Судьба Иных. Книга II – Блудный Пророк

– 

Знаешь что? Я с самого начала понял, что ты вполне самостоятельный парень, да и к тому же настоящий воин, такой, который может выживет и не в таком дерьме как зомби апокалипсис, мне даже кажется, что ты Валехиец, возможно даже спецназовец. Я лично знаком с несколькими из их числа, так вот, скажу вы довольно похожи по повадкам которые вы даже не замечаете, вы даже двигаетесь иначе, но при этом так ловко, быстро и дико, словно дикие тигры, но они обычно были поздоровее тебя, в плане физически, но как я вижу, пробел в силе ты компенсируешь своей скоростью. Я надеюсь… ты меня понял, ну так что, Валехиец? – он с интересом заглянул мне в глаза.

В душу даже закрались сомнения, вдруг он давно все понял и вот уже скоро сдаст меня местным властям, да и откуда вообще берутся такие волкодавы, которые даже человека насквозь чувствуют, без слов. Я определенно четко дал ему понять, что я вовсе не Валехиец, помотав головой.

– 

Ладно, прости за допрос, хотя и вижу, что парень ты не из обидчивых. В общем я постараюсь помочь тебе, с твоей проблемой, взамен я надеюсь ты не забудешь дядюшку Хеклера. – он подмигнул, после чего протянул мне руку, а в слегка улыбнувшись, протянул свою в ответ.

– 

К моим словам здесь прислушиваются, не переживай. – сказал он, после чего резко, но плавно закатал ворот моего рукава, посмотрев с хитрой искрой мне в глаза, он закатал второй рукав, после чего удостоверившись, он отпустил мою руку и сел, сложив как в начале, ногу на ногу.

– 

Я проверил нет ли у тебя татуировок, бывает Валехийцы бьют себе тату на запястьях, плечи и спину конечно я досматривать не стану, это должны были сделать парни из отдела безопасности, в общем то, даже немного жаль что я ошибся, обычно у меня нюх на такие вещи. – сказал он, почесав затылок.

Это было что то на грани провала. Нет, я никогда не делал никаких тату на теле, ни армейских, никаких либо ещё, просто не видел смысла в этом, хотя возможности такие и были. Мне поскорее хотелось уйти отсюда и больше не встречаться с этим человеком, по крайней мере, по крайней мере не в такой обстановке, да и не на вражеской, как оказалось, для меня территории, да ещё и в таком невыгодном, для меня положении, когда я буквально окружён целой небольшой армией почти в пять сотен человек.

Я уже распрощался с дедом и собирался уходить, но застрял в дверном проёме, от того, что услышал.

– 

Доброго тебье вечьера, Вальехейц. – сказал Хеклер на ломанном валехийском, я не ожидал этого услышать, да и изменившаяся атмосфера располагала, так что, я развернулся и замер с раскрытым ртом. Я действительно не заметил того, как чуть не ответил ему, буквально по привычке. От этой сцены он буквально залился громким смехом, он как раз стоял у соседнего, от стола с тисками, за которыми работал его сын, стола с оружием и патронами. Хмыкнов, он осекся, после чего добавил.

– 

Заходи завтра в это же время, будет о чем поболтать, завтра утром готовься к службе в армии США, сынок. Удачи. – конечное его «Гуд лак», обнадеживало, он видимо не собирался меня сдавать местным властям, как шпиона, да и за весь разговор я не увидел наконец то ни капли ненависти к своей нации и народу, такое обычно было трудно скрыть, но либо дед был настолько матёрым волкодавом, либо же он действительно не желал мне зла, в общем, неизвестность угнетала.

