Джинниня из лампочки

– Гена, не сердись, – тронула его за рукав Марина. – Пойдем домой, я кое-что придумала.

Он недоверчиво поднял глаза.

– Я напишу вам. – Марина так на него посмотрела, что злость моментально прошла. – Да, я напишу, кто я, откуда и как оказалась у вас. Понимаешь, если я стану это рассказывать, то вы… Ваше отношение ко мне может измениться, а я этого не хочу, вы стали мне как родные.

– Ты что, преступница? – угрюмо хмыкнул Генка.

– Нет, я не преступница, – серьезно сказала Марина. – Я имею в виду совсем другое. Вы все поймете, когда прочитаете мое письмо. Но прочитаете, когда я уйду. Хорошо?

– Детский сад какой-то, – пробормотал под нос Генка, но Марина услышала:

– Пусть так… Ты согласен?

– Это лучше, чем ничего, но…

– Не надо «но», Гена! Пожалуйста! – Марина поднялась. – Пойдем?

Назад он плелся в мрачном молчании. Злости больше не было, но внутри ворочался тяжелый колючий комок. Марина тоже молчала до самого дома.

Ступив в прихожую, Генка услышал, как под ногами захрустело стекло. Он щелкнул выключателем, но свет не зажегся. Дневного света, пробивавшегося через застекленную дверь кухни, хватило, чтобы убедиться в отсутствии лампочки.

– Юля! – грозно крикнул Генка.

– Она ведь к Маше собиралась, – напомнила Марина.

– Ступай осторожно, тут стекла.

Чтобы взять совок и веник, он хотел включить свет в туалете, но лампочка не зажглась и там. «Да что за напасть сегодня такая!» – чертыхнулся он про себя и стал вслепую нашаривать веник. Под ногами снова хрустнуло. «И здесь?! – пронеслось в мозгу. – Тенденция, однако!»

– Гена, посмотри! – позвал из кухни тревожный голос Марины.

Генка уже догадывался, что увидит там – осколки разбитой лампочки!.. Вот теперь ему стало страшно.

Лампочки были разбиты во всей квартире. Больше никакого беспорядка не наблюдалось. На то, что квартиру посетили воры, не указывало ничего. Все вроде бы на месте… Кроме лампочек, разумеется. Которые, впрочем, не украли, а разбили.

И все же кое-что пропало…

– Гена, я не могу найти свое платье! – послышалось из Юлькиной комнаты.

Генка отправился на зов и застал смущенную Марину.

– А где оно было? – нахмурился он.

– Вот тут, на спинке стула висело.

– Может, Юлька его в шкаф перевесила? – Генка открыл створки и поворошил немногочисленные наряды сестры.

– Нет… – растерянно улыбнулась Марина.

– Так-так-так… – забарабанил по лбу пальцами Генка. – Может, постирала?

Идея была глупой, но давала хоть какую-то надежду.

В ванной платье не обнаружилось тоже. Как и в Генкиной комнате, и на кухне, и в прихожей, и в туалете, и даже на балконе.

Пропажа платья – это не битые лампочки! Там убытку – на полтинник, а здесь…

– Сколько стоит твое платье? – брякнул Генка.

– Не знаю. Вашу меру ценностей я пока не поняла, а моя тебе ничего не скажет, – равнодушно пожала плечами Марина. Она вовсе не казалась расстроенной пропажей. Ее беспокоило нечто иное.

– Постой! – хлопнул по лбу Генка. – А может, это Юлька?

– Разбила лампочки? – думая о своем, невпопад спросила Марина.

– Нет, вряд ли… – почесал он затылок. – Я про платье. Вдруг она решила его примерить, а потом к Машке в нем пошла – повыпендриваться. С нее станет!

Марину его слова вывели из задумчивости.

– Да! Там висят Юлины джинсы и майка. Значит…

– Где? Где висят?

