Царевич в норе

Царевич в норе

Марина Крюк

Иллюстратор Арина Антоновна Крюк

© Марина Крюк, 2026

© Арина Антоновна Крюк, иллюстрации, 2026

ISBN 978-5-0069-5346-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

БЛАГОДАРНОСТИ

Хочу выразить благодарность своим маленьким вдохновителям: Аринке, Диме и племяннице Даше. И, конечно же, подругам за поддержку и честную критику. Если бы не вы, эта книга не появилась бы.

Данное ироничное повествование сопровождается серьёзными, на первый взгляд, недетскими темами. Книга поможет подрастающему поколению задуматься о своём будущем.

Также отдельно хочу поблагодарить мужа Антона за любовь и поддержку во всех моих начинаниях. Это бесценно.

Посвящается памяти моего отца:

Щёткина Андрея Ивановича

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Коты и мечты

— Зря ты это затеял. Он уже большой, а в голове пусто. Поздно!!! — услышала я голос бабушки, проходя мимо громкой связи, находившейся в руке отца, и остановилась, уставившись на телефон, из которого продолжала литься поучительная речь бабули.

«Интересно, почему взрослые любят повторять одно и то же?..» — думала я, нарочно медленно идя в комнату.

Может, потому, что моя ба — учительница! И уже целых полвека учит, учит и не устаёт, и даже папу моего учит. Хотя он у меня и сам очень умный.

«Критиковать взрослых — плохо» — так говорит наша учительница. С одной стороны, конечно, да. Однако в то же самое время кто-то из этих взрослых назидательно произнесёт: «Надо учиться на чужих ошибках!» Но простите! Прежде чем на них учиться, необходимо вникнуть в суть, проанализировать, разложить по каким-то там полочкам. А анализ чужих поступков, которые привели к этой самой ошибке, разве это не критика?.. Что-то здесь не сходится. Парадокс какой-то.

Я люблю своего брата, но мне пока сложно сказать, кто и в чём виноват. Вот только слова бабушки мне не понравились, которые она уже говорила, когда папа, находясь где-то на уровне седьмого неба, только-только собирался забрать Женю.

Меня распирало любопытство, хотелось задержаться и послушать. Однако папа заметил мой интерес к его разговору, и я услышала вполне ожидаемый вопрос:

— Ты уроки сделала?

«Какие уроки?» — хотелось мне ответить вопросом на излюбленный вопрос всех родителей, но передумала и сказала:

— У нас уже почти каникулы, — где ключевым было «почти».

Всё с той же скоростью черепахи я дошла до своего письменного стола. Думая, чем интересным заняться, я открыла книжку, где в море приключений дети искали своего отца. История из прошлого увлекла меня, окунув в тот далёкий и сказочный мир, где в шикарных платьях и костюмах того времени герои отправляются на поиски пропавшего капитана и двух матросов. Однако прочитав четыре главы, мои глаза потребовали отдых. Оторвавшись от книги, я из прошлого переместилась в сказку будущего, которую нарисовала сама: красивый двухэтажный дом моей мечты. И рассматривая свой шедевр, не заметила как погрузилась в заоблачные мечтания.

«Вот если бы Дед Мороз подарил нам дом, не кукольный, а настоящий! Кукольный, конечно, тоже хорошо, в нём можно расселить любимых кукол, пригласить подругу и вместе поиграть», — мечтала я.

У меня есть подруга Алина, мы дружим с первого класса, хотя живём в соседних кварталах. А у неё есть большой и очень красивый дом для Барби, в котором на прошлой недели наши куклы пять раз поссорились и три раза помирились. Поэтому, собрав чемоданы, мой куклы вернулись в своё картонное жилище, а её остались в шикарном особняке, который получили просто так.

Нет, подруге я не завидую! И хотя мне редко что-то покупают просто так (в основном на праздники, и в основном два раза в год: на день рождения и на двадцать пятое мая), я хочу дом для себя, родителей и брата, а ещё большой двор для собаки.

Вчера мы с Алинкой снова заключили перемирие. Она принесла в школу кучу одёжки для Барби. И уже к последнему уроку половина этой кучи благополучно перекочевала в мой портфель: она сама мне её подарила. Так мои куклы получили гуманитарную помощь от моей подруги, а сама подруга четвёрку по математике, где я совсем почти ни при чём.