Больше всего я ненавидел ожидание и долгую разлуку, но сейчас на меня давило и то и то, а к этому ещё и добавилась неизвестность, так что, всю ночь я провел за сном в пол глаза, на каждый мелкий шорох я просыпался и сжимал пневмат в руке покрепче, его рукоять от того на сколько я ее сжимал, даже резала мне немного руку. Последнее время я спал хоть и мало, но спокойно, а эта ночь была совсем другой, но на мое счастье, люди а черном, конечно не те которые охотились за пришельцами, а в черном натовской камуфляже, местное управление отделом кадров, пришло ко мне лишь под утро.

Было примерно шесть часов утра, в это время лагерь только начал просыпаться и выходить на работу. Первыми на смену, так сказать раньше всех, на работу выходили повара, но ели все в этом же зале, хотя ведь логично что тут и столовая была, но находилась она как раз на первом этаже, но на другом конце корпуса. После завтрака, давалось на все это дело около часа, на то чтоб умыться, сделать свои дела, позавтракать и окончательно собраться, выходили на работу и остальные. А работы было достаточно и даже казалось, что рабочих рук не хватает. Дверь мою открыли сразу после короткого тройного стука, скрип несмазанных петель прозвучал, для меня, как гром среди ясного неба, даже.не смотря на то что я был готов к этому. Я приложил все усилия для того чтоб не направить пистолет в сторону двери, конечно же для того чтоб опередить возможных противников, да и в конце концов, выиграть для себя немного времени, случись что. Но они явно знали что я не сплю, скорее всего меня сдали мои же соседи, добродушная французская пара и подозревать скорее всего не могли что эти люди могут быть моими потенциальными убийцами, исходя из того, что им все дозволено, их главный вошёл немедля.

– 

Сэм Фишер? – спросил меня пожилой офицер с короткой стрижкой, на что, я кивнул головой. Лицо у него было типовое военное, со строгой физиономией и рано сложившимися морщинами, но было оно вообще незапоминающееся, я даже не запомнил то, как он представился, да и было ли это в его монологе, из памяти тоже вылетело. Я уже довольно сильно задолбался мотать и кивать головой, что было такое чувство, что скоро она к меня отвалиться, но делать было нечего, приходилось терпеть.

– 

Пройдемте с нами, сэр. – настойчиво сказал он, после чего развернулся и не дожидаясь меня, пошел а направлении выхода, в конечно же побрел прямо за ним и его свитой. Когда ч выходил, я заметил как на меня, прячась за углом смотрел Кевин, заметив то, что я обратил на него внимание, он поспешил скрыться за углом домов поодаль, но расстояние было достаточным для того, чтоб разглядеть то, что на его лице появились новые следы, прямо вокруг глаза был огромный сине-фиолетовый круг, который можно было ознаменовать никак иначе, как фонарь. ''Неужто подрался с кем-то'' подумал я, но уделить времени на подобные размышления, я просто не мог.

После того как мы вышли из концертного зала и прошли по прямой до внутреннего блокпоста, разделяющего две части этого бывшего учебного заведения… я, смог наконец таки попасть по ту сторону блокпоста…

Оказалось, чем дальше в лес, тем больше хочется назад… поднявшись по лестнице на второй этаж, первое что я увидел, это, местами, людей в странной, серой одежде с полоской на груди, которая предназначалась для номера, это были робы словно у заключённых, на этаже людей сейчас было из мало, они занимались очисткой стен и полов, чаще по одному, лишь изредка подвое, на протяжении всего второго этажа я заметил лишь восемь человек, не считая охраны, но на этом ничего не заканчивалось, с третьего этажа под конвоем, по два-три человека, спускались ещё люди, после чего заходили в кабинеты, которые, как я успел разглядеть пока шел, были переоборудованы под мастерские. То что это были простые преступники или заключённые мне верилось с трудом.

– 

Не обращайте внимания на них, – улыбнулся повернувшись ко мне перед кабинетом офицер, – это временные заключённые.

