Королевы и монстры. Месть

– Деклан, приятно было познакомиться. Позвоните мне, когда будет время ужина. Я пока вздремну на этой огромной кровати на десятерых человек. Когда проснусь, рассчитываю увидеть кольцо на твоем пальце, Слоан. Ты идиотка.

А потом плюхаюсь ничком на кровать и жалею себя за то, что у меня нет и четвертой части красоты и стиля Слоан.

Засыпаю, фантазируя о том, что я –  прекрасная королева с гаремом мужественных ирландцев.

* * *

Когда я открываю глаза, солнце уже садится. Слоан лежит рядом на полу, закинув длинные ноги на туго набитый ситцевый стул, и крутит прядь волос вокруг пальца.

Опираюсь на локти и смотрю на нее сверху вниз.

– Эх. Просто отвратительно, как хорошо ты выглядишь, когда задумываешься! Когда я погружаюсь в свои мысли, выглядит, будто мне надо по-большому.

Она закрывает глаза и смеется.

– Думаешь, я шучу, но нет. Все так и есть.

– О, я в курсе, –   говорит моя сестра, присаживаясь. Гибкая, как кошка, она подбирает под себя ноги и с улыбкой складывает их. –   Помню, какие ты выдавала гримасы. Это у тебя от папы.

– Он вообще довольно экспрессивный для военного, да? Мне казалось, что они своей муштрой это выбивают. Если бы я постоянно маршировала, подчинялась приказам и бог знает что еще, у меня бы уже давно глаза остекленели.

– Деклан был военным, он тоже очень экспрессивный.

Как только Слоан это произносит, на ее скулах вспыхивают два розовых пятна. До меня вдруг доходит: она вспоминает, насколько именно он «экспрессивен». Теперь моя очередь краснеть.

–Фу. Не хочу представлять, как моя сестра занимается страстным сексом. И да! О. Боже. Мой. Слушай. Где ты его нашла и сколько у него братьев? Мне нужны как минимум двое.

– Он потрясающий, правда?

Она хлопает ресницами и выглядит как потерявшая рассудок женщина. Или, по крайней мере, какая-то другая женщина –  романтичная и милая, с наивными представлениями о любви, а не она.

Перекидываю голову через край кровати и, прищурившись, вглядываюсь в ее лицо.

– А ты правда в него влюблена, да?

–Да. Это ужасно. То есть это прекрасно, но и ужасно, потому что…

– Ты больше не контролируешь ситуацию.

Она кивает и морщится.

–У меня никогда не было ничего, что страшно потерять. Меня никогда ничего не волновало, только я сама. А теперь меня волнует все. Я чувствую себя огромным, сентиментальным комком волнений. На днях я расплакалась при виде заката, Боже мой!

Мне бы правда хотелось, чтобы ее растерянность радовала меня поменьше, но это не так. Я ужасный человек.

– Ладно, –   махнула она рукой, заканчивая эту часть разговора. –   Нам нужно что-то сделать с твоими волосами.

– А что с ними не так?

– Выглядят просто отвратительно. Ты как будто спор проиграла.

– Ох, слава тебе, Господи!

– Что?

– Мне на минутку подумалось, что в тебя вселился похититель тел.

Кто-то тихонько стучит в дверь. Мы одновременно кричим:

– Войдите!

Паук просовывает голову в дверной проем:

– Приветы. Принес твой багаж, подруга. Я не вовремя?

Горячий, вежливый и с большим членом. Клянусь, я должна найти ученого, который клонирует мне его с Декланом для создания идеального мужчины.

– Заходи. Кидай где хочешь.

Он проходит в комнату, занося с собой мою сумку и хромосомы наших будущих детей. Кивает Слоан в знак приветствия. Ставит сумку на пол рядом со шкафом и разворачивается в сторону выхода.

– Погоди, –   говорит Слоан. –   Где остальное?

– Была только одна, мадам.

Она хмурится.

– Я же тебе говорила, не надо меня так называть.

Ему еле удается сдержать улыбку. Он нравится мне еще больше за то, что дразнит ее. Для этого нужны яйца, и я уже в курсе, что они у него присутствуют. То есть существует даже визуальное свидетельство. Сейчас оно смотрит прямо на меня.

– …Райли?

– Что? – Я отрываю взгляд от внушительного холма под узкими брюками Паука и смотрю на Слоан. –   Извини, я тебя не расслышала.

– С чего бы, –   сухо произносит она.

Сужаю глаза и ментально телеграфирую ей угрозу, которую она получает, но воспринимает со снисходительной ухмылкой.