Но самое главное, у неё есть классная рыжая собака породы колли — карликовая шотландская овчарка шелти. Они бывают двух видов: длинношёрстные и короткошёрстные. У Алины длинношёрстная, она любит долго её вычёсывать, расчёсывать, а потом заплетает косички с разноцветными резиночками. Иногда мы вместе играем в парикмахера, и тогда собачье удовольствие растягивается, как недожёванная жевательная резинка, ещё на пару часов. А потом мы вместе идем её выгуливать (нет, не жвачку, — собаку), поэтому четырёхлапая меня давно уже признала. Но мне всё же хочется иметь свою собаку. Ну или хотя бы кошечку. Свою, живую, настоящую.

В мои мечтания ворвался неожиданно влетевший Женька. Обычно тихий и спокойный, сегодня он был явно не в себе.

Я испуганно посмотрела на него и даже открыла рот, чтобы спросить, в чём причина разразившейся в нём бури, но не успела. Торнадо, залетевшее в комнату, притянуло за собой и ответ на не прозвучавший вопрос. За Женей сразу же появился взволнованный папа, и я поняла: опять мой братишка чем-то его расстроил. И уже серьёзно!

— В тюрьму захотел! — словно разъярённый лев, орал наш отец.

И всё стало ясно: на этот раз Женька начудил не по-детски. Оказывается, пока я предавалась мечтам, у нас побывали незваные гости в штатском.

Я интуитивно почувствовала тот животный страх, который атаковал брата, и молниеносно передался мне, стоило лишь нашим глазам встретиться. Его взгляд отражал весь ужас апокалипсиса.

Папина могучая рука, как в замедленном кино, опустилась на Женькину шею и лёгким, но быстрым движением отправила брата одеваться.

— Собирайся, нас ждут, — сказал отец, и через пять минут их и след простыл.

Столько же минут я смотрела на закрывшуюся за ними дверь. Грохот захлопнувшейся двери был как гром среди ясного неба, который выбил меня из колеи. Отходя от шока, я бродила по пустой квартире словно ёжик в тумане. А потом всё же вернулась к занятию, из которого меня так резко вырвали. Но уже с пером в руке, вернее, с обычной пишущей ручкой с необычным розовым пёрышком.

Мы живём в съёмной квартире уже очень долго. Сколько — точно не скажу. Потому что и сама не знаю. Когда мы сюда переехали, я была ещё очень маленькой. Сейчас мне одиннадцать. И я хочу, чтобы у нас был свой собственный дом с садом, гектаров на четыреста, точь-в-точь как у Льва Николаевича. Ну, вы его знаете, он ещё «Войну и мир» написал для девятиклашек. А мы с Женькой фильм смотрели с таким названием, когда он в девятом классе учился и на экскурсию ездили в «Ясную Поляну».

Возможно, когда-то.., а сейчас я согласна и на двенадцать соток, как у бабушки с дедушкой, так как жить в чужой квартире мне уже не хочется. В первую очередь потому что здесь нельзя держать зверушек. Мама говорит, животным нужен свой двор, они созданы жить на природе. А папа говорит, что у нас обязательно будет свой большой дом, собака, кошка и домашние зайцы. Но только он уже лет пять так говорит, картинки на стенку наклеивает — коллаж называется. Надо на них смотреть и представлять, что это у тебя уже есть. Это про мечты, которые сбываются. У меня ещё сказка такая есть, про ёлочку. В общем, я верю папе, только я хочу сейчас, а не в каком-то неопределённом будущем.

Царившую в квартире тишину, словно молнией пронзил внезапный телефонный звонок. Мысли, заполнявшие мою голову, разлетелись, будто их и не было. А рука тем временем автоматически потянулась к телефону. Проведя пальцем по экрану, я услышала Алинкин голос:

— Привет, ты математику сделала? У тебя сколько котов получилось? — её слова вернули меня в реальность.

В последние дни второй четверти, которая стремительно перетекала в самый главный праздник всех людей на свете, домашку нам уже не задавали. Однако на математику это негласное правило почему-то не распространялось. Странно! Хотя, наверное, не только в великом и могучем есть исключения.

