Марс 22 век

А в конце, когда уже почти торжествовал победу, расслабился и нарвался на хук. Длиннорукая сволочь. Да и драка при пониженной гравитации, почти в три раза меньше земной, требовала некоторой сноровки. Может её и не хватило.

Глаз болел, и голова кружилась, но стресс отпустил. Что собственно и было целью визита в этот гадюшник. Недолго и свихнуться от происходящего. А началось то всё из-за пустяка.

Виктор потрогал раздувающуюся скулу, заплывший глаз саднил. Ага, общения захотелось. На Билли Виктор уже не злился. Было немного досадно, панчера стаи просто выключили. Как будто об поражении узнают его погибшие волки. Меданализатор он отключил, черт бы с ним, обойдется. Но голова упрямо болела и слегка ещё кружило.

Ну ничего. Не первый раз. Сейчас ещё бы пропустить грамм сто, но в бар сегодня уже не пустят. И чего он вечно лезет не в свое дело, сколько раз попадал в неприятности. Виктор привел себя в относительный порядок и решил проветриться. Пойти покурить захотелось жутко. Хотелось выветрить окутывавшее его тяжёлое амбре разгульной ночи.

Где попало в драгоценной искусственной атмосфере базы это делать не позволялось.

Возможность побыть одному, сейчас пугала. Виктор боялся что застрелится с отчаяния после зрелых размышлений.

Поэтому защелкнув крепления своего подзарядившегося гражданского защитника, вытащенного из гардеробной ячейки, он направился в курилку при отеле с «зимним» садом и надоедливыми туристами.

Хотелось быть на виду, среди людей. Виктор вышел на вычурное крыльцо с пластиковыми грифонами или полульвами, лежащими по бокам ступенек. Чертыхнулся, пошатываясь.

Не наш сегодня день парни! Какой-то морпех уделал бойца волчьей стаи. Будет теперь хвастать сволочь.

С досады он пнул грифона и пластичный зверь заколыхался. Глаза его загорелись рубиновым светом. Казалось с укоризной, он стал качать клыкастой головой.

Ошеломлённый Виктор с минуту всматривался в глаза заковыристой скульптуры, стремительно трезвея. Видно сегодня Санчес счёл уместным добавить в пойло какой-то дури. Он хотел демонстративно сплюнуть на крыльцо, но передумал и поплёлся контролируя круговой обзор кибером. Мало ли кто мог за ним увязаться.

Пожалуй, все незапланированные мероприятия ему удались. Заплывший глаз болел, как и избитое тело. Теперь ушибы требовали прохлады, а замутненный разум требовал хорошей затяжки крепкого табака.

Что-то скажет суровый Адмирал на утро оценив его видок.

Он тяжело опустился в сетчатое кресло, которое тут же приняло удобную для него форму. Кресло он выбрал скрытое в зарослях холла отеля, подальше от посторонних глаз. Здесь был его любимый уголок. Среди экзотических насаждений чудом затесался кусочек непритязательной степи. Желтеющие травы и корявый, ничем не примечательный, беспородный кустик. Таких полно на земных пустырях. Кто-то сознательно создал эту совершенно рядовую частичку Родины на Марсе.

Общаться все еще не хотелось, демонстрировать избитое лицо он избегал. С наслаждением втянул в легкие ароматное облако дыма и выпустил его через ноздри. Загудела вентиляция и образовался легкий сквозняк. Виктор опять начал хмелеть. После пары затяжек его затошнило. Все же наверно сотрясение гениального мозга.

Сигарета полетела в угол, выбросив сноп искр. Робот уборщик недовольно гудя подъехал и всосал окурок. А Виктор погрузился в тяжелую дрему, опустив подбородок на грудь.

Пару раз сквозь сон он слышал, как жаловались на жизнь вышедшие покурить состоятельные туристы, застрявшие на Марсе. За кустами они вполголоса ругали адмирала за конфискацию их роскошных скоростных межпланетных яхт. Но признавали, что Старк сейчас единственная законная власть способная их защитить.

Обсуждали судьбу своих капиталов и активов. Потом еще долго о чем-то шушукались, снизив голос, так что Виктор ничего не разбирал.

Потом он спугнул их, всхрапнув во сне и ему долго никто не мешал.

