Развод. Сбросить оковы

– По крайней мере, по пути до дома тебя никто не побьёт, – раздаётся знакомая усмешка из-за руля.

Перевожу недоумённый взгляд на зеркало заднего вида и замечаю смеющиеся лазурно-голубые глаза.

Глава 9

Я вжимаюсь в кресло, не в силах вымолвить ни слова. Так мы и сидим несколько минут. Пока Нечаев не нарушает тишину:

– Так, едем куда-нибудь или ты ловила такси, чтобы погреться?

Его голос звучит спокойно. Никакого раздражения или упрёка за то, что я так нелепо бросила его посреди аллеи. Мне стыдно и радостно, что именно он оказался неподалёку на машине…

– Нечаев? Как ты очутился здесь? Следил?

Олег тихо смеётся и постукивает пальцами по рулю.

– Не параной, Знайка. Я изначально приехал в книжный на машине. После мы прогулялись до аллеи. Там ты меня бросила и унеслась куда-то. Мне осталось вернуться к магазину, сесть в авто и поехать дальше по своим делам. Увидел тебя, голосующую и явно продрогшую. Что я бы был за человек, если просто проехал мимо?

Мне становится лучше. Его слова приносят спокойствие и ощущение защищённости.

– Так ты скажешь, куда тебя отвезти?

От смущения тихо говорю свой адрес, но Олег всё слышит, вбивает маршрут в навигатор и трогается с места.

Мы едем в тишине. Машина мчит по полупустым улицам, фонари мелькают в окнах, отбрасывая блики на лицо Нечаева. Оно сосредоточено и внимательно. Навигатор выдаёт новую партию фраз, и я нарушаю тишину:

– Думала, ты отлично знаешь город. Родился ведь здесь, вырос.

Олег, похоже, хмыкает, судя по резко дёрнувшейся груди, и спокойно отвечает:

– Уехал отсюда сразу после окончания школы. После выпускного.

– Ты не стал поступать? – уже забыла, как совсем недавно даже разговаривать с ним не хотела. – Но почему? У тебя ведь были неплохие оценки.

Одна его рука плавно скользит по рулю, а вторая опускается в промежуток меж двух передних сидений. В голову настойчиво вбивается фантазия, что, если бы я оказалась рядом… Его ладонь не покоилась бы на подстаканнике. Кровь приливает к щекам от собственных мыслей и стараюсь отвести взгляд.

– У меня всегда присутствовали отличные задатки спортсмена, – отвечает Нечаев, не обратив внимания на моё пылающее лицо. – Во время учёбы ходил в секцию по боксу и неплохо получалось. Как школу окончил, тренер предложил мне сконцентрироваться в этом направлении, и я согласился. Такая история. Так что… По родному городу не катался лет так двенадцать.

Мысленно подсчитываю. Да. Когда он выпустился, мне ещё оставалось два года, чтобы догнать его. Как страдало моё юное сердечко, когда осталась один на один с насмешками и издевательствами одноклассников. Только сейчас внезапно понимаю, что пока Нечаев ещё учился, меня особо не задевали. Или просто не замечала…

– Это много, – ровным тоном соглашаюсь с ним. – Неужели даже родителей не навещал?

– Почему? Навещал. Имею в виду, что надолго тут не оставался. Приезжал раз в год – и снова в разъезды. Тренировки, соревнования и подобное.

– По боксу? – Становится ясно, что нить диалога оказалась мной упущена.

Олег вновь смеётся:

– Ты так легко погружаешься в свои мысли. Прямо как раньше. Да, по боксу. И сейчас сюда ненадолго. Поединок у меня тут через неделю. Решил приехать чуть пораньше, чтобы погостить у своих. Но они, кажется, не очень воодушевлены этим визитом.

В его голосе слышится улыбка, хоть мне её и не видно. Представляю, как она выглядит. Такая манящая, тёплая. Да, что, чёрт возьми, со мной творится?

– Если ты всё паришься по поводу прошлого – не стоит, – словно мысли мои читает. – Это было мило. По-детски мило. Мне даже нравилось твоё повышенное внимание.

Ощущаю, как снова становлюсь пунцовой. Хорошо, что в салоне темно.