Эту ухмылку я запомню надолго, я сделаю все возможное чтоб этот человек постучался перед тем как умер, если моя теория о том, что это не заключенные, а мои… вернее будет мои местные соотечественники, но для меня не было разницы, история этого мира была той же что и у нас, не считая факта того что тут случился самый настоящий зомби апокалипсис, но человек остаётся человеком, так же и Валехиец остаётся Валехийцем, по этому, в моем или в этом мире, не важно, у нас одна история и один дух, поэтому мои планы по побегу, так сказать, слегка изменились. Да я не смогу в одиночку зачистить целый лагерь с пятью сотнями бойцов которые регулярно имеют дело с оружием и каждый день сталкиваются с различными трудностями, по моим прикидкам в также остался человеком, если меня постараться ранить, то пойдёт кровь, если на меня давить будут те же эмоции, все как раньше, только в стал ещё сильнее, как морально, так и физически, но о чем это я. Так вот о том, что даже одной автоматной очереди вероятно хватит чтоб оборвать мою жизнь, конечно теоретически я смогу увернуться от нескольких пуль на средней и дальней дистанции, благодаря скорость и рефлексы мне это позволяют, будь я обычным человеком, это было бы невозможно, да даже в рукопашную я бы положил любого из их бойцов, пусть даже если они накинулись бы на меня скопом, но не в том случае когда против меня стоит что-то большее, чем пистолетный калибр. Сейчас то я понял всю прелесть ограничений по статусу, до этого момента я считал себя практически неуязвимым и сверхчеловеком, но логическое мышление вернуло меня в реальность вновь, ведь всего пара ступеней ограничивали меня от того, чтобы прямо сейчас, голыми руками порвать всех местных вояк на флаг и освободить из плена наших.

Смирив свою ярость, я вошёл в кабинет вслед за офицером. Он усадил меня за стол напротив себя и начал вести допрос.

– 

Господин Хеклер вчера обратился к нам с просьбой, от которой мы не могли ему отказать, он уверял нас что вы очень идейный человек и пылаете желанием помочь нам в войне. Слово господина Хеклера открыло вам дверь в мой кабинет, также он заверил лично меня, что вы пройдете все испытания досрочно. Конечно он знал что сегодня проводиться отбор для пополнения личного состава и я пытался ему донести то, что вы просто не справитесь с соперниками, да ещё и к тому же у вас в личном деле будет стоять огромный минус из-за того что вы обладаете такой особенностью. – он сделал короткую паузу постучав себя по горлу. Похож было он больше не солдата, а какого-то заговорщика, такую личность, которая довольно долго занимается интригами и всякими делами требующими деликатного подхода, но жизненный опыт давал мне понять что скорее всего это лишь клише, так как обычно такими делами занимаются уравновешенные и непримечательные люди, например, такие люди, как Хеклер. – Основании недоверять такому человеку как господин Хеклер, мв не нашли, поэтому вы незамедлительно присоединитесь к отборочному испытанию, допущены до оружия будут только те, кто докажут то, что они не зря тратили наше время на обучение, а противном случае, вас как и многих других отправят на переобучение, при недобросовестном отношении к обучению, вы будете исключены из данной профессии и вернётесь к работе… кем вы там были, пекарем?

Я лишь сидел и с серьезным видом кивал головой, после чего встал и вскинул руку к голове, в Америке как в знаю не так строго с покрытостью головы, поэтому лишний раз для него, я обозначил себя как человек не имеющий никакого дела к этой стране кроме как того, что по стечению обстоятельств оказался здесь. Было, кстати, довольно интересно, а из государства и армия, действительно не могут прорваться через полчища живых трупов и мутантов? Или же оно уже лежит в руинах, как и Валехия, моя родина, да что там… скорее всего как весь мир. Жаль, что я не могу знать этого наверняка. Но и двигаться дальше мне надо скорее. А планировать операцию по спасению местных соотечественников, я просто не мог, у меня остался всего месяц и три недели для того чтоб узнать зачем я тут и что мне вообще предстоит сделать, в перспективе, это был долгим срок, но в реальности же, зависело от того что мне предстоит сделать.