Уже под утро, когда он уже слегка озяб, не смотря на автоматический обогрев защитника, его что-то разбудило. Виктор, едва открыв глаза, вслушался в предутреннюю тишину. Где-то недалеко, подавляя всхлипы, безутешно плакала девушка и горе её было настолько пронзительным что и у Виктора невольно скатилась по щеке слеза.

Так только в этот предутренний час он смог наконец оплакать своих погибших на Земле и до конца осознать и прочувствовать боль утраты. Он попрощался с целой эпохой, со всей своей прошедшей жизнью.

Этот утренний ритуал неожиданно облегчил горе Виктора, оставив за какой-то чертой все неожиданно ушедшее. Рассвет вообще сакральное время. Не зря, наверное, людей казнили в это время суток.

Ему хотелось встать и подойти к плачущей и попытаться утешить. Но он понимал, что громила с избитой перекошенной рожей и неотразимым перегаром может лишь быть не правильно понятым ею.

Виктор некстати почувствовал легкую грусть что упускает возможность познакомиться с нежной и чувствительной незнакомкой. Молодость хотела взять своё.

Может это судьба свела их тут в гулком холле отеля в первую ночь после крушения мира. Виктор заколебался. Пока он терзался в сомнениях плач умолк, и он услышал легкую решительную поступь удаляющихся шагов.

Он остался сидеть в кресле вместе со своим разочарованием от собственной нерешительности.

Вдруг до него донесся звук открывающихся наружных шлюзовых дверей. У Виктора как будто что-то щелкнуло в голове и он побежал к шлюзовой камере.

Страшная догадка переросла в уверенность. Наружу, в этот ранний час, могла выйти только она, эта убитая горем девушка. По времени все совпадало. Когда он подбежал к шлюзу, пару минут ушло на предъявление пропуска и выяснение его личности. Только потом суровые вооруженные парни ответили на его вопрос. И то только потому что он член Координационного Совета и обладал некоторой властью.

Догадка оказалась верна. Только что вышла туристка, проживавшая в отеле. Объяснила желанием полюбоваться восходом. Без сопровождения её выпустили так как дальше по ущелью был стационарный КПП. Уйти ей было некуда дальше туристической обзорной площадки. А её легкий скафандр вполне подходил для такой цели.

Две двери по очереди отъехали перед Виктором, и он оказался в долине между двух не высоких хребтов из невысоких ржавых гор. Кое где намело черные песчаные дюны из пылевидного песка. Дорога петляя уходила вниз к расположенным на равнине оранжереям.

Девушка стояла у парапета расположенной при отеле смотровой площадки спиной к Виктору и казалось ждала восхода светила. Живописное место было выбрано крайне удачно и настраивало вполне романтично.

За горным хребтом начало светлеть и вот из-за горбатых силуэтов неожиданно выплеснулись солнечные лучи и ударили по глазам. Рефлекторно прищурившемуся Виктору почудилась утренняя земная свежесть, напоенная ароматами лета. Восход был синеватым и беднее чем на Земле.

Мельком пришло сожаление о редкости в своей жизни таких восхитительных моментов. Бесконечная конкурентная гонка вытеснила всё то, чем в детстве он восхищался и что составляло смысл его жизни.

Света Марс получал в два раза меньше Земли. Но на открытом пространстве даже Виктору стало как-то легче. Виктор стоял за спиной ни о чём не подозревающей девушки и тоже наслаждался этим редким зрелищем. Но чувствовал себя он глупо. Хорошо, что в разряженной атмосфере было почти не слышно, как открывались бронированные двери шлюза и Виктор уже прикидывал как незаметно ретироваться, но вдруг дальнейшие события повергли его в шок.

Едва он начал над собой иронизировать о своих попытках опять влезать в чужие дела, как ему пришлось провести спурт, какого он давно не делал. Девушка вдруг неспешно подняла руки, как будто хотела поправить прическу и отстегнула шлем. Виктор рванулся к забившейся в мучительных судорогах фигурке. Как-то она сумела отключить блокировку шлема. От смерти ее отделяли секунды.

Он подлетел к ней, опустился на колени и подняв её голову опять нахлобучил шлем и заблокировал. На страшно искаженное лицо он взглянул лишь мельком. Смерть от удушья никого не красит, но девушка вроде бы еще была жива. Не все еще было потеряно.