Он бросился в комнату сестренки. Юлькина одежда действительно висела на стуле. «Вот бестолочь! – обругал себя Генка. – Ведь я видел ее, когда искал платье! Ну почему у меня соображалка так плохо работает?»

Он для чего-то перевесил джинсы на другой стул. Добавил к ним майку. И замер рядом.

– Чего я, собственно, жду? – вновь хлопнул он по лбу и метнулся к двери. – Сейчас схожу за Юлькой и…

– Постой, Гена! – остановила его Марина. – А как ты объяснишь лампочки?

– Вот пусть Юлька и объяснит! – отмахнулся Генка.

– Ты же сам сказал, что вряд ли это Юля.

– Лампочки – ерунда! – раздраженно буркнул он. – Вот платье…

– Как раз лампочки… – начала Марина, но трель дверного звонка оборвала ее на полуслове.

– Фу-у! Юлька вернулась! – бросился в прихожую обрадованный Генка.

Радовался он зря. За дверью стояли две девчонки. В одной он узнал Машу.

– Здравствуйте. А Юля дома? – спросила та.

– А разве она не у тебя?! – забыв поздороваться, ахнул Генка.

– Нет. Мы договаривались, что она придет, но я ее так и не дождалась.

– Странно… – выдавил он. – А где же она?

– Не знаю, – пожала Маша плечами. – Я ее только утром видела, когда заходила… Ой, здрасьте! – заулыбалась она, глядя Генке за спину. Он обернулся, увидел Марину и засмущался:

– Ладно, Маша, мне некогда… Если увидишь Юлю, скажи, чтобы срочно шла домой.

Закрыв дверь, он услышал удаляющееся девчоночье хихиканье: «Ему некогда… А Юлька… мой брат… никогда… черный монах!.. А бабешка ничего!»

Генка почувствовал, как лицо заливает краска. Хорошо, что в прихожей царил полумрак, и Марина вряд ли это заметила. Зато вполне могла расслышать глупые реплики!

«Тьфу ты! – обозлился он. – Черный монах!.. Ну, сестренка! Вот придешь – я тебе… Если придет…» – остановил он себя, и сам испугался своей мысли.

– Гена, похоже, все очень плохо, – проговорила вдруг Марина таким тоном, что ему и правда стало плохо, даже зазвенело в ушах. Он прислонился к стене и по-детски испуганно прошептал:

– Почему?

– Пойдем в комнату, сядем, – дотронулась до его плеча Марина. – Разговор, наверное, будет долгим.

Генка отлепился от стены, но, опомнившись, запротестовал:

– Какой разговор?! Надо Юльку искать! Ее же ограбят в таком наряде! Если уже не… Надо бежать в милицию!

Марина крепко сжала его плечо:

– Стой! Не надо никуда бежать. Пойдем, я расскажу тебе… то, что ты хотел.

– Да не до этого сейчас, Марина! – попытался он высвободиться.

– Нет, как раз самое время, – горестно вздохнула Марина.

Усадив упирающегося Генку на диван, она устроилась рядом и сказала:

– Гена, боюсь, что Юлю похитили.

– Что?! – вскочил он. – И мы сидим?!

– Сядь! – резко приказала Марина. – Возьми себя в руки!

Генка сел. Марина продолжила твердо:

– Куда ты побежишь? Тебе не поможет никто на этой планете!

– На этой планете? – округлил он глаза. – Что ты имеешь в виду?

– То, что сказала. И я не с Земли. – Голос Марины звучал весьма убедительно.

Генка затряс головой. Мелькнула мысль: уж не тронулся ли он умом? А может… это как раз она сумасшедшая? Или они оба больны?..

– Гена… – протянула к нему руку Марина. Он отпрянул, засучив ногами по полу, и промычал:

– У-у-уйди!..

– Успокойся, прошу тебя! – взмолилась Марина. – Ты ведь сам хотел узнать правду… – Видя, что его по-прежнему трясет, она применила уже испытанный способ, проорав неожиданно: – А ну сядь нормально! Прекрати истерику! Подумай о Юле!