В комнату ожидания меня провел один из членов сопровождения этой шишки который стоял на охране даже в кабинете, а не как второй, за дверью. В том месте куда я попал, людей было вполне достаточно, человек двадцать. Все знали друг друга и сидели разбившись на свои группы, никто не решался подойти ко мне и заговорить первым, пока не из кабинета не вызвали первую пятерку претендентов. После чего вторую… и третью, в комнате осталось ещё пятеро. Сидели они в самом дальнем углу от меня. Но вот что-то произошло в их группе и один из компании под небольшой гомон, смешки и тыкания побрел в мою сторону с недовольным видом.

– 

Короче, ты типа кто такой? – спросил меня он с особой такой, вольяюной ленцой после того как сел с боку от меня на соседний ряд.

– 

Человек. – кратко написал я ему на чистом листе. Тетрадь кстати уже заканчивалась и лист был предпоследним, но когда она кончиться, можно будет попросить новую, все а том же хозяйственно-продуктовом отделе, по совместительству торгующим и многим другим барахлом, кстати там продавали мыло на которое в так и не накопил гильз, помыться за неделю я смог всего два раза, пусть запах от меня был и не сильный, но все же возможность для стирки и умывания, была роскошью в этом месте, а иметь при себе ещё и мало или зубную пасту с щеткой, так и вовсе, мало кто мог себе такое позволить.

– 

Понятно, я о том что, ты типа сынишка чей-то, или че типа, мы тебя не знаем, слышали ты появился всего пару деньков назад, а уже метишь на место которое мы вырывали себе месяцами, чувак, это не круто, сечешь?

Вместо того чтоб писать новый ответ, я открыл заранее заготовленные варианты на первых страницах, а конкретно я выбрал слово ''нет'' и обвел его ему несколько раз.

– 

Короче нам все равно, мужик, но ты имей ввиду что тебе тут рады не будут, тут быстро с тобой разберуться, я попрошу лично Тима Гареста с тобой разобраться во время спарринга, усек?

Эта ситуация меня откровенно забавляла… парню едва можно было дать лет двадцать, а значит когда все это случилось, он был ещё подростком, но как так получилось что белый молодой парень который крутиться в окружении чернвх перенял все их замашки, преимущественно почему-то пацанские и гангстерские, будто они тут не воевать с нами собрались, а отжимать у снежков кеды. Так как он меня откровенно рассмешил, я с задорной улыбкой на лице, нарисовал ему смайлик на полях, там как раз располагалось слово ''нет'', большими буквами. Когда он прочитал что я адресовал ему, он перевел глупый взгляд на меня, а я ему подмигнул, с такой, едкой улыбкой.

– 

Знаешь, я сам хочу с тобой разобраться, понял меня? Встретимся на ринге, мудила, когда ты будешь ползать в своей крови и соплях, я буду смеяться над тобой. – когда он резко встал и пошел к своей банде которая весело улюлюкала и откровенно веселилась показывая мне неприличные жесты и выкрикивая разные гадости, он развернулся и добавил на полпути. – Передай кстати привет своей мамаше, гандон, давно не виделись.

Знал бы он, какую глупость он говорит под влиянием своей группы поддержки, да зная что я могу сделать с его средними пальцами который был оттопырен в мою сторону после этого противного оскорбления. Я думаю, он бы сто раз подумал, перед тем как говорить подобные вещи… Оскорблять родных как раз в стиле отбросов подобных ему, но за такое, у нас в Валехии, можно получить в морду, но как было жаль что они не знают что я Валехианец.

Вот очередь дошла и до нас, буквально через пару минут как толпа начала стихать, провожатый, как мысленно окрестил его я, открыл нам дверь и сказал проходить в соседний кабинет. Я вышел последним, передо мной конечно пытались захлопнуть дверь, но я все ещё терпел их выходки.