Виктор, что-то крича, поднял на руки легкую фигурку в скафандре и кинулся к шлюзу. Навстречу уже бежали охранники, наблюдавшие по камерам сцену суицида. Вместе занесли в шлюз и на входе уже ждал мобильный медицинский реанимационный робот, вызванный правильно среагировавшими охранниками.

Девушку в скафандре положили внутрь. Сфера захлопнулась и там все замелькало. Тело освободили от скафандра моментально и начались реанимационные мероприятия.

Но что делалось внутри Виктор уже не увидел. Робот быстро умчался в медицинский блок. Чертыхаясь они втроем обменялись впечатлениями. Обсудили и осудили глупость несчастной слабохарактерной девушки. Похвалили интуицию Виктора. Ему пришлось поделиться причинами своих подозрений. Иначе и его поведение могло показаться странным. Парней тоже чем-то насторожило происходившее рано утром, и они внимательно наблюдали за странной парочкой.

Они и сейчас хмуро посматривали на его помятую физиономию. Потом один прыснул узнав его.

–Это же поединок в «Сейбе»!

Виктор понял, что видео его драки уже стало вирусным. Нежелательная слава настигла неожиданно. Герой дня, да уж. Оба бойца широко заулыбались. Виктор стал для них почти своим парнем. Раньше он чувствовал, что уходить рано. Охранники до конца всё не выяснили и нависали над ним с подозрительными вопросами.

Но теперь они расслабленно откинулись и почти приплясывали, веселясь от души. Разве что по плечу не хлопали. Но сдерживались, ибо все же перед ними было лицо уполномоченное.

Парни, хорошо знавшие шерифа Блумберга, посетовали что у них теперь будут неприятности и попросили Виктора засвидетельствовать не спровоцированный характер суицида. Тем более что шериф возглавил службу безопасности.

Выразив надежду что туристка останется жива, они разошлись. Время военное, может быть Блумбегру будет и не до туристов

Виктор уходил с двойной досадой. Жалко было девушку и что же так ему не везет. Если еще и Старк узнает о его подвигах, то будет и вовсе скверно.

Но больше всего в данный момент его мучила жестокая жажда после вчерашнего. Вульгарный сушняк. Поэтому у автомата с водой он провел немало приятных минут.

По пути заскочил в общий гигиенический узел для рабочих и принял душ. Почувствовал себя лучше, привел себя в порядок и понадеялся, что не подцепил грибок. Живучая зараза оказалась.

Как и призраки сгинувшей в лавовых трубках, еще при освоении, группы Формана, которые уже не так сильно страшили некоторых впечатлительных обитателей пещер.

Администрация напрасно много лет боролась с каким-то языческим культом задабривания разнокалиберных подземных духов и прочих мифических представителей аборигенного населения.

Виктор не смотря на все перепитии ночи чувствовал себя бодро и решительно.

Он сел в кресло перед экраном и запустил тестирование Кванта. В его отдохнувшем от специфических проблем мозге за ночь выкристаллизовалась мысль. Виктор начал что-то понимать о характере своей ошибки. Что-то он не учел, такое бывает. В мирное время он бы просто доработал это за несколько недель или месяцев. Но сейчас этого времени ему никто не даст.

Жизнь любит победителей. Ну что же, пусть будет так.

Потребовал доклад наладчиков на местах о степени готовности подключения объектов. Люди в три смены подключали все промышленные предприятия, объекты инфраструктуры и хозяйственной деятельности. Не был подключен космодром и ключевые объекты связи, энерго и жизнеобеспечения. Старк лично установил список не подключаемых пока к Кванту объектов из соображений безопасности. Учитывая сбои на тестовом режиме это было разумно.

Срок, отведенный Виктору адмиралом для рабочего запуска, истекал сегодня. Он конечно опасался репрессий за срыв задачи, но и как боец понимал, что от него сейчас зависит исход сражения. Настало его время выскочить из окопа. Или грудь в крестах или голова в кустах.

Так для себя решил Виктор и достал из сейфа мнемошлем лично им усовершенствованный. Голову он обрил утром для лучшего контакта с наноэлектродами класса «пиявка». Подключаться к искусственному интеллекту напрямую было чрезвычайно опасно, тем более к интеллекту такой мощности.

