывался прямо на трассе. Некоторое время за автобусом тянулся мокрый отпечаток колес, но затем и он исчез.

Впереди по обе стороны от трассы тянулся цветущий зеленью лес. Зима осталась позади. В этой части королевства властвовало лето. Пушистые шапки деревьев нависали над дорогой, зеленый ковер стелился у подножий великанов, а впереди виднелся замок.

— Тебя не было, — голос звенел, разбивался на тысячи осколков и собирался ударом тяжелого колокола. Текла слюна, и уже не человеческие, а звериные глаза смотрели из темноты. Хищник наигрался и готовился к прыжку. Он нес смерть на конце своих когтей, рассекающих плоть…

– Замок является действующей резиденцией Королевы Аланэи – Эрнесты II, – Натали выудила из сумки таблетку и поспешно забросила ее в рот. Проглотила, не запивая. – Королевская династия берет начало от союза Эрнесты I де Штено и представителя древнего северного рода де Конинг, который и построил для своей жены замок Рэдланж на осваиваемых в те времена землях. Часть помещений замка открыта для посещения туристов…

Сверкающим ореолам на фоне серого пола выглядели медные волосы лежащей в луже крови девушки. Ее лицо менялось: синели губы, мертвенная белизна покрывала щеки. И лишь в глазах еще оставался блеск: дрожащая искра – спутница страха.

– Королева со своим семейством живет в закрытых зонах. За замком, отделенная от главного входа живым забором, расположена четвертая часть Рэдланжа, названная Гнездом. Там проживают потомки старинной фамилии…

— Натали… Помоги!!!

Натали не слышала крик, который тонул в рыке зверя, звучащего в ее голове. Но она видела, как в последний раз шевельнулись губы окровавленной девушки…

Жан перевел взгляд с дороги на напарницу. Он чувствовал, с каким трудом вампиресса сдерживала дрожь. Онемевшие губы не могли произнести ни слова.

Водитель поспешил припарковать машину на площади, выбрав место поближе к замку. Перехватил микрофон у вампирессы. Пассажиры уже вставали со своих мест, тянулись за вещами.

– Дамы и господа! Куртки, шубы и пальто можете оставить в салоне. Здесь с ними ничто не случится.

– Натали? – добавил Жан тише, убедившись, что туристам пока не до него: каждый из них решал сложную задачу – что взять с собой в замок.

Вампиресса оставалась сидеть в кресле, не в силах пошевелиться.

– Беги домой. Я сам закончу экскурсию.

Натали бросила на парня короткий взгляд. Было в этом взгляде все: и благодарность, и смущение. Но сильнее всего в нем читался страх.

– Беги! – еще раз повторил Жан. И Натали побежала.

Высокие стены башен-близнецов да зеленая ограда отгораживали потомков первой королевы от взгляда любопытных.

Между Гнездом и Рэд-лендом лежал лес, хранящий секреты древнего рода. Он был опасен для непрошеных гостей. С тех пор, как де Конинги поселились на этих землях, никто не осмелился их завоевывать, хотя не было здесь ни крепостей, ни глубоких рвов.

Большими проемами окон смотрел замок на гостей. От западных стен вплоть до мыса Новоземного на юге Большой земли тянулись ряды аккуратных белокаменных домов, где жили вампиры и дарки – маги, вкусившие кровь.

Все они были похожи друг на друга. Ровные стены, высокие крылечки, покатые красные крыши. Различались они лишь цветом коврика перед дверью, шторами, что виднелись сквозь окна, да запахами, которые окутывали дома. И один из них – сладковато-металлический – сгонял к зданию все больше и больше народу.

– Доран, пропустите нас, – крикнул стоящий у крыльца светловолосый парень.

Вход в дом загораживал мужчина в пиджаке с петличным знаком в виде скрещенных мечей. Он был во много раз старше тех, кто столпился у дома, хотя внешне не особо отличался от них. Но возраст вампиров определялся не внешним видом, а той силой, которой он способен управлять.

– Доран, он же убьет их! – парень с волосами цвета соломы попытался сделать еще один рывок.

Кто-то не выдержал и, оставив идею штурмовать дверь, бросился к окнам. Стекло дрожало, но трещинами не покрылось. Выдержало оно и удары с внутренней стороны, когда огромная звериная лапа оставила на нем кровавый след.

Молодым вампирам оставалось лишь смотреть, как комната окрашивается в алый. Но были и те, кого не устраивала роль наблюдателей. Радужки их глаз изменяли цвет. Кровая руна Круора окрашивала их глаза в красный, руна тени – Арбори – в серое, ментальная руна – Сенсус – в голубой. Вампиры обращались с своим рунным способностям. Желтые и черные ободки глаз демонстрировали, что руны Перевоплощения и Поглощения тоже готовы к работе.

Вампиры готовились брать дверь штурмом, но Доран среагировал быстро. Зрачок его выцвел. Руна Смерти, Летума, способная одним дыханием обратить вампира в прах, была приведена в готовность.

– Франс! – вампир обратился к светловолосому. – Как представитель службы охраны я призываю вас к порядку! Вели своим друзьям разойтись.

