В мёртвом городе цветут кипарисы

«Мы всегда-всегда

Будем Вам верны,

Господин Л.А.,

Господин страны».

Музыка продолжала бить по ушным перепонкам Мартина, а сквозь закрытые глаза просочился образ грязной улицы и группы оборванцев с банками и палочками. Они выстукивали ритм этой песни и паршиво растягивали ноты. Мартина мутило. Тошнота подошла к горлу, а живот скрутило спазмом. Из состояния транса его вывел звонкий голос за спиной:

– Дэн, их двое!

– Чёрт! – выругался Райт, направляя дуло пистолета в сторону мелькнувшего в перекрёстке коридоров человека.

“Он велик, как Бог,

Подарил нам жизнь,

Там, где нет дорог,

Кипарис, хранись…”

Мартин зажал свободной рукой ухо, морщась от ноющей и тупой боли где-то в черепной коробке. За спиной снова прогремел выстрел, а музыка заиграла еще громче, ускоряя темп читки слов. Голос сменился на детский. Теперь не один взрослый мужчина прославлял этого «Л.А.», а целый хор совсем юных мальчишек, сжимающих Мартина в ничтожное пятно на фоне своих звонких голосов. Это резало его тысячью ножей одновременно: по рукам, вызывая зуд, по шее, затрудняя дыхание, по животу, заставляя сжиматься и тянуть Райта назад.

– Налево! – скомандовал Райт и сам же утянул Мартина в сторону, прижимая того спиной к бетонной стене.

Они стояли за поворотом, который вёл в тёмный проход к туалету и служебным помещениям. Совсем рядом слышался стук ботинок и лязг оружия, но его почти намертво перебивала музыка.

Мартину сделалось совсем дурно. Он скатился по стене на холодную плитку, пряча голову в коленях. Райт в это время перезарядил пистолет, вставая в позу полной готовности и боковым зрением высматривая тени незнакомцев.

Воздух разрезала первая пуля Райта, тот спустил курок и с точностью попал в тело бегущего парня. Преследователь тяжёлым камнем повалился на землю, сразу же пачкая всё лужей крови. Вдалеке слышались чужие голоса, Райт мысленно считал: «Один… Двое… Трое… Больше четырёх…». Сейчас они увидят тело товарища и кинутся вперёд. Выходить из временного укрытия равноценно смерти – там они будут под прямым огнём. Но и он один не справится с группой вооружённых убийц.

Мартин ударился головой о колено, желая хоть немного избавиться от трещания дурацкого мотива песни в голове. Помогло это мало, но сподвигло приподнять глаза. Хотелось сбежать и спрятаться, лишь бы больше никогда не слышать этот дурацкий гимн, и тут его глаза зацепились за вентиляционный люк.

Мартин сорвался с места и кинулся к стене, остервенело ударяя кулаками по пластмассовой решётке. «Мы всегда-всегда» – белым шумом полилось из динамика. «Будем Вам верны», – Мартин пробил кулаком заслону. «Господин Л.А.», – по пальцам Мартина потекли капли крови, но теперь дыра в решётке позволяла человеку залезть в квадратную трубу.

– Мартин, – между выстрелами выкрикнул Райт, потерявший союзника из виду.

Он быстро метнул взгляд по сторонам, держа пистолет наготове. А затем его взгляду открылась картина: Мартин, затыкающий уши, лезет в вентиляционный люк. Райт сделал последний выстрел, попадая бежавшему парню в колено, и кинулся в сторону Дола.

Райт толкнул парня свободной рукой, помогая забраться внутрь, а затем сам за мгновение подтянулся на руках, отложив пистолет на ржавую внутренность трубы, и закинул обе ноги в узкое пространство.

Райт пнул Мартина ногой в поясницу, заставляя того продвинуться вперёд по бесконечной на вид тёмной трубе. Дол понял его без слов и на четвереньках пополз по грязной, воняющей сыростью и ржавчиной трубе, За спиной остался открытый ход, это пугало больше всего. Райт сплюнул накопившуюся слюну и вытер со лба пот, так же на коленях следуя за Мартином.

Музыка стихла в одночасье. Вместо этого женский робоголос вновь резюмировал: «Зона 4. Сектор: центральный. Игроки: 4 объекта. Объект 4057, объект 7643 и объект 36 выбыли».

Звуки стрельбы и бега тоже не были слышны. Наверное, нападающие пересчитывают потери. Райт схватил Мартина за щиколотку и заставил лечь на живот, навалившись сверху и приставляя дуло пистолета к затылочной зоне.

– Кто же ты такой, Мартин Дол? – с желчью в словах прошипел Райт. – Как ты нашёл этот люк, да ещё и пробил решётку?