В кабинете обнаружились бланки с вопросами. Делились они на два типа, вопросы школьные, едва ли не за пятый класс, по типу написания простейших уравнений из физики и формул математики, ну и вопросы сугубо тематического, то бишь военного характера, на вопросе где надо было по цифрам расставить звания, я явно облажался, так как с их иерархией, я был знаком лишь поверхностно. Но в прочих вопросах я не нашел ничего сложного, там предлагались ситуации, действия, ответ надо было описать в виде порядка выполнения своих действий. Конечно абсолютно верных ответов там не было, но были некоторые стандарты поведения, во многих армиях мира они были однотипны. Не бросать товарищей, ждать подмогу, стоять до последнего, выполнять приказы. Вопросов последнего типа, было достаточно много. К примеру один из таких вопросов звучал примерно так: ваш командир отряда отдал приказ вам перевезти ящики с ценным грузом и не вступать ни в какие контакты с предполагаемыми противниками, а также гражданским лицами, но а процессе перевозки вы видите как двое солдат вражеской армии убивают мирных жителей, а также устраивают прочие беспорядки, укажите ваши действия. Конечно будь то в жизни, тут из меня исполнитель приказов был бы мягко говоря не очень, потому что мое чувство справедливости не дало бы проехать мимо, но тут я ответил что всего лишь передам информацию командиру, сообщу всю необходимую информацию касательно происшествия и продолжу доставку ценного груза, даже ценой своей жизни. Этим фанатикам должно было такое понравиться, поэтому почему бы и нет.

Через десять минут, мы узнали итоги проверки, не прошли целых шесть человек, в их числе меня не оказалось, я прошел все тесты почти на высший бал. Но я был удивлен тому, что либо местные были такими глупыми, либо тут был такой жесткий отсев, их балы даже не назвали, а просто выгнали с этого экзамена.

То что было дальше… в общем было довольно предсказуемо, мв пошли а спортзал который находился все на том же втором этаже, кстати как оказалось не далеко от гардероба, там были расставлены маты, скамьи для пресса, жима лёжа и была дистанция для бега, турники ну и конечно же, импровизированный ринг из матов, и накладок для татами.

Сначала нас всех, как стадо баранов, загнали в гардероб для переодевания в спортивную форму, она была приготовлена заранее с запасом. Нас всего то осталось семнадцать человек, а такими темпами мне казалось что я останусь и вовсе один. На каждом упражнении стояли проверяющие в полном обмундировании, первое что нам необходимо было пройти, это задание по облачению в боевой комплект на скорость. Конечно валехийское обмундирование и западное отличалось, мне мешались лишние фастексы, утяжки, какие-то молнии и странные крепления.

Поэтому в первую тройку я не вошёл. Но и в последние позиции я не вошёл, делал всё я очень быстро и четко. Дальше нас опять поделили на группы и отправили на разные упражнения, нам дали пять минут на разогрев, а потом мы приступили к упражнениям, мне повезло и я попал сразу же на бег, все что требовалось, как в техникуме, школе и всяческих спортивных соревнованиях, не и конечно в армии, пробежать стометровку на скорость. Тут я решил особо не выделяться, пусть и мог преодолеть это расстояние быстрее чем Усэйн Болт, чуть ли ни в два раза быстрее. Забрав адекватное, второе место по бегу, мы перешли сразу же к отжиманиям, больше всех все же сделал я, все таки увлекся немного, да и труда этого никакого не составило, толкать землю и ничего больше, прям как в армии когда-то. Дальше же опять не было ничего сложного, места иногда приходилось чередовать, первое-второе и так по кругу. Когда все выполнили испытания, нас построили. Было слишком неожиданным то, что из семнадцати нас осталось девять, а я как не удивительно, оказался вторым в общем зачёте.