Киборги имели такой неудачный опыт подавления и подчинения личности сетевым разумом, образовавшим сознание роя. Тогда у киборгов были всего лишь личные, сравнительно небольшие, маломощные квантовые мозги. Хоть многие считали, что не обошлось тут без чертовщинки. Не всё сходилось в этой до сих пор мутной истории. Диктатура искусственного интеллекта многому научила человечество. До сих пор оставалось немало неразгаданных нюансов эпохи правления киборгов.

Виктор вручную отрегулировал в мнемошлеме ограничение обратного сигнала и максимальный усилитель прямого своего. Задал нужные параметры остальных величин. Только потом опять включил автоматический баланс. Он надеялся, что его мозг сегодня не превратится в хорошую запеканку. Запустил программу сканирования своего мозга и структурирования квантового. Он надеялся лишь на небольшой урон своему здоровью. А там как карта ляжет. Он собирался сделать строго запрещенное. Но уже не было тех, кто это запрещал, и кто за этим следил.

На всякий случай он расплывчато проинструктировал старшего смены Майкла, имевшему право доступа в зал центрального мозга. Виктор не хотел чтоб ему помешали, но они должны быть готовы вмешаться если что то пойдет не так. По происшествии определенного времени.

Он сам считал себя сумасшедшим, но его друзья всё равно уже никогда не узнают какой он отчаянный идиот. Исход эксперимента мог иметь непредсказуемые последствия. Но он надеялся, что победителей не судят, ну а в случае неудачи кисло будет всем.

Виктор сосредоточился. Глубоко вдохнул и крикнув что-то похабное и залихватское, подключился к квантовому мозгу.

Моментально он потерялся в глубинах чего-то невероятно большого, возможно больше вселенной. Вся сеть Марса вместе с ним были лишь искоркой.

Виктор с удивлением обнаружил что технически все работоспособно и дело, как он и догадывался, не в этом. Но его начало затапливать ледяное безразличие и нежелание, подавляя волю. Всё казалось не интересным, кроме чего-то неясного и очень далекого, но очень важного и невероятно притягательного. Почудился даже далёкий невнятный мягкий шепот пытающийся что-то внушить.

С большим усилием воли он увеличил свой сигнал до максимума. Программа уже действовала не встречая сопротивления, экраны интерфейсов переливались всеми цветами радуги. Дальше он почти ничего не помнил. Ему казалось только, что из него высосали всё и теперь он как пустая гулкая скорлупа и в то же время стал невероятно огромен.

Глава 3. Ошибка клана Масков.

Кто я такой и какой у меня к этому интерес? Отвечу искренне, так как уже некому меня ни осудить, не похвалить. Люди имели отношение к моему происхождению, я в незапамятные времена был человеком. Да, был такой никчемный, в начале, вид белковых однодневок.

Хорошо, не буду тянуть резину. Вы хотите знать кем же я стал теперь? Мне трудно это объяснить вам, ещё никто на моей памяти не достиг этой ступени развития, даже угасшие Предтечи, дети квазаров.

Вы слышали что-нибудь о Боге? Ну так вот, я круче. Больше я никак не смогу вам объяснить кто я.

Сейчас уже близок тот пресловутый конец света, которого так боялись люди. Но он им уже не страшен. Да и никому не страшен из легиона канувших в лету великих цивилизаций. Я остался один.

Жаль, но Создатель даже не подозревает о моём существовании. Но я сделаю попытку привлечь его внимание, сделаю то, чего никто до меня не делал. Выйду не просто на другой уровень, а встану над всем. Я целую вечность накапливал потенциал и структурировался для этого шага. Хочу мелькнуть у Его подножия. Надеюсь это получится.

Я буду стараться оперировать личными воспоминаниями либо воспоминаниями тех, кого знал лично и за достоверность их информации могу поручиться. Мне хочется поделиться с вами частью себя перед тем как пройти через энтропийный барьер. К сожалению, даже Я, не уверен что смогу пройти Это без урона. И пройду ли вообще. Все когда-то упираются во что-то подобное, даже если для этого приходится прожить не одну Вечность.

