Правдоборец. Сердце титана. Книга 3

Я не раздумываю долго. Соглашаюсь сразу же.

– Только быстрее, – достаю пистолет. – Ты хотел пострелять? Возможно, такая возможность вот-вот подвернется.

– Т-т-т-р-р-р-ь-ь-ь-и-и-и-и-ха-а-а-а-а! – вскликивает Мурзик, когда я выхожу за порог ванной, а дверь хлопает за спиной. – Втюрился, да?

– Если бы я втюривался в каждую первую попавшуюся, жестянка… Я бы вряд ли встретил Августу. И Лиану. Надо найти тумблер, который может отключать у тебя слух. Меньше знаешь, крепче спишь.

– Сначала я хотел сказать, что ты долбоеб, – пищит пистолет. – Променять долгий взлет по карьерной лестнице на бабу. Но внезапно ты вызвал во мне какие-то новые чувство. Которых я прежде не испытывал.

– Я щас расплачусь.

– Ну и пошел…

Мурзик не договаривает. Из ванной слышится грохот. Я тут же залетаю обратно.

– Вот черт.

Девушка лежит на полу. Рядом с ней шприц с остатками скверны.

Телефон пищит еще раз. На подтверждение выполнения заказа остается одна минута.

Я прикладываю руку к шее девушки и чувствую пульс. Она жива. И я понимаю зачем она это сделала.

Во-первых потому, что понимала, что теперь это единственный способ сохранить себе жизнь. Мужик – я уж не знаю, что они там не поделили, – не успокоится пока не добьется своего. А обретя бессмертие она обломает ему все планы. Ну, а во-вторых, она точно решила отблагодарить меня за спасение. Теперь я легко могу вскрыть пакет. Выпустить наружу ядовитый воздух и приложить фотографию к выполненному заказу.

Я быстро поднимаю шприц, делаю все необходимое, а когда ловушка срабатывает, зажав дыхательные пути, заглядываю обратно в ванную и делаю фото.

Готово. Ваш заказ выполнен. Вы заработали плюс десять баллов к репутации. Поздравляем!

– Спасибо, – я кладу девушку на диван и укрываю пледом.

Знаю, что сейчас она переживает не лучший момент в своей жизни.

Смотрю на шприц и оставшуюся в нем скверну. Борюсь с желанием вновь стать одаренным. Оскверненным. Бессмертным. Мессией, от которого зависит будущее человечества.

– Еще не время, – принимаю, наконец, решение и кладу инъекцию на журнальный столик. Рядом со спящей Августой. – Спасибо.

Я уже собираюсь свалить, когда тело корпоратки внезапно вздрагивает, а сама она хватает меня за руку мертвой хваткой. Поднимает голову, открывает глаза и всматривается в мои почерневшими от скверны зрачками.

– Мы нашли тебя! – ревет Легион ужасно замедленным голосом рыжей девушки, расщепленным сразу на несколько.

– Праздничный ужин? – ухмыляюсь. – Пару тостов за встречу?

– Как им удалось? Как они разделили нас?

– Не расстраивайтесь так сильно. Я никуда не денусь. По крайней мере потому, что у меня много планов, связанных с обязанностями Мессии, – подмигиваю, а сам пытаюсь освободить руку.

– Нельзя! – ревет скверна. – Нельзя! Эта вселенная сошла с ума. Люди нарушили порядок, создав Переплетение Миров!

Хоть сейчас я и похож на психотерапевта, принимающего своего пациента. Но стараюсь не отвечать. Темная сущность явно расстроена. Пусть остынет и сама расскажет мне что не так. Язвить я могу сколько угодно, но в данном случае это делу не поможет.

– Нужно срочно вернуть тебе способности, человек. Мы откроем третью ступень их развития. Ты многое поймешь. Конец близок. Если не сделаем что должно, то конец всему.

– Есть небольшая загвоздка, – мне наконец-то удается освободиться. – Сейчас только в этом городе я в безопасности. Если верну свои способности, то меня вытурят отсюда как последнего бомжа с улицы накануне важного городского мероприятия.

Про идею разделения миров пока говорить не хочу. Пусть будет моим козырем. Я еще не решил, что буду со всем этим делать.

– Неважно! – вновь ревет скверна.

– Это вам неважно. А за пределами города за моей головой охота. Они снова поставят укольчик и окончательно прибьют меня. Если не буду защищен как следует.

– Ты не понимаешь! Из-за нарушения порядка конец наступит быстрее, чем мы думали. Он уже почти наступил.