— Так как насчёт котов? — настаивала подруга, нарушив повисшее молчание.

— Каких котов? — спросила я и начала быстренько вспоминать, что нам вообще могли задать тринадцатого декабря, да ещё и в пятницу…

— Рыжих, чёрных, белых или… в задаче не сказано, придумай сама, — пошутила Алинка.

— Тогда у меня будут серые в полоску, — поддержала я весёлый настрой подруги. — А ты решила? — улетел к ней её же вопрос, а я потянулась за учебником.

— Приблизительно, — услышала я и удивилась. — Ты же знаешь, мне больше нравиться физ-ра.

— Она всем нравиться, но давай вместе разбираться с котами?!

— Нет, папу буду ждать, он к семи часам должен прийти, — расстроенно промямлила Алина. — Пошли лучше с Колой погуляем, — сразу же последовало заманчивое предложение.

Мне очень хотелось пойти погулять. Живая собака однозначно лучше придуманных котов. Однако понятие «приблизительно» плохо подходит для математики, поэтому пришлось взять инициативу в свои руки.

— Классная идея, мне нравится. Но давай не будем обижать математику приблизительностью? — я стала листать учебник. — Где тут твои мурчащие? А вот, нашла. На заборе сидели вороны и коты. Интересно, как они не подрались? И вороны смелые, однако. Нет, ну если их много, а кот один, тогда ладно, — как только могла развлекала я подругу.

— Давай ты потом поумничаешь. Пошли уже гулять?! — не оценив мой юмор, ныла в телефон Алинка.

— Это быстро, минут пять твоего терпения, и мы на улице, — заверила я подружку.

«Тобой руководит юношеский максимализм, — так сказала бы моя бабушка. — А может, минимализм?» Потому что на самом деле разборка с котами заняла три раза по пять минут. Но это было потом! А пока я настойчиво продолжаю читать задачу, вопреки скулению подруги и её собаки:

— Петя насчитал семь голов и восемнадцать лап. Заняться ему, наверное, нечем. Я бы лучше гулять с тобой пошла, ну, или на коньках каталась. А ты занималась бы подсчётом лап? — шутя спросила я.

— Ты не понимаешь, — оживилась вдруг подруга, — это развивает внимание. Меня мама вчера из статьи в журнале букву «А» выискивать заставляла, а знаешь, за что?

Я отрицательно покачала головой. Она, само собой, этого увидеть не могла, однако продолжала жаловаться дальше:

— Мусор забыла вынести и рыбок покормить. Хорошо, что обошлось без жертв. Мама сказала, что у меня внимание рассеянное, и придумала такое упражнение. Может, и этот Петя что-то забыл. Так лучше тогда лапы у котов пересчитать.

— Тогда давай считать, — деловито протянула я и улыбнулась, -— значит, котов направо, а ворон налево.

— Хорошая идея. Ты пока сортируй, а я буду собираться, — почувствовала я переполнявшую Алинку радость. Ей на другом конце сотовой связи не терпелось пойти гулять, и её собаке, судя по доносившемуся до меня лаю, тоже.

— Ладно, ты иди, а я спасу ворон и тебя догоню. Решение найдёшь в мессенджере; решу и скину тебе, — решительно заявила я.

— Хорошо, встретимся в парке, — быстро согласилась подруга, радуясь, что нашла на кого спихнуть разборку с котами.

Отложив телефон, я начала решать задачу. «Так, значит, если у нас семь голов, значит, и персонажей будет семь. У каждого участника истории минимум две лапы (Петя не в счёт). Действие первое: умножаем героев на передние или задние их конечности — получаем четырнадцать лап. Далее, восемнадцать (Петин результат подсчетов) минус четырнадцать равно четыре. Из этого следует, что остались бесхозными четыре лапы. Мы знаем, что воронам хватит и двух лап, а вот котам маловато будет. Разделим оставшиеся четыре лапы на два, и получим два кота. А семь минус два — пять ворон.

Фух.., будем надеяться, что с воронами ничего плохого не случится. Осталось поделиться с Алинкой».

Скинув подруге решение задачи, я начала одеваться на улицу. Мой взгляд прилип к окну: на нём были причудливые узоры, закорючки, разнообразные снежинки, которые за несколько часов нарисовал мороз. Эти картины можно было рассматривать бесконечно долго.