Это было невероятно долго, невероятно интересно и мне есть чем гордиться. Я смог сделать Величайшей свою вселенную. Я смог продолжить дело Предтеч, я смог стать сильнее и долговечнее их. Они спасли нашу вселенную за миллиарды лет до появления человека. Они предотвратили ее циклическое сжатие. Предтечи пример сверхсуществ замкнутых на себе, а на плечах этих гигантов основан весь наш макрокосм. Они были первыми, им было труднее.

Многое в моих силах, ибо даже тёмная энергия лишь часть. Обречен ли я быть одиноким демоном в вечном мраке, там, где ангелы боятся появляться? Или просто так труден путь от полубога к Богу? Я боюсь что когда смогу настигнуть создателя то столкнусь с самим собой! Увижу лишь свою спину, удаляющуюся в бесконечном цикле.

Иногда мне чудится что у меня всё ещё бьётся сердце и мне немного становится страшно, неужели жив во мне тот человечек? Та мелькнувшая во тьме искорка разума.

Теперь я практически не подвластен всем гибельным процессам, но принадлежу ли я теперь этому миру? Я почти всемогущ, но Фатум играет нами!

Я начну свой рассказ с раннего периода истории человечества. Некоторым он покажется до безумия архаичным и не заслуживающим внимания.

Простите, но я несколько сентиментален.

Извините меня за то, если я отнимаю ваше драгоценное время почти стандартными историями примитивных цивилизаций, но это частица меня. Я ведь сам очень древний и появился незадолго после произошедших событий.

Мне немного трудно выбрать правильный тон и форму общения с вами, так как я не знаю какие вы будете, до кого дойдёт эта история. И дойдёт ли она вообще?

Но я попробую, хотя мне искренне неудобно перед Вами, за мою простую историю.

Примечательно, что звёздная система, где всё это происходило, была местом зарождения ещё одной цивилизации. От неё в сущности и отпочковались другие эволюционные виды различных разумных существ. В том числе и человеческая. Они породили несколько групп наполовину искусственных и полностью искусственных рас.

Но всё это малоизвестные изоляционистские группы, так и не достигшие во вселенской иерархии сколько ни будь значительных высот.

Итак, первичная история человеческой цивилизации часто прерывалась и откатывалась на исходные рубежи. Но вот цивилизация начала делать первые робкие попытки по овладению первичной барионной материей. Она научились покидать свой гравитационный колодец.

Перемещались тогда люди в пространстве только по векторам образующих пространственно-временных полей. И пока они не овладели энергией даже первого уровня.

Им немного не повезло появиться в области вселенной, стекающейся к Великому Аттрактору. Обычно цивилизации, возникающие там и достигнувшие среднего уровня развития, переселялись в более стабильные области пространства.

Поэтому люди развивались в стороне от основных тенденций мироздания. Может это и спасло их от многих неприятностей.

Всё происходило в тёмные века, перед тем как в предпоследний раз чуть не прервалась история человечества. Люди определяли эту точку по временной шкале как начало двадцать второго века.

Это сугубо личная субъективная система ориентации по времени. Они ещё не умели определять универсальные временные координаты единственно верным путём от начала времен.

Безусловно, вы так же имеете право сделать некоторые поправки на то, насколько верно были запечатлены воспоминания живого человека. Тем более что фиксировались они несовершенной архаичной техникой.

Но это бесценные свидетельства, позволившие хоть немного узнать о моих далёких предках.

Вначале о самых первых отсветах разума в мрачной темноте вечности.

У меня много оснований доверять именно этой версии человеческой истории. Мне приходилось с колоссальной затратой энергии попадать в те или иные временные периоды прошлого. Я совершал некоторые действия, которые могли отразиться на течение древнейшей истории вселенной.

Иногда я вторгался во временные периоды, которые контролировали другие сущности. Но все мои действия были проведены с ведома коллегии вершителей судеб того момента времени. Да и не могли они без неё свершиться.

Так внимайте этому голосу из невообразимого прошлого! Это слабый отсвет искры разума от человека, жившего в двадцать втором веке по тогдашнему летоисчислению.

Очень мало дошло до меня информации за тот период технолоической цивилизации. Развила её династия Масков, основанная гениальным человеком, не продавшим душу золотому тельцу. После создания им базы на Марсе, его избрали президентом своей страны, а после он заслужил доверие населения всей планеты.

