Профессия по призванию

Есть в городе такой микрорайон, называется Николаевка. В то время полностью частный сектор – У людей свои дома, приусадебные хозяйства. Народ в целом жил там нормальный, но это в целом.

Однажды, прекрасным летним днём вызывает меня диспетчер и говорит:

– Сумашедшая бабка разрубила внуку голову топором. Внук живой. А бабка бегает по огороду и топор при ней.

– Может милицию вызовем? – спрашиваю скромно с надеждой в голосе.

– Обойдёшься, ты бугай у нас здоровый, тем более вас в бригаде трое, что с какой-то полоумной старухой не справитесь?

Про себя думаю – ага справишься. У неё топор, считай, вооружена до зубов, а мы безоружные. Хоть какую-нибудь дубинку дали бы отмахиваться. Хотя кислородный баллон тоже подойдёт. Делать нечего, придётся ехать. У парня в самом деле оказалась рубленая рана волосистой части головы. Осматриваю рану вижу рядом шрам, спрашиваю:

– А это откуда?

– Да бабушка два года назад ударила.

– Тоже топором?

– Да.

– Что же ты в психушку её не сдашь, если она по твоей дурной голове два года колотит

– Лежала она там, выпустили, врачи говорят – не буйная.

Думаю, хороша не буйная, машет топором направо-налево. Родному внуку уже весь череп поломала, хотя у психиатров свои прибамбасы, им виднее. Спрашиваю:

– А где она сейчас?

– Не знаю.

– А топор при ней?

– Был у неё в руках. Я посмотрел и дома и в огороде – не нашёл. Наверное, с собой забрала.

Советуюсь с фельдшерами: – Может далеко не уезжать, возможно, это старая, кровожадная бестия ещё к кому-нибудь приложится. Мои помощники молчат, наверное, боятся? Перевязываем и оглядываемся, вдруг вооружённая злая Фурия решит на нас со спины напасть. Порубит всю медицину на куски.

Но всё обошлось. Обработали, перевязали, ничего интересного не случилось. Так и не дождалась старуху бригада, готовившая к самообороне кислородный баллон. Понятно, пожилая женщина переутомилась, присела отдохнуть где-нибудь между грядками, что поделаешь – возраст. Справедливо решили оставить её на попечение милиции. Рана у парня оказалась серьёзная, надо шить. Уехали, а милиция, так и не появилась. Считаю, что диспетчер поступила неправильно. Никакой заботы о здоровье и безопасности трудящихся со стороны диспетчера.

Кстати, это не первый случай в моей практике, когда престарелая женщина для разрешения своих бытовых проблем, хватается за топор.

Мне непонятно одно – сам по себе предмет не из лёгких. В доме наверняка найдутся более удобные, колющие и режущие орудия, вполне подходящие для окончательного разрешения семейных споров, конфликтов и ссор.

Возможно, эти немолодые особы начитались в юности произведений Достоевского. И именно то, что отложилось у них в памяти в те юные годы, сейчас выползает из их воспалённого мозга в таком жутком обличии.

Старушки вполне уверены, пускай и подсознательно, что такое необычное орудие, как топор придаёт им силы и уверенность доказать свою правоту ненавистным сыновьям и внукам.

И пускай эти выродки и ублюдки не думают, что бабушка в силу своего преклонного возраста не способна на смелые поступки и романтические подвиги.

Она докажет, что тоже имеет право жить на этом свете полноценной, полнокровной жизнью. А если не подействуют слова, убеждения и прочие доводы, в дело вступит последний аргумент – топор!

Глава 9 Кардинальные изменения

В Советские времена обмундирование сотрудников СМП не отличалось изыском. Работали в перешитых, заштопанных халатах. В зимнее время поверх халатов надевали старые пальто, полушубки, принесённые из дома.

Если перед сменой кто-нибудь получал халат затрапезного вида или одевал старую куртку, среди остряков ходила хохма: – Да в этой одёжке уже двое умерли. Прошу учесть – речь идёт о краевом центре. Кто заботился о своём внешнем виде, заказывали одежду в ателье. Понятно за свой счёт.

С наступлением эпохи перестройки, а затем и прихода к власти известного любителя потанцевать перед публикой после принятия хорошей дозы спиртного, руководство страны решило приодеть весь персонал СМП в униформу по примеру загнивающего Запада.

Народ был в восторге. Наконец, будем выглядеть достойно, ну прямо, как настоящие врачи. Сняли со всех нас мерки, всё чинно, благородно, как перед солидным мероприятием.

Дальше события развивались бурно. Но далеко не всегда получалось то, что мы ожидали. Прямо, как по известной реплике – хотели лучше, а получилось, как всегда.

Форму выдали, вроде, как по размерам. Но некоторые несознательные индивиды утверждали, что она отстойного фасона и болтается, как последнее барахло. Считаю, на последнее утверждение можно закрыть глаза. Нельзя угодить сразу и всем. Но как бы то ни было, часть коллектива отказались её надевать и снова пошли в ателье.