То ли подействовал крик, то ли упоминание о сестре, только Генка, замерев на секунду, вдруг встряхнулся, как мокрый пес, и опустил лицо в ладони. Марина тактично выжидала, пока он придет в себя.

До окончательного спокойствия было еще далеко, но соображать он все-таки начал. И выдавил, с трудом подняв взгляд:

– Прости… те… Я вас слушаю…

– Мы уже на «вы»? – грустно усмехнулась Марина.

– Но вы же… ты же… – замялся несчастный Генка.

– С другой планеты? – склонила голову гостья, заглядывая ему в глаза. – Ну и?.. Что это меняет в принципе?

«Это ужасно! Это все меняет! – хотелось ему закричать, но тут в голову пришла новая мысль: А что именно – все? Какая мне разница, откуда она? Разве она стала от этого хуже? Или лучше?»

Он мог бы, пожалуй, додуматься до межпланетного расизма или, напротив, всегалактического интернационала, но тут его размышления прервал объект этих волнений:

– Гена, мечтать некогда! Ты готов меня выслушать?

Он выпрямил спину, пригладил ладонью волосы и сказал, глядя в глаза Марине:

– Очень прошу… тебя. Пожалуйста! Давай забудем все, что только что произошло. Я вел себя по-свински! Я скотина! Поверь, мне очень стыдно. Но так все… неожиданно… Прости.

– Конечно, я тебя прощаю, – улыбнулась Марина. – Но так ли все неожиданно? Ведь ты был готов к чему-то подобному, когда пытал меня там, в парке. А если бы я поддалась тогда на твои уговоры?

Генка от стыда готов был провалиться.

– Да-а… – покачал он головой. – Наделал бы я шороху!.. Но ты ведь не только из-за этого смолчала?

– Не только. Я ведь не знала, что так получится с Юлей. Но как раз боялась чего-то подобного. Не хотела пугать тебя напрасно, думала, все обойдется. Не обошлось… Так что ты меня тоже прости. Это я во всем виновата.

– Марина! – Генка снова стал самим собой. – Давай не будем искать виноватых! Будет лучше, если ты сейчас все-все мне подробно расскажешь. Только… А как же Юлька? Ты уверена, что нам не надо никуда бежать и что-то срочно делать? Мы что, потеряли ее навсегда?..

– Гена, милый! – Марина положила руку на его плечо, и он на сей раз не отпрянул. – Я ведь не знаю подробностей, только догадываюсь. Если мои догадки верны, то Юля уже не здесь.

 Генка вздрогнул, но промолчал, а Марина продолжила:

– Где именно, я просто не знаю. Но она жива, в этом я уверена. Спешить сейчас бесполезно, надо сначала все хорошенько обдумать. Возможно, какие-то мысли появятся, пока я буду рассказывать тебе эту историю. В любом случае, у меня еще недостаточно сил, чтобы покинуть Землю. А искать Юлю нужно не на Земле.

– Почему ты так в этом уверена?! – не выдержал он.

– Лампочки, – ответила Марина. – Ты забыл, как я очутилась у вас?

– Джинниня из лампочки! – охнул Генка, в очередной раз припечатав себя по лбу.

Глава 6

Прежде всего Марина спросила:

– На какой фильм нас хотела отправить Юля?

– «Звездные войны»… – откликнулся Генка.

– Вот-вот, – нахмурилась гостья. – Звездные войны. Мне действительно хотелось посмотреть, что про них могли снять земляне. Ведь ваше кино – выдумка?

– В этом случае да.

– Ну вот. А на самом деле звездные войны – реальность! Это печальная действительность той жизни, которой живу я. – Марина еще больше нахмурилась, помолчала, а затем приступила к рассказу.