Вот и началось самое веселое, место на татами хватило бы всем, но от чего-то вызвали только три двойки кадетов, они начали ожесточенно рубиться друг с другом выкладывая все силы, хотя и было очевидным то, что предстояло биться ещё и с тренерами… прямо таки сдача на краповый берет в самой лёгкой форме. Чуть ли не тренировка по боксу, не считая спарринга с тренерами которые будут выжимать из тебя все соки и стараться как можно быстрее уложить тебя, либо вывести из боя. Вид боевых искусств был какой-то странный, отличающийся от нашего, армейского рукопашного боя,но не становившийся от этого более мягким и снисходительным. Перед тем как против нас начали ставить тренеров, я вышел на спарринг три раза, ничего особого делать я не стал, несколько раз зарядил первому парню по голове прямых, после чего ушел в защиту и контратаки, следующие два боя я тоже гонял лафу. Моим соперникам казалось странным что даже через перчатки они бьют в руки, будто в камень, но никто так ничего и не высказал против. Тот любитель матерей все ещё был в строю и не жалел своих оппонентов вообще, да, уровень его был неплохим, но для кандидата в мастера спорта, ну или даже немного ниже, да и все его удары исключительно представляли из себя связки ударов по голове и корпусу противника руками, такой прямо скажем, уверенный, ну и даже можно сказать, талантливый молодой боец. Но уважать я его от этого не стал и только ждал момента когда можно будет ему нехило навалять. На других же я ни злобы ни обиды не имел, по этому даже поддавался им, иногда пропуская удары по корпусу и даже по голове, но не в челюсть либо лицо, чтоб не выдавать в себе терминатора, а так, по касательной, вроде и ударить можно, да только все никак не удается поймать уязвимые точки. Конечно от удара в челюсть падают в основном только в фильмах, но когда спортсмен морально и физически готов к бою, он ждёт подобных ударов и может не улететь в нокаут даже после двух, трёх, четырех и более ударов, ну да впрочем конечно все ещё зависит от техники и силы удара его оппонента, но как сказал Шварцнеггер в одном из фильмов, не важно то какой ты наносишь удар, а важно то, как ты держишь удары. Почему то я был с ним полностью согласен, наверное как минимум потому, что чтоб победить любого противника, нужна хорошая соображалка и решительность. На поле боя, в любой ситуации кроме ринга и потоковое в клубе, как правило ты не будешь использовать свои кулаки как оружие в том случае, если тебе или твоим близким угрожает опасность, самое эффективное средство это конечно огнестрел, другие эффективные средства, это все кроме твоих рук… будь то нож для консервных банок, камень, труба, да хоть бляшка с ремешка, а лучше и сам ремень, в комплекте со стальной бляхой. Лучшим средством защиты, что ты сможешь найти, это может быть даже то, что лежит у тебя под рукой, конечно если это не подушка, хотя даже ну можно остановить нападающего и успеть убежать. Это правило, вдалбливать нам начали ещё с КМБ, его я и придерживался всю свою жизнь. Впрочем такие случаи в моей истории вы уже видели.

Дальше поединки так и продолжались по три пары на татами. Пройти надо было, минимум через два боя с мастерами. Было обидно за некоторых парней, точнее из-за того что они ловили хитрые удары, после чего просто не могли продолжать дальше, так на втором заходе выбыло ещё два человека. Их в отличии от остальных выбывших никуда не выгнали, а оставили досмотреть бои, да и чтоб придти в нормальное состояние им надо отдохнуть некоторое время. Два моих спарринга с тренерами, для меня практически не отличались от спаррингов против кадетов, путь и двигались они точнее и быстрее, для меня все было таким же медленным и слабым, если сравнивать любого из них с тем байкером что напал на мою компанию в баре, можно было подумать что это дети маленькие дурачатся в шуточных драках. Хотя все на самом деле было далеко не так, тренера реальные профи своего дела и настоящие мастера, сами кадров были натренированы достойно, но конечно воспитание было не у всех на высоте.