– Признаться, пару раз, когда слышал смешки в твою спину, мне приходилось даже рявкнуть на сплетников. Ты такого не заслуживала.

Мои глаза распахиваются от удивления. Что? Неужели мне не показалось? Действительно, после его выпускного, злые ребята, поняв, что защитника больше нет, начали меня цеплять.

– За… Зачем ты это сделал? – От волнения мой голос начинает хрипеть.

Вижу, как силуэт Нечаева пожимает плечами:

– А не стоило? Ну, прости.

Захлёбываюсь от слабого возмущения и благодарности. Хочется упасть в его объятия и утонуть в его аромате. С ужасом понимаю, что ко мне возвращается та маниакальная привязанность к Нечаеву, которую я затоптала в себе ещё в школьные годы. Нужно поскорее доехать до дома и больше никогда не видеться с этим человеком, не делать из себя позорище и посмешище.

Он приехал ненадолго? Замечательно. Вот, пусть отвезёт меня домой и больше не появляется в моей жизни. Так ему и надо сказать. Но за что? Чем он заслужил? А вдруг Олег наконец заинтересован мной? Какой бред, Нечаев никогда не проявлял ко мне ответных эмоций. Мысленно я уже зацеловала его до полусмерти. И это чрезвычайно настораживало. Нельзя моим демонам снова вылезти наружу.

Я Алеся Сухожилова. Молодая, красивая, верная и преданная жена Виктора Сухожилова. Ни разу не изменявшая супругу даже несмотря на то, что ни дня в своей жизни не любила его, как мужчину. Женщина, на которую можно всегда доверить хозяйство, быт, обязанности… Чем дальше ведут эти мысли, тем мрачнее становится.

Я Алеся. Девушка, ограниченная в выборе. Живущая чужими навязанными желаниями и мечтами. Та, чьи родители продали дочь как вещь. Леся, которая сегодня впервые за пять последних лет провела весь вечер так, как она хотела. Севшая в первую остановившуюся машину, отключив инстинкт самосохранения. Та, кто при одном взгляде на молодого и горячего Нечаева начинает мелко трястись от возбуждения. Чего, кстати, ни разу в её жизни ещё не происходило.

Секс с Сухожиловым – это просто акт одной из обязанностей. Не более. Минимум прелюдий. Животное спаривание. Никаких ласк во время процесса. Ни разу ещё за всю мою практику мне не встречались мужчины, в присутствии которых настолько необычно себя чувствовала. Мне нравится.

Олег, видимо, ощущает напряжённость в нашей тишине и видит в зеркало мой бегающий взгляд.

– С тобой всё в порядке? – похоже на искреннюю заботу и переживание. – Мы приехали.

Машина плавно останавливается. Олег оборачивается на меня.

– Слушай. Запиши мой номер телефона. Если вдруг, что случится… То есть, кто-то обидит или добавит красок твоим рукам, – он кивком показывает на запястья. – Ты только позвони или напиши СМС. Примчусь и расправлюсь. С девушками так нельзя. Даже если это законный муж.

Чувствую разъедающую смесь эмоций. В этом клубке не понять, где какая из них. Просто киваю и набираю продиктованные цифры. Чуть поколебавшись, записываю его как Нечаев, но, подумав о контроле Виктора, тут же стираю и вывожу «Школа №47».

Глава 10

Я выхожу из машины, чувствуя, как ноги подкашиваются от слабости и переизбытка эмоций. А может, просто из-за приятной усталости. Прохладный вечерний воздух обволакивает кожу, заставляя меня поёжиться. Олег не спешит уезжать, его машина продолжает стоять у обочины, а он сам наблюдает за мной в зеркало, даже когда я захожу в железные ворота и шагаю к высокому крыльцу. Не оборачиваюсь, но чувствую этот взгляд. Тёплый, внимательный, пронизывающий до глубины души. В груди снова нарастает странное чувство, словно Нечаев ко мне неравнодушен.