…Звездные войны велись в Галактике не одно тысячелетие. Они то затихали, то вспыхивали с новой силой, втягивая в огненный смерч десятки и сотни планетных систем. Порой конфликты носили локальный характер, затрагивая два-три мира, а бывало, что в гигантских сражениях принимали участие до двадцати-тридцати враждебных флотов одновременно.

Случались периоды, когда силы разума брали верх над смертельным безумием, и тогда враждующие стороны пытались найти компромисс путем переговоров. Иногда это получалось, но всегда ненадолго.

В последнее тысячелетие, несмотря на то что общее количество втянутых в Галактическую войну миров достигло четырех сотен, число основных противников постоянно уменьшалось. Это происходило либо в связи с покорением более сильными цивилизациями более слабых, либо из-за сознательного слияния недостаточно мощных армий в единый блок, либо из-за полного уничтожения крупных объединений – так погибли, например, пятьсот лет назад Армия Двенадцати Миров, возглавляемая могучими аухнами, или три столетия назад – Объединенный Флот Лиги Мрака. На сегодняшний день в Галактике осталось всего два враждебных суперлагеря – мелочь  вроде авантюрных «великих» армий миров-одиночек не в счет. Во главе одного стояла цивилизация джерронорров, другой возглавили анамадяне.

Наступило то самое опасное равновесие сил, когда любой мало-мальски серьезный конфликт мог привести к глобальной галактической бойне, которая вполне способна спалить в своем пламени всю разумную жизнь Галактики. Наоборот, заключение мирного договора между джерроноррами и анамадянами означало бы начало мирного этапа галактической истории.

Это, к счастью, понимали многие из тех, от кого зависел ход событий. Правителям Туррона, цитадели джерронорров, и Анамады, базовой планеты анамадян, достало воли, разума и мужества для начала мирных переговоров. В ходе этой беспрецедентной встречи были намечены основные шаги на пути к всеобщему миру. Проблем и разногласий тоже хватало, но главное совершилось. В подтверждение своих намерений правители решили скрепить союз… родственными узами. То есть выдать дочь джерроноррского Императора Марронодарру за сына анамадянского Вождя Миссина. Мнения намеченных для брака кандидатур никого не интересовало: ради мира в Галактике ими вполне можно было пренебречь.

Марронодарра приняла известие о предстоящем замужестве с бывшим врагом стойко. Она понимала серьезность момента и свою ответственность. Император Турронодорр благословил дочь и лично проводил до трапа анамадянского крейсера «Ярость», который понес ее к далекой Анамаде на встречу с женихом. Сама свадьба планировалась на более позднее время: требовались необходимая подготовка, поиск устраивающей обе стороны нейтральной планеты и тому подобное.

Для сопровождения дочери Турронодорр выделил Главнокомандующего Императорской охраной Герромондорра, а тот выбрал по своему усмотрению еще двух проверенных джерронорров. Большего не позволял этикет, поскольку анамадянский экипаж также состоял из четверых.

Однако на полпути к Анамаде случилось то, чего не мог предвидеть никто. В каюту отдыхавшей Марронодарры без положенного сигнала вошел Герромондорр. Обычно учтивый и предельно вежливый, на сей раз главный телохранитель смотрел на нее горячечным взором. Лицо его кривила дерзкая ухмылка.

– Должен сообщить вам новость, принцесса! – с издевкой поклонился он. – Конечный путь вашего следования меняется. И жених – тоже!

– Герромондорр, что с вами? – Марронодарра не испугалась, ожидая от телохранителя разумного объяснения такого поведения. – Анамадяне угостили вас чем-то, расслабляющим разум? Вы же знаете, что…

– Перестань, принцесса! – Слуга впервые обратился на «ты» к госпоже, и та вздрогнула, а он гордо расправил плечи. – Это я их кое-чем угостил. Жаль, они больше никогда не ощутят вкуса моих гостинцев!