Уже полдня шёл снег. Подойдя к окну, я обомлела: наш двор оказался таким же белым и праздничным, как первое сентября у первоклассника. Затянувшаяся осень вдруг исчезла, полностью забрав свою серость. Солнце купалось и плескалось в снегу, отражаясь в нём, как в зеркале. Всё было ненормально чистым, как будто нарисованным… Глаза от этой сияющей красоты начали щуриться, а я стояла и смотрела в окно, словно в телевизор. Но тут напомнивший о себе телефон прервал кинопросмотр в самом начале.

— Ну, ты там скоро? — услышала я взволнованный голос подруги. — Бери ватрушку, здесь горку уже накатали, — не дав мне ответить, тараторила Алинка.

Спустя десять минут я неторопливо шла по снежному ковру, ещё никем не тронутому. Рассматривая снежинку, которая доверчиво опустилась на мою ладонь, я слушала хруст снега под ногами, который отчётливо раздавался в застывшей тишине. Шла и думала: «Подарит ли Дед Мороз нам дом? И если да, то как? Он же приносит подарки детям под ёлку. Он же дом под ёлку не положит? Конечно нет! Может, он ключи принесёт?.. А вдруг его вообще нет?..» От этой мысли моё настроение начало портиться. И только тут я заметила, что уже дошла до парка.

Очаровывающая красота, открывшаяся моему взору (наверное, как-то так начинали наши классики двести лет назад) заставила остановиться, затаив дыхание. Потрясающе красиво зимой в нашем любимом парке. Как же тут здорово! Глядя на эту завораживающую красоту зимнего парка, я вспомнила любимую с детства сказку «Морозко». Ёлочки нарядились в пышные снежные шубы. Берёзовая аллея по-особому красива. Она припорошена переливающимся чистым и пушистым снегом, который искрится в лучах сияющего солнца. Скучно?! Примерно так я писала в сочинении по русскому языку на прошлой неделе.

Любуясь красотами в округе, я уже забыла о своей мимолётной грусти. Чувствуя себя в каком-то волшебном мире, я шла по аллее и вдруг услышала знакомый лай. Ко мне бежала Алинкина собака. Увидев её, я вспомнила, что напрочь забыла о печёночной котлете, которую хотела захватить для Колы.

— И где же твоя хозяйка?

Собака встала на задние лапы, норовя лизнуть меня в лицо. Смеясь, я стала уворачиваться от мокрого языка Колы и вдруг увидела спешащую к нам Алину.

— Ах, вот ты где! Альбину встречаешь?! — как бы не замечая меня, Алинка общалась со своей собакой.

Алинка, обняв меня, сказала, что уже устала ждать. И сразу же потянула на горку, где весело катались и играли дети. Мы классно и не скучно провели там несколько часов.

Растягивая сжатый декабрьским солнцем до минимальных размеров день, в который втискивалась только школа с её уроками, мы не заметили, как на парк опустилась густая чёрная, словно сажа, ночь. И хотя на часах было всего шесть вечера, дома нас уже ждали родители. Поэтому в ускоренном темпе мы рванули домой.

Хочется, чтобы завтрашний день был таким же солнечным и сказочным, и чтобы после школы мы опять пошли в наш волшебный парк.

А ведь тогда я даже и не догадывалась, что он и вправду волшебный.

Идя домой, Алина оживлённо и подробно рассказывала, какую мебель, какие аксессуары и ещё всякую разную всячину она заказала Деду Морозу на Новый год для своих кукол.

— А ты уже написала письмо? — поинтересовалась она, закончив свой красноречивый рассказ. — Может, тоже что-то для Барби закажешь? — тут же последовал ненавязчивый совет.

— Это всё я и сама сделаю. Я дом хочу! — заявила я решительно.

— Как у меня? Розовый? — обрадовалась Алинка.

— Нет, кирпичный! Настоящий! — я посмотрела на подругу и поняла: мои слова её немного ошарашили. Помолчав, я добавила: — Кукольный я и сама придумаю, как и из чего смастерить.

Алина продолжала непонимающе смотреть на меня. Наверное, она подумала, что я поссорилась с головой.