Но вот я и думал что для меня это конец испытаний на сегодня, но было все далеко не так просто. Меня вызвал один из тренеров на дополнительный третий раунд, с ним я ещё не дрался, но он сам проявил инициативу, так же я заметил наглую ухмылку любителя женщин постарше. Когда я молча, логично, ведь я для них немой, вышел на татами на котором уже шел к концу последний бой в котором на последнем издыхании тренер записывал бедного мальчишку, у него была рассечена бровь и из носа чуть раньше текли два ручейка темно-красной жидкости, которые по итогу были размазаны у него по щекам и подбородку, но парень терпел и не сдавался, хоть уже и не пытался огрызаться в ответ. Нас осталось всего семеро и аж три человека из прихлебателей того снежка в банде шоколада сидели вокруг и переговаривались между собой над чем-то смеясь. Конечно же эти насмешки были надо мной, как в понял, это тот самый тренер которого парень хотел попросить выйти со мной и разобраться, но я помню обещание того молокососа что он справиться со мной лично. Интересно, почему же он мне ни разу не попался на спаррингах, а на крайний случай мог подойти ко мне и попросить бой. Кстати, бой начался неожиданно и слишком резко, я едва действительно не пропустил прямой а челюсть, а потом пришлось закрываться от целой серии атак по голове и корпусу. Но ведь… здесь свободный вид ведения боя. По этому долго тянуть не стал… я раскрылся для удара и поймал очередной выпал стремившийся поразить меня прямо в нос, но подумал его в не лицом, а рукой, после чего рванул его на себя. Тренера были одеты в спортивные трико и майки, по этому ухватиться особо было не за что. Но мне этого было и не надо. Выведя его из равновесия, качнув его пару раз в стороны как неваляшку, я с посадкой перекинул его через бедро после чего вошёл в партер, когда он оказался на татами. Быстро переведя его из нижнего положения перекатом, я одновременно захватил его шею в стальные тиски и контролировал его ноги своими ногами, в общем то злобный тренер который кстати и уложил одного из парней которые сидели и приходили в себя, мужик явно понял что попал. Но я не дал ему отделаться хлопок по татами, голова его была у меня подмышкой, а шея а плотном захвате, и я прогнул спину для того чтоб усилить нажим, больше по привычке, нежели для того чтоб сделать удушающий более эффективным. Но чуть не сломал его шею после незначительного усилия. Тренер не мог дышать и посинел, даже звука издать не мог, на эту картину отвлекся второй тренер который стоял на татами, за что он мгновенно и поплатился, тот полуживой парень, просто, с размахом, и от всей души, припечатал зеваку в челюсть, после чего он упал без сознания. Тренер который был у меня в захвате, уже начал обмякать. Но убить тренера на экзамене, было бы верхом неблагоразумия, по этому я отпустил его и скинул с себя, после чего принялся бить его по щекам. Он был ещё в сознании, но не мог даже вздохнуть, первый вздох дался ему тяжело и с таким хрипом, как будто в лёгких была жидкость, но следующие хрипы дали знать о том, что с ним все в порядке и жить он будет. Все ещё хрипя и даже не пытаясь подняться, к нам подбежали медики и унесли его на носилках. А мне, в конце концов, сделали небольшой выговор за то, что был невнимателен во время последнего спарринга и чуть не задушил их чуть ли не самого лучшего бойца-рукопашника и тренера. Лучше бы сказали спасибо что я не использовал армейский рукопашный бой, а то пришлось бы сейчас оттирать от пола то что от него бы осталось после моих рубящих ударов руками. Видели бы вы глаза того парня который рассчитывал на то что на носилках унесут сегодня меня, а не его знакомого, или вовсе друга, не знаю кем они были, может даже у них было что-то большее, я не разбираюсь в этих свободных нравах и не поддерживаю их.