– Ты… убил их?! – также перешла на «ты» Марронодарра, начиная понимать, что происходит нечто страшное. – Как ты мог?! Это посланцы…

– Это засранцы! – грубо перебил принцессу Герромондорр, отчего она снова вздрогнула и вжалась в кресло. – Это наши враги! По воле твоего слабоумного отца мы почему-то должны называть их друзьями! – Бывший телохранитель вплотную приблизил искаженное гневом лицо к лицу Марронодарры. В порыве отвращения принцесса мгновенно создала вокруг головы шар – непроницаемую снаружи маску – и вскочила на ноги:

– Не смей называть Императора слабоумным! Охрана! Ко мне! Арестовать безумца!

В каюту неспешно вошли охранники. Марронодарре они не были знакомы, но по ухмыляющимся лицам она сразу все поняла.

– Изменники! Вас всех ждет смертная казнь! – крикнула она.

– Ну-ну-ну! – покачал головой Герромондорр. – Зачем же так грубо? Безумец как раз не я, а твой отец. Разве кто-нибудь в здравом уме станет отдавать свою любимую дочь замуж за врага? Он давно выжил из ума, твой старик! Ничего, скоро мы это поправим. Вышибем остатки гнилых мозгов из его лысой башки!

Принцесса глубже вжалась в кресло. При последних словах еще и прикрыла рукой блестящую маску, словно защищаясь от удара. Герромондорр это заметил и рассмеялся.

– Не бойся, принцесса! – сказал он сквозь смех. – Можешь открыть свое прелестное личико. Тебя мы не тронем. Более того, ты выйдешь замуж – о чем так мечтала. И даже станешь королевой, Императрицей. Только твоим мужем буду я!

– Нет-нет-нет! – в ужасе закричала Марронодарра и рванулась из кресла. Охранники схватили ее за плечи и грубо толкнули обратно.

– Но-но, полегче! – прикрикнул на них Герромондорр, подмигивая. – Как вы обращаетесь с моей невестой, вашей будущей Императрицей?!

Охранники дружно заржали.

И тогда Марронодарра призвала на помощь Силу – могущественный Дар Неведомого Избранным Джерроноррам. Ослепительная вспышка озарила каюту. Зашипел плавящийся металл. А еще через мгновение принцесса, превратившись в сгусток волшебной энергии, словно игла стала пронизывать невидимые лоскуты и складки Пространства…

Марина закончила свой рассказ описанием схватки в магазине «Товары для дома» и замолчала, выжидательно глядя на Генку. Тот сидел, вцепившись рукой в подлокотник дивана так, что побелели костяшки пальцев. Казалось, еще немного – и обивка треснет. Пальцы другой руки сжимали виски, а ладонь прикрывала глаза.

– Ну просто… Армагеддон какой-то! – наконец хрипло произнес он. – Содом и Гоморра!

– Хуже даже, – согласилась принцесса. – Это из фильма?

Генка молча помотал головой. Воцарилось недолгое молчание.

– Гена, ты не уснул? – не выдержала Марина.

– Уснешь тут! – буркнул он, опуская руку. Глаза его были воспаленными, красными, на лбу блестели капельки пота. – Сейчас бы выпить чего-нибудь…

– Я принесу! – вскочила Марина.

– Чего ты принесешь?

– Воды.

– Я не воду имею в виду, – вздохнул Генка. – Жаль, но спиртного в этом доме сроду не водилось.

– О! Спиртное я знаю! – обрадовалась принцесса. – Это напитки, содержащие этиловый спирт! Перебродивший фруктовый сок, например. Так называемое вино.

– Лучше бы чего-нибудь покрепче, – мечтательно произнес непьющий Генка. – Водку, скажем…

Марина закатила глаза к люстре, вспоминая.

– Водка – крепкий алкогольный напиток, сорокапроцентная смесь очищенного этилового спирта с водой, – скороговоркой выдала она.

– Можно даже неочищенного, – кивнул Генка. – И без воды.

