Приключение Тишки

Но сам он тоже немного боялся. Гром гремел без остановки, молнии сверкали так близко, что свет пробивался даже сквозь закрытый вход.

И вдруг зайчата услышали странный звук. Сквозь шум дождя и раскаты грома доносился чей-то крик.

– Там кто-то есть! – навострил уши Тишка.

– Сидите все! – строго сказал папа Зайцевич. – Из норы ни ногой!

Но Тишка уже не слушал. Крик повторился – жалобный, отчаянный.

– Это Яшка! – догадался Тишка. – Яшка-ящерица! Он под пнём живёт, а там всё зальёт!

– Тишка, нельзя! – закричала мама Зайчиха, но Тишка уже выскочил из норы.

Дождь хлестал по мордочке, ничего не было видно. Молнии сверкали так близко, что шерсть вставала дыбом. Тишка мчался к старому пню, перепрыгивая через лужи, которые росли прямо на глазах.

– Яшка! – кричал он. – Яшка, ты где?

– Здесь! – донёсся слабый голос.

Пень стоял в воде. Вода уже подбиралась к самой норе ящерицы. Яшка сидел на самой верхушке пня, дрожал всем телом и от страха стал совершенно белым, а не зелёным.

– Тишка! – закричал он, увидев друга. – Я тону!

– Держись! – Тишка подбежал к пню.

Но как спасти ящерицу? Вода вокруг была уже глубокая, а Яшка не умеет плавать – у него лапки не для этого.

И тут Тишка увидел большую корягу, которая плавала рядом. Он изо всех сил толкнул её к пню.

– Прыгай на неё! – крикнул он Яшке.

Яшка разбежался и прыгнул. Но коряга была скользкой, и ящерица чуть не свалилась в воду. Тишка подхватил его зубами за хвост (немножко больно, но терпимо) и втащил на корягу.

– Держись крепче! – крикнул Тишка и потащил корягу к берегу.

Это было трудно. Дождь заливал глаза, лапы скользили по мокрой траве, коряга была тяжёлой. Но Тишка тащил и тащил, пока не добрался до сухого места под большим деревом.

– Всё, – выдохнул он, падая от усталости. – Ты спасён.

Яшка обнял его за шею и заплакал.

– Ты рисковал жизнью из-за меня! – всхлипывал он. – А вдруг бы молния ударила?

– Не ударила же, – улыбнулся Тишка. – Главное, что ты жив.

Они посидели под деревом, пережидая самый сильный ливень, а потом, когда дождь немного стих, побежали к норе.

Дома их ждал переполох. Мама Зайчиха чуть не плакала. Папа Зайцевич сердито ходил из угла в угол. А зайчата сбились в кучку и боялись слово сказать.

Но когда Тишка вошёл, весь мокрый, грязный, счастливый, а с ним вошёл Яшка, белый от страха, но целый и невредимый, папа Зайцевич остановился.

– Я же сказал – не выходить! – начал было он, но мама Зайчиха перебила:

– Зато он Яшку спас. Если бы не Тишка, ящерица бы утонула.

Папа Зайцевич посмотрел на сына долгим взглядом. Вздохнул. А потом сказал:

– Молодец, Тишка. Ослушался, но молодец. В лесу своих не бросают. Даже под страхом смерти.

И обнял мокрого сына.

Яшку укутали в сухой мох, напоили горячим отваром (бабушка Фёкла заварила специальный, согревающий), и он просидел в норе до самого утра, потому что идти под дождь было нельзя – его нора всё равно уже затоплена.

– Теперь мне новый дом искать, – грустно сказал Яшка утром.

– А мы поможем, – пообещал Тишка. – Вместе с Бобровичем построим. Правда, ребята?

Все зайчата дружно закивали. Даже Рваное Ухо, который обычно только драться умел, вызвался таскать мох и сухие листья.

Через три дня у Яшки был новый дом – под большим камнем, на пригорке, где даже самый сильный дождь не страшен. Бобрович соорудил навес из коры, чтобы вода не капала, а Заечка украсила вход цветочками.

– Это самый лучший дом на свете, – сказал Яшка, обводя всех благодарными глазами. – Спасибо вам. Особенно тебе, Тишка. Ты мой спаситель.

– Какой я спаситель, – смутился Тишка. – Я просто друг.

Вечером, перед сном, Тишка достал свою коробочку с сокровищами. Там уже лежали Золотое пёрышко, лесная изюминка, рыжий беличий волосок, синее пёрышко, деревянная звёздочка, три орешка, сухой колосок, блестящий камушек и травинка с места встречи с Кузькой.

Тишка подумал и положил рядом маленький камешек от нового дома Яшки.

– Чтобы помнить, – прошептал он. – Что настоящий друг познаётся в беде.