К таким новостям жизнь меня не готовила. Вернее, готовила. В последнее время. Но не так сильно, как хотелось бы.

– Все ступени, ведущие к новому циклу, разрушены! – бешеными глазами глядит на меня корпоратка. – Что бы ты не затевал уже слишком поздно! Возможно дитя не успеет появиться на свет. Не успеет поглотить души и стать сердцем титана.

Я все больше убеждаюсь в том, что мне нужно вернуться к Роговой и обсудить план, благодаря которому мы снова сможем разделить миры. Я взвешу на себя огромное бремя вершителя судеб, но это лучше, чем просто дать всем умереть.

– Благо мы просчитывали такое развитие событий, – успокоившись заявляет Легион.

От удивления я вскидываю бровь.

– Какой план?

– После Переплетения Миров и пространство и время стало нам неподвластно. Остались только бреши, которые мы оставляли сами.

– Можно не говорить загадками?

– Ты отправишься в прошлое и сделаешь ребенка, достойного сердца Титана.

– Стоп-стоп-стоп, – нервно усмехаюсь.

Я осознаю, что от меня требуется, но рождать демона воплоти не соглашался. Если пойду на поводу у Скверны, то назад пути не будет.

– Выбора нет. Времени нет. Титан разрушается прямо сейчас, – в отчаянии заявляет одержимая.

– Помедленнее, – меня бросает в холодный пот. – Я должен вернуться в определенную точку, обрюхатить эльфийку и…

– Ты никуда не будешь возвращаться, – тут же прерывает Легион. – Точнее ты не будешь делать этого физически. Только ментально.

– Хотите сказать, что тело останется здесь, а мозги пролетят сквозь время, – пшикаю себе под нос. – Как это вообще возможно?

– Наша магия. Если бы ты только знал на что мы способны. То, что низшие существа зовут Скверной, поможет твоему сознанию пройти сквозь время и оказаться в своем же теле.

Кажется, я понимаю, как это работает. Коктейль из космической жижи, который рухнул на Землю несколько лет назад, в те времена витал еще в космосе и давал людям магию. Как по вай-фаю. Потом упал на планету и стал проводным источником силы. В любом случае, похоже, мне нужно будет как-то соприкоснуться со Скверной здесь, чтобы вернуться туда.

– Но мне нельзя укалываться этой дрянью. Я уже объяснял почему.

– Тебе не придется. Просто запомни. Ты должен четко придерживаться двух сценариев, когда вернешься назад.

– Первый?

– Не нарушать действующие процессы. Не вмешиваться в конфликты. Какие-либо. Неважно. Твоя основная цель оплодотворить княгиню.

– Княгиню? – на этот раз я поднимаю обе брови.

– В одной из веток реальности твой сын рождается от Роговой Ольги Николаевны. Ты должен объяснить ей почему это необходимо и зачать дитя.

– Ха! – кажется я чувствую, как дергается глаз.

Я отрастил достаточно крепкие яйца. Но между смелостью и адекватностью все же есть грань. На сколько лет назад темная материя хочет вернуть мой разум назад. Самое время каким-нибудь восемнадцатилетним соблазнить бывшую жену императора и главу Теневого клана. Ага. Хотя, с другой стороны, в одной из веток реальности у меня…получилось?

– В одной из веток реальности… – мну подбородок. – Мне удалось узнать, что у Роговой есть ребенок. В момент, когда подслушивал прошлое. Но я не припоминаю, чтобы у нас с брюнеткой было что-то общее.

– Как я и сказал, ты слышал не прошлое. А лишь одну из веток возможного прошлого. Одну из параллельных реальностей. И теперь твоя задача превратить его в настоящее.

Все еще сомневаюсь. Слишком все запутанно. Может быть к черту все? Разделить миры и будь что будет. Пусть эта тварь сама справляется с тем, что ее гложет.

– Если вы разделите миры, это ничего не решит, – не дождавшись ответа корпоратка сильнее сжимает мое запястье.

– Опять чудо-способность просчитать все варианты?

– Все миры будут уничтожены. Если Титан не пробудится.

И вот как я должен поверить? На слово?

– Пруфы будут?

– Нам незнакомо это слово. Но если ты ждешь доказательств, то их не будет. Для чего Титан должен пробудиться узнают только избранные. И только когда придет время, – Легион, смотря на меня тьмой в своих глазах, выжидает паузу. – Ты готов?

– Мне нужно немного…

– Его нет, – отвечает Скверна и в этот же момент глаза девчонки загораются синим.