– Ого! – удивилась Марина. – Ты что, этот, как его… алкоголик?..

– Ага! Запойный.

– Да? – растерялась принцесса. – И часто у тебя запои?

– Да нет, раза четыре в год.

– И подолгу?

– Месяца по три.

Марина раскрыла рот и испуганно уставилась на Генку.

– Гена, – прошептала она, – тебе надо лечиться!..

– Теперь точно придется, – буркнул он и, взглянув на Марину, невольно улыбнулся. – Да шучу я, шучу! Это анекдот есть такой, к слову пришелся. Впрочем, откуда тебе знать про анекдоты…

– Почему? Я знаю! Мне Юля рассказывала.

– Про мыс Доброй Надежды, что ли? – вспомнил он утреннее чаепитие и поразился, что это было сегодня.

– Не только, – сказала Марина, отчего-то опуская глаза.

– Поня-ятно… Ну, Юлька, найду я тебя!

Генка неожиданно всхлипнул. Слезы против воли брызнули из глаз, и он зарыдал, повалившись лицом на диван.

– Ой, Гена, подожди, я сейчас! – воскликнула Марина и бросилась на кухню.

Звякнула посуда, зашумела вода, и уже через полминуты принцесса стояла возле него, протягивая большую кружку. Рыдания перешли в частые всхлипывания, и Генка снова сел. Благодарно, но вместе с тем стесняясь срыва, взглянул на Марину, взял кружку и сделал пару судорожных большущих глотков. И тут же закашлялся, выпучив глаза. В комнате резко запахло спиртом.

– Это что?! – глотая широко раскрытым ртом воздух, прохрипел он. Его чуть было не вывернуло наизнанку – только присутствие гостьи заставило сдержаться.

– Водка, – пожала плечами Марина. – Ты же хотел. Или надо было спирт?

Генка почувствовал, что его бросило в краску.

– Но откуда ты ее взяла? – ахнул он.

– У меня уже достаточно Силы, – пояснила принцесса. – Сделать это несложно: формула спирта проста, нужных атомов вокруг много.

– Так ты де… де-свиль-но можешь исполнять желания? – заплетающимся языком выговорил Генка. – Ты дж… джинниня?..

– Нет, я джерроноррка, – испуганно глядя на стремительно пьянеющего Генку, сказала Марина.

Глава 7

Марронодарра, увидев, как Генка, попытавшись встать с дивана, с грохотом рухнул на пол и засопел, еще больше испугалась. Она не ожидала, что от двух глотков водноспиртовой смеси с человеком может произойти такое. Да и откуда ей это было знать? «Принявшего на грудь» землянина она наблюдала впервые.

Конечно, окажись на Генкином месте кто-нибудь другой, он бы и от целой кружки не упал, а то бы еще и добавки попросил. Но Генка-то был человеком непьющим. Для него и пары глотков оказалось вполне достаточно.

Джерронорры тоже, в общем-то, были не без греха по части «расслабиться», употребляя в том числе и спиртосодержащие жидкости. Поэтому принцесса принялась лихорадочно вспоминать, что принимал отец наутро после торжественных дворцовых приемов. Что-то вспомнив, она вновь кинулась на кухню и принялась греметь посудой.

Вернувшись к распластанному телу, с большим трудом перевернула его на спину. Но оно вновь попыталось принять прежнее положение. Только наступив на него ногой, Марронодарра сумела воспрепятствовать этому. Не менее сложно оказалось открыть спящему рот и влить туда розоватую жидкость из вновь принесенной кружки.

Генка забулькал горлом, закашлялся, замотал головой, даже сделал руками-ногами некие плавательные движения, но остался лежать. Тогда принцесса немигающе посмотрела на остатки своего лекарства. Розоватое снадобье вдруг забурлило и приняло насыщенный кровавый оттенок. Поколебавшись немного, Марронодарра вновь раскрыла Генкин рот и вылила в него все.