И уснул. Спал крепко, без снов. Потому что набегался за день так, что даже уши устали.

А утром его ждало новое приключение. Ведь в Большом Лесу каждый день случается что-то интересное, особенно если у тебя есть друзья и большое доброе сердце.

Предыстория Бабушкин секрет

На следующее утро Тишка проснулся раньше всех. Солнце только-только начинало золотить верхушки деревьев, а в норе было тихо-тихо. Только бабушка Фёкла не спала – сидела в своём уголке и что-то перебирала в старой коробке.

– Бабушка, – шепнул Тишка, подходя. – А ты чего не спишь?

– Спи, спи, внучек, – улыбнулась бабушка. – Я старая, мне мало спать надо. А вот смотри, что у меня есть.

Она достала из коробки старый-престарый засушенный лист.

– Что это? – спросил Тишка.

– Это, внучек, карта, – сказала бабушка Фёкла. – Легенда одна. Говорят, есть в нашем лесу место, где растёт самый сладкий клевер во всём свете. Кто его найдёт и съест, у того уши никогда не заболят. А кто поделится с другими – тот навсегда останется молодым сердцем.

– А где это место? – загорелся Тишка.

– Никто не знает, – вздохнула бабушка. – Карта старая, половина стёрлась. Может, найдёте когда-нибудь. Вы же у меня искатели знатные.

Тишка посмотрел на карту. На ней было нарисовано солнце, три сосны, ручей и большой камень. А дальше – стёрто.

– Найдём, бабушка, – твёрдо сказал Тишка. – Обязательно найдём. Вместе с друзьями.

– Верю, внучек, – улыбнулась бабушка Фёкла и погладила его по голове. – Верю.

Так у Тишки появилась новая цель. Но это уже совсем другая история…

Тишка и Поход за клевером

После разговора с бабушкой Фёклой Тишка не мог думать ни о чём другом, кроме волшебного клевера. Он даже коробочку с сокровищами доставал и перебирал, сидя над старой картой.

– Что это у тебя? – спросил Кузька, заглядывая через плечо.

– Карта, – шепнул Тишка. – Бабушка дала. Тут место отмечено, где самый сладкий клевер растёт. Кто его съест, у того уши никогда не заболят. А кто поделится с другими – навсегда молодым сердцем останется.

Кузька присвистнул (он недавно научился свистеть и теперь свистел по любому поводу).

– Надо идти! – сказал он.

– Надо, – согласился Тишка. – Только карта старая, половина стёрлась. Тут нарисовано: солнце, три сосны, ручей и большой камень. А дальше ничего не видно.

– Это же просто! – обрадовался Кузька. – Солнце – оно всегда сверху. Три сосны мы найдём. Ручей – это Бобровича ручей. А камень… В лесу много камней.

– Вот именно, – вздохнул Тишка. – Какой из них нужный – непонятно.

– А давай всех позовём? – предложил Кузька. – Вместе искать веселее.

Идея была хорошая. Вечером, когда все собрались в норе, Тишка показал карту и рассказал про клевер.

– Ой, как интересно! – захлопала в ладоши Заечка. – Я с вами!

– И я! – подскочил Шустрик.

– И я! – закричали Пушок, Топотун и Рваное Ухо хором.

Даже папа Зайцевич заинтересовался:

– Клевер, говорите? Сладкий? Ну-ну… В моём детстве тоже про него легенды ходили. Да только никто не нашёл.

– А мы найдём! – твёрдо сказал Тишка.

Утром следующего дня отряд отправился в путь. Шестеро зайчат: Тишка, Кузька, Заечка, Пушок, Шустрик, Топотун и Рваное Ухо (который всю дорогу пытался командовать, но его никто не слушал).

Первым делом они дошли до ручья, где уже с самого утра трудился Бобрович.

– Бобрович! – крикнул Тишка. – Бросай работу, пойдём с нами! Мы за волшебным клевером идём!

Бобрович высунул морду из воды, подумал секунду и вылез на берег.

– А чего, можно, – сказал он. – Плотина пока крепкая. А клевер я люблю. Хоть я и бобр, а травку тоже уважаю.

Теперь их стало семеро.

– Нам нужны три сосны, – объявил Тишка, сверяясь с картой. – Кто знает, где три сосны растут рядом?

– Я знаю! – вызвался Топотун. – Вон за тем холмом, где земляника была, там три сосны стоят. Я ещё подумал – красиво так, рядышком.

Пошли за холм. И правда – три сосны, высокие, стройные, стоят рядышком, будто специально посаженные.

– Есть! – обрадовался Тишка. – Теперь ищем ручей. Но ручей у нас уже есть, это мы прошли. Значит, нам нужен камень.

– Ка-а-амни, – протянул Пушок. – Тут их знаешь сколько?