Молодежь замолчала. Кто-то виновато опустил голову. Но были те, кого не испугали угрозы старого вампира.

– Доран, пожалуйста. Сделайте что-нибудь! – девушка, стоящая ближе всех к окну, была бледнее стены дома.

Она шла к крыльцу – и молодежь расступалась перед ней. Сложенные у груди руки дрожали, в глазах несчастной стояли слезы. Она остановилась на ступеньке. Вспыхнули щеки, сжались кулачки, словно девушка вела какую-то внутреннюю борьбу. Но вот она решилась: колени коснулись земли, ладошки легли на ноги, спина согнулась, а подбородок дотронулся до груди.

– Пожалуйста, Доран!

Волна негодования пронеслась по толпе, но тут же потухла. Молодые вампиры отвели взгляд от своей подруги, которая пошла на унижение ради тех, чью боль они ощущали даже через закрытую дверь. На какое-то мгновение всем показалось, что просьба возымела действие, но колебания Дорана были не долгими.

– Вы знаете правила. Проблема безумия аниситов должна решаться внутри семьи и посредством ее участников.

– Но разве мы все – не одна семья, дядюшка Доран?

Франс смотрел на старого вампира глазами, с которых уже сошла рунная окраска. Теперь они были такого же цвета, как и у большинства присутствующих здесь потомков сангуиса Анисиоса: коричневые, без других пигментных вкраплений.

– Ты знаешь, что имеет в виду закон, де Мистен. Семья – это отдельная ячейка, состоящая из матери, отца и детей. Лишь они имеют право находиться рядом с аниситом в моменты его безумия. Так гасятся внутренние конфликты, которые разрушили ни один клан. Так было решено в тринадцатом веке. Так и будет впредь!

Молодежь молчала, но это молчание было тревожнее самых ярых споров. Некоторые так и продолжали стоять, буравя Дорана цветными глазами. Другие приблизились к окну. Из него не вырвалось ни звука, зато было видно, как рушится в доме мебель, как летят куски плоти и кровь рисует алые узоры на стенах россыпью мелких пятен.

– А где сейчас Натали? – тяжелую тишину разрушил чей-то голос.

– Скорее всего на работе, – Франс отошел от крыльца, вытащил из кармана пачку сигарет и закурил. Выгоревшие до цвета соломы волосы коснулись стены.

– Жалко, если он убьет Ди. Она классная… – говоривший оборвал фразу, уловив, как опасно прищурились глаза Франса.

Аниситы питались кровью сородичей, и Ди любила обмениваться ею с друзьями. Это позволяло вампирам лучше чувствовать друг друга. И теперь вся боль находящейся в доме вампирессы передавалась им. Они хотели бы помочь, но мешал Доран и глупые правила…

Натали спешила домой. Она бежала, но туристы, заполонившие площадь перед замком, мешали ей.

Вот центральный вход, ведущий в проем между двумя башнями-близнецами. Нет, ей не туда. Слишком многое придется обегать, чтобы попасть в район Гнезда.

Девушка нырнула в зеленый лабиринт перед замком, где все пути были известны.

Кривые дорожки в окружении кустарников упирались в высокий живой забор. Увитый плющом, он тянулся прямо от стен башни и скрывал от гостей белые домики потомков древней королевы.

Натали обратилась к руне Арбори – и радужка ее карих глаз приобрела серый цвет. Сила вампира потянулась к небольшому резервуару, помещенному с другой стороны живого забора. Сработал сигнал – и калитка открылась.

Еще издали Натали увидела народ около дома. От тревожного предчувствия сильнее забилось сердце, и вампиресса побежала.

Улица. Небольшая рытвина. Соседский дом. Еще один. Еще.

Она бежала, но дом словно и не приближался, а когда казалось, что вот он – только протяни руку – как Натали схватили. Она рвалась вперед, но ее хватали за плечи, за блузку, за волосы; кусалась – безрезультатно. Ее держали. Крепко. Надежно. Держали те, кто был сильнее.

– Пусти!

Натали сделала последнюю попытку вырваться. Она должна была как можно быстрее оказаться дома! Руна Перевоплощения позволяла ее отцу превращаться в зверя, но родовое проклятие, лежащее на потомках сангуиса Анисиоса, делало его безумным хищником, способным уничтожить всех, кто окажется под рукой. Одна Натали знала, как предотвратить трагедию…

– Успокойся! – терпкий аромат бергамота с жгучим перцем пощекотал нос, и Натали поняла, что стоит, прижавшись к груди Франса.

Проследив за его взглядом, она увидела бегущего к дому молодого вампира. Белоснежный халат светлыми крыльями вился за его спиной, по груди хлестала цепочка с пропуском и с логотипом Лаборатории Рэдланжа. Отливала зеленым застывшая в ухе сережка.

– Не пускают?

Подошедший кивком поприветствовал сородичей и остановил взгляд на Доране. Тот чуть заметно поклонился Джонатану – внуку Главы клана Эрны де Конинг.

Франс чуть ослабил объятия – и Натали воспользовалась этим. Вырвалась, взбежала по ступеням, пролетела мимо Дорана, отошедшего в сторону. Но дверь открылась прежде, чем вампиресса до нее дотронулась.