– Я… – Мартин чувствовал холод железа у головы и туман злости Райта в замкнутой трубе. – Я учился на архитектора. В таких зданиях, как это, люк всегда рядом с техническим помещением, – затараторил Мартин. – Решётка была пластмассовой, я… – он посмотрел на свою окровавленную руку. – О, Боже!

– Заткнись, идиот, – Райт зажал рукой рот парню, прислушиваясь к голосам за пределами трубы. – И куда же ведёт эта труба, архитектор?

– Там дальше должен быть ещё один люк, – перед глазами всплыла карта похожего здания, которое он чертил для сессии в универе. – Метров через двадцать.

Райт убрал пистолет, выпуская Мартина из «плена». Дол сделал первый неуверенный «шаг» вперёд, боясь получить пулю в спину. Но этого не последовало. Райт только нарочито громко выпустил из груди воздух, продолжая путь в бездну.

Темнота поглощала их. Страх перед неизбежностью заставлял нервничать и торопливо перебирать коленями и руками по грязным, влажным и холодным трубам. Воздух становился тяжелее, а температура – выше.

– Райт… – испуганно, дрожащим голосом позвал Мартин. – Тут развилка…

Мартин прижался к стене, позволяя товарищу выглянуть.

– Что же ты, архитектор, просчитался? – едко подначил он.

– Но… Так не должно быть… не должно… – Мартин пытался вспомнить все чертежи подобных зданий, но ни в одном даже теоретически не могло быть развилки.

– Давай налево.

Мартин не стал спорить, просто подчинился выбору Райта и завернул налево.

Труба словно сужалась, а акустика становилась слишком странной: капли воды звучали с слишком высокой частотой герц, но при этом стук сапогов был бесшумен. Теперь выбор Райта казался подозрительно быстрым – тот даже не задумался. В мыслях пронеслась идея, что тому знакомы эти «коридоры». Райт вообще слишком хорошо ориентировался в Пустыре, учитывая то, что, по словам Яна, очнулись они в двухстах километрах отсюда.

Мартин замер, когда перед ним, сквозь тьму, показалась белая решётка.

– Что замер? – Райт подполз почти вплотную, дыша Мартину в спину.

– Решётка.

– Ты же уже выбил одну, – усмехнулся Райт. – Выбей и эту.

Мартин только сейчас почувствовал боль в разбитых костяшках руки. Он протёр пальцы от грязи и решил действовать более рационально – развернуться и бить ногами. Райт освободил ему немного места и с неподдельным интересом наблюдал за действиями парня. Всего одного удара его ног хватило, чтобы решётка вылетела и с глухим стуком упала на бетонный пол.

Мартин спрыгнул вниз, сразу пробегая глазами по помещению: маленький зал со старыми компьютерами, какие стоят в музеях как «первые» новшества информационных технологий. Сразу следом за ним спустился Райт, он прокашлялся от пыли, ударившей в нос, и тут же достал пистолет.

Мартин заметил шкафы с какими-то бумагами, часы на стене, что издавали пугающий «тик-так», стол с тем самым компьютером и деревянный стул без ножки, что валялся на полу. Дол не смог сдержать интерес и подошёл к компьютеру, который современное поколение назвало бы «коробкой». Мартин нажал на “Enter”, и на экране вдруг всплыло какое-то досье.

– Райт, смотри, – Мартин подозвал парня и уставился в монитор.

«Объект 9999, последний. Полное имя: Линц Арайт. Возраст: 27 лет. Статус…» Мартин не успел дочитать текст, так как за спиной послышался выстрел, а экран компьютера пронзила пуля.

– Идём.

Райт подошёл к массивной деревянной двери и толкнул её ногой. Та сразу поддалась и с протяжным скрипом уступила проход. Мартин вздрогнул и ещё раз кинул взгляд на погасший компьютер с дырой от пули в самом центре монитора. Райт что-то скрывает. Теперь Мартин не просто подозревал в этом человеке какую-то тайну, он был уверен, что Райт, который, скорее всего, и есть тот Линц Арайт, держит в себе арсенал загадок.

Глава 3.1 «Первый смертный приговор»

Блок 1. «Инициация»

Мартин тупо следовал за Райтом. Это навевало ему дежавю: вот ещё вчера по пустынной улице его тащил Ян. Только в глазах того не было столько ненависти, раздражения и злости, сколько в покрасневшем взгляде Райта. Он не прятал своё отвращение так же хорошо, как скрывал остальные эмоции. Сейчас, когда они шли по подвальному помещению торгового центра к яркой вывеске «Продуктовый 24 часа», Мартин чувствовал себя загнанным в угол. «Объект 9999. Последний», – пронеслось перед глазами написанное на мониторе компьюте