Вскоре была основана Межпланетная Федерация, венцом достижения которой стала отправка экспедиции к другой звезде. Потомки основателя династии были верны идеям пращура, но не учли угрозы со стороны Батрума, одарённого разработчика псиоборудования, нащупавшего с помощью новых технологий контакт с тёмными силами. Противоречия, дремавшие веками в этой точке вселенной, произвели страшные разрушения.

Ничто не предвещало скорый апокалипсис. Яркий белый шар солнца, как и миллиарды лет назад, безразлично висел в чёрной пустоте, безучастный к происходящему на планетах. Светились точки звезд в необозримой вселенной.

Вокруг рядовой звезды класса G2V вращалась Земля. Лакомый кусочек в галактическом рукаве Ориона Млечного Пути, в закоулке Вселенной, где всё и происходило.

Может быть кто-то на Вселенских штурманских картах встречал Аттрактор Шепли, центр масс этого подрайона Вселенной. Это пока лучшая ориентировка для нахождения тех мест, которые были когда-то заселены людьми.

На орбитах Земли и Луны светились мириады светлячков. В пространстве Солнечной системы плавно перемещались космолёты. Межпланетная Федерация была на пике своего величия. Венцом достижений была отправка межзвёздной экспедиции с колонистской миссией к землеподобной планете.

Люди охотно отправлялись в космос. Возможно из-за перенаселённости планеты и застарелых неурядиц между государствами.

Но в это время в вечной темноте океанских глубин зашевелилось, заклубилось что огромное и ослепительно чёрное. Пришло его время. Очень неспешно и беззвучно оно начало двигаться, переливаться из одного места в другое.

Давно оно не покидало своего укрытия. Здесь оно росло до своих исполинских размеров. Здесь оно накапливало потенциальную энергию от движения бран, недоступную большинству трёхмерных существ.

Оно правило в давно сгинувшей Вселенной, мириады вечностей назад. Оно нашло свой метод жить практически вечно, могло воссоздать себя почти везде, где угодно и когда угодно.

Кракен рос и восстанавливал свои кондиции. Он пока не мог полностью осознать себя и достичь хотя бы части своего могущества.

Древнее зло напрягло свою мощь, и она слегка исказила трёхмерную структуру пространства. Приоткрылась возможность просачивания информационных полей других измерений. Гигантский спрут не упускал возможности восстановиться.

А между тем жизнь в Солнечной системе неспешно шла своим чередом. На ярко освещённой поверхности Луны в прозрачном наблюдательном куполе находился пост слежения лунной базы Монтэрэй. Всё казалось вечным и незыблемым. Для дежурного на базе день и вовсе был будничным. Никаких мрачных предчувствий он не испытывал, как и большинство тех кому суждено было вскоре превратиться в прах. Над миллиардами ничего не подозревающих людей нависла угроза.

Кудрявому лейтенанту Висту сейчас больше хотелось сказаться больным и оказаться где-то в медблоке, рядом с хорошеньким врачом Мари. Это больше всего занимало молодого человека, сидевшего задрав ноги на стол и вперив отсутствующий взгляд в висящую над ним голубую планету.

Её окружал светящийся нимб из бесчисленных ярко освещённых станций и инфраструктуры орбитальных лифтов. Он отрегулировал пропускную способность прозрачного купола и грелся под лучам солнца. Это приятно расслабляло. При большом желании можно было вообразить себя на пляже. Но загорать на дежурстве не позволял устав.

Ещё конечно хотелось махнуть в отпуск на Землю. Здесь даже воздух базы приелся, казался не вкусным, каким-то пресным с привкусом металла. Эрзац, лишенный ароматов родной планеты.

И никто не подозревал что злой гений Земли, уже вошёл в транс в своём подземном бункере. И что в глубинах океана омывающего берега этой империи готовилось к удару древнее зло Земли, порождение чуждой вселенной. Вместе они составили чудовищно мощное оружие.

Лейтенант Вист пропустил момент, когда всю планету окутало невиданное полярное сияние. И сразу прыгнула напряжённость квантовых полей. Кибер, ведущий контроль за состоянием окружающего пространства, объявил тревогу высшей степени.