Генку будто электрическим зарядом пробило! Из положения лежа на спине он подлетел примерно на метр, сделал полный оборот вокруг своей оси, согнулся пополам и, громко завопив, приземлился на четвереньки.

– Что это было?.. – обалдело произнес он.

– Воскрешение из мертвых, – буркнула Марина, потрясенная случившимся. – Все, больше спиртного у меня не проси!

– Ты прям как сварливая жена, – хмыкнул Генка, поднимаясь и потирая ушибленные места.

– Пришел в себя? – спросила Марина. – Соображать можешь?

Он на всякий случай умножил в уме семь на восемь, получил пятьдесят шесть и осторожно ответил:

– Вроде бы да.

– Помнишь, о чем я тебе рассказывала?

Генка вспомнил, и ему опять стало нехорошо. Звездные войны!.. Может, приснилось спьяну?

– Что ты имеешь в виду? – уточнил он.

– Гена, не надо, – устало откликнулась принцесса. – Некогда придуриваться, Юлю спасать нужно.

Генка схватился за голову. Юлька, сестренка! Как он мог о ней забыть?! Все, никаких больше экспериментов со спиртным! Так и остатки разума пропить недолго.

– Да! – крикнул он. – И как мы будем спасать Юлю? Где она?!

– Я уже говорила тебе, что не знаю наверняка, – вздохнула Марина, – только догадываюсь… По-моему, Юлю приняли за меня.

– Но вы ведь совершенно непохожи! – перебил Генка.

– Тот… или те, кто здесь были, скорее всего, не знали меня в лицо. Главная примета, которую им могли сообщить, догадываешься, какая?

– Рыжие волосы?

– Верно. А еще – платье. Юля и правда, наверное, решила его примерить. Тут-то и появились «гости»…

– А почему они перебили все лампочки?

– Думаю, Юля испугалась и спряталась. А они, видимо, про лампочку тоже знали.

– Откуда?! – изумился Генка. – Этого Геро… Геру… как его там… вроде как убили в драке? Про лампочку никто ведь не знал кроме него самого!

– У него был мыслепередатчик. Наверное, успел передать сообщникам, где меня искать.

– Мыслепередатчик?.. – не понял Генка. – Это еще что такое? Устройство для передачи мыслей?

– Ну… не совсем устройство… – принялась подыскивать нужные слова Марина. – Это как бы способность мозга передавать небольшие сообщения на любые расстояния. Причем мгновенно. Наведенная способность, которой наделяют лишь военачальников высокого ранга.

– А почему не всех? Это же так удобно! – удивился Генка.

– Безопасность Империи. Представь, как «удобно» было бы, например, злоумышленникам подготовить заговор. Впрочем, это как раз и случилось, – погрустнела Марина.

– А у тебя?! – взвился Генка. – У тебя есть эта способность?! Свяжись со своими, подними всех на уши!

– Думаешь, я не сделала бы этого, если б могла? – горько усмехнулась принцесса. – Нет, мне не положено. Вернее, смысла не было. Так, по крайней мере, считали.

– Но ты ведь эта… джинниня… Можно так? А то мне не выговорить… Ты же все можешь! – не унимался Генка.

– Увы, далеко не все, – развела руками Марина. – У меня даже нет еще достаточно Силы… энергии, чтобы отправиться домой. Перелет сюда опустошил мои ресурсы. Но завтра, думаю, я смогу улететь.

– Что?! – встрепенулся Генка. – Улететь?.. А как же я?

– Тебя мне никак не взять, – покачала головой принцесса. – Это невозможно.

– Но я не могу оставаться здесь, когда моя сестра черт-те где! – возмутился он. – И потом, ее же как-то перенесли!

– Действительно… – задумалась Марина. – Юлю приняли за меня, но она осталась при этом собой… Впрочем, и меня бы они ни за что не заставили помогать им, тем более Силы все равно не было… А может быть, здесь есть Переход? Да, очень похоже на то…