– Я спросила, где твой остальной багаж.

– У меня нет другого багажа. Это все.

Она с недоверием смотрит на одинокую спортивную сумку на полу –  старую и потрепанную. Я купила ее перед отъездом в колледж много лет назад.

–Ты приехала с одной сумкой?

– Ты так говоришь, будто она набита человеческими останками.

Игнорируя сарказм, моя сестра продолжает допытываться:

–Как ты можешь путешествовать с одним чемоданом? Где твоя сумка с обувью? Где твоя сумка с косметикой? С деловой одеждой? Со всей твоей одеждой?

Она рыскает взглядом по комнате, будто ожидая, что прямо сейчас из ниоткуда появится набор кофров с монограммами Луи Витонн, набитых норковыми манто и вечерними платьями.

– У тебя, наверное, мозг сломается, если я скажу, что там еще и ноутбук, –   с улыбкой говорю я.

Паук встречается со мной взглядом и подмигивает. А потом уходит, закрывая за собой дверь. Слоан подпрыгивает, подбегает к сумке, наклоняется, дергает за молнию и изучает содержимое. Она недолго там роется, затем выпрямляется и глядит на меня.

– Что там за пачки конфет?

– Я никуда не езжу без лакричных конфет. Далеко не везде можно найти эти кисленькие с арбузом, а я не знала, куда еду…

Я пожимаю плечами:

– Лучше перестраховаться, чем потом жалеть.

Она закрывает глаза, глубоко вдыхает, но берет себя в руки и снова смотрит на меня.

– У тебя есть хоть что-то не серого цвета и не из флиса?

– Эм… Нижнее белье.

– Господи. Не верится, что мы родственники.

Слоан в таком ужасе, словно готова перекреститься. Или вызвать священника, чтобы он облил меня святой водой. Мне становится смешно.

– Ой, расслабься, Бейонсе. Там еще вещи под конфетами.

Когда она с надеждой смотрит на сумку, я поясняю:

– Я еще привезла белые футболки и джинсовые шорты.

На лице моей сестры такая гримаса, будто ее заставили отведать переваренные остатки обеда.

– Я так понимаю, что нам еще надо сходить по магазинам, пока ты здесь.

–Еще?

– После того, как приручим этого бешеного скунса у тебя на голове.

– Извини, но далеко не все считают, что обязательно выглядеть как топ-модель.

– Должна быть золотая середина между топ-моделью и бомжом.

– Если ты имеешь в виду людей, у которых нет постоянного жилья, Круэлла, то правильный термин –  бездомные. Бомж –  это суперуничижительно.

– Ты слишком давно живешь в Сан-Франциско.

– Мы можем на минуту прервать эту дискуссию, которая наверняка разовьется в агрессивный обмен политическими лозунгами, чтобы узнать, когда мы будем есть? Последнее, что я сегодня ела, –   это отвратительный склизкий комок черных рыбьих яиц с каким-то скисшим молочным продуктом на куске теста размером с монетку. Я просто умираю с голоду. Вы, богатенькие, едите, как птички.

Она на какой-то момент замирает, а потом закрывает лицо руками и разражается хохотом.

– Не могу нарадоваться, что мое недоедание тебя так веселит, –   сухо отрезаю я.

– Я успела забыть, насколько ты смешная.

– Смешная типа «ха-ха» или смешная типа нелепая?

– Типа «ха-ха».

После задумчивой паузы она добавляет:

– И типа нелепая.

– Спасибо и на этом. Кстати, не в тему, но чем Деклан занимается? И не ври мне. Не путай меня с твоими пришибленными мальчиками-зайчиками. Если начнешь сочинять, я замечу.

Ее улыбка тает. Она медленно подходит к стулу, на котором недавно растягивала ноги, и робко засовывает ладони между колен.

– Я хочу тебе все рассказать, но не хочу, чтобы ты осуждала.

С моих губ срывается удивленный смешок.

–Осуждала?

– Я уже много времени живу в Сан-Франциско. Меня буквально ничем не удивить.

– Ладно. Хорошо, если ты хочешь знать…

Она с сомнением вздыхает:

–Он в банде. На самом деле он и есть

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Electric Daisy Carnival (EDC) –  ежегодный музыкальный фестиваль; является одним из самых крупных фестивалей электронной танцевальной музыки в мире. Проходит в Лас-Вегасе, штат Невада. Сопровождается воздушными представлениями и игрой на барабанах, факирами и акробатами на ходулях, а также девушками гоу-гоу.