Удивило ещё одно странное обстоятельство. Эта дорогостоящая, современная, аналогов нет, в чём нас пыталось убедить руководство, спецодежда, как две капли воды походила на то, во что были одеты дворники, подметающие территории около городских бараков.

Спустя некоторое время, по мудрому распоряжению начальства на спине курток приклеили надписи «скорая помощь», которые через месяц-два отваливалась. Но это уже детали.

Удручало другое, Часто врачам и фельдшерам для доказательства, что они именно те, за кого себя выдают, приходилось поворачиваться спиной к недоверчивым гражданам, чтобы показать надпись. Или, как говорили не совсем интеллигентные сотрудники, а такие ещё попадаются в наших рядах:

– Поворачиваться задницей.

Находились совсем реакционные элементы, которые брали на себя наглость утверждать, что в нашей стране всё делается через это место.

Клей для фиксации букв на куртках не отличался стойкостью. Одна, две стирки и буквы отваливались. После суточной смены, пройдя по подстанции, их можно было насобирать до дюжины. Приклеивать обратно никто не запрещал. Иногда, после очередного ремонта, надписи получались разного размера и шрифта. Некоторые пациенты, увидев такой шедевр каллиграфического искусства не сдерживались и пытались острить, некоторые шутки, можно было вполне посчитать оскорблением, типа:

– Что «скорая» совсем обнищала?

Что здесь скажешь? Каждая шутка в какой-то степени отражение истины.

Некоторые неугомонные умы в силу своей непосредственности, распространяли среди коллектива мнение, что деньги ушли налево, или даже, какой кошмар, в чей-то личный карман. Но провокационные заявления этих несознательных элементов потерпели крах. В большинстве оказались стойкие, честные, добропорядочные граждане, не поддавшиеся вредоносной, разлагающей агитации.

По их мнению, некоторая сумма возможно и осталась, но она наверняка пойдёт на какое-нибудь благое дело, потому что людям, хотя бы иногда, нужно верить.

В процессе работы в новой, современной и т.д. униформе, случались разные казусы. Народ порой отказывался понимать, что перед ними медработник. Чаще такое случалось с пожилыми пациентами. Увидев в глазок двери, кто к ним пришёл, начинали кричать:

– Мы сантехников не вызывали.

Уставившись на «модно» одетого парня, поднимающегося по лестнице с сумкой, испуганно спрашивали:

– У кого-то в подъезде утечка газа?

Из-за этой долбанной униформы, в которой в городе ходят десятки тысяч работников различных служб, и не только они, я неоднократно видел её на БОМЖах, с медиками случались очень неприятные инциденты.

Каждую смену мы выезжали откачивать молодёжь после очередной дозы наркоты, иногда попадались люди в возрасте. Западали обычно после фуфлового героина, сразу теряли сознание или, когда доза оказывалась слабой, догонялись алкоголем, также некачественным. Разведённый спирт, различные сурроганые алкогольные напитки можно было взять в любой «точке», которых в городе насчитывалось десятки если не сотни.

В итоге такого вкола и возлияния, молодёжь переставала дышать. Врачи уже по поводу догадывались, что на вызове «синяк». По дороге готовили всё необходимое, чтобы не дать человеку помереть. Бывали случаи, что опаздывали. Родственники всегда винили врачей, и это правильно, не родная же кровинушка виновата, что «скорая» долго ехала.

И вот после очередного такого «синяка», которым оказалась несовершеннолетняя девушка, валявшаяся как ветошь на одной из свалок в Ленинском районе, рембригада, оживив пациентку, решила доставить девицу домой. Перед транспортировкой до родного дома, ожившая наркоманка набросилась с кулаками на врачей. Оказывается эти сволочи от медицины обломали кайф, а ведь ей было так хорошо. Так и не поняла дурёха, что находилась на волосок от смерти.

Сквозь слёзы и сопли наконец узнали домашний адрес. Дело происходило глубокой ночью, город уже спал. Бригада подъезжает к подъезду. Отвести до квартиры и сдать несовершеннолетнюю родителям вызвался один из фельдшеров.

Поднимаются вдвоём на пятый этаж, парень нажимает на кнопку звонка. Резко открывается дверь, выскакивает разъярённый амбал-отец и начинает избивать фельдшера.

Когда отец осознал что совершил ошибку, у парня в кровь были разбиты нос и губы.

В милиции он объяснил своё поведение состоянием аффекта и тем, что не признал в парне медика, принял его за друга наркоманки. Последнее оправдание вполне заслуживает понимания – на синей спецовке нет никаких знаков различия.

Извиняться он не захотел. Перед кем, извините, ему кланяться? Не хватало ещё! Дело было спущено на тормозах, никто ведь не умер. Молодой парень хорошо получил по физиономии, потому, что кто-то из вышестоящего руководства прилично сэкономил, говоря простым языком – украл. А шрамы только украшают мужчину. Повезло, что остался жив, могли бы убить, или сделать инвалидом.

И не случилось бы этого конфликта, если бы парень был одет не в копеечную спецовку сантехника, а в модельную форму, достойную врача скорой медицинской помощи.