— Настоящий — это вряд ли. Он же детям подарки дарит. А настоящий дом — это не игрушка, — высказала своё предположение подруга.

— А вот мы и узнаем, есть ли он вообще, этот Дед Мороз. Если он существует, то обязательно подарит! — подвела я итог разговора и собралась повернуть уже к своему дому, но Алина меня остановила.

— Стой. Ну ладно, посмотрим… — согласилась она и тут же вспомнила про котов из математики. — А ты задачу решила?

— И даже скинула тебе. Ладно, пока. До завтра.

— Мерси, — обрадовалась Алинка и, помахав мне рукой, убежала.

Не прошло и пяти минут, как я была уже дома с составленным в голове примерным текстом письма Деду Морозу. Пока шла, я мысленно общалась с нашим зимним волшебником, рассказывая ему о своих достижениях за уходящий год и, конечно же, подробно озвучила своё желание. Мне оставалось только переписать всё на бумагу.

На пороге меня встретила мама. Она сварила гороховый суп и ждала нас на ужин. Сегодня же пятница. А поэтому, по уже устоявшейся традиции, сегодня мама приготовила всеми нами полюбившийся жёлтый борщ. Папа уже пришёл, а Жени не было. Он пошёл на спортплощадку и за хлебом. Что это было днём за наваждение, я до сих пор не знала. И даже уже успела забыть.

— Как погуляли? — спросила мама, встречая меня у входа. Она сразу заметила моё настроение (я пришла, однако мысли мои находились явно где-то далеко).

— Всё хорошо, — поспешила я успокоить маму, на этот раз полностью вернувшись домой, выйдя из состояния размышления. — Я думала про Деда Мороза, хочу у него дом попросить для нас всех. Как ты думаешь, подарит? — с надеждой в голосе сказала я и посмотрела на маму. — Новый год — это же время чудес?! А ты веришь в новогоднее чудо?

Я выжидательно продолжала смотреть на маму. Она нежно обняла меня и тоже задумалась.

— Чудеса там, где в них верят, — тихо сказала мама и поцеловала меня в макушку. А затем добавила: — Только надо суметь их увидеть. А также понять и принять. И ещё быть готовым к тому, что для их воплощения в жизнь, возможно, понадобится приложить усилия.

Тогда я не совсем поняла, зачем чуду нужны мои усилия. Это ведь как подарок. Как сюрприз. Как Дед Мороз или Зубная Фея. Это просто есть! И всё!

Между тем мама позвала меня кушать. Так как нашу (временно нашу) кухню можно измерить кошачьими слезами, то в ней помещается примерно два с половиной человека — это я, папа и ещё мама, если только на руках у папы. Ну, а Женька только если по стойке смирно. Поэтому вместе ужинать в кухне у нас не получается.

Папа говорит, что в нашем новом доме будет большая кухня-столовая. По всей вероятности, думаю, что будет. Не знаю, кто как, а я папе верю. И в Деда Мороза я тоже верю.

Быстро поужинав, я пошла переписывать своё письмо из головы на чистовик. Написав, быстро легла спать. Лечь-то я легла, но заснуть долго не могла. Мысли о собаке, о большом и уютном доме с садом не отпускали мой мозг в мир сновидений. Мне вспомнилась и бабушка, и её жизнь. Та, в которой, как она сама говорит, концы с концами никак не могут встретиться.

Однако спустя энное количество времени усталость всё-таки взяла верх, и я уснула. Мне снилась Алина у меня в гостях в нашем доме, который похож на тот, что изображён на картинке, наклеенной на стене у папы. И который я нарисовала.

ГЛАВА ВТОРАЯ

День до Нового года

— А ёлку в этом году ставить будем? — услышала я сквозь сон мамин голос. И хотя вопрос был адресован папе, спать спокойно я уже не могла.

— Конечно будем! — решительно заявила я и окончательно проснулась. — Как это Новый год без ёлки? А Дед Мороз? Куда он подарки положит? — забросала я родителей вопросами, не оставив им выбора.

— Конечно будем! Дочка права, без вариантов, — поддержал меня папа. А может, не посмел мне возразить?