Я проваливаюсь в какое-то забвение. Сперва тьма, а затем перед глазами начинают мелькать события из прожитой мною жизни. Я буквально смотрю за тем, как купол снова возводится над старым городом. Перевожу взгляд на руки. Они покрываются сажей и землей. Затем толчок. Невидимая сила буквально впихивает меня в тело двадцатилетнего пацана.

– Ермак! – окрикивает голос, который я ненавижу больше всех. И хорошо помню. – Чего встал, сука? За работу!

Все нутро пробивает электричеством. От бессилия я падаю на холодную землю. Но не могу толком припомнить этот день. Я как всегда голоден. Я, как всегда, в шахте. Я как всегда должен пахать, чтобы принести Лике сухой паек.

– Замечательно, – улыбаюсь, ловя капли влаги, падающие на лицо со сталактитов.

Про план, как заключенный должен соблазнить наследницу престола мне не рассказали. Похоже будет весело.

– Что тебе замечательно? – лицо орка нависает надо мной, а электрическая дубинка вновь впивается в бок.

Скукоживаюсь в позе эмбриона после удара. Так боль ощущается слабее.

– Помнишь наш уговор? – басом спрашивает орк. – Пока делаешь то, что я говорю – твоя сестра может дальше прятаться словно крыса. Если будешь огрызаться, я мигом припашу ее. Напомнить сколько человеческих женщин умерло здесь, не отработав до конца и одного дня?

Надзиратель наставляет на меня дубинку.

– Подумай хорошо, прежде чем дерзить.

Я заостряю взгляд на дубинке. Когда понимаю, что нелюдь не собирается бить, беру себя в руки и поднимаюсь. Тело еще болит, но я беру кирку и начинаю стучать по твердому камню, сквозь который просвечивает проклятый металл. Брилий.

– Ну ты и придурок! – слышится из темноты, едва шаги орка стихают.

Поворачиваю голову. Из темноты выходит Толик Соловьёв. Тощий, как начинка в местных чебуреках. Принимается делать вид, что трудится. На самом же деле еле бьет.

– Ты же знаешь, что, когда надзиратель бьет нужно засунуть язык в задницу.

– Знаю, – отмахиваюсь я. Подзабыл.

– Вечером идем?

– Куда? – хмурюсь, не припоминая ничего об этом дне.

– С тобой все в порядке? – возмущенно бубнит Соловьев. – Головой ударился?

– Немного, – шмыгаю носом. – Какой сегодня день?

Тот не отвечает. Внимательно смотрит. Как будто не признал.

– Отвечай, Торетто. Пока кто-нибудь не пришел и не засунул электрическую дубинку нам в задницы. Я знаю, что тебе нравится. Но я, клянусь, завязал, – говорю в стиле Бориса Ермака тех лет. Мы постоянно шутили про сиськи, члены и все остальное, что ниже пояса и противоречит конституции Российской Империи. Так Толик точно меня признает.

– Двадцатое сентября, – наконец неуверенно отвечает мой друг.

– Год?

– Чего?

– Какой год, Толик? Не тупи, – снова играю себя молодого.

– Три…тринадцатый, – неуверенно отвечает человек с быстрым метаболизмом.

Я киваю и принимаюсь долбить стену. Если не сдам в конце смены нужного количества брилия, то меня оставят тут на ночь и Лика будет сидеть голодом.

Тринадцатый год Новой Эры. Если ты ничего не знаешь об узурпаторе, то я просто обязан посвятить тебя в происходящее в этом времени.

Мне тут двадцать. Я попаданец в попаданца, получается. Круто да? Над Старым Петербургом висит купол. Снаружи властвуют аристократы, а все остальные им прислуживают. Через год Виктор Зубов узурпирует престол, купол исчезнет, а магия перестанет существовать в том виде, в котором существует сейчас. Как только я поднимусь из шахты и посмотрю наверх, то увижу на небе огромное черное пятно. Это Скверна. Сейчас она позволяет одаренным использовать магию. В день Великого Восстания исчезнет. До тех пор, пока новый император не придумает способ вновь разделить народ на сословия.

В целом до Ольги Николаевны Владыкиной сейчас добраться не так сложно. Внутри купола многим заправляют охотники на демонов. Пусть самого Зубова здесь сейчас видят довольно редко, зато будущая наследница престола частенько пребывает в логове магов света.

Теоретически все, что мне нужно – это добраться до аристократки и убедить ее зачать со мной ребенка. При живом муже – будущем императоре. Как два пальца. После этого Легион сможет перенести меня обратно и Титан не умрет.

Орк дал мне жару под конец рабочего дня, поэтому довольно скоро кто-то позвонил в колокол и ознаменовал конец рабочего дня. Да. Колокол. Под куполом нет электричества, поэтому с последними лучами солнца весь Старый город вымирает.

– Иди сюда, – отвожу Толика с разбитой дороги, ведущей из шахты в сторону района, где мы живем.

Усаживаю его на скамейку и кладу руки на его плечи.

– Гондоном ты станешь через несколько лет, но сейчас я могу тебе кое-что доверить, – готовлю его к серьезному разговору.

Мне нужен человек, который поможет.

– Чего? – искренне удивляется мой друг.

– Мне надо тебе кое-что рассказать, брат. Дело, в котором я обещал помочь тебе вечером еще терпит?

Толик смотрит на механические часы с разбитым стеклом на циферблате. Каким-то образом понимает сколько времени.

– Терпит, – напряженно выдыхает.

– Я из будущего, – произношу на серьезных щах и понимаю, что это звучит максимально избито и кринжово. Тут же поправляюсь. – Если что, мне не отшибло память, и я не ударился головой. Я вернулся с определенной миссией и как бы тебе сейчас ни хотелось считать меня сумасшедшим, тебе придется поверить.

Соловей секунд пятнадцать внимательно смотрит на меня, а потом начинает хохотать.

– Брат, – хихикает он. – Я чуть не повелся. Пора тебе заканчивать со своими розыгрышами. Ха-ха! Я до сих пор не отошел от той дохлой крысы в морозилке.

– Какой дохлой крысы? – напрягаю все извилины, чтобы вспомнить. – А-а-а! Нет. Это другое. Я сейчас на полном серьезе.

Толик еще некоторое время хихикает, но его эмоция медленно затихает, словно уезжающий в даль шумный уличный мотоцикл, который в будущем будет раздражать меня, занимающегося своими делами дома в тишине.

– Ты хочешь, чтобы я повелся, чтобы поугарать надо мной, да? – пальцем грозит мой друг.

Я продолжаю серьезно смотреть.

– Ты-ы-ы…

Киваю.

– Брехня.

– Нет.

– Тогда расскажи какой-нибудь факт обо мне, который не можешь знать сейчас, а узнаешь только в будущем, – встает он со скамейки и утыкает руки в бока.

– Настолько все банально?

– У тебя есть другие предложения? – снова смотрит на часы. – Либо заканчивай прикалываться и пошли на дело. Либо, если ты из будущего, – показывает кавычки движением пальцев. – Докажи это. Хотя я уже знаю ответ. На этот раз было не очень смешно. Пойдем.

Соловей начинает уходить. Я остаюсь на месте. Он оборачивается.

– Ты идешь?

– Вообще-то у меня есть одна идея, – поворачиваюсь к нему и ухмыляюсь.

Глава пятая. Логово охотников

– Чего? – Толик с недоверием смотрит на меня.

– Я вспомнил что сегодня за день.

– Да ну?

– Кажется, сегодня мы впервые сольем бензин у охотников на демонов, чтобы заправить твою колымагу.

– Да что ты? – Соловьев наигранно удивляется. – Пойдем уже. Скоро у них пересменка.

Нет. Я понимаю, как это звучит. Говорить, что я из будущего и озвучивать факт, который я, итак, должен был знать – такое себе. Вот только это еще не все.

– Нас сегодня заметят. Твой дурацкий фонарик выпадет из рук в самый неподходящий момент. Включится и даст всем в баре знать, что на парковке кто-то ошивается. Мы не успеем оглянуться, как тот старик с разными глазами окажется перед нами. Сдрейфим и следующие несколько недель будем драить толчки в логове охотников за проступок. Зато они не обидят нас едой.

– Очень правдоподобно, – Соловей снимает с плеча рюкзак. – А если я спрячу фонарик как следует? Ты же не думаешь, что он сам выползет наружу и включится? – мой друг говорит зловещим голосом, словно рассказывает страшилку, а сам в это время перекладывает фонарь. – Если зассал, то так и скажи…

Запинается. Потому что сам ссыт. В этом времени я еще не догадываюсь, что он трус. Изо всех сил борется с собой, чтобы не показать мне своего страха.

– Ладно, – признаюсь я как будто все мои слова были выдумкой. – Сделаем то, что нужно.

– Наконец-то, – выдыхает Толик, закрепляет лямки рюкзака и ускоряется. – Я уже начал и реально думать, что ты из будущего. Либо, что у тебя крыша поехала.

Вместо ответа я ухмыляюсь и направляюсь следом за другом.

В целом, я сделал все, что нужно. Доказать свое путешествие во времени, я смогу только одним способом. Если точно предскажу то, что произойдет. Даже если Соловьеву после этого придется одному драить туалеты в баре охотников на демонов.

Вот тебе небольшой спойлер. В прошлый раз…Вернее в тот же раз, но в первый раз… Короче, ты понял. Мы с Толиком также остановились. У этой же скамейки. Он так сильно переживал, что решил спрятать фонарик подальше. Дело в том, что свет – это магия охотников на демонов. Именно благодаря ему они могут разделять свое тело на фотоны и телепортироваться. Благодаря нему могут нас заметить.

Так вот. Карман, в который Соловей и сейчас переложил фонарик, окажется дырявым. Пока мы будем топтаться возле машины, вещица выпадет. Стукнется о камень и загорится свет. Патрульный охотников тут же увидит нас, и мы примем суровое наказание. Вот только в этот раз я задержусь, чтобы Толика повязали, и он окончательно убедится в том, что я все знал и в том, что мне следует доверять.

– Идешь?

– Только отолью, – корчу рожу я.

– Некогда…

Толик топчется на месте, пока я отхожу к кустам. Потом понимает, что времени слишком мало. Мы ни один день выслеживали охотников, чтобы понять их расписание.

– Ладно. Догонишь, – все-таки решается он.

Возможность покататься на тачке всегда помогала ему преодолеть страх. Несмотря на всю свою трусость, Толик никогда не боялся больших скоростей. Как только он садится в свою тачку, он как будто перестает быть собой. Стает кем-то другим. Становится повелителем скорости.

Я выглядываю из кустов. Смотрю как Соловей крадется к бензобаку мотоцикла. Оглядывается по сторонам. Под фонарем у входа в бар появляется тот самый охотник с разными глазами. Он буквально возникает из неоткуда.

Злосчастный фонарик падает. Вслед за звуком, вспыхивает свет. Охотник тут же бросает взгляд к месту происшествия, а уже через секунду ловит Толика за шкирку.

– Пойдем-ка сюда, – тащит его внутрь.

Я удовлетворенно киваю сам себе. План сработал.

– Интересно? – раздается грубый голос из-за моей спины. Из темноты.

По коже пробегают мурашки. Жутковато.

– Очень, – не оборачиваясь хладнокровно отвечаю я.

– Сдается мне, что этот дрищ тебя признает, когда я заведу тебя внутрь.

Теперь я понимаю, что за спиной еще один охотник. Этого я не предусмотрел, когда соображал свой безупречный план.

– Еще один! – сильным толчком охотник посылает меня прямо в центр зала. К валяющемуся там же Толику. – Смотрел из кустов за приятелем. Стоял на стрёме. Что с воришками делать будем?

Я тут же поднимаюсь на ноги. Старик с разными глазами воспринимает это как угрозу. Тянется к мечу, который висит у него за спиной.

– Без лишних движений, невольный, – спокойно говорит он.

Я осматриваюсь. Вокруг за столами сидят охотники на демонов. Они перестали пить пиво и теперь с интересом смотрят на двух рабов в центре зала. Но интересно другое.

В прошлый раз я совсем не заметил ее. А ведь в углу сидит женщина. Не Ольга ли это Парфёновна?

– Не бойтесь. Не трону, – говорю я.

Молчание длится всего пару секунд, а затем все охотники на демонов разрываются громким смехом.

Раз у меня нет ни способностей, ни сил им противостоять, остается использовать свое основное преимущество – интеллект и юмор.

Незнакомка в углу сидит в тени. Непонятно как она отреагировала на мою реплику. Но если это Ольга Парфёновна, то самое время сделать первый шаг к нашему маленькому намерению. Скверна. Никогда не думал, что целью всей моей жизни и существования вселенной окажется подкат к милфе.

Смех стихает.

– А ты юморист, да? – серьезно спрашивает старик, достает меч и остриё касается моей груди. Кажется, он даже не смеялся.

– Просите, можно уточняющий вопрос? А вы охотники на демонов или на юмористов? – мой голос заставляет воздух вокруг заткнуться, но я заканчиваю. – Не могу понять бояться мне или нет.

Сейчас я ответил не так, как в тот раз. Мозг уже другой. Со временем лучше чувствую, как и что нужно сказать. Эта фраза показалась мне настолько крутой, что я не мог ее не сказать. Плюс надо произвести впечатление на падшую аристократку. Однако есть подозрения, что теперь прошлое пошло по другой линии реальности.

Напряжение в воздухе растет, а тишина продолжает резать слух.

На счет всех этих движух со временем я не узнавал. Если меня прикончат сейчас, то что будет со мной в будущем?

Мои зрачки быстро скользят по женщине в тени. Если честно, я надеюсь на то, что сейчас она остановит своего пса. Но пока медлит.

– А ты смельчак, да? – холодное лезвие седого спускается по моей шее к груди. – Охотник на демонов для тебя одно и тоже, что и шут гороховый? Тебе кажется, что раз мы защищаем невольных и помогаем им не есть собственное дерьмо, то можно вытирать об нас ноги? Заявиться сюда за тем, чтобы украсть топливо из моего мотоцикла, а потом вместо извинений хамить?

– Не совсем, – прикладываю указательный палец к уголку губ и задумчиво поднимаю брови. – Но, когда мне угрожают мечом, появляется сильное внутреннее желание не дать человеку того, что он хочет.

Вообще тетеньке в углу пора бы вмешаться. Я не могу упасть в грязь лицом. Иначе наш роман закончится, не успев начаться. Этот седой тоже просто так не уступит. У всех на глазах. Может хоть Виктор Зубов появится? Он же тут лидер.

– Я не буду тебя убивать, – вдруг говорит охотник и убирает меч в ножны.

Затем указывает пальцем на одного из сидящих за столом. Следующим жестом приказывает тому что-то. Лысый мужик с татуировкой на всю лысину неуверенно поднимается со стула.

– Ты уверен? – спрашивает он у разноглазого.

Старик молча смотрит на своего брата – они так называют друг друга между собой. Взгляд охотника становится ледяным и тогда лысый покорно покидает помещение.

– Если бы охотники на демонов не пришли в Старый город, возможно, ты бы уже сдох на рудниках, – говорит седой. – Мы пришли. Помогли невольным. А вместо спасибо, вы приходите сюда и пытаетесь нас ограбить. А потом дерзите. Знаешь почему я не могу после этого позволить тебе просто так уйти?

Мой взгляд снова быстро скользит по фигуре, сидящей в тени. Такого разговора в прошлый раз точно не было.

– Потому что… – не сдаю позиций и открываю рот.

– Потому что другая челядь решит, что теперь безнаказанно может приходить к нам. Грабить и дерзить, – старик с мечом за спиной не дает мне ответить.

Я хмурюсь.

– Я с восьми лет встаю с мыслью о том, что могу не дожить до вечера. Если вы пытаетесь меня запугать – зря теряете время. В ситуации мы виноваты. Вину признаем. Толик, ты успел отсосать бензин? Если да, то два пальца в рот и вырыгни обратно. Моральный ущерб возместим.

Говорю без дрожи в голосе. Но сам понимаю, что Ольга не собирается впрягаться за меня. Что задумал дед – непонятно. Но ясно одно – просто так он меня не отпустит.

Вдруг охотник переводит с меня взгляд и кивает.

Я поворачиваюсь на звук.

Грохоча ржавыми колесами, лысый везет огромную клетку. Внутри клетки концентрация черного дыма. Как только грохот прекращается, все помещение заполняет ужасающий рык. От него у меня холодок пробегает по коже.

Вслед за рыком слышится звон металла.

– Подними кинжал, – говорит старик и бросает Толику такой же клинок с рунами на лезвии. – И ты тоже.

Толик тут же хватается за оружие. Я упрямо не шевелюсь.

– Это Сокамерник, – продолжает разноглазый. – Интересно узнать почему мы так его прозвали?

Молчу.

– Убить демона невозможно. Кинжал может ранить его, но не убить. Он убирается обратно в бездну только в одном случае. Когда заберет из нашего мира душу, которая будет отныне коротать с ним время в темнице до скончания времен.

– Угрожаете двум несчастным рабам? – ухмыляюсь.

– Я решил, что будет справедливо дать вам шанс самим ответить за свои поступки. Сейчас вы будете биться с демоном. Один из вас отправится в бездну. Второй останется здесь, но другие невольные с этого дня будут сторониться бара и тем более впредь не подумают о том, чтобы нас обокрадывать.

Что-то новенькое. Где будущий, мать его, император? Без него эти охотники совсем распоясались. Они же не собираются на самом деле скормить одного из нас демону?