Глава 10 Любовь к животным

Все люди на планете делятся на три большие категории. Первые те, кто обожает животных, причём всех, от слонов и львов до тараканов и клопов. Вторые эти тварей терпеть не могут, причём совсем, даже наших домашних любимцев типа собак и кошек на дух не переносят. Кур, уток, коров они предпочитают только в качестве курятины, утятины или говядины. У третьего типа избирательная любовь. С одними они мирятся, с другими в острой конфронтации.

Я по складу своего характера, отношусь, скорее всего, к третьей группе. На мой взгляд, это самые нормальные, психически уравновешенные люди.

Хочу остановиться на первой группе. Исходя из своего жизненного опыта, могу сказать, попадаются из некоторых ярых любителей братьев наших меньших такие, у которых эта любовь доходит до кретинизма.

Однажды мне довелось лечить пожилую женщину. Глубокой ночью, не знаю уж кто к ней вызывал, точно не она сама. У старушки нет ни сотового, ни дискового телефонов даже свет в доме отсутствует. При свете луны смотрю на свои часы – два часа тридцать минут.

Проводил осмотр и лечил при зажжённой стеариновой свече, прямо как средневековый эскулап. Таблетки не помогли, пришлось лезть в вену. Что при тусклом свете свечки, да ещё и вены попрятались, оказалось не легким делом. Немного помучавшись, нашёл то, что искал, медленно начал вводить содержимое шприца.

Бабуля лежит на широкой кровати, приставленной вплотную к окну. Спокойно продолжаю свою работу. Вдруг слышу – за спиной моей пациентки кто-то зашевелился. Спрашиваю: – Вы не одна дома? Дальше диалог:

– Одна.

– Странно, а кто у вас за спиной ёрзает?

– Да это Манька.

Думаю у бабушки полный склероз, забыла про внучку: – А почему вы свою родную внучку так грубо называете? – С каких это щей я буду козу Марией звать? – Слышу в ответ.

У меня чуть шприц из рук не выпал. Выдавил из себя: – Как козу? С вами коза спит?! Бабка мне: – Да, коза. Коза она и в Африке коза.

Честно скажу, не поверил. Закончил вливание, взял в руки свечу и поднёс в то место, где ворочилась, как я думал, бабушкина внучка.

И вижу, из темноты на меня смотрит рогатое, волосатое, бородатое, закрытое по шею одеялом чудовище. Я на миг от удивления замешкался. В какой-то момент мы встретились с монстром глазами. И тут эта зверюга открыла свою зубастую пасть и громко произнесла: – Бе-е-е-е!

Свечку я поймал на лету.

Воцарилось обоюдное, точнее тройственное молчание. Чтобы нарушить возникшую, несколько напряжённую атмосферу, решил сказать первое, что пришло на ум: – А доите вы её тоже в постели? Ох, зря я это сделал! Старушка от возмущения даже приподнялась на кровати, перешла на повышенные тона: – Да кто доит коз в постели? С виду умный интеллигентный человек. И чему вас только в институтах учат?!

Про себя думаю – да доить козу в постели нельзя, а спать в обнимку можно. В слух оправдываюсь: – Извини баба, пробел у меня в образовании. Ты уж прости двоешника. Да и честно говоря, не читали нам лекции про доение крупного и мелкого рогатого скота. Пациентка вроде стала успокаиваться. И тут чёрт меня дёрнул спросить: – А как она спит по ночам? Ладно, если копытом лягнёт, а если рогами боднёт?

После моего вопроса бабушка совсем рассвирепела: – Ты думаешь вообще, что говоришь? Это же коза! А не козёл!!!

Чувствую, назревает конфликт. Любая, сказанная мною фраза, только подливает масла в огонь. Не дай бог у пациентки опять поднимется давление, и вся моя терапия коту под хвост. Но опытный врач всегда найдёт выход из любой, порой даже самой критической ситуации.

Очень вежливо беру пожилую женщину за руку и не торопясь спокойно произношу: – К сожалению, мне не знакомы тонкости животноводства. Обещаю найти специальную литературу и почитать про коз и особенно, постараюсь уделить больше внимания козлам. Вы, надеюсь, понимаете – всё знать не возможно, даже тем, кто учится в институтах.

Сказал и жду. Моя пациентка постепенно успокоилась. Мерю давление – норма. Думаю: – Хватит, задержался я здесь. Попрощался, на всякий случай с обеими. С чистой совестью уехал.

По мнению психологов, любовь к животным делает нас лучше. Наши четвероногие друзья привязываются к людям и любят их такими, какие они есть.

Животные помогают развивать навыки общения, эмпатию, понимание. Учат нас заботиться о другом существе. В детях развивают чувство ответственности, потому что им приходиться ухаживать за своим новым другом.

Животные снимают стресс, улучшают настроение, повышают уровень гормонов счастья. Есть публикации, где приводятся конкретные примеры лечебного эффекта от общения с животными – снижения артериального давления, повышение иммунитета, увеличение продолжительности жизни.