После того как мы забрали Женьку, в нашей (не нашей) однокомнатной квартире свободного места совсем почти не осталось. Женя является мне братом наполовину, папа у нас общий, а мама у каждого своя. Раньше он жил со своей мамой, а три года назад она его отдала нам. Но мы были рады, особенно я. С ним так весело было играть в куклы, он стал для меня намного больше, чем просто старший брат. Он стал моей лучшей подругой.

Потом мы вместе пошли в одну школу, только в разные классы: я во второй класс, а он в восьмой. Вообще он хороший, добрый, бывает смешной. Вот только учился плохо, одним словом, двоечник. А однажды Женька принёс пятёрку за стихотворение, которое не выучил.

— Что получил? — спросил его тогда папа.

— Пять за стих, — в глазах Женьки блеснула лукавая искра.

— Молодец, — протянул папа, но почему-то потянулся за телефоном.

Женька сразу почувствовал неладное. Через пару минут в электронном дневнике папа увидел красную двойку, и по его выражению лица брат понял: разговор не окончен. Отец поднял на него глаза, и из Женьки вылетела неудачная шутка:

— Пока шёл пятёрка перевернулась, — изображая грусть, сказал наш старшеклассник и получил подзатыльник.

Однако в тот раз папа не стал его ругать, а пришёл ко мне за помощью. И говорит: «Альбинка, поможешь Жене стихотворение выучить?» «С радостью!» — отвечаю я ему. Мы целый вечер учили то чудное мгновение, которое потрясло великого русского поэта. В результате я выучила, а Женька так себе — с горем пополам. И тогда папа пошутил: «Сходишь, расскажешь стихотворение за Женю?» Он, конечно, пошутил, а я-то поверила. Что из этого получилось, сами догадайтесь. Только я хотела как лучше. Сейчас я в пятом. А брат дома.

— Давайте позавтракаем и пойдём за ёлкой, — сказал папа, выходя из душа.

— Ура! Женька! Мы идём за ёлкой, быстро вставай!

Женя показался в дверях своей каморки: папа из кладовки сделал ему отдельную импровизированную комнату. Импровизация — красивое слово, но я не уверена, что оно подходит для Женькиной новой комнаты. Где-то я его уже слышала…

— Пап, а что такое импровизация? Это определение подходит для описания Женькиной комнаты? — глядя на брата, зависшего в дверях своей каморки, поинтересовалась я у отца.

Папа у нас с Женькой — «ходячая энциклопедия». Так говорят о людях, которые всё или почти всё знают. Поэтому ему можно задать любой вопрос, и почти всегда получить развёрнутый ответ.

— Импровизация — это творческое понятие, где что-то создаётся в процессе деятельности из того, что есть под рукой, — начал объяснять папа.

— А, понятно! Что-то вроде «я его слепила из того, что было», — весело добавила я. — Значит, в принципе, подходит? Женькина комната — это импровизация.

— Более конкретно можешь посмотреть в «Википедии», — серьёзно сказал папа, не обращая внимания на моё веселье.

— Точно, я вспомнила. Нам на танцах рассказывали. Движения, которые придумываются во время танца, называются импровизацией, — гордо заявила я.

— Молодец! — похвалил меня папа. — Это понятие тесно связано с различными видами искусства: поэзией, музыкой, танцами, театром…

— Рисованием! — добавила я, вспомнив своё любимое хобби после танцев.

Мама уже приготовила завтрак, и папа первый направился в кухню. А я, глядя на брата, мысленно вернулась к началу разговора, вспомнив, что завтра Новый год, а ёлки у нас нет.

— За ёлкой с нами пойдёшь? — обратилась я к Женьке, всё ещё стоявшему в дверях своей новой комнаты.

— Зачем??? — выдавил из себя Женька глупый вопрос и направился в ванную.

Вообще он классный, но только иногда бывает мрачным, как стучащее в окно мокрое ноябрьское утро понедельника, а может и вторника или… Неважно.

С этой мыслью я подошла к окну, взглянуть на сегодняшний день. Казалось, её тоска вернулась вместе с ней и, словно тёмная волна, накрыла всё вокруг и нашего Женьку: за каких-то два дня она смыла все зимние радости, оставив двор тонуть в бесконечной грязи и промозглой серости. От ослепляюще белоснежной красоты двухнедельной давности не осталось и следа.