Дверь в дом поддаётся не сразу. Сухожилов всегда ворчит, что мне не удаётся нормально закрывать замок, но теперь, когда никого рядом нет, этот упрёк глупо вспоминается. Переступаю порог, захлопываю дверь, и тишина накрывает меня с головой. Простое, обыденное действие отрезает меня от внешнего мира, сегодняшней галереи, книжного магазина и Нечаева. Словно ничего этого не было. Но наступает иное осознание, непривычное и тревожное: Виктора нет. Впервые за пять лет жизни в этом доме он не ночует здесь. Я одна.

Наша «фазенда», как Витя иногда её называл, всегда была слишком большая для нас двоих и пары человек прислуги, но только сейчас она кажется мне необъятной. Привычная атмосфера подчинения и постоянного напряжения куда-то улетучивается. Гулкая пустота звенит в каждом углу, эхом отдаваясь в стенах. Не включаю свет, прохожу вглубь коридора, чувствуя, как пол морозит ступни. Странно. Никогда раньше не ощущала его таким холодным.

На кожаный диван в гостиной ложится мягкий свет луны. Перед глазами появляется Сухожилов, сидящий тут с ноутбуком и обсуждающий по телефону какие-то мутные сделки. С любопытством рассматриваю этот диван и впервые не чувствую страха. Не нужно прятать глаза, избегать его взгляда, угадывать настроение. Сегодня могу просто стоять и смотреть, сколько мне вздумается. При этом Витя не начнёт щёлкать пальцами и говорить: «Ты, что там, заснула?»

Неспешно прогуливаюсь дальше по коридору, словно по парку отдыха. Моя кухня. Идеальный порядок. Сегодня я ничего не готовила, потому нет того запаха уюта и выпечки. Стол из тёмного дерева, за которым иногда сидит воскресная кухарка. Шкафы, где стоят бесчисленные дорогие бокалы, фарфоровая посуда, так и не использовавшиеся ни разу за пять лет. В голову приходит напряжённая мысль: здесь всё чужое. Всё его. Никаких моих вещей. Я словно гостья в собственном доме.

Дойдя до спальни, останавливаюсь и прислоняюсь щекой к прохладному косяку. В комнате витает запах его парфюма. Крепкий, тяжёлый, давящий. Подхожу к комоду, машинально тяну за ручку. В верхнем ящике – дорогие часы, золотые запонки, чёрный кожаный кошелёк с его инициалами, издающий специфичный запах. Ни намёка на теплоту. Никаких общих весёлых воспоминаний. Медленно закрываю ящик, с тихим щелчком будто ставится печать: мне тут не место.

Иду в ванную. Закрываю за собой дверь, словно отделяюсь от всего, что есть снаружи. Горячая струя начинает заполнять ванну, к потолку поднимается пар. Стягиваю с себя одежду, небрежно бросаю на пол и осторожно опускаюсь в воду. Тепло обволакивает тело, заставляя мышцы расслабиться. Закрываю глаза.

Перед сомкнутыми веками всплывает лицо Нечаева. Его взгляд, его голос. «С тобой всё в порядке? Если вдруг, что случится»… Слова эхом отдаются в голове. От Олега веет чем-то родным. Почему он так легко проникает в мои мысли?

Вода нежно поглаживает кожу, но внутри меня бушует ураган. Боюсь признаться себе в том, что чувствую. Мне должно быть страшно, тревожно, но впервые за много лет я ощущаю лёгкость. Будто в груди становится просторнее.

Выхожу из воды, накидываю халат и медленно иду по дому. Каждая комната кажется незнакомой. Разглядываю дорогую мебель, краску на стенах, выбранную Виктором, безупречно выглаженные шторы – и не узнаю дом. Красивая золотая клетка. Местами пафосная, местами приторная. Уют? Нет. Возможно. Для данного противоречивого восприятия – просто локация для моего содержания. Где я существовала, как молодая жена Сухожилова.

Лакированные полки книжного шкафа отражают свет, льющийся из окна. Провожу пальцами по корешкам книг. Большинство из них – чистая декорация, часть – о ведении бизнеса, аналитике и прочем. Виктор купил их для статуса, а не для чтения. Раньше у меня была мечта о собственной библиотеке. О месте, где могла бы быть собой и уединиться с воображаемым миром историй. Внезапно осознаю, что хочу этого вновь, и с большей силой. Свою библиотеку. Своё